Слабость.

День для Сакуры начался самым наилучшим образом. Стрелки часов медленно приближались к отметке шесть, а солнце уже встало и нагло светило в глаза проснувшейся девушке. Рано, но для ниндзя-медика в самый раз. Правда проснулась она не от звонка надоедливого будильника, а от негромкого стука в окно. Улыбнувшись, девушка быстро подошла к подоконнику и раздвинула шторы, ни чуть не удивившись стоящему на узком карнизе сенсею. Да, в гости к своей бывшей ученице вновь пожаловал господин Копирующий. Лучи утреннего солнца играли в его серебристых волосах и Сакура невольно засмотрелась на стоящего за стеклом мужчину. Пусть он и не эталон красоты, но для неё самый лучший. — Здравствуй, Сакура, — негромко сказал он, дождавшись, когда, наконец, девушка впустит его в свою маленькую, но довольно уютную комнату. Сев на своё привычное место, подоконник, Хатаке вновь посмотрел на свою бывшую ученицу, стараясь не засмеяться. Утренняя Сакура такая милая и домашняя, что копирующий едва ли мог каждый раз бороться с желанием крепко прижать её к себе и зацеловать до потери сознания. Чёрт возьми, Сакура, что же ты делаешь? .. — Рада вас снова видеть, Какаши-сенсей, — немного смущаясь, произнесла Сакура, пытаясь не смотреть в эти глубокие чёрные глаза, которые и так каждую ночь снятся ей. Даже сквозь привычную синюю маску она видела его улыбку. — Не думала, что ты придёшь так рано. Что-то случилось? — Знаешь, по-моему мой приход по утрам уже стал нашей маленькой традицией, — усмехнувшись, ответил он, протягивая ей букетик полевых цветов, который до этого бережно держал в руке. Красивый, да ещё и собранный самим Какаши. Подарок небольшой, но и это очень приятно. — Красивые, — прошептала она, на пару секунд отвлекаясь от первоначальной темы разговора. - Эй! Не смей уходить от заданного вопроса! — Что ты хочешь от меня сейчас услышать? — вздохнув, спросил Хатаке, резко меняясь в лице. Из безнадёжного романтика он резко превратился обратно в серьёзного джоунина деревни скрытой в листве. Ей это не нравилось. Он не должен быть таким. Только не с ней, но правду хотелось услышать все больше. — Правду, — тихо, словно боясь спугнуть, ответила Сакура. Медленно она приблизилась к сидящему на подоконнике мужчине. В глазах волнение и нежность. — Просто скажи мне правду. — Через двадцать минут я отправляюсь на задание, — нехотя выдал Какаши, опуская глаза в пол. Не хотелось говорить ей, опять же будет волноваться по пустякам. — Ты только вернись живым, ладно? — попросила Сакура, слегка дрожащими руками стягивая с сенсея маску и нежно касаясь своими губами губ мужчины, несильно кусая нижнюю. — Вернусь, — произнёс он и быстро покинул помещение, не забыв натянуть обратно свою маску. Прижимая к себе букетик полевых цветов, Сакура села обратно на кровать. Рядом с этим мужчиной она всегда улыбается. Рядом с ним ей всегда хорошо и спокойно. Команда номер семь совсем распалась. Война закончилась внезапно. Саске так и не вернулся в команду, да и саму деревню покинул, Сай вместе с Ямато вернулись в Анбу, Наруто выполняет задания вместе с командой Ли и Тен-тен, после гибели Нейджи он решил перевестись к ним, так как своей команды у него больше не было. Какаши-сенсей перешёл на одиночные миссии, а Сакура… Она продолжила свою работу в госпитале. Прошло уже чуть больше года после окончания войны и около трёх месяцев с того дня, как Копирующий признался Харуно в симпатии. Сакура до сих пор отлично помнила тот с виду самый обычный день. Ещё совсем недавно в Конохе зацвела сакура. Ветер разносил розовые лепестки по улицами деревни, а в парке под высоким деревом стояли двое. Мужчина и молодая девушка. Ему тридцать три, ей двадцать. Они хорошо смотрелись вместе, даже не смотря на довольно большую разницу в возрасте. На лице девушки играл яркий румянец. Мелко трясущиеся руки выдавали её волнение. Да и он тоже заметно волновался, не каждый же раз ты признаёшься в любви девушке, которая младше тебя на добрый десяток. — Знаешь, Сакура, это так для меня непривычно… — негромко сказал мужчина, поправив протектор, который, в общем-то, и не спадал. Но стоило чем-нибудь занять себя, чтобы не сорваться и не сказать лишнего. Тяжело, даже для него. Все считают его сильным, а так ли это на самом деле? Он ведь тоже человек и умеет чувствовать, как и другие. Даже у таких замкнутых людей есть свои маленькие слабости. Одна такая сейчас стоит перед ним, переминаясь с ноги на ногу. — Говорите прямо, Какаши-сенсей, — смущённо улыбнувшись, потребовала она, мысленно удивляясь собственной наглости. Тонкие пальчики нервно теребили подол нежно-розового платья. — Ты нравишься мне, как женщина, — после недолгого молчания ответил он, стараясь не смотреть в её большие зелёные глаза. Девушка удивлённо посмотрела на своего «сенсея». Она чувствовала странную пустоту и лёгкость. Атмосфера между ними стала какой-то напряжённой. Харуно видела его волнение, да и сама заметно волновалась. Учитель всё-таки. Взрослый мужчина, а она совсем не опытна и юна.  — Зачем вы мне все это говорите? — неожиданно для себя спросила девушка. Смущать мужчину ей не хотелось, обижать тем более, но это получилось само собой.  — Просто потому, что хочу, чтобы ты это знала, — нехотя признался Хатаке. — Я устал от этих непонятных мне чувств. Я не жду от тебя взаимности, но и не хочу, чтобы ты меня отталкивала. Сакура видела, что ему не по себе, да и сама она чувствовала себя не слишком хорошо. Харуно не совсем понимала, что чувствует к нему. Он уже не ее учитель, скорее близкий друг или чуть больше. Она не любит его, но многим ему обязана. Сколько уже раз этот мужчина спасал ей жизнь. Он сильный, умный, симпатичен, уважаем в Конохе, да и в других странах довольно известен. Может, всё-таки стоит попробовать? Пусть между ними ощутимая разница в возрасте, но вряд ли это бывает огромной помехой. Но все же… -Я не думаю, что смогу ответить вам взаимностью, — ответила Харуно, коснувшись тонкими пальчиками его руки. Теплая. Нет, горячая, а ведь по нему и не скажешь. — Во всяком случае, дайте мне время все обдумать. — Значит, мне лучше уйти, — тихо сказал мужчина, медленно отступая назад. В глазах привычный холод и пустота, пальцы стремительно холодеют и Сакура это отлично почувствовала. Мгновение и он ушел, оставив ее одну в парке. Внезапно стало как-то тихо и одиноко. Она стояла на том же месте не в силах пошевелиться. Войдя в свою квартиру, он тяжело вздохнул, стянул с себя жилет и водолазку. Провел рукой по лицу, снимая дневное напряжение. Работа. Ему срочно нужна миссия. Стоит отвлечься, но ее отказ постоянно всплывает в его голове, отравляя все больше. Он знал, что не нужно было торопиться, она ведь еще совсем ребенок. Дурак, стоило повременить, а не рубить с плеча. Нужно было ее как-то подготовить, но… — Поздняк метаться, — прошипел Хатаке, открывая дверцу холодильника. Окинув взглядом скудное содержимое, он налил себе стакан сока. Холодный. Желудок громко завыл от недостатка пищи, и мужчине всё-таки пришлось достать тарелку с овощным салатом. Еда совсем не лезла в рот, но организм требовал восполнить запас энергии. Какаши не переставал думать о своей ошибке. Вряд ли этот нелепый случай так быстро забудется. Слова девушки еще долго будут крутиться в его голове перебивая все остальные мысли. Закончив с едой, он надел форму обратно и поспешил к хокаге. Стоило получить очередное задание и немного развеяться. Слишком много всего произошло за этот небольшой промежуток времени. Тем временем Сакура немного пришла в себя и вернулась домой. Настроение у девушки было ни к черту. Её мучали тяжёлые раздумья. Признание сенсея было столь внезапным, что куноичи даже не успела ничего сделать. Ей нужно все хорошенько обдумать, только бы Какаши не расценил это как отказ. Час от часу не легче. Холодный душ помог немного привести мысли в порядок. Харуно уже всерьёз начала думать над тем, чтобы просто попробовать. Чёрт, а ведь раньше все было так просто, а сейчас… А про сейчас и говорить нечего. Она запуталась. Выключив воду, она осторожно вылезла из ванны, оборачивая тело полотенцем. С длинных розовых волос куноичи стекала вода. От резкой смены температуры по её телу побежали мурашки. Закрыв глаза, девушка медленно сползла по стене на холодный кафельный пол. Обняв себя за плечи, она вновь вернулась к размышлениям. Саске уже никогда не вернётся в деревню, а даже если и вернётся, примет ли он её чувства, да и те ли они будут. Сакура давно поняла, что её чувства к «мстителю» изменились. Она перестала постоянно узнавать о нём новости и радоваться этому, как ребёнок новогодней ёлке. Она изменилась. Повзрослела. Признание Какаши-сенсея сильно озадачило девушку, но она была действительно рада. Одно дело, жить и думать, нужен ли ты хоть кому-нибудь, другое, знать, что есть на свете человек, которому ты дорог. Сенсей тоже был ей очень дорог, но скорее как друг. От размышлений Харуно отвлёк настойчивый стук в дверь. Девушка уже знала, кто стоит за дверью, поэтому пропустила гневный вопль мимо ушей. Сейчас у неё были дела поважнее, чем выслушивать ругань. Надев короткий тёмно-зелёный халат, девушка вышла из ванной комнаты. Не успела она дойти до своей комнаты, как почувствовала, что мама схватила её за руку. — Пойдём в гостиную, поговорим, — сказала женщина. Сакуре ничего не оставалось, как согласно кивнуть и идти следом, смутно догадываясь о теме разговора. Девушка очень боялась, что речь пойдёт о её личной жизни. Женщине давно не нравилось отсутствие у дочери молодого человека. Если постоянно работать, то о создании семьи и рождении ребёнка можно благополучно забыть. — Сакура, расскажи мне, пожалуйста, что с тобой происходит? — попросила женщина, дождавшись, когда дочь сядет в кресло. От её глаз не укрылсь, как изменилось лицо куноичи, правда длилось это всего лишь пару секунд. — Ничего, — как ни в чем не было ответила девушка. — Со мной все в порядке… Честно. — Девочка моя, если ты сейчас сама все не расскажешь, то я всё узнаю самостоятельно. И тогда сама наведаюсь к виновнику твоего странного поведения. Последний аргумент возымел своё действие. На лице девушки отразилось целая гамма чувств. С одной стороны, она не хотела рассказывать ей о признании, но, зная свою мать, не хотела подставлять сенсея. Куноичи отлично знала, что их встреча не осталась кем-то незамеченной. Какой-нибудь прохожий точно видел их в парке, просто нужно узнать кто именно, а мама Сакуры хорошо умела их находить. — Мам… — замялась девушка, теребя тоненькими пальчиками край халата. — Понимаешь… Сегодня один человек признался, что влюблен в меня… Но я не могу принять его чувства. — Разница в возрасте это не главное, — бросила женщина, закидывая ногу на ногу. Она старалась не смотреть на удивленно- испуганное лицо дочери. — Я видела тебя вместе с Хатаке сегодня в парке, но не стала вмешиваться. — Мам… — Послушай, Сакура, — серьёзно сказала она. — От того, что ты, как верная собачонка, ждёшь своего Саске, лучше никому не будет. А Какаши хороший мужчина. За шесть лет, что вы провели бок о бок, он единственный, кто заботился о тебе. Вспомни, кто был рядом с тобой, когда ушёл Саске? Кто помогал тебе, когда Наруто начал тренироваться с Дзирайей? — Мам, но он же в первую очередь мой друг и учитель… Так же нельзя и… — Он давно уже не твой учитель, — перебила её мать. — Сакура, подумай хорошенько. Откажешься от него сейчас, когда он сам лежит у твоих ног, то его тут же приберёт к руками другая, но вот будет ли он счастлив с ней? Такие, как Какаши, любят один раз и если он полюбил тебя, моя девочка, то лучше хорошенько подумай, прежде чем отпускать такого мужчину. — А если ничего не получится? — спросила Сакура, закрывая лицо руками. — Ничего страшного. Поверь, все будет хорошо. Услышав эти слова, куноичи засмеялась. Возможно, если она не будет себе постоянно накручивать, то они смогут быть вместе. *** Этим же вечером Сакуру вызвали в госпиталь. Было слишком много работы и дежурная группа медиков не справлялась с таким объёмом. Занимаясь бумагами, Харуно не могла перестать думать о своём бывшем сенсее. Хотелось прямо сейчас броситься к нему и рассказать о своём решении, но нельзя. Сначала нужно закончить работу. Хатаке от неё сегодня уже никуда не денется, а бумаги нужно сдать уже в ближайшие часы. Спустя два часа, Сакура уже направлялась к дому своего сенсея. На Коноху уже опустилась ночь, на небе зажглись первые звезды. Значительно похолодало, поэтому девушке пришлось ускориться. — О, привет, Сакура-чан! — услышала весёлый голос идущего ей на встречу Гай-сенсея. — Здравствуйте, Гай-сенсей, — поздоровалась Харуно и хотела уже пройти мимо, как её остановил вопрос мужчины. — Куда же ты так спешишь? — Мне нужно серьёзно обсудить кое-что с Какаши-сенсеем по поводу его… эм… обследования, — соврала Сакура, заметив недоверчивый взгляд вечного соперника своего «учителя». — Мы недавно проводили обследования и нашли некоторые незначительные отклонения… — Какаши сейчас на миссии, — улыбнувшись, ответил Гай. — Должен вернуться рано утром. — Спасибо, что предупредили, — поблагодарила Харуно, продолжая идти к дому Хатаке. Всё-таки она решила дождаться его возвращения. Квартира джоунина была как обычно не заперта. Зайдя внутрь, девушка искренне удивилась идеальной чистоте. Почему-то ей всегда казалось, что у учителя нет времени на уборку. Оставив обувь в тесной прихожей, она осторожно прошла на кухню. Мало ли какие сюрпризы могла таить в себе квартира одного из сильнейших шиноби. В холодильнике было шаром покати, поэтому Сакуре пришлось вновь обуваться и идти в магазин. Наверняка он вернётся голодным, как волк. Смешно, но она хотела позаботиться о нём. Быстро купив продукты, Харуно постаралась незамеченной вернуться в его квартиру. Разложив купленное по местам, Сакура бросила взгляд на настенные часы. Час ночи. Какаши должен вернуться в шесть, значит в запасе у неё есть ещё пять часов. Девушке безумно хотелось полностью увидеть его квартиру. Решив, что ничего плохого в этом нет, она прошла в небольшую гостиную. На столике ровной стопкой лежали различные журналы, мебель в комнате была совсем старая, даже протертая в некоторых местах. Больше всего внимание куноичи привлёк слишком большой для такой маленькой комнаты книжный шкаф. На его узких полках стояли множество книг в тёмных перелётах, такие как: «смерть настоящего шиноби» и прочие произведения такого содержания. Рядом с известной всем серией эротических романов «Райские игры» стояли не менее известные произведения: «Записки у изголовья», «Драгоценная шкатулка для гребней », «Непрошенная повесть », «Дневник путешествия из Тоса», «Повесть о старике Такэтори» и многие другие книги из японской классики. Всё-таки у Хатаке странные вкусы, но об этом немного позже, ведь внимание девушки привлекла другая очень интересная вещица, фотоальбом. Взяв его в руки, Сакура осторожно открыла на первой странице. Совсем старая фотография. Свадебная. Видимо, это его родители. Стоило признать, что у Какаши очень красивая мама. Длинные каштановые волосы уложены в сложную причёску, а красивое белое кимоно подчёркивало тонкую фигуру девушки. Родинка на подбородке выглядела очень мило и ничуть не уродовало симпатичное личико невесты. А вот мужчина являлся просто копией учителя, только без маски. Было видно, что им не больше двадцати пяти лет. Оба выглядели такими счастливыми. Улыбнувшись, Сакура перелистнула страницу. Теперь пошли детские фотографии самого Какаши. На первых страницах он выглядел обычным счастливым ребёнком, в глазах живой огонёк и даже через маску было видно, что он улыбается. После этих шли совсем другие снимки. На них он выглядел одиноким, пустым, потерянным. Огонёк в глазах потух, да и улыбки больше не было видно. Смерть отца слишком сильно его изменила. Перелистнув страницу, Сакура скользнула взглядом по снимкам его команды. Между ними было нечто общее с командой номер семь. Сакура заметила это сразу и, не придав особого значения, вновь перелистнула страницу. Двадцатилетний учитель в форме АНБУ, стоящий рядом с капитаном Ямато, был невероятно привлекателен и даже… сексуален. Странно признавать, но эта одежда и лисья маска шли ему куда больше, чем стандартная джоунинская форма. Последние фотографии были с командой номер семь. Не желая предаваться воспоминаниям, Сакура захлопнула альбом и поставила его на то же место. Бросила взгляд на часы. Десять минут третьего. Размяв затекшие конечности, она плавно перебазировалась в его спальню. Совсем маленькая комната. Старая кровать, тумбочка, узкий шкаф с одеждой и письменный стол. К огорчению Сакуры в помещении больше ничего не было. Зевнув, девушка села на кровать и решила прилечь на пару минут. Только голова коснулась мягкой прохладной подушки Сакура уснула. Вернувшись с миссии рано утром, Хатаке сразу же заметил присутствие в доме постороннего человека, и дело даже не столько в чакре, сколько в стоящих в прихожей босоножках. Мягко ступая по старому дощатому полу, Какаши прошел в свою комнату, по пути осматривая другие помещения. Эх, зря он в этот раз не стал закрывать дверь на ключ. Хатаке сильно удивился, когда увидел спящую на своей кровати «маленькую» куноичи. Длинные волосы разметались по подушке, а сама она свернулась в позе эмбриона, уткнувшись лицом в стену. Полюбовавшись ею пару секунд, Копирующий осторожно накрыл гостью одеялом, а сам ушёл в гостиную, предварительно достав из шкафа плед. Только мужчина смог удобно устроиться на диване, как сразу уснул. Все же усталость брала своё. Проснулся Хатаке только спустя пять часов. Лёжа на диване он почувствовал вкусный запах еды, исходящий из кухни. Встав на ноги, он, слегка пошатываясь прошёл в помещение. На секунду квартира показалась ему по-домашнему уютной, впервые за долгие годы. На кухне в белом фартуке хозяйничала Сакура. На сковороде шипела яичница, в турке варился ароматный кофе. Настоящая домашняя идиллия. — Вы уже проснулись, сенсей? — ласково спросила она, поставив на стол две тарелки и чашки. — Ну да, как видишь, — ответил он. — А что ты тут делаешь, Сакура? — Вчера хотела сказать вам, что мы можем попробовать начать отношения, — совершенно спокойно произнесла она. — Но вы ушли на миссию, поэтому я решила остаться у вас дома. — А сейчас? — Что сейчас? — переспросила куноичи. — Сейчас ты готова попробовать? — А разве то, что я сейчас стою на твоей кухне и готовлю нам завтрак, тебе ни о чем не говорит? — Говорит, — усмехнулся он, смотря, как девушка ловко перекладывает яичницу на тарелки. Это утро Хатаке явно запомнит надолго. *** Тишину в комнате нарушил громкий стук в дверь. Спохватившись, Сакура бросилась к двери, чтобы открыть. В коридоре стояла мама. По выражению лица женщины было видно, что она в крайней степени раздражена. Только она хотела разразиться гневной тирадой, как увидела в руках дочери букетик цветов. — Принести вазу? — Да, пожалуйста, — ответила Сакура и, закрыв дверь, поспешила переодеться. Потом, поставив цветы в вазу, спустилась вниз. Отца дома уже не было. — Какаши приходил? — с улыбкой спросила женщина, наблюдая за реакцией дочери. — Ага… Он сегодня ушёл на миссию. — Дальше можешь не говорить, — прервала она поток слов. — Не волнуйся за него. Он сильный. — Я знаю… — сказала Сакура, поставив тарелку в раковину. Обувшись, девушка поспешила на работу. Сегодня было слишком много дел, а на вечер у неё были свои грандиозные планы. Они встречались уже больше трёх месяцев и девушка решила, что в их отношениях не хватает близости. Она видела, как он каждый раз сдерживается, чтобы не позволить себе лишнего. Харуно сильно боялась и волновалась по поводу этого, но знала, что если не будет настойчивости с её стороны, с его стороны этой настойчивости точно не будет. А Сакуре хотелось быть к нему ближе. За эти три месяца она действительно полюбила его. Харуно уже начало раздражать, что кроме поцелуев он ничего себе не позволял, поэтому решила взять это дело в свои руки. Закончив с работой в госпитале, Сакура поспешила в квартиру Хатаке. К ней домой он может и не заявиться, а уж у себя дома появится наверняка. Ворвавшись внутрь, Сакура решила первым делом прибраться в квартире и принять душ. До возвращения джоунина осталось не так много времени, но ей должно хватить. Щелкнул замок и в квартиру вошёл уставший мужчина. Он сразу заметил присутствие Сакуры, что его даже не удивило. — Я приготовила ужин, — сказала она, выйдя ему навстречу. — Переоденься и иди есть. — Хорошо, — ответил он и, взяв из шкафа чистую одежду, направился в ванную. Во время этой миссии он успел изрядно изваляться в грязи. Раздевшись, Какаши бросил вещи в корзину для белья, включил воду и встал под душ. Горячие струи ласкали его уставшее тело, расслабляя и успокаивая. Смывая с кожи засохшую кровь и грязь, Хатаке вспомнил, что на кухне сидит Сакура, а в таком состоянии, как сейчас, он вряд ли сможет себя нормально контролировать. А пугать её ему не хотелось. Выключив воду, мужчина насухо вытерся и, одевшись в приготовленную одежду, прошёл на кухню. Горячий ужин уже стоял на столе и ждал, пока его съедят. Только сейчас Хатаке до конца осознал насколько голоден. Сев напротив Сакуры, он заметил стоящую на столе бутылку дорогого красного вина. Мужчина отлично знал, что должно последовать за этим. За свои тридцать три года у него был довольно-таки большой сексуальный опыт, но мысль о том, что это будет с Сакурой немного его пугала. — Откроешь? — чуть краснея, улыбнулась девушка, взглядом указывая на бутылку. Он видел, как взволнована его маленькая куноичи. Дурочка, что же она делает? .. Как бы не пожалела потом. Нервно сглотнув, Хатаке открыл бутылку и разлил тёмную жидкость по бокалам. Сакура поднесла свой ближе к лицу. В нос сразу ударил резкий запах алкоголя. В полном молчании оба сделали небольшой глоток и приступили к ужину. Сакура ужасно волновалась. Если бы пару лет назад кто-то сказал ей, что её избранником будет Какаши-сенсей, а не обожаемый Учиха, то Харуно рассмеялась бы ему в лицо. А теперь она и в правду сидит на кухне Копирующего ниндзя и пьёт с ним вино, думая, как же намекнуть мужчине, что пора бы ему уже начать действовать. Но вот Хатаке что-то не спешил. — Сакура, ты точно уверена в том, что хочешь сделать? — спросил Какаши, отставив в сторону пустую тарелку. Сакура молча вышла из-за стола и, взяв мужчину за руку, провела его в спальню. Она обняла его за шею, прикоснулась губами к его губам. Какаши положил руки ей на талию, протянул к себе. Поцелуи их были осторожными, нежными. Рука его поднялась, коснулась её майки, затем замерла. Она схватила его запястье и прижала ладонь к своей груди. Сакуре казалось, что в комнате стоит невыносимая жара, и когда пальцы Какаши коснулись влажной кожи над бюстгальтером, Харуно почувствовала, как они скользят. Хатаке шагнул вперёд, увлекая девушку в постель. Когда ноги её коснулись края кровати, она медленно опрокинулась навзничь, потянув мужчину за собой. Пока они падали, Сакура прижала его к себе крепче и, сделав резкое движение, к удивлению Какаши, уселась на него. Они снова устремились друг к другу, и она ощутила на языке едва заметный вкус вина. Сакура почувствовала, как напряжены мышцы его груди и живота, когда он запрокинул голову, прикусил нежную кожу её шеи. Куноичи слегка отодвинулась и начала расстёгивать его рубашку. Стащив с девушки майку, Хатаке одной рукой расстегнул переднюю застёжку на её бюстгальтере. Их влажные от пота тела прижались друг к другу. Она протянула руку к его поясу и расстегнула ремень. Затем молнию брюк. Какаши стиснул её в объятьях. Сердце бешено колотилось у неё в груди от напряжения и возбуждения. Могучая волна обрушилась на Сакуру, затем отхлынула и унесла с собой все сложные, запутанные чувства и опасения с которыми она боролась. Страсть захватила их обоих, и так они яростно двигались, ласкали, кусали друг друга, охваченные жаждой, которую нужно было удовлетворить во что бы то ни стало…