«Разбит артефакт, И сменились лета. И снова ребенком стала она. Забыла про все, что случилось с ней в там, И снова случился новый бедлам, В котором жила целых лет эдак пять, Но вот незадача, пришла старуха опять, А девочку эту с собой забрала. Но время придет, и вернутся лета, И время расставит все на места И обо всем снова вспомнит она. Как вспомнит, так пусть побыстрее решит, Как захочет прожить она новую жизнь. Если захочет вернуться в тот день, То пусть проживет здесь положенный срок. Если захочет оставить все так, То пусть мне найдет другой артефакт. Тот артефакт запрятан в тени, Только маг смерти способен найти. Много еще не решено, Все ответы найдутся в издании Шато».
А дальше обволакивающий туман увлек Гроттер в свое царство. Второе пробуждение оказалось намного неприятнее первого. У девушки все болело. Руки отказывались повиноваться. Через силу разлепив глаза, Таня начала оглядываться по сторонам. Это явно была не ее комната. Первый вопрос, возникший в голове у сиротки: «Где я?». Затем она вспомнила ночь, проведенную вместе с любимым. Но дальше память подкинула ей картинки, где она вместе с Ванькой ходила в берлогу к Тарараху. Непонятное чувство нахлынуло на Гроттер. И тут в голове всплыли строчки пророчества. Из них Гроттер поняла только то, что если она хочет остаться с Бейбарсовым, то ей нужно найти какой-то непонятный артефакт. (Все дело в том, что кто-то намерено заблокировал все воспоминания девушки о прошлой жизни, оставив только предчувствие и строчки пророчества.) Таня медленно встала и осмотрелась. Это была комната некромага, но не ее. «Хотя почему я решила, что являюсь некромагом?» - Подумала девушка. Парня в комнате не было. Не найдя своего топа, сиротка без зазрения совести залезла в шкаф с вещами парня и вытащила первую попавшуюся рубашку. Быстро нацепив недостающую деталь одежды, Таня смылась из комнаты. С того знаменательного дня прошла неделя. Таня старалась не попадаться Бейбарсову на глаза и всячески избегала встреч с ним. Да и Глеб не искал встречи. «Добился, чего хотел и остыл. А ведь академик предупреждал.» - думала сиротка. Все вернулось на круги своя. Девушка может быть и забыла бы обо всем, и прожила бы свою жизнь по старому сценарию, но каждую ночь к ней приходил посланец и напоминал о времени, которое осталось до возвращения. Куда предстояло вернуться, Гроттер так же не знала. Вопросов становилось все больше и предчувствие требовало заняться эти в плотную. - Поговори с Глебом, - прошелестел тихий голос. - Кто здесь? - Таня порывисто обернулась. - Поговори с Глебом. - Это не смешно, - слезая с подоконника, проговорила сиротка. - Поговори с Глебом, - донеслось уже с другого конца комнаты. - Да не буду я с ним говорить, - выкрикнула Гроттер в пустоту. - С кем это ты говорить не будешь? – в комнату зашла Гробыня. - Да так, - отмахнулась сиротка и вышла. «А чего я теряю?» - задалась вопросом драконболистка и направилась к комнате некромага. Прошу прощение за такую задержку и за не отредактированную главу, моя бета пропала, а новой не появилось.Глава 9.
8 августа 2013 г., 18:34
Воспоминания
ОТБЕЧЕНО
Таня сидела в своей комнате и невидящим взглядом смотрела в окно. На улице стояла противная осенняя погода, когда все листья уже облетели, а снег еще не выпал. Мелко моросил дождь, а свинцовые тучи делали пейзаж еще более хмурым, но ничего этого сиротка не видела. Перед ее взором стояла совсем другая картина, произошедшая неделю назад.
Девушка сидела на подоконнике и смотрела на угасающий закат. Краски постепенно становились темнее, меняясь от нежно-розового, до кроваво-красного, а затем плавно перетекали в темно-фиолетовый. Когда солнце скрылось за горизонтом, небо стало совсем черным, но всю черноту разбавляли звезды, которых в эту ночь на небосклоне было много. Дверь открылась, и в комнату вошли. Таня даже не обернулась. Она знала, кто навестил ее. Парень медленно подошел. Девушка, не говоря ни слова, откинулась назад. Он подхватил ее на руки и перенес на кровать. Таня улыбнулась. Она не ошиблась – это был Бейбарсов. Глеб наклонился и властно поцеловал ее. Первые мгновения Гроттер колебалась. Парень уже начал отстраняться от девушки, но тут сиротка откинула все сомнения и притянула Бейбарсова. Вскоре Таня попрощалась со своим черным топом. Прикосновения Глеба обжигали кожу. Таня все еще возилась с пуговицами на его рубашке, которые никак не хотели поддаваться, а парень уже избавил девушку от лифчика. Его руки начали ласкать грудь. Она вздрогнула от накатившейся волны наслаждения. Поцелуй заглушил стон, рвавшийся наружу. Последняя пуговица сдалась под напором сиротки, и несчастная рубашка полетела к уже поджидавшим ее вещам девушки. Глеб медленно спустился к груди девушки и провел языком по ее затвердевшему соску, Таня застонала от удовольствия, но расстегнуть штаны парня все же смогла. Бейбарсов продолжил медленно спускаться ниже. Он уже почти избавил сиротку от шорт. На секунду он оторвался от тела девушки и посмотрел в глаза, в которых ясно увидел страсть и желание. Воспользовавшись моментом, Таня избавила его от джинсов и, соблазнительно ему улыбнулась. Парень избавил девушку от последних деталей гардероба и провел языком по внутренней части бедра. Новая волна страсти накатила на Гроттер и она изогнулась ему на встречу. Когда же последняя преграда между ними была снята, парень, не медля не секунды, вошел в нее. Девушка закричала, резкая боль впилась в сознание, но затем сменилась наслаждением, Таня подалась вперед, и Глеб задвигался в ней.
Сколько длилась эта изощренная пытка Таня не знала, но с удовольствием повторила бы все. Хотя один неприятный момент она все же убрала бы, но сделать уже ничего нельзя. Наутро она проснулась и довольно улыбнулась. В данный момент она чувствовала себя самой счастливой на свете, рядом с ней лежал ее любимый… НЕКРОМАГ.
Воспоминания навалились на нее все сразу. Девушка закричала от боли и схватилась за виски. Перед ее взором мелькали картинки. Картинки ее прошлой жизни, в которой Глеб умер, а Ваня ушел к Зализиной. Слезы полились из глаз. Таня не видела ничего вокруг. Она не чувствовала мягких прикосновений Глеба, разбуженного ею. И вот последняя картинка уплыла во мрак, а на ее месте послышался тихий шепот. С ней говорил дух, вырвавшийся из разбитого артефакта.