Неуставные отношения

В штабе операции всегда холодно. Кто-то из команды принес из дома обогреватель, но то ли ему не хватает мощности, то ли он просто не работает, а лишь бесполезно стоит в углу и впустую тратит энергию. Инспектор Тэн не вылезает из теплой форменной куртки: воротник поднят, руки в карманах. Она чем-то похожа на нахохлившегося воробья — уличную, помойную птичку, — и как нельзя лучше соответствует этому месту: облезлые стены, столы, заваленные бумагами и пакетами от еды, грязные окна и дешевые мониторы — ничего общего с уютным общим залом в полицейском управлении Норд Пойнта. Но с тех пор, как Тэн узнала о внедренном в триаду агенте, она предпочитает работать отсюда. Доска над ее столом завешана вырезками из газет, копиями отчетов, заметками и фотографиями. Последних немного: ее подозреваемые — мелкие сошки, рядовые члены уличных банд, не каждый из них может похвастаться карточкой, подшитой к досье. Другое дело — доска Рэймонда Мака, с которой смотрят лица красных шестов Сун-Он-Йи. Тэн быстро заводит привычку, приходя в штаб, кивать им, будто старым знакомым. Рэймонд постоянно где-то рядом. Он с головой погружен в работу — стопка отчетов на его столе все растет, грозя рухнуть под собственным весом, а телефон не затыкается ни на минуту, — но он все равно умудряется выкроить время, чтобы поговорить с ней. Интересуется текущими делами — ее делами, — и всякий раз прихватывает для нее кофе из автомата. Тэн греет ладони о теплый бумажный стаканчик и расспрашивает его о Вэе Шене. Рэймонд его куратор, кто как не он должен знать, можно ли доверять «Змею»? Как-то Рэймонд предлагает ей встретиться после работы. Тэн извиняется и отговаривается тем, что страшно занята. В следующий раз, листая ее отчет, Рэймонд находит вложенную между страниц копию памятки о неуставных отношениях. Иногда в штабе появляется сам Вэй Шень. Тэн каждый раз хочет спросить, не опасно ли это для его задания. Разве не должен коп под прикрытием держаться подальше от своих коллег? Но Пендрю велел ей не лезть не в свое дело, и Тэн прикусывает язык. Когда Вэй предлагает ей помочь отследить наркотрафик, она удивляется, но отвечает согласием. Рэймонд понимает, что происходит, едва ли не раньше, чем она сама. Инспектор Тэн слишком занята: нужно отработать Поп-Звезду, нужно придумать, как выйти на его поставщика, нужно закончить несколько отчетов и — о ужас — заполнить налоговую декларацию, которая скоро месяц как ждет своего часа. Она не отдает себе отчета, что в последнее время слишком часто оказывается у стола Рэймонда и слишком интересуется деталями его операции. В отличие от нее, Рэймонд Мак замечает все. Он выходит купить еды, не потрудившись убрать со стола стопку свежих фотографий. Тэн берет одну и не может не взять следующую. И еще одну. И еще. На одних фотографиях банда с Водной Улицы разбирается с конкурентами. Лицо Вэя Шеня искажено от ярости, в руках мясницкий тесак, лезвие окрашено кровью. Тэн долго смотрит на попавшую в кадр «жертву» не в силах отвести взгляд. Другие фотографии еще хуже: на них Вэй Шень и его девушки. Тэн успевает насчитать по меньшей мере трех, прежде чем догадывается перевернуть карточки — на обороте подписаны их имена: Аманда, Тиффани, Шейла (Не Пинг). Наблюдатели работают хорошо: снимков много, и все они информативны. Даже слишком информативны. — Тут есть отчет, если тебе интересно. — Рэймонд возникает будто из ниоткуда. В одной руке он держит картонную папку, в другой — пакет из лапшичной. Тэн холодно улыбается, берет папку и отказывается от еды. Вэй Шень больше не появляется в штабе — должно быть, Пендрю приказал ему быть осторожнее, — и теперь Тэн общается с ним только по телефону. — Спасибо, что помог взять Поп-звезду, — говорит Тэн и представляет черных драконов на плечах Вэя Шеня (смуглые ноги Тиффани на плечах Вэя Шеня). — Сорвиголова нужен нам живым, — говорит Тэн и представляет символ банды на спине Вэя Шеня (следы от острых ногтей Аманды на спине Вэя Шеня). — Хорошо, — говорит Тэн и представляет змею на животе Вэй Шеня (лохматую голову Шейлы-не-Пинг на животе Вэя Шеня). — Но разве наша встреча не повредит твоему прикрытию? — Не повредит, — смеется Вэй Шень. — В девять часов у главного входа в Виктория Парк. В черном мотоциклетном костюме и глухом шлеме Вэя действительно трудно узнать. Тэн садится на заднее сидение, обхватывает его руками, прижимается щекой к новенькой, вкусно пахнущей коже. — Прости, что не могу отвезти тебя в ресторан, — смеется Вэй Шень и нажимает на газ. Они долго едут по извилистой дороге, поднимаясь к Пику Виктории, потом так же долго куда-то идут. Вэй подсаживает ее, помогая перебраться через забор. Совсем незначительное правонарушение, но даже оно немыслимо для инспектора Тэн. Но Джейн Тэн только улыбается и сжимает ладонью ладонь Вэя Шена, пока они прячутся за живой изгородью, ожидая, когда пройдет охранник. Наконец Вэй останавливается и стелет на землю свою дорогую куртку. Тэн слишком давно не ходила на свидания и просто не знает, как себя вести и о чем говорить. Воздух такой влажный, что рубашка липнет к телу под пиджаком, но она не решается его снять. Инспектору Тэн есть что спросить у Вэя Шеня. Она хочет знать о том, каково это — работать под прикрытием, зная, что в случае провала тебя запытают до смерти; о том, каково это — врать день за днем, клясться в верности и понимать, что эти клятвы уже нарушены; о том, сколько правды написано в его досье — и сколько правды из него удалили. Джейн Тэн хочет знать, чувствует ли он хоть что-то хоть к одной из своих женщин. Слишком много вопросов, и все они кажутся Тэн абсолютно неуместными. Она не спрашивает ни о чем. Вместо этого она снова берет его за руку и легонько проводит пальцем по ссаженным костяшкам. Они долго сидят в тишине, глядя на дешевые огни Гонконга, брошенные к их ногам. Потом Вэй говорит: — Она сказала, что мне нужен кто-то, чтобы быть с ним мягким. Тэн не успевает спросить, что он имеет в виду, потому что Вэй целует ее. Она ждала этого, думала об этом, хотела этого, но у нее все равно перехватывает дыхание. Вэй избавляет ее от пиджака, прохладный воздух обдает влажную спину, и на несколько секунд Тэн возвращает себе контроль. Она стаскивает с него футболку и, пока Вэй возится с застежкой ее джинсов, оглядывает его — жадным взглядом любовницы, цепким взглядом полицейского. Все точно так, как она запомнила, до последнего шрама, до последней татуировки. На Пике Виктории ветренно, от земли идет холод, от которого не спасает даже толстая кожа мотоциклетной куртки. Когда они прощаются около въезда на серпантин, Тэн, наплевав на всякую осторожность, снимает с Вэя шлем и долго целует его в губы. На следующий день Тэн замечает на столе Рэймонда Мака тонкую пачку фотографий и свежий отчет. Когда она подходит, Рэймонд понимает голову. Взгляд у него пустой и потухший, и Тэн не нужно смотреть на карточки, чтобы понять, что на них. — Я попрошу, чтобы это изъяли из дела, — хрипло говорит Рэймонд. — Это необязательно, — улыбается инспектор Тэн. Когда Вэй Шень звонит в следующий раз и предлагает снова увидеться, она отвечает отказом.