Привязанность

Я слышала раньше, что такое бывает… Когда девушка влюбляется в своего мучителя, но никогда не думала, что буду одна из этих сумасшедших. В этом страшно признаться… Страшно даже для самой себя. Человек, лежащий сейчас рядом со мной — психопат, социопат и убийца. И сколько бы в нем не проявлялись нормальные человеческие качества, он всегда будет таким. Это и есть он, в этом его суть. Он не испытывает жалости или сочувствия. Ему не нужны друзья, семья и уж тем более не нужна девушка…не нужна любовь. Любые отношения с ним никогда не будут чем-то нормальным, чем-то хорошим. То, что происходит сейчас - губительно… И в первую очередь, это губительно для меня. Он, несомненно, будет делать мне больно, а временами, очень больно, и я не знаю, как поступить, потому что не имею ни малейшего понятия, как сбежать от самой себя и, вообще, возможно ли это.

***

Сновидения... Сколько всего они могут рассказать о нас? Сколько всего они могут рассказать нам...? Ночь. Я бегу по лесу. Вокруг никого. Слышно лишь чей-то голос за моей спиной и шаги того, кто вот-вот меня настигнет. Я продолжаю бежать, но в какой-то момент осознаю, что топчусь на месте, а человек, преследовавший меня, приближается ко мне все ближе и ближе. Я кричу, но крика моего не слышно. Я осознаю, что вряд ли мне суждено спастись. — Я всегда позади тебя, — слышу мужской голос за спиной и тут же замираю. Я не знаю, кто это, но голос кажется знакомым. Я оборачиваюсь, но не вижу его лица. Оно скрыто ночью и капюшоном. — Кто ты? — спрашиваю я. — Тот, от кого тебе никогда не избавиться, — отвечает он. Незнакомец делает шаг мне навстречу, а я не могу пошевелиться. Я не знаю его, но должна увидеть лицо. Протянув руку, я отчаянно срываю с него накидку. — Ты?! — оцепенела я. — А ты ждала кого-то другого? Напротив меня стояла девушка. Она была безоружна, но я точно знала, что не безобидна. Я смотрела на нее и не могла поверить своим глазам. Прямо на меня смотрела...Я. — Продолжай бежать, Билли, — шепнула моя «тень». — И никогда не останавливайся. Она шагнула вперед, а я наконец-то смогла отступить. Подо мной оказалась пропасть, и всего через секунду я летела прямо вниз, а сверху, стоя у самого края, на меня смотрели...мои глаза. Крик, падение, удар... Я просыпаюсь. Подскочив на постели, я вскрикнула и, осмотревшись вокруг, с облегчением осознала, что это был всего лишь сон. Я глубоко вздохнула и снова прилегла на место. Только успев успокоиться и подумать, что мне наконец-то удалось выспаться, резкое осознание случившегося ночью безжалостно привело меня в чувства. Сердце лихорадочно забилось от волнения и, едва набравшись смелости, я снова осмотрела комнату. Как оказалось, волноваться мне пока особо было незачем. По крайней мере, о встрече с Каем лицом к лицу, как только протру глаза. Я лежала в своей кровати, а соседняя кровать Кая была заправлена, и его в ней не было… Я прислушалась — нет ли кого в ванной…но ни шума воды, ни кого-либо, находящегося там, я не услышала. В номере я была совершенно одна. Встав с постели, я подошла к окну, пытаясь высмотреть Паркера, но его нигде не было видно. Взглянув на стул, стоящий рядом со столом у окна, я заметила его вещи. «Значит, он еще вернется!» — подумала я и, расслабившись, решила пойти в ванную. Тогда я еще не знала, что было бы лучше, если бы он не возвращался.

***

Встав под душ, я по традиции начала обдумывать то, что произошло вчера. «Кажется, я влюбилась в тебя…» — постоянно твердила я про себя. «Господи, Билли, какая же ты бестолковая. О чем ты только думала? Больше ни капли спиртного в рот не берешь. Что он теперь думает обо мне? Наверное, что я безумно глупая. И, черт возьми, он бесспорно прав. Как теперь выходить из такой ситуации? Сказать, что была не в себе?» — шептала я. «То, что случилось, было ошибкой и больше не повторится…» — вспоминались мои слова в лесу… «Кажется, я влюбилась в тебя…» — тут же снова всплывало в моей голове. «Это просто какой-то кошмар! Я что, действительно влюбилась в него? Да уж… Такое могло случиться только со мной…» Ночь прошла, наступило утро, и я снова начала сомневаться в своих чувствах к Паркеру. И это понятно, ведь ни один здравомыслящий человек не захочет оказаться в такой ситуации и любить такого человека, как Кай. Но в глубине души, я осознавала: тот порыв, что вырвался вчера на свободу из самых потаенных уголков моего сердца — есть то, что я чувствую. Да и я не из тех, кто спит с мужчинами просто ради удовольствия, ничего не испытывая к ним. И, честно говоря, ради удовольствия можно бы было найти кандидатуру и получше… Хотя после тех двух раз, что я была близка с Каем, сложно представить кого-то лучше, что осложняет в моей голове все еще больше. «Скажу, что была пьяна! Да, точно, так и сделаю… — произнесла я вслух. — А если что, то…» — Не забудь еще про ошибку добавить! — внезапно перебил меня Малакай, распахнув дверцу душевой кабины. Он стоял, смотрел на меня, а я на него и то, что я видела… Кай был весь перепачкан в крови… Его руки, лицо, одежда… Все было в ярко-красной, вязкой крови. Вид у него был такой, будто он не спал всю ночь, но при этом, почему-то довольно улыбался. — Что это, Кай? Что случилось? Ты что, кого-то убил? — всполошилась я, замерев от шока. — Тише-тише, не кричи, голова болит. Я просто проголодался! — ухмыльнулся он и начал раздеваться. Я стояла и смотрела на него не в силах пошевелиться или вымолвить хоть слово. Слезы покатились из моих напуганных глаз, тщательно скрываясь под струями воды из душа, под которым я все еще продолжала стоять. — Подвинься! — скомандовал Паркер, небрежно отодвинув меня в сторону. Стоя позади него, я наблюдала, как стекает кровь по его телу, а вода под ногами окрашивается в красный цвет. Меня охватила дрожь, но я все продолжала стоять и никак не могла придти в себя. Находясь с ним рядом и не видя то, как он убивает, начинаешь забывать, кто он такой на самом деле и чем занимается, когда ему скучно. — Кого ты убил, Кай? — осмелилась спросить я. Он развернулся ко мне, и на его лице блеснула дьявольская улыбка. Это была та самая улыбка, которая всегда пугала меня. Я цепенела от страха, а ему это нравилось… Ему нравится, когда я боюсь его. Паркер протянул руки и обхватил мое лицо теплыми ладонями. Я дернулась, продолжая смотреть на него остекленелыми глазами. Чуть подтянув меня к себе, он не торопясь смахнул мокрые дорожки на моих щеках, а затем поцеловал, прижав к холодной стене. — Кай, пожалуйста, я не хочу, — шептала я, пытаясь прервать поцелуй. — Почему? — удивился он и, не дождавшись ответа, начал спускаться ниже. Паркер целовал мое тело, вырисовывая дорожку из поцелуев вдоль ребер... А я думала лишь о том, чтобы все это поскорее закончилось. — Ты — убийца! — ответила я, а он усмехнулся тому, как я зажмурилась, в момент касания его губ внизу живота. Снова поднимаясь выше, он мягко сжал грудь в своей ладони. Я же по-прежнему была неподвижна, словно ждала какого-то удара от него. — Ты что, боишься меня? — улыбнулся Кай, заглянув в мои глаза. Он стоял всего в нескольких сантиметрах от меня, и, будучи полностью перекрытой его телом, я чувствовала себя слишком маленькой, беспомощной и жалкой, чтобы осмелиться хоть на какое-то сопротивление. Я дышала ему в грудь — его это забавляло... Он казался мне стеной, стоящей прямо передо мной. Если он захочет, то не выпустит меня отсюда и сделает со мной все, что угодно. И эта мысль, бесспорно, устрашала меня. — Да, — не скрыла я, — ты пугаешь меня, Кай. — Ночью ты была смелее, — съязвил он. — Но ничего, меня даже заводит этот страх в твоих глазах и то, как колотится твое сердце, то ли от ужаса, то ли от возбуждения… — Ты болен! — ответила я. — Выпусти меня! — Я выпущу тебя, Билли, но чуть позже. Помнишь, мы уже были в похожей ситуации в 94?! — напомнил Кай. Он всматривался в мои губы, а затем медленно провел по ним большим пальцем, так неожиданно, словно не смог удержаться. — Только тогда ты не был весь в крови! — ответила я, смахнув его руку с моего лица. — А ты тогда еще не была моей, — прошептал Паркер, склонившись ко мне и расставив руки по обе стороны от меня, как бы заключив в ловушку. — Но больше ничего не изменилось… Например, твое желание, Би, осталось прежним. Ты по-прежнему хочешь меня. — Хотела, — призналась я, — но больше не хочу! — Нет? В таком случае, может быть, проверим это? — надменно произнес Кай. Он прижался ко мне вплотную и ухватил за ногу, заведя ее себе за спину. Подхватив меня за бедра, он заставил обхватить его ногами за поясницу. Как всегда, важны были лишь его желания... — Кай, пожалуйста, не надо, — твердила я, упираясь руками в его грудь. — Я не хочу. Только не сейчас. Оторвав мои руки от своей груди, он завел их над моей головой, крепко сжимая кисти и вдавливая меня в стену. Я чувствовала его тело на своем, я была обездвижена. Впиваясь губами в мою шею, он слегка царапал меня зубами. Я просила остановиться, но, вместо этого, посмотрев мне в глаза, он медленно вошел в меня, сорвав с моих уст первый стон. — Кай…нет! — вскрикнула я дрожащим голосом. — Я не хочу! Он двигался во мне плавно, томительно, не причиняя боль. Он целовал меня, томно дышал на ухо, заставляя расслабиться. Он знал, что только так заставит мое тело противоречить моим словам, а потому был терпелив и сдержан. Это совсем не походило на насилие, но все же Паркер получал то, чего хотел, а я в очередной раз проигрывала. Страх прогоняла его нежность, а возбуждение множилось с каждым его поцелуем, с каждым толчком. — Я не хочу, прекрати, — снова повторила я, уже сама слыша фальшь в собственной просьбе. — А твое тело говорит мне об обратном, — тихо ответил он, сильнее надавив на меня. Мне хотелось вырваться, убежать, ударить по его самодовольной физиономии, но все мое естество молило о продолжении. Я говорила одно, а хотелось сказать другое. Я хотела, чтобы он не останавливался, я жаждала его прикосновений, его объятий, поцелуев... А он смотрел на меня...он все понимал. Увлеченно целуя меня в губы, Паркер отпустил мои руки, как бы позволив сопротивляться, если захочу. Я могла начать звать на помощь, кричать, пытаться оттолкнуть, бунтовать в его тесных объятиях, но окинувшее меня бессилие, захватившее ватное в его руках тело, не позволяло мне сделать даже попытку. Я снова уперлась руками в его грудь, словно в знак протеста, но ногами лишь сильнее прижимала к себе. Он замечал мои терзания, замечал то, как я пытаюсь бороться с собственными чувствами. Его умиляло это и смешило одновременно. Сдавшись, я обняла его, уткнувшись носом в его плечо, и позволила себе отдаться окончательно. — Будь ты проклят, Паркер, — простонала я, когда безумная судорога охватила всю нижнюю часть моего тела. А он вжался в меня еще сильнее, вырвав несдержанный крик из моей груди. — Я давно проклят, — прошептал он. Внутри меня разливалось его тепло, а он смотрел на мое лицо, ловя на нем эмоции, подтверждающие полученное удовольствие, запретное для моей души. Через несколько секунд я немного отстранилась, перестав прижиматься к нему. А он опустил меня на ноги и вышел прочь из ванной, оставив меня одну. Закрыв глаза и скользнув вниз по стеклянной стенке, я опустилась на пол и, обхватив себя руками, зарыдала, не скрывая срыва от Кая, который непременно все слышал, находясь в нескольких метрах от меня, в комнате за дверью.

***

Собравшись с силами и приведя себя в порядок, я наконец решилась выйти из ванной, открыв дверь, разделяющую нас с Паркером. Войдя в комнату, я увидела спящего на постели Кая и включенный телевизор, по которому шел какой-то мультфильм. Попытавшись бесшумно пройти к своим вещам, что лежали в пакете возле моей кровати, я вдруг услышала: — Наконец-то вышла. Ты чего там делала так долго? — открыв глаза и беззаботно улыбнувшись, спросил Кай. — Ты знаешь, что я там делала, — нехотя ответила я, уже смело подойдя к кровати. — Не имею привычки подслушивать…но тебя действительно было сложно не услышать, даже не имея вампирского слуха, как у меня! — посмеялся Паркер. — Вот скажи мне, Билли… Обязательно из всего устраивать трагедию? Неужели нельзя просто наслаждаться происходящим? — Что?! Наслаждаться происходящим? Ты смеешься, что ли, надо мной? Ты людей убиваешь, а меня делаешь соучастницей всего этого! — взорвалась я. — Ой, не усложняй! Ты знаешь, что теперь я как никогда не могу не убивать, я же вампир! Мне нужна кровь. Человеческая кровь. Или ты хочешь, чтобы я пил твою? — заявил Паркер, улыбнувшись своей чертовой улыбкой, в очередной раз. — Я просто хочу, чтобы ты никого не убивал! — прокричала я и, по всей видимости, так громко, что Кай подскочил со своей постели, в миг раскрасневшись от злости. — Не много ли ты хочешь от меня, Билли? Ммм? Хочешь, чтобы я не убивал тебя, твоих друзей, вообще людей… А еще, чего ты хочешь? — Я ничего больше от тебя не хочу! — бросила я. — Хочешь! И я скажу тебе, чего ты хочешь. Ты хочешь, чтобы я перестал быть собой. Извинился перед всеми и начал искупать свою вину добрыми деяниями. Стал милым и романтичным парнем, которого тебе будет не стыдно любить и знакомить с родителями, друзьями, бабушками и дедушками, так? Чтобы я любил тебя, носил на руках, говорил ласковые слова любви тебе на ушко, в то время как занимаюсь с тобой именно любовью, а не трахаюсь. Любовь, любовь, любовь... Ведь в этом все дело? Это тебе нужно?! Верно? Или я еще что-то упустил? — выпалил он. — Только это не я и ничего из этого не выйдет. Каким бы я не стал сейчас, твои друзья не примут меня. Ты должна с этим смириться и сделать выбор! — Ненавижу тебя! — не сдержалась я, подбежав к нему и влепив уже вторую на моей памяти пощечину, которой Кай снова позволил себя одарить. Он схватил меня за плечи и, хорошенько встряхнув, припечатал к стене. Я смотрела в его глаза, не чувствуя почвы под ногами. Он злился, и я чувствовала это каждой клеточкой своего тела. — Вчера, Билли! Еще вчера, ты шептала мне, что принимаешь меня. Забыла? Так ты принимаешь меня или кого-то другого? Ааа? Подумай об этом. Однажды ты мне уже сказала, что такой, как я не может быть кому-то нужен. Так может стоило на этом и остановиться?! — прокричал Кай. Я замолчала, побоявшись сказать еще хоть слово. Он заметил это и опустил меня на пол. Развернувшись, он подошел к окну. В комнате затаилась тишина. — Я сказала неправду… — тихо произнесла я, разорвав молчание. — О чем ты? — спросил Паркер, слегка повернув голову в мою сторону, но все еще продолжая смотреть в окно. — Что ты никому не нужен... Я сказала неправду, — едва слышно прошептала я, устало усевшись на пол и уткнувшись лицом в коленки. — Оказалось...что ты нужен мне. — Я тоже сказал неправду, — ответил он. — Когда? — Тогда в лесу... Я сказал, что если ты будешь любить меня, то, возможно, я стану лучше для тебя. — Я помню это, — кивнула я, подняв взгляд на него. — Это неправда, — заявил он. — Ты свободна, Билли. Можешь уходить. Он поспешил к выходу и, громко хлопнув дверью, уверенно закрыл ее за собой… Оставляя меня одну… Оставляя меня свободной.