Кукольные сердца

       На втором уроке все мальчики ушли в спортзал, а девочки остались в классе. Конечно, среди них осталась и я. И, судя по гомону, царившему перед началом урока, волновал он очень многих. Это был первый, вводный, урок дизайна. Один из тех немногих предметов, по которым мне не нужно догонять остальных девочек, потому что и у них он впервые. Преподавательница по этому предмету была весьма красивой женщиной, на голове которой был ободок с ярким красным камнем в центре. — Доброе утро, девушки! Зовите меня Диадема. Как и некоторые из вас, я сменила имя во время инициации. Впрочем, если вы решили сменить имя позже, то ничего страшного, вы можете сделать это в любой момент. Однако, я не советую с этим торопиться. Это может вызвать… массу неудобств. Итак, сегодня у нас будет вводный урок, о чём бы вы хотели узнать больше? Из класса послышалось: «Украшения», «Платья». Я подняла табличку с надписью «Маски». — Что ж, хорошо. Но о дизайне масок мы, возможно, поговорим позже. А пока я расскажу об элементах одежды. На следующем уроке мы, пожалуй, рассмотрим выкройки… Мой интерес немного поутих, и как я заметила, не только мой. Листая учебник, я поняла, что вся суть предмета была в том, чтобы элементы сочетались между собой и делалась некоторая поправка на тенденции моды. О масках же в учебнике было совсем мало: лишь о подборе цветов глаз и волос, ну и немного о украшениях, таких как заколки. Учительница весьма спокойно отнеслась к такому внезапному падению интереса. Видимо, она с подобным сталкивалась далеко не в первый раз. Вместо того, чтобы хоть что-то записывать, я стала рисовать на полях свою маску — ту, которую носила вчера. И мне отчего-то стало невыносимо грустно и одиноко. Внезапно на мою парту прилетела записка: «Я тоже рассчитывала на другое. Судзуха». Проходил урок без каких-либо сложностей. В общем, хоть я и слушала в пол-уха, я поняла всё о чём рассказывала Диадема и даже сделала ещё несколько зарисовок в тетради по поводу сочетаний элементов одежды. Немного неожиданно она стала проходить между рядами, я поспешила закрыть тетрадку, но, заметив это, она подошла и заглянула. Я боялась выговора, но учительница лишь сказала «Молодец», а затем добавила всему классу: — И да, если вы умеете рисовать, на моих уроках зачастую лучше зарисовывать, чем записывать. Мне было приятно. Это был всё-таки мой первый урок среди девушек, и меня уже похвалили.

***

После урока меня ждал приятный сюрприз — в класс заглянула Нифи. Она не сразу меня узнала, но очень скоро подбежала и обняла. А потом уже привычно взяла за руку и куда-то потащила, но за другую руку меня тоже кто-то держал — Судзуха. «Я её подруга, нам нужно поговорить», — написала Нифи свободной рукой на планшете, лежавшем у меня на парте. Судзуха помахала головой. Она была явно не согласна с Нифи и не желала меня отпускать. Судзуха перевела взгляд на меня. Она явно просила меня остаться. Мне так хотелось вставить слово, но они держали меня за обе руки. Нарушить свой образ и заговорить? Мне казалось, что Судзуха этого не оценит, а так хотелось иметь подругу как она. Обе девочки почувствовали мои попытки вырваться и отпустили меня, тогда я взяла в руки планшет и написала на нём: «Не нужно ссориться! Всё хорошо, мне нужно поговорить с Нифи. Ты тоже моя подруга, Судзуха. Прости, что не можем посвятить тебя сразу, но я чувствую, однажды я тебе всё смогу рассказать!» Судзуха сделала глубокий поклон в знак извинения, затем тихо отошла и села на своё место. По-прежнему не выказывая никаких чувств, она снова взялась за свою книгу. Под маской я не могла видеть её лица, но мне почему-то казалось, что ей невероятно грустно сейчас. Нифи показала, что нам нужно идти, но я подошла к Судзухе и написала ей: «Пойдём обедать вместе?». Она посмотрела на меня, коротко кивнула и встала. В столовой как всегда было сильное оживление. Мы набрали еды и пошли в женскую половину. Как оказалось, там были точно такие же столики как и в главном зале, только каждый из них был окружён огромными занавесками. Сами столики также были поделены на несколько секций, но тут занавески не просто свисали, а ещё были прибиты к столу, чтобы кто-то случайно не открыл их. И хоть было слышно, как за другими столиками девушки переговаривались, наша троица провела обед в полной тишине: Нифи не разговаривала при посторонних, Судзуха, похоже, не разговаривала вообще, а я боялась говорить без маски — вдруг Судзуха или кто ещё узнает меня по голосу. Я видела сейчас только их тёмные силуэты, но вместе с тем чувствовала, как они хотят сейчас пообщаться. В конце концов, я хотела того же самого!

***

После обеда Судзуха отправилась в класс, оставив меня с Нифи наедине. До конца перемены оставалось ещё немного времени, и мы решили заглянуть в танцевальный класс, там сейчас никого не было. Закрыв за нами дверь, Нифи меня обняла: — Ты как? С тобой всё хорошо? — Да. В классе все ко мне хорошо относятся. Похоже, я подружилась с Судзухой. Постой, у тебя же модулятор голоса, зачем ты молчишь в классе? — Синдер мне сказала… Да и ты тоже молчишь. Разве это плохо? — Нет, всё замечательно, правда. Просто я переживаю за тебя. Вчера ты впервые одела маску, а сегодня ты в ней уже в школе. Я переживаю. На этот раз я обняла Нифи: — Всё хорошо. Я счастлива, что могу быть такой даже в школе. Сегодня мне снился сон, в котором я девушка, во всём и всегда. В нём моя сестрёнка была моим братиком, а мама была такой же. И отношения между нами были такие же. — Я рада. Сегодня после школы приходи ко мне. Не нужно переодеваться — сделаешь это у меня. — Хорошо. Правда я хотела бы остаться в таком виде. — Как я вижу, моя рогатая подруга заставила тебя одеться в латекс, так что переодеться тебе всё-таки придётся. Хотя бы в костюм из лайкры, который ты носила вчера. И насчёт маски, какую ты предпочитаешь: эту или ту, что мерила вчера? — Ту, что вчера, — без колебаний ответила я. — Но было бы здорово, если бы и в ней был модулятор. — Ну, перенести его не проблема. С этим всё хорошо. Но помни, тебе нужно учиться показывать свои эмоции жестами, как это делают другие девушки. Они уже носят свои маски несколько лет и с тех пор этому и учатся, а ты одела маску лишь вчера, так что… В кабинет вошла Адриена. Нифи слегка поклонилась ей, я последовала её примеру. — О, новенькая? Как тебя зовут? Нифи покопалась где-то и достала мне доску, чтобы я могла ответить молча. «Сильви», — написала я. — А, это тебя сегодня утром привела Синдер. Надеюсь, твоё здоровье не помешает заниматься на моих уроках? «Теперь не помешает, но мне нужно догонять остальных», — ответила ей я. — Тогда приходи на следующей перемене. Если хочешь, вместе с Нифи. Я вижу, вы подружились. А теперь поспешите, урок скоро начнётся. И мы пошли в свои классы.

***

Пока у мальчиков был очередной урок с Саважем, нам на выбор предоставлялись рисование или вокал совместно с параллельным классом. Я не рискнула пойти на вокал, и пошла в художественный класс, надеясь, что выкручусь. Я любила делать наброски, когда мне было скучно, но особенного опыта у меня не было. Я боялась, что останусь без инструментов, ведь я не знала об этом уроке заранее. Но мне повезло: на дне сумки оказался пенал с грудой карандашей, которые по всей видимости подкинула мне Синдер. Думаю, она много чего туда положила, сумка оказалась куда более увесистой, чем когда я шла в школу. Из-за веса маски и ограничивающего чувствительность кожи латекса я совершенно этого не заметила поначалу. Оглядев класс, я увидела, что у остальных девушек тоже только карандаши, и мне стало спокойнее, но… Урок начался уже пару минут назад, а преподавателя так и не было видно. Все стали перешептываться. Немного постояв, не понимая, что делать, я получила весьма своевременный немой ответ. Со своим мольбертом ко мне подошла Судзуха, и, поставив его напротив моего, показала своим карандашом на себя, а затем на меня, после чего на меня, мой мольберт и снова на себя, и начала рисовать. Эти жесты оказались для меня на удивление красноречивы: «Я буду рисовать тебя, а ты рисуй меня». Даже не заглядывая ей под руку, мне стало это понятно, и я принялась рисовать… Наверное, прошло чуть меньше половины урока, как раздался стук в дверь. Часть девушек болтали сидя на подоконниках — их стук испугал больше всего, кто-то рисовал — многие из них и не шевельнулись, я же оглянулась на дверь. К нам заглянула директор. И первыми её словами было: — Дорогая Лилия, я, конечно, понимаю, что ты любишь проводить такие уроки, но не могла бы ты, хотя бы поздороваться с учениками. Среди девушек пробежал удивлённый шёпот. Откуда-то из центра кабинета вышла девочка, наверное, на голову ниже меня. На ней было лёгкое белое, с жёлтыми прожилками платье, подол которого расходился словно лепестками, как у цветка лилии. Зелёные глаза её маски любопытно контрастировали с белыми волосами. Именно белыми, слишком бледными для блондинки, слишком яркими для седых. В волосы был вплетён огромный бант. Зрачки у её маски были не круглыми, как у большинства, а в форме звёздочек. Взяв один из стульев, Лилия забралась на него и только тогда смогла видеть всех, и все смогли разглядеть её… — Здравствуйте, все! Простите, что не вышла сразу, но я надеюсь мы подружимся, — сказала она, и сделала довольно глубокий поклон, при этом, как мне показалось, чуть не упав со стула. — Как и сказала наша любимая Юми, я люблю начинать свои уроки так. Сразу видно кому интересно, а кому нет. Но не переживайте! Сегодня никаких плохих оценок. А все, кто начал рисовать, не дожидаясь меня, получат «отлично» за сегодняшний урок. Оглядев класс и слегка кивнув, Юми вышла довольная своей работой, а Лилия прежде, чем спуститься и пойти обратно к своему мольберту сказала: — Для тех, кто пока не решил, что рисовать, я советую взять пример с нашей немой пары, и рисовать друг друга. Девушки из параллельного класса не сразу поняли, кого имела в виду Лилия, но к её совету прислушались. Мы с Судзухой успели закончить ближе к концу урока. Как выяснилось, Судзуха просто замечательно рисовала. Притом, в отличие от моей попытки портрета, она нарисовала меня в полный рост. Внизу была подпись: «Для Сильви от Судзухи». Опомнившись я быстрее сделала подобную подпись и отдала свой рисунок моей «новой» подруге. Вскоре к нам подошла Лилия и посмотрела наши рисунки. — Прекрасно. Сильви. У тебя есть хорошие задатки, но над стилем тебе нужно поработать. Судзуха, молодец! Я уверена ты можешь рисовать и более сложное. Я поклонилась Лилии, а Судзуха просто показала большой палец. Я даже представить не могла, что среди девушек мне будет настолько комфортно! Это был мой второй специальный урок, и он так же, как и первый прошёл удачно! Собрав свои вещи, я тронула Судзуху за плечо и поманила рукой. Мы вдвоём отправились в танцевальный класс.