Google в помощь!

Нагачика распахнул дверь и уткнулся взглядом в знакомое с детства лицо, с недавнего времени всегда прикрытое повязкой, закрывающей один глаз. Канеки, несмотря на многолетнюю дружбу, поежился, чувствуя себя немного неуютно из-за того, что пришел без приглашения. — Эм, привет… Хиде, наконец, «отвис» из своего рассеянного состояния и расплылся в широкой улыбке. — О, здорова! Что стоишь на пороге? — блондин с настырностью русалки из сказочного фольклора затянул Кена в свою квартиру, — честно говоря, не ожидал, что ты придешь. Ты же обычно всегда предупреждаешь! — Угу… — пробормотал Канеки, чисто из профессионального любопытства оглядывая помещение. Мда… Как и ожидалось — бардак… Стоило ему прекратить наведываться в гости к другу каждый день, как тут чуть ли не паутиной все заросло! — На самом деле я ненадолго, — попробовал оправдаться брюнет, мягко противясь рукам друга, который настойчиво толкал его в свою комнату (потому что оттуда быстро уйти уже не получится), — я всего лишь хотел предупредить, чтобы ты не ходил поздно по улицам. Поговаривают, в районе какой-то псих-убийца объявился. — А ты волнуешься? — хитро улыбнулся Нагачика, но Кен не стал отрицать: — Конечно. Естественно, несмотря на частично сказанную правду, он лукавил… Ну, не мог же он сказать, мол «Хиде, появился какой-то новый гуль, обожающий жестокие убийства. Я переживаю, поэтому ты не мог бы быть поосторожнее, пока моя компашка с ним не разберется?» Конечно, нет. — О, а давай я сделаю тебе кофе, как ты любишь? Я специально даже турку купил! Кен открыто улыбнулся, чувствуя, как в груди разливается приятное тепло, и положительно кивнул. — Я сейчас! — вылетел из комнаты неиссякаемый заряд энергии и буквально через мгновение из кухни послышались звуки, как будто там кашеварит, как минимум, батальон таких как Канеки. Кен хихикнул и, понимая, что Нагачика поймал его в свои загребущие ручонки и он тут надолго, остановился в середине комнаты. Думая, чем занять себя на то время, пока Хиде что-то творит в соседнем помещении, он огляделся вокруг. Его взгляд зацепился за раскрытый ноутбук, на сияющем рабочем столе которого расположилась какая-то модель в купальнике. Решив покопаться в интернете, Кен подошел к незаменимому гаджету и открыл браузер, уже собираясь вбить запрос в поисковую строку, но так и замер с нависающими над клавиатурой руками. Окно, загрузившись, раскрылось, являя сероглазому взору кучку стопочек-поисков, которые, судя по всему, Хиде не посчитал нужным закрыть, когда услышал звонок в дверь. Но не это сковало движения парня, а осознание смысла первой строчки бросившейся в глаза: «Гули» Сердце, казалось, сделало кульбит, но потом успокоилось, решив, что это просто обычное любопытство Хиде ко всему запретному. Но чем дальше читал юноша, тем больше понимал, что это не так… «Можно ли стать гулем» «Физиология гулей» «Что такое кагуне» «Что такое какуган» «Почему гули не едят человеческую пищу» «Как признаться в чем-то важном» От каждой новой прочитанной строчки Канеки чувствовал, что у него пустеют легкие. Подоплека данных вопросов быстро пришла в голову, но отказывалась формироваться в четкое выражение, ведь это означало бы, что… Что!.. — Канеки, я все! Хиде замер, увидев дрожащую фигуру друга у монитора. Догадка сразу пришла в сознание, и блондин мигом помрачнел. Он молча подошел и подсел к Канеки, выдохнув: — Тебе не надо больше при мне впихивать в себя человеческую пищу. Кен вздрогнул, словно отошел ото сна, и перевел удивленный взор на лицо друга, глаза которого, казалось, лучились пониманием. — Я видел, что ты ешь без удовольствия, но не думал, что это для тебя вредно… А вот недавно узнал, — он махнул головой в сторону раскрытого ноутбука, всем видом показывая, откуда он выкопал подобную информацию. Кен, однако, все еще молчал, невидяще рассматривая развалившегося на стуле Хиде, который тем временем продолжал: — Так, давай для начала усвоим главное правило, — Нагачика пододвинулся, внушающе оглядывая Канеки, — меня ты НЕ ешь ни при каких обстоятельствах. Если бы Кен был сейчас в здравом уме, он бы, наверное, закашлялся от подобного заявления. — Почему… Почему ты… — слова застревали в сжавшемся горле, отказываясь формироваться в подобающее для студента литературного предложение, и он прокашлялся, — почему не… — Бегу? — предположил Хиде, хмыкнув, и до наивности честно добавил, — А смысл? Бежать от гуля, если он уж решил тебя съесть — бесполезно. Канеки опустил взгляд на вспотевшие ладони. — Я не хотел тебя… — Я знаю. В комнате повисла тишина. Было слышно, как за тонкими стенами квартиры кипит жизнь: неразборчивые голоса людей тонули в гуле проезжающих машин. — Ничего не скажешь мне? — серьезно спросил Нагачика, которого стало напрягать возникшее молчание. Казалось, он слышал, как сглотнул Канеки. — А что я должен сказать? — Ну, даже не знаю! — саркастически воскликнул Хиде, — Может, расскажешь о своих чувствах, переживаниях! В конце концов, Кен, мы же лучшие друзья! Меня не волнует то, что ты сменил рацион питания! Брюнет резко поднял на блондина возмущенный взгляд, чему Нагачика обрадовался — все же это намного лучше той постной мины. — Рацион?! Какой к черту рацион?! Почему ты так просто к этому относишься?! — Кен подскочил, словно больше не мог прятать эмоций и приложил пальцы ко лбу, уже тише добавляя, — знаешь, что я пережил… — В том-то и дело, что не знаю! — Хиде словно от обиды вытянул губы, — ты ведь мне ничего не рассказал… Кен застыл, пряча глаза. — Ты все слишком упрощаешь… Причина того, что я молчал не только в том, что я боюсь сорваться или того, что ты… Не принял бы меня. Это опасно для тебя же в первую очередь. Если кто-то узнает… — Никто не узнает, — твердо перебил Нагачика, смотря на друга глазами, в которых бетонной стеной стояла уверенность, которой Кен тоже словно заразился. Иначе откуда еще взялось такое огромное облегчение? — Так ты будешь пробовать мой кофе? — блондин вернулся к своему обычному состоянию, — я сейчас принесу! Тех пары секунд, во время которых Нагачика отсутствовал, Канеки хватило, чтобы привести мысли в порядок. Нет, правда, и что он волнуется? В конце-то концов, Хиде ведь не маленький и понимает всю серьезность положения! — Ну, так что, покажешь мне свое кагуне? Или нет… — Хиде! — Что? А какуган? Да, и нечего на меня смотреть такими удивленными глазками! Я много в интернете вычитал! Канеки мысленно хлопнул себя по лбу от непосредственности лучшего друга, а после принял из его рук дымящийся напиток, прикладывая к своим губам край горячей кружки. — Ну? — Хиде подался вперед, ожидая вердикта. — Честно? Гадость. Тебе еще учиться и учиться… — Ну, блин! — блондин насупился, но, несмотря на это, он не казался сильно расстроенным. Парни переглянулись и совершенно синхронно их губы сами расплылись в понимающих улыбках. Связь между ними стала ещё крепче.