Лапатопа в Хогвартсе или Капец планете!

Школа Чародейства и Волшебства «Хогвартс». Кабинет чар. Первый урок у 5 курса. Ну, вы поняли намёк;) Филлиус Флитвик внимательно оглядел собравшихся учеников. Нашёл взглядом новеньких, зачем-то усевшихся за одну парту (одному Мерлину известно, как они там уместились) и с трудом подавил вздох. Не раз слышавший о «доброте» Лапатопщиков от Минервы, полугоблин сразу готовился к самому худшему… Что и случилось, как только он объяснил новое заклинание и стал наблюдать, как ученики выполняют задание… — Мисс… Де… Дэм… Гхм… — Он смутился. — Скажите, мисс, вы позволите называть вас по имени? — Профессор, ну конечно! — Черноволосая девушка улыбнулась и вновь повторила движение палочкой. Филлиус нахмурился. - И, кстати, можете смело называть меня миссис Хиддлстон — уверяю, это моя будущая фамилия! Флитвик подумал, что магглы так поддерживают беседу и поинтересовался: — О, это наверное кто-то из магглорождённых? Ваш хороший друг? Лапатопщики вылупились на учителя, как на нечто, ранее невиданное. — Сэр, он вообще-то Бог, — серьёзно сказал Любимов и Флитвик заметил, что у мальчика тоже что-то не так с палочкой. — Гхм… — Не найдя, что бы ответить на такое заявление, профессор решил сменить тему. — Ребята… Я никогда не видел такого необычного сплетения составляющих волшебных палочек… Из чего они сделаны? Компания вновь странно переглянулась, но если в первый раз на их лицах отобразилось непонимание, то теперь появился страх. — А вы… Вы не отберёте у нас их, профессор? — Выразила общее опасение одна из близняшек. Кажется, это была Кет. — Ну что вы, дорогие мои! — Тут полугоблин подумал, что похож на Дамблдора и поспешно продолжил: — Спрашиваю исключительно из интереса! — А… Ну, интерес это мощная штука, — понимающе покивала… Елена? Хм, нет… Имя у этой девушки было какое-то до ужаса русское, кажется, так звали многих героинь детских книг… Вот только красные волосы ученицы отпугивали даже былого дуэлянта Флитвика. Хм, так же зовут ещё одну новую ученицу… Вон ту, с наклейкой на лбу. — Сэр… Вы только не удивляйтесь сильно, ладно? И вообще… Лучше сядьте рядышком, а то неподготовленных и удар хватить может… Уставшие просто так махать палочкой софакультетники и впрямь стали прислушиваться к тихому разговору, но заметив что их засекли, повинно склонились над пергаментом и стали усиленно делать вид, что над чем-то думают. — Ну… Хорошо, — Флитвик, немного покряхтев, влез на стул и, подперев подбородок ладонью, с нескрываемым любопытством уставился на ребят. Компанию и преподавателя окружил купол тишины и Лапатопщики, расслабившись, загомонили: — Мы пришли к Олливандеру… — А он опять завёл, что «палочка сама выбирает себе хозяина» … — А мы в ответ сказали, что палочка-то да, что ей ещё, деревяшке бедной, остаётся? — И предложили эксперимент… — Чтобы мы сами выбрали… эм… компоненты и составляющие, а Олливандер их вставил… — Дюша, харе ржать, я не о НЦ заговорила! — Ой, ребзи, а помните те фики, где Олливандера с палочками шипперили? — Ага… И Драрри… У-у-ф, я теперь на Драко смотреть боюсь! — А я всё равно думаю, что Томиона лучшая! — Кхм… Молодые люди… Вы, кажется, отвлеклись от разговора… — Флитвик, уже тайком принявший сердечные капли и валерьянку, был само благодушие и вежливость. — А, точно… Но про шипперинг мы всё равно договорим, поняли? Так вот, Олливандер побурчал-побурчал… — И согласился! Но когда он услышал о наших запросах, то, кажется, совсем стал похожим на призрака — волосы побелели ещё больше, глаза вообще едва ли не выкатились, я уже даже приготовился бегать и собирать его отпадающие органы… Поцелуева, Пейн, Доллсон! Ща по шеям получите за гнусные ухмылочки! — Вы, похоже, самый главный в этой… мм… группе, — обратился к Андрею Филлиус. И вновь этот многозначительный взгляд… — Нет, сэр, — неожиданно серьёзно сказала Снежана, — мы все наравне… Ну, разве что я царь, а так мы во всём одинаковые. — Что, прям во всём? — Фиолетоволосая особа саркастично приподняла брови и тут же получила несильный подзатыльник от Любимова. - Ауч, Дюша! Ну, я тебе это припомню… — Сначала поймай, Алёнушка! — Ласково ответил парень и Флитвик наконец понял, как зовут двух девушек из этой… похоже, что секты. — Короче, — судя по всему, Макеевой первой надоел этот цирк. — Мы все заказали ТАКИЕ составляющие, что мистер Мастер сначала офигел и долго ругался непонятными словами и даже выставил нас из магазина, пальнув каким-то хитрым заклинанием вслед… А через два дня прислал сову с вежливой просьбой зайти в магазинчик… — Там-то нас и ждали наши красотки! — Саша любовно погладила отполированную боевую подругу. — Лично моя состоит из слезы Найла Хорана, ресницы Зейна Малика, салатика с тёртой картошечкой и морковкой, приправленных бананом… А, да, там ещё перо святого голубя Кевина — Олливандер за ним неделю гонялся! — У меня всё несколько проще. — Ал… Тьфу ты, ну что за имена у этих учеников?! Язык сломаешь, а всё равно не выговоришь! Хм… Нужно спросить — может есть какие-то у этих ненормальных имён… гм… мягкие сокращения? Тут Флитвик представил, как об этом будет просить новеньких Северус и невольно улыбнулся… Но веселился преподаватель не долго. — Марихуана и ещё несколько наркоманских трав, вот, видите, что-то зелёненькое торчит? Это я специально так сделать попросила — вдруг попробовать захочу, ну не вскрывать же мне палочку по-настоящему? Потом ещё тут любимые женские духи Гарри Стайлса, лучик солнца и хлопья снега, а ещё… Горчица. — Лапатопщики захохотали чему-то своему, а выпавший в осадок Филлиус подумал, что никогда не поедет в Россию и Украину. Ибо ему едва ли не впервые в жизни стало по-настоящему страшно… Профессор невольно взглянул на кажущуюся такой тихой и милой… миссис Хиддлстон. Что же подошло ей? — Частица души будущего мужа — Тома Хиддлстона, вдохновение с фикбука, которое, сука такая, всё время ходит налево и, наконец, властный голос киношного отца Тома — Одина… — спокойно отрапортовала девушка, невинно покачивая головой, будто в такт музыке. — Но… Это же невозможно! — воскликнул Флитвик, едва сдерживаясь, чтобы не спастись от этих «ученичков» позорным бегством. В кабинете повисла тишина. Гриффиндорцы и Слизеринцы замерли на своих местах, боясь пошевелиться. Сердце Филлиуса пропустило удар… Лапатопщики понимающе переглянулись и, сложив ладони в просящем жесте, прикрыли глаза… — КТО ПОСМЕЛ ОСКОРБИТЬ СИЛЫ ВЕЛИКОГО БОГА ОДИНА СВОИМ НЕВЕРИЕМ?! — Голос, наполненный мощью и не сдержанным громом, похоже, раздавался ото всюду… Пятикурсники невольно сползли под парты… — Папаш, да не волнуйся ты так, — обыденным голосом произнесла Николь, потирая левое предплечье. Какое-то нехорошее предчувствие шевельнулось внутри Флитвика, но он списал это на присутствие БОГА. — Я просто доказывала не ведущим мощность предков и показывала их уважение к почитанию… — А-а-а, Николаша… — голос Всевышнего немного потеплел. Филлиус наконец понял, что звук исходит из палочки будущей Хиддлстон. — Ну, тебе меня можно отрывать от… кгхм… неважно кого. Ладно, раз уж я выполнил свою роль, то сматываю удочки. Кстати, привет от Фригги. — Ага, ей тоже… — дождавшись, когда в классе исчезнет туман и хоть немного потеплеет, девушка как ни в чём ни бывало обратилась к учителю: — Эх, похоже, я учу Бога молодёжному сленгу… Что же мне за это наверху будет? Ну что, сэр, теперь-то вы мне верите? Эм… Профессор… Вам плохо? Полугоблин судя по всему находился в прострации. Маленькое тело профессора колыхалось из стороны в сторону, будто подбрасываемый по ветру сучок… При этом преподаватель повторял одно и то же: — Поразительно… Обойти все защитные щиты школы… Такого никому и никогда не удавалось… И почему ещё нет Альбуса, он ведь первым должен был почувствовать проникновение… — Так значит Хогвартс не считает его главным, — как бы между прочим ввернул Дюша, который и сам немного испугался появления Одина. Даже скользкие шуточки по поводу того, от кого именно друзья оторвали Бога как-то не хотелось вспоминать. Конце-в-концов, у Фригги и впрямь был тихий нрав, но тяжёлая рука… — Вам бы, сэр, хоть раз провести ритуал какой-нибудь типа вызывания Основателей… Или хоть у призраков спросить - вон, сама дочь Кондиды можно сказать под рукой! Они запросто подтвердят мои слова… Что вам мешает? — И правда что… ничего… — Флитвик, всё ещё пребывая в своих мыслях, снял купол тишины и рассеяно пошёл успокаивать ничего непонимающих студентов. Даша задумчиво потёрла подбородок и достала из сумки неизменный список дел. — «Вправить мозги хоть одному преподавателю» — сделано! — Подвела итог девушка, убирая пергамент обратно…

***

Школа Чародейства и Волшебства «Хогвартс». Самые-самые глубокие, тёмные и жуткие подземелья… Ну, это для создания образа, естесственно: ) Кабинет зельеварения. Да сохранятся хоть единицы нервных клеток Северус Снегга после этого урока… А, их два подряд… Ну, тогда ему никто не завидует… — Ой, сэр… Это что… НАСТОЯЩИЕ МОЗГИ?! — Всё верно, мисс… Мария, — явно пересилив себя, ответил мужчина. Новеньких учениц… и одного ученика зельевар, откровенно говоря, опасался (особенно после утреннего «концерта»), но долг преподавателя упорно заставлял Снегга беспристрастно рассуждать с ними о том, как лучше убивать человека, насколько аккуратно стоит снимать с умершей плоти кожу… На последней теме даже закалённых с младых годов Слизеринцев проняло и они наложили чары тишины, но новичков это ничуть не смутило… Похоже, они даже не заметили этого… К огромному сожалению Северуса, фраза не возымела своего эффекта — Лапатопщики не отшатнулись и не заткнули рты, а наоборот посыпали вопросами: — Как здорово! А как вы их добыли? — Это человеческие или какого-то животного? — Мы будем с ними работать? — А можно сфотографировать на память? — А ваш автограф можно? Вот последний вопрос зельевар никак не ожидал услышать. С трудом подавив желание спрятаться в лаборатории с каким-нибудь новым экспериментом, мужчина прикрыл глаза и, досчитав до десяти, холодно спросил: — Вы шутите?  Некоторые Слизеринцы пугливо икнули и уползли под парты. На виду остались только тугодумы Креб и Гойл… Не порядок… — Северус нахмурился и до парней наконец-то дошло, что дело пахнет керосином. С глухим шлепком они тоже оказались под партой. — Свежевыстиранные подштанники Мерлина! Меня уже собственные ученики бояться стали! Всё, нужно срочно становиться добрее… Хм, баллы с Гриффиндора снять, что ли? — Что вы, сэр! Как так можно?! Мы с ребятами практически всю жизнь мечтали о вашей росписи! — Голос Макеевой отвлёк Снегга от раздумий и он скривился. — И как же вы обо мне узнали, если жили в мире магглов? — язвительно спросил Северус, решив, что над ним смеются. Лапатопщики крайне проказливо переглянулись и, беспрекословно выпихнув вперёд особу с фиолетовыми волосами и наклейкой на лбу, сделали вид, что крайне интересуются заляпанным в реактивах потолком кабинета. Их сокурсники, едва-едва показавшие носы из-под рабочих столов, поспешили повторить действия ребят, вновь учуяв, что сейчас могут начаться проблемы. — Так мы ведь как лани, сэр… Всегда всё знаем и за всеми приглядываем… Правда, иногда эти чудесные животные предают… Но в душе очень жалеют об этом. Это я вам как знающий человек говорю, — Валялкина важно покивала и тоже отвернулась от зельевара, деликатно не замечая, как округлились его глаза. Могло даже показаться, что девушку сейчас намного сильнее интересовал процесс разложения частиц какой-то плоти в стеклянной банке, чем застывшие в разных позах однокашники и ошеломлённый Снегг. — Кгхм… Продолжим урок. — Северус, ощущая себя мягко говоря не в своей тарелке, обернулся к доске и, взмахнув палочкой, стал излишне внимательно наблюдать за тем, как на гладкой поверхности появляются слова, выведенные аккуратным ровным почерком… Эх, а мама ведь предупреждала меня в детстве — бойся русских, сын. У них нормы приличия и чувство самосохранения отсутствуют напрочь… А вот про украинцев она ничего не говорила… — Зельевар попытался ещё раз проникнуть в сознание Макеевой, но наткнулся на ментальный щит и поспешно бросил это гиблое дело. — Нет уж… Лучше и вовсе всех опасаться буду… Шпион я или кто, в конце-концов?! — Где-то на последних партах (как раз там, где сидели новенькие) раздался взрыв, затем послышался громкий мат-перемат (причём на помеси русского-украинского-французского-английского и испанского) и волна смеха накрыла весь класс… …- КАК? КАК ВЫ СМОГЛИ ПРИГОТОВИТЬ НЕИЗВЕСТНО ЧТО С ПАРАМИ СМЕХА?! — Северус Снегг едва ли не плевался от негодования. Ещё бы — позорно захохотать посреди урока, да ещё и на глазах полусотни учеников! — ЭТО ПО МЕНЬШЕЙ МЕРЕ НЕВОЗМОЖНО, ЮНЫЕ ЛЕДИ! — Эй, вообще-то… — ХОРОШО, И МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК! — Снегга, казалось, это замечание только подзадорило. Во всяком случае, орать он стал с удвоенной силой: — В СОТЫЙ РАЗ ПРОШ… НЕТ, Я ПРИКАЗЫВАЮ ВАМ: ПОВТОРИТЕ ВСЕ ДЕЙСТВИЯ, КОТОРЫЕ ВЫ ДЕЛАЛИ, ЧТОБЫ ПОЛУЧИТЬ… ЭТО! — Ой, а вам так сильно понравилось смеяться? — Даша наивно захлопала глазами, прикидываясь дурочкой. От гнева побагровевшего Северуса её спасла только фраза Дианы: — Ну, раз уж вы так хотите, сэр… Только чур: не обижаться и потом директору о том, что мы делали, не докладывать! Снегг презрительно фыркнул, всем своим видом показывая, что он думает о такой просьбе, но от дальнейших комментариев воздержался. Всё ещё хохочущих и уже даже подвывающих учеников ровным строем отвели в Больничное Крыло домовики, явно испытывавшие чувство дежавю… Да и сам Северус содрогнулся, вспомнив, в каком состоянии его доставляли к Помфри только вчера… А в кабинете зельеварения тем временем началось действо… Для полного погружения в атмосферу загадочности и сомнения в классе задёрнули шторы и распустили какой-то восточный аромат… Северус с содроганием вспомнил, что в последний раз чувствовал такой запах в гостях у Треллони… — Кость и плоть хер знает кого… — в котелок упала сушёная лапка лягушки. — Священная жидкость с надписью «водка» … — весело зашипел спирт. — Слюна и кровь упоротых Лапатопщиков… — Ребята немного поморщились, но неизвестно отчего появившийся домовик оперативно залечил ранки. - И, наконец… Профессор, отойдите… АЛАХ-АКБАР! ТУМБА-ЮМБА И СВЯТЫЕ КРАСНЫЕ СТРИНГИ! АХАЛАЙ-МАХАЛАЙ! ЛЕВИОСА, А НЕ ЛЕВИОСА-А-А! Уже знакомый жителям подземелья взрыв почти никого не удивил… К очередной порции нецензурной брани Северус невольно присоединился сам, о чём потом очень пожалел… Но не рассмеяться от едва ощутимой щекотки и противного запаха неизвестно чего было просто невозможно и все присутствующие вновь согнулись в три погибели… Снеггу почему-то стали мерещиться осточертевшие лимонные дольки и какая-то музыка… Сознание стало кристально чистым… — Наверно, это зависит от того, сколько магов участвует в создании зелья или просто находятся рядом, — задумчиво пробормотала Снежана, наблюдая за севшим на парту и тупо смотрящем в стену Снеггом. — Хм… А если Дамблдора с МакГи подключить? — Да они нас за такие экспериментики с башни скинут, — с непонятной улыбкой ответил Дюша. Судя по всему, он о чём-то сосредоточенно думал. — Особенно МакКошка, уж очень мы ей не понравились… — Может ей валерьянки подарить? — Предположила сердобольная Наумова, задумчиво посматривающая на неизвестное зелье, получившееся в результате смешивания «хрен знает чего с ваще без понятия чем». — Да ну нафиг — она в нас Авадой или чем похлеще запулит, если увидит возле своих покоев… — Так-то так… — Пейн распустила волосы и стала непринуждённо расчёсываться. Один волос упал в получившееся зелье и оно подёрнулось золотистой дымкой… — Но если вдруг «подарочек» преподнесёт тот же Хагрид, то будет очень весело… — Ага, особенно если они примут его на брудершафт! — рассмеялась Макеева. Неожиданно её взгляд упал на Снегга и веселье резко прекратилось. — Профессор, вам плохо? Черноволосый мужчина непонимающе осмотрелся вокруг, будто впервые видя свой кабинет… Лапатопщики, поняв, что что-то не так, на всякий случай пригнулись. — Единороги наступают! — Неожиданно закричал Северус, вскакивая с парты и воинственно размахивая пустой пробиркой на манер меча. — За честь королевы, за доброго-премудрого короля и его пёсика! Ура-а-а-а!!! — Ой, бля-я-я… — Совсем не по-доброму произнесла Кет, провожая взглядом унесшегося чёрте-куда зельевара. — Ребят, по-моему, мы сварили наркоту… — И надо как можно быстрей сваливать от сюда… — понимающе закончила её сестра. Не говоря больше ни слова, новички, подхватив свои пожитки, унеслись на следующий урок… Учителя ЗОТИ ожидал совершенно не хороший сюрприз…

***

Школа Чародейства и Волшебства «Хогвартс». Кабинет ЗОТИ. — Палочки убрать! Всё внимание на меня! Доброе утро, дети! — Долорес Джейн Амбридж, явно довольная своей должностью, уважением Министра и отвратительным настроением учеников, жеманно улыбалась и рассылала по классу флюиды неусидчивости. В ответ раздались нестройные приветствия и дама слегка нахмурилась. — Нет, дорогие мои, так не пойдёт… Вы должны… Что именно и кому должны ученики, пятикурсники так и не узнали. Жабу (это прозвище приклеилось к преподавателю с первого дня пребывания в школе и даже имело честь среди преподавателей) перебили небезызвестные Лапатопщики: — Хей, тётя! А вы случайно не испытываете тайную страсть к Альбусу-Хрен-Знает-Сколько-Ещё-Имён-Дамблдору? Просто он обычно так обращается ко всем своим коллегам и даже некоторым ученикам… А, да, ещё он гей. — С милой улыбкой злобного стоматолога произнесла Алёна Валялкина, ненавязчиво покручивавшая в тонких пальцах нож, отнятый у какого-то домовика. Бедняка выл и бился головой о стены, но так и не получил столовый прибор обратно. — Ч-что? — Голос Амбридж от удивления стал совершенно тонким, почти похожим на писк испуганной мыши. — Что слышали, уважаемая, — Андрей, до этого лениво разлёгшийся на парте, вынул изо рта неизвестно где добытую соломинку и тоном отпетого алкоголика продолжил: — Вы бы поосторожней на поворотах были… В Хогвартсе много детишек с влиятельными родителями… И если вы кому-то что-то не туда… гм… вставите или просто так сделаете… — пятикурсницы покраснели и отсели подальше от стола преподавателя. Гневно покрасневшая Долорес постепенно раздувалась, увеличиваясь в размерах и становясь совсем похожей на рептилию. — То вам это ох, как припомнят. А то и вовсе — выгонят с такой любимой должности. Соломинка, к которой Любимов потерял всякий интерес, отправилась в полёт и красиво вписалась в школьную доску, исписанную какими-то фразами. — Да… Да как вы смеете?! — Новоявленная учительница, ещё не до конца пришедшая в себя от такого заявления, ударила пухленькой ручкой по столу. — Немедленно встаньте и пройдите к директору! И уберите эти дурацкие наклейки! — Профессор, но КАК? — Очень натурально изобразила шок Алёна. Хотя, там и изображать-то было нечего — Валялкина, как и Любимов, любила эти «украшения» едва ли не больше самого тамблерства. — Они поддерживают нашу кожу молодой и подтянутой! По нам не скажешь, но… По секрету — нам с Дюшей уже тридцать лет! — Ой, да не шутите вы мне тут… — Неожиданно спокойно произнесла Долорес, с недоверием посматривающая на новичков. Остальные ученики, уже наученные горьким опытом предыдущих уроков, сползли под парты и там молились Мерлину, чтобы «эти психованные выгнали наглую жабу из школы, при этом каким-нибудь образом удалившись сами». — Ну что вы! — Дюша достал из кармана мятную жвачку и с удовольствием надул несколько пузырей. Протянул друзьям, но те оказались спящими. Пренебрежительно фыркнув, парень вернулся к беседе: — Всё чистая правда… Доказать, увы, не сможем, но вот поделиться рецептурой — это завсегда пожалуйста! — Маггловская наука? — Скривив накрашенные губки, уточнила Амбридж, настороженно посматривая на протянутую наклейку. — Вы знаете, что Министерством запрещено… — Ой, да ладно вам, мэм! — Валялкина задорно взмахнула длинными волосами, сейчас собранными в два высоких хвостика. — Министр и его прихвостни ничего не узнают, а если кто-то из ваших коллег скажет хоть одно слово против, то вы важно сообщите, что это начальные разработки одного полукровки. — О… Так это правда сделал… м-м-м… почти маг? — Прищурившись и приняв наклейку, спросила Долорес. Надеть предмет женщина решила перед сном вместе с оздоровительной маской из желатина. — Так точно, тётя. — Амбридж вновь гневно покраснела, но наклейку в карман убрала. — И потом, эта штуковина не только рожу вашу поправит, но и с телом… гм… улучшения наступят. Как Ники Минаж будете — гарантирую, э! Так что не боитесь — будет Альбус ещё у ваших ножек валяться! — Только одна просьба, — вклинилась Алёна. — Розовое не носите… Он вас полнит, мэм! Амбридж, тут же забыв о происходящем, доверительно схватила за руку Валялкину: — Ой, милочка… Что, правда? Ох, а я не знала… Совершенно не знала… Что же делать? — В магазины всякие езжайте, — посоветовал Дюша, с интересом наблюдая за распустившей ветви Гремучей Ивой. — А урок мы сами проведём. — Но вы же дети! — Мэм, напоминаю — нам тридцать и мы окончили уже несколько школ… — Маггловских?! — Похоже, Долорес серьёзно переклинило на ненависти к простым людям. — Не только. — терпеливо сказала Алёна, в мечтах смотря любимый мультфильм «Время Приключений». — Идите, тётя, а то сейчас всё уже закроется… А наклейку нужно до полнолуния одеть! Амбридж тут же подорвалась и, не обращая внимания на удивлённые лица портретов, умчалась аппарировать. К всё ещё исписанной доске важно подошли неизвестно когда проснувшиеся близняшки Доллсон. Высунувшиеся было на «белый свет» ученики резко отправились обратно под парты, бурча под нос неразборчивые ругательства. — И-так, ребзи! Сегодня мы проведём с вами урок сасности и обольщения…