Третий глаз

      — Доктор! Доктор! — вопил мальчик в белом халате, ловко носясь из палаты к палате и из кабинета к кабинету.       — Что случилось? — отозвался найденный мужчина с седыми длинными волосами, зачесанными назад и собранными на затылке в хвост, и широкой улыбкой.       — Доктор Хил, пациент в 9 палате! Он, он… — задыхаясь, лепетал паренек и указывал направление к названной палате.       Мужчина подскочил и, заплетаясь в собственных ногах, что ему было вполне свойственно, когда ему приходилось в очередной раз нервничать или спешить, помчался к выходу из ординаторской, следом выбежал мальчик, рассказывая новость по дороге.       — Говоришь, что когда ты менял ему капельницу, он шевельнулся? — уже стоя над больным, пыхтя и фыркая время от времени, произнес врач.       — Да, его пульс тоже участился, но это продлилось недолго – секунды 3, пока я ошарашенно смотрел на него… — ответил второй.       — И это всего-то за 2 года? Эх-х, не густо, — тяжело выдохнул доктор Хил, — и все равно, молодец, что оказался тут так вовремя и сразу все мне доложил! — он потрепал парнишку за русые волосы.       — Старый дурак!!! Мне не нужна твоя похвала! — радостно млеял тот, противоречив сказанному и повышая голос через слово.       — А-ха-ха, э?! Как ты меня назвал? — отреагировал седой доктор и одарил маленького помощника смачным подзатыльником...

***

      —Фууу… — выпустил блондин облако дыма       Неспешно шагая по парку и шелестя осенней листвой, парень был погружен в тягучие мысли, в которых, словно в меду, он увяз. Его не покидали волнение и тревога за свое тело и все, что с ним связано. Призрак представлял себе разных родственников – какими они могут у него быть, кем был он – учился? Работал? А может и вовсе слыл хиккующим бездельником? Кем бы он ни был при жизни, он жил. Переживает ли хоть кто-нибудь о его состоянии? Нужен ли он?.. в голове возник образ Момоки, парень остановился и взглянул на позднее вечернее небо, усеянное мелкими блестками, благодаря которым небосвод не казался таким бездонным и пустым.       —Не стоило втягивать в это тебя и твою семью. Из-за меня и моих проблем твоя повседневная жизнь не будет такой же привычной, прости, Момо… — он вновь выдохнул дым, который заволок синеву над головой и рассеял сияние звезд.       Санджи бродил и парил по вечернему городу, заглядывая в окна и наблюдая за жизнью горожан. С какой целью он это делал? Он и сам не сможет ответить на этот вопрос. Возможно из-за того, что ему недоставало тех эмоций и житейских проблем, которые переживали жители, может, он искал свою семью или знакомых…       Отчаявшись, он уже бродил среди могильных плит, вычитывая каждое имя и так печально смотря на увядшие цветы, оставленные любящими людьми погребенных. Оставляют ли ему цветы? Молятся ли за его здравие, если он еще жив, точнее полужив? Побродив еще немного между одиноких могил, возле которых он иногда замечал людей, в основном уже не живших, решив, что еще сюда вернется, чтобы пересмотреть, он направился к больницам, в надежде хоть там увидеть свое тело. Хочу заметить, что в те моменты, когда Момока не заставала парня дома, он так же, уже в который год, отдавался поиску и безуспешно как всегда заглядывал то в окна, то в больницы, то на кладбище.