Хуже некуда

      Ещё в полете, я почувствовал что-то неладное. Может это из-за того, что я слишком много ел? Не-ет. Это врятли. Но какое-то чувство настораживало меня. Выглянув в иллюминатор, я понял, что мы уже над океаном.Хм. Ночной океан так прекрасен. Рядом со мной храпел Эггман и не давал никому уснуть. Соник одев наушники, слушал музыку. Почему я не взял с собой что-то? Ай, ладно. Нужно только привыкнуть к храпу и задремать. Перевернувшись набок, я закрыл глаза в попытке уснуть. Нет ну все-таки храп Эгга страшная сила. Как бы я не старался, уснуть не удалось.       Встав с кресла, я решил сходить в уборную. Но как только я пролез сквозь своих соседей как споткнулся об чью-то ногу. Во время падения, я успел проклясть Хаоса за его веление. Поднявшись с пола и потерев нос, я все-таки прошел к уборной. Но она оказалась занятой. Я решил подождать. Какой-то идиот со всего размаху открыл дверь и врезал мне по носу. Почему я стоял так близко к двери я не знаю. Получив страшный удар, я на мгновение потерял зрение и не увидел, кто это был. Придерживая нос рукой, я вошел внутрь. Смыв кровь, и сделав свои дела, я хотел выйти, но не тут то дело. Дверь оказалась запертой. Все попытки выломать дверь оказались тщетны. Я стал проклинать себя за то, что не взял хотя бы одного Изумруда Хаоса.       Проторчав в уборной не менее получаса, меня все-таки выпустили. Прекрасное начало отдыха. Нечего не скажешь. Вернувшись на свое место, я вновь попытался уснуть. Но резкий толчок заставил всех проснуться. Еще один толчок заставил меня выглянуть в иллюминатор. То, что я там увидел, дополнило картину удачного отдыха. Один из двигателей загорелся и испускал языки пламени.       — Что там? — беспокойно спросил Соник.       Как только я хотел сказать, как самолет снова тряхануло. Кто-то из противоположной стороны салона прокричал, что двигатель на правом крыле загорелся. Два двигателя?! Прекрасно! В самолете началась настоящая паника.       Загорелась табличка «пристегнуть ремни». Я послушно так и сделал, что нельзя сказать об остальных.       Самолет начало трясти и в следующее мгновение отключилось электричество. Я чтобы наверняка схватился за кресло. Но чего еще не хватало, так это того, чтобы мой сосед сжал мне руку так сильно, что я аж закричал. Вырвав свою руку из схватки Соника, я принялся держаться за спинку кресла спереди.       Что было дальше, помню урывками. Вот мы врезались в воду. Темнота. Вот я пытаюсь освободиться от ремней. Темнота. Чей-то чемодан бьет мне по голове. Вновь темнота. Вот я ползу по залитому водой салону. Кто ногой бьет по больной голове. Снова темно. Вот я пытаюсь вынырнуть на поверхность. Не хватает воздуха. Темнота. Очнулся уже на желтой спасательной шлюпке. Эггман куда-то гребет. А где Соник? Странно. Голова жутко болит. Прикрыл глаза, чтобы сориентироваться. В памяти начинают всплывать картинки о крушение. Открываю глаза. Оборачиваюсь. Вижу, как хвост самолета погружается в воду. А где же Соник? С ужасом вспоминаю, что он не умеет плавать. Начинаю мотать головой в поисках. Невдалеке замечаю кого-то в спас жилете.       — Эггман глянь, — указываю на тело.       Доктор развернул шлюпку к телу и начал что есть мочи грести. Но волны поднятые от падения мешали нам подобраться ближе. Тогда я принял решение добираться в плавь. Сняв свою тяжелую обувь, я прыгнул в воду. В пару гребков я оказался рядом с телом. Схватив за спасательный жилет, я стал возвращаться назад. Эггман помог поднять тело на шлюпку. Это был Соник. Странно. Почему я не заметил это в воде? Неважно. Черт! Он не дышит! Прилажу ухо к его груди. Вроде сердце бьется.       — Нужно сделать искусственное дыхание, — Эгг прав. Если не дать ему сейчас воздуха он погибнет. Смотрю на дока.- Я это делать не буду. Личные обиды.       Делать не чего. Зажимаю ему нос. Набираю полную грудь воздуха. Делаю искусственное дыхание. Не чего. Еще раз. Безрезультатно. Начинаю делать массаж сердца. Набираю воздуха. Впускаю очередную порцию воздуха. И о чудо! Я вновь получаю по носу. Чувствую скоро такими темпами, мне его сломают. Но главное, что это неблагодарный жив. Тру нос, при этом морщусь от боли.       Соник откашливает морскую воду. Эггман гребет в неизвестную сторону. Замечаю рядом с Эггом его сумку. Подтягиваю незаметно к себе. Открываю и вижу кучу плавательных костюмов. Значит, вот на какой семинар ты летел скотина. Нахожу среди прочего хлама более сухое полотенце. Окутываю им Соника.       — Спас-сибо, — дрожащим голосом говорит он.       — Да не за что. Это вон Эгга благодари. Это он шлюпку раздобыл, — отвечаю я.       Начинает светлеть. Значит скоро рассвет. Скоро я смогу приблизительно сказать, куда мы плывем. Интересно, почему самолет упал? Случайность или злой рок? Все больше загадок, чем ответов. И то, что мы втроем сейчас плывем в шлюпке тоже не случайность. Одеваю гриндеры. Первое время плывем молча. Эггман устал, и я сменил его. Продолжаю плыть, куда плыл док. Смотрю на небо. Слева виднеется солнце. Значит, плывем на юг. Может юго-восток, пока сказать сложно. Предательски урчит желудок. Слышу что у моих спутников тоже.       — Эх, а сейчас бы были в , — мечтательно говорит Соник.- Там еда бесплатная. Желудок начинает урчать сильнее. Как же есть то хочется. Вижу у Эггмана слюнки, начинают течь. Краем глаза замечаю, как он подвигает сумку поближе к себе. Мало ли что. Но на всякий случай начинаю с подозрением смотреть на доктора.       Уже обед. Солнце поднялось достаточно высоко, чтобы обжигать наши тела. Нет сил грести, но продолжаю. Эггман время от времени поливает себя водой. К чувству голода добавилось, чувство жажди. Невыносимой жажды. Прекращаю грести и от жары плюхаюсь в воду. В следующий миг меня выудил Соник. Перед глазами круги. Падаю на дно шлюпки. Но теперь не так жарко.       Поднимаюсь к вечеру. На горизонте ничего. Это плохо. Неизвестно сколько тут ещё болтаться. Вижу, Сонику удалось сделать из наушников удочку, и он теперь старается поймать нам еду. Это хорошо. Значит, проживем еще немного. Смотрю, Эггман спит без задних ног. Значит, будет грести ночью.       — И как улов — рыболов?       — Нечего. За два часа ловли ни одной рыбешки.       — Досадно, — беру весло и начинаю грести.       Ближе к полуночи бужу Эгга и прошу меня сменить. Тот, бурча, берет весло и начинает грести. Я засыпаю быстро. Снилось будто я сейчас . В своей кровати. Как говориться: к хорошему быстро привыкаешь. Вот и я привык к кровати. Раньше приходилось спать на жестком матрасе. Почему-то вспомнился старый . Нет дома милее своего.       Проснулся оттого, что кто-то рядом ел галеты. Смотрю так это Эггман. Уже пятую пачку доедает, гнида. Толкаю в бок Соника. Тот просыпается и сонными глазами смотрит на меня. Указываю на Эггмана. Увидев то, что он жрет без них, у Соника наверняка появилось желание чем-то ударить доктора. Выискиваю и нахожу весло. Указываю на него Сонику. Тот тихо поднимается и берет весло. Привстаю и тихо подкрадуюся к Эггу. Соник рядом. Он замахивается. Удар. Этот мазила попал по мне. И также по Эггману. Доктор упал без сознания. Показываю кулак. Соник пожимает плечами.       Быстро бросаемся к сумке. Находим там десять пачек галет. Предлаю спрятать их подальше, ибо неизвестно, сколько еще дрейфовать. Соник охотно соглашается. Перепрятав галеты, ухожу спать.       Утром нас ждал большой сюрприз. Подхвачены течением, нас вынесло к вулканическому острову. Проснувшись раньше всех я первый изволил лицезреть сие чудо. Разбудив остальных, я указал на остров.       — УРА!!! — прокричали мы вместе и стали грести к берегу.