Одной дорогой

Девушки только-только расслабились, услышав, что на балконе так же гремит раскатистый смех, как вдруг их прервала одна из горничных. – Мисс Эндри, Миссис Элрой желает видеть вас. Она не понимала, что могло такого случиться, что эта почтенная женщина хочет от неё. Тем не менее, она сказала подругам собираться, осознавая, что это надолго, и предложила встретиться за обедом, до которого было около полутора часов. Спустя несколько минут, Кенди робко заскользила по кабинету мадам Элрой, не зная, чего от неё ждать. Она казалась маленьким ребёнком, который боялся ругани суровой женщины. Даже понимая , что её не за что ругать, она прекрасно знала что поводом может быть всё, что угодно- столь присущая ей чрезмерная вольность или очередная дурная сплетня. Тем не менее, её голос зазвучал не виноватым и обиженным, а весьма твёрдо. -Вы хотели меня видеть мадам Элрой? -Да. Присаживайся. – Сказал сухой голос, лишённый эмоций, но он был менее строгим, чем обычно. Для Кенди это было благоприятным знаком и она уже более спокойная села в кресло. –Вчера был приём, на нём для меня было много неожиданностей например узнать что всё это время ты помогала Уильяму и ухаживала за ним. Для меня было любопытно узнать, что вы давно знакомы и усыновил он тебя не только по просьбе Алистера и Арчибальда, а так же что, он яро против твоей помолвки с Даниэлем, и что он считает, что это он не достоин тебя, а не ты его. -Позвольте мне всё объяснить…- Попыталась сказать Кенди, но одним только знаком руки мадам Элрой прервала её. Это означало, что она хочет сначала договорить, а потом слушать её. -Уильям так же вчера весьма красноречиво доказал мне свою позицию. - При этих словах девушке конечно же хотелось задать вопрос, каким же образом, но не желая вновь раздражать пожилую женщину она сделала это лишь глазами. Этот бессловесный, казалось бы, ничем не примечательный знак, разрядил обстановку, поскольку Миссис Эндри разглядела в этом уважение юной особы к своей воле. -Ты знала, что Даниэль ещё в детстве поклялся сказать всем, что ты не воровка?- Спросила привычным спокойным тоном мадам Элрой. Но Кенди это взбудоражило и ошарашило. Она открыла рот от удивления и собиралась задать тысячу вопросов, но потом кое-как собрала в кулак своё удивление и любопытство, сказав только одно слово: -Нет.- Такая выдержка немного удивила пожилую женщину, но та, не подав вида, продолжила. -Он дал клятву Арчибальду, Алистеру и Энтони, поклявшись честью своей семьи. Вчера, когда гости разошлись, Уильям поднял этот вопрос. Он сказал, что если Даниэль не сдержит свою клятву, то будет считаться, что он опозорил семью, и Леганы не будут более относиться к Династии Эндри. Эти слова дали Кенди понять, что дурная слава, которая мешала Тётушке принять её все эти годы, вдруг растаяла. Она воспарила, как на крыльях, но тем не менее, продолжала удерживать себя в руках при Мадам, не позволяя себе даже обычной улыбки. Но благодарный кивок был достаточной реакцией, что бы достаточно сухая до сиих пор женщина ощутила внимание и понимание своей воспитанницы. -Относительно тебя, меня эта новость порадовала.- Не без тщательно скрываемого удовольствия призналась аристократка. – Но Даниэль и Элиза предстали передо мной в совершенно другом свете.- Тут в её голосе проявилось явное и ничем не сдерживаемое возмущение.- Если бы знали их родители -их бы хватил удар. Хорошо что нас было всего пятеро при этом разговоре. Если бы кто-то узнал, что они так себя вели, мы бы век от позора не отмылись. И вот лицо женщины вернулось в привычное, строгое, но не надменное состояние и голос зазвучал более привычно.- Я поняла, что из- за суждений этих молодых людей я оценивала не правильно. И это вполне естественно - человек встаёт на сторону того, чья позиция ему ближе. Тем не менее они разоблачены и наказаны. Тебя не может не радовать этот факт, верно? При этих словах Кенди бросило в краску, она испытывала удовольствие от того, что с неё сняли ложные обвинения, чувствуя благодарность и к Арчи, и к мистеру Альберту и даже к Мадам Элрой, что та наконец поверила. Девушке казалось, что она спит и Мадам Элрой вот вот снова станет жестокой. Только это страх заставил её благодарно опустить свою веснушчатую головку и немного кивнуть. Это бессловесное общение определённо всё больше нравилось пожилой женщине. С юных лет, считая себя умной и высокочтимой, она любила, когда её молча и внимательно слушали. А молчаливые ответы приёмной дочери Эндри весьма соответствовали её представлениям о юной леди. Такое уважение всегда лестно, а от такой строптивицы, которой до сиих пор была Кенди, было в двойне приятно. Она продолжала, чувствуя, что наконец-то находит с воспитанницей общий язык. Однако это была заслуга более смущения Кенди, чем разума и подхода строгой мадам. - Я попробую взглянуть на тебя другими глазами. Было не осмотрительно принимать какие-либо решения относительно тебя, настолько мало тебя зная. Тем не менее, мы вовремя во всём разобрались.- Такая абстрактная речь была направлена на то, что бы скрыть свои ошибки и не слишком возвышать других. Констатировать факт, при этом, не признавая в полной мере своих ошибок и не указывая на тех, кто помог всё это разрешить. Ей казалось не позволительным сознаться, что Альберт, который был вдвое моложе, оказался умнее и прозорливее её. Её речь приобрела новый оборот. -Но ты не раз позволяла не в лучшем тоне пренебрегать этими решениями. - От этих слов, и без того, не смелая мисс Эндри побледнела, думая, что сейчас ей припомнят всё и прощения за то, чего она не совершала она так и не получит. - Сейчас я предлагаю забыть об этих досадных инцидентах и начать всё с чистого листа. Но никогда не забывай, что тебе была оказана большая милость и ты должна проявлять уважение. Слушать и благодарить. Благодарить и слушать. Это то, что отличает леди от деревенщины настолько же, насколько хорошие манеры. Что бы не делалось в твоей жизни на всё есть основания - всё делается для твоего блага. Кенди не очень хотела с этим соглашаться, но помня недавнее заявление мадам Элрой, решила промолчать. Хоть она и не хотела, что бы её судьбу решал кто-то другой, но уверенности в дружбе Мистера Альберта ей хватало, что бы быть уверенной в будущем. Так что та промолчала, решив не тревожить наставницу новым спором. Пути господни не исповедимы. Однажды ты поймёшь, что за всё в жизни воздаётся по заслугам, как за дурное, так и за хорошее… На секунду Кенди показалось, что она снова в колледже Святого Павла, а сестра Грей читает одну из своих затяжных проповедей. Казалось, Кенди почти с открытым ртом смотрит на опекуншу, но её мысли были очень далеко - стоило ей вспомнить школьные годы, как перед глазами снова мелькали воспоминания о Терри. Ей представилось, будто он зашёл и нахамил тёте Элрой, как когда-то хамил монашкам, а она обнимет его, что бы больше никогда не отпускать. Упоминание её работы медсестрой неожиданно вернуло её в реальность. -Ты поняла? Два раза в неделю и не больше! Я была бы рада если бы и от этого отказалась потому что если ты выйдешь за Аристократа, то после свадьбы это будет под запретом. Кенди хотелось гневно возразить, но вспомнив об осторожности, она задала вопрос более мягко и не в тоне противоречия: -Вы считаете, мой муж будет непременно против? -Не в этом дело. Ты провела детство в сиротском приюте, но по-настоящему выросла как член семьи Эндри. Хоть ты и не доучилась, но считаешься леди. Надеюсь, ты восполнишь это в ближайшее время.- Не желая вновь разочаровывать пожилую леди, она кивком дала согласие, продолжая слушать. - Ты выйдешь замуж за джентльмена - непременно, за человека нашего круга. Удачен лишь тот союз, где люди идут одной дорогой. Бытие определяет сознание, а сознавать муж и жена должны одинаково. Только тогда они понимают друг друга с полуслова, уважают друг друга, не раздражаются привычкам друг друга и не ссорятся из-за недопонимания. Так что в ближайшее время постарайся привыкнуть к нашему образу жизни. Торопить тебя я не буду - так хочет Уильям и я смиренно принимаю его волю. По тебе видно, что ты уже стала более благоразумной, теперь только осталось это закрепить. На этом больше не смею тебя задерживать. Можешь подготовиться к обеду. Надеюсь с этого момента ты не сделаешь ничего, что уронило бы честь семьи Эндри. С этими словами Кенди улыбнулась и покинула комнату. Она вдохнула так, будто только что освободилась от тугого корсета. «Ну наконец –то… Я думала, что я состарюсь больше чем она, пока дослушаю. Интересно, что она имела в виду, когда говорила, что люди должны идти одной дорогой в жизни? Чем тут мешает моя работа?» В этих мыслях она, даже много позже, за ужином, ковыряла свою тарелку, так и не понимая, что хотела этим сказать мадам Элрой.