Жизнь по привычке

       Келлин думал о том, что ему не должно быть так больно. Они были знакомы не так давно, так почему же он так быстро привязался к Вику. Ему уже не хватало общения с ним, а ведь прошел всего день. И Келлин понимал, что они больше не будут гулять, обедать вместе, созваниваться в любое время. И внутри от этого все больше разрасталось ощущение опустошенности. Чувствуешь себя некомфортно в собственной шкуре, хочется, чтобы поскорее настал тот момент, когда станет легче, когда перестанет быть так больно, когда появится хоть какое-то желание жить и вставать по утрам.        Как все могло просто разрушиться в один момент? Еще вчера они были друзьями, еще вчера казалось, что и через год, и через пять лет все будет так же. Но вот в один момент все рухнуло, и сегодня Келлин сидит один в своей квартире и понимает, что у него больше нет друга. Он снова обречен на одиночество и безрадостное существование.        Заставив себя позавтракать, Келлин собрался и пошел на работу. То, что, даже когда ему было настолько паршиво, ему все равно нужно было идти куда-то, добивало его еще больше. Куинн и так ненавидел свою работу, а сейчас это чувство только еще больше усилилось.        После работы домой возвращаться тоже не особо хотелось. Это ощущение неприкаянности и понимание, что нигде ты не чувствуешь себя комфортно и счастливо, добавило изнутри. Куинн просто бродил по городу, пытаясь скоротать время. - Келлин. - Услышав этот знакомый голос, Куинн застыл. Он боялся, что ему просто послышалось, боялся того, что он мог ему сказать. - Здравствуй, Келлин. - Вик подошел к нему и посмотрел прямо в глаза. - Привет, Вик. Не думал, что встречу тебя. - Я ждал тебя здесь. Я очень надеялся, что увижу тебя. - Ты мог просто позвонить. - Нет, я должен был сказать тебе все лично. К тому же я боялся, что ты не захочешь меня выслушать. А так уже деваться некуда. - Фуэнтес усмехнулся. - Почему ты так думал? - Потому что я так обидел тебя. Прости, пожалуйста, меня, я не должен был так разговаривать с тобой и срываться. И мне так стыдно, господи, - Вик закрыл лицо ладонями. - Прости меня. - Вик, ты прав, - Келлин убрал его руки от лица. - Я не обижаюсь. Я сам виноват и злюсь только на себя. - Не злись на себя. Ты был прав. Я действительно слишком много говорю о Дэниель. Просто у нас все так сложно. - В смысле? - Она чудесная, и я люблю ее. Вот только... Понимаешь, она красивая девушка, и она хочет красиво отдыхать, красивые подарки. Дешевая романтика ее не совсем устраивает. Я беру смены сверх нормы, чтобы заработать больше, но я всего лишь официант. Я не могу ей дать многого. И нам так хорошо в один момент, а в другой она начинает разговор о каком-то дорогом ресторане, в котором она хотела бы побывать, например. И это все так сложно и так изматывает меня. Но я никому не хотел показывать, что у нас что-то не ладится, поэтому рассказывал о наших идеальных отношениях, но, видимо, перестарался. - Вик, почему ты сразу мне не сказал? Друзья же для этого и существуют, чтобы поддерживать в такие трудные моменты. - Я не хотел в этом признаваться даже самому себе, ты о чем вообще. Ты тоже, кстати, не часто со мной проблемами делишься. Я бы даже сказал, что никогда. - Не расстраивайся. Значит она просто не та самая. Значит тебе еще только предстоит встретить человека, который будет просто любить тебя и не требовать к этой любви никаких дополнений. В отношениях не должно быть ничего важнее чувств. А что же это за отношения, если ты со своей стороны делаешь буквально все от тебя зависящее, чтобы сделать ее счастливой, а она не делает ровным счетом ничего. - Как же хорошо, что у меня есть такой друг как ты.        Келлин испытывал такие смешанные чувства. С одной стороны, он был рад, что они с Виком помирились, но с другой стороны, ему было так обидно за друга. Обидно, что он так страдает, обидно, что он с человеком, который этого совершенно не ценит.

***

       Вечернюю тишину, как и обычно, нарушил телефонный звонок. - Привет, Вик. - Как же Келлин был счастлив, что Фуэнтес снова звонил ему. - Привет. - Куинна насторожил дрожащий голос друга. - Что-то случилось? - Она ушла от меня. - Оу... Хочешь я приду к тебе? - Давай. - Я скоро буду.        Келлин тут же сорвался с места и буквально побежал к другу. Он представлял как ему сейчас плохо и как он нуждается в поддержке. Келлин бы сейчас так хотел, чтобы Вик не испытывал эту боль, он готов был забрать ее себе, если бы мог.        У него сердце сжалось, когда он увидел, как вечно жизнерадостный и улыбающийся Вик, сидел на полу, обхватив колени, и буравил отсутствующим взглядом противоположную стену. - Хэй, ты как, держишься? - Произнес Куинн, присаживаясь рядом. - Не знаю. - Келлин крепко обнял друга, не произнося ни слова. Вик вцепился в его толстовку и уткнулся лицом в плечо, чтобы сдержать подступающие слезы. - Если хочешь, то поплачь. Станет легче. Я никому не скажу.        Фуэнтес, как будто ждавший этого одобрения, тихо всхлипнул. Куинн просто гладил его по спине и ждал, пока друг выпустит эмоции наружу. - Ну что со мной не так? Только честно ответь, - произнес Вик, немного успокоившись. - Не думаю, что тут дело в тебе. Ты прекрасный человек, и я уже говорил тебе, что ты делал все, что от тебя зависело, для этих отношений. А вот она - нет. Следовательно, это с ней что-то не так. Так что даже не думай винить себя. - Нет, Кел, так не бывает. - Как? - Когда с тобой все так, и тебя никто не любит. Так не бывает. - С чего взял, что тебя никто не любит? - Родители и Майк не в счет. - Господи, из-за одной девушки, которая поступила так глупо, бросив тебя, ты будшь говорить, что тебя никто не любит. - Не из-за одной. Так всегда происходит. Я никому не нужен. - Ты мне нужен. Прекрати тут киснуть и убиваться. Эти отношения не приносили тебе счастья, так что они не стоят твоих пролитых слез и потраченных нервов. - Если бы все было так просто. - А все просто. Людям, которые любят тебя, больно смотреть как ты страдаешь. Ты не представляешь как мне обидно за тебя. - Почему ты такой хороший? Почему Дэниель не не могла быть такой же хорошей?        Внутренний голос Келлин просто кричал:"Раз я такой хороший, так будь со мной, а не убивайся по ней". - Наверное она не любила тебя так же как я. - Что? - Вик отпрянул от Келлина. - Господи, это должно было остаться только мыслью. - Но ты сказал это вслух. Так как так вышло? - Не знаю. Ты не можешь управлять этим. Ты просто влюбляешься и все. Так и у меня. Просто в какой-то момент я понял, что люблю тебя не совсем как друга. Точнее не только как друга.        Вик просто молча смотрел на Куинна, и было абсолютно не понятно как он относится к этому. - Ну не молчи, пожалуйста. Господи, я мастер все портить. Только помирились, а я тут со своими чувствами. Прости меня.        Келлин поднялся и вышел из комнаты Фуэнтеса. Опять тоже самое. Как будто он попал в какой-то замкнутый круг, в котором он обречен все портить. Придя домой, он почувствовал такую злость на самого себя. Он пару раз со всей силы ударил кулаками в стену, пошвырял вещи, которые стояли на столе, хотелось истошно закричать, но нельзя было тревожить соседей. Поэтому он просто завалился на кровать, закусывая руку, чтобы не вырвался крик. Наконец, когда приступ гнева прошел, Келлин уткнулся лицом в подушку и его плечи затряслись от почти беззвучных рыданий.