Инструкция по выживанию в спецназе или укрощение строптивой

- Ребята, у нас новое задание! - зашел в комнату Клим. Команда резалась в карты на желания, о чем говорил внешний вид Ольги. Девушка сидела, закинув ногу на ногу и периодически закатывая глаза. - Ни минуты покоя, - заворчал Док. - Что на этот раз? - В Афгане есть штольня с лабораторией по производству наркоты. Наша задача найти и уничтожить. Хома вдруг поморщилась и схватилась за сердце. - Что с тобой? - спросил командир, отметив бледный вид девушки. - Всё нормально. Просто не выспалась. Не обращай внимания, - улыбнулась она. Клим кивнул, но явно не поверил ее словам. - Как ты себя чувствуешь? - осведомился Вяземский. - Не дождешься, - привычно отшутилась она, не желая ставить команду в известность относительно своего здоровья. - Так! Мальчики и девочки, выдвигаемся! - приказал Платов. *** Южной девочке Оле климат Афганистана подходил больше, чем питерский, но в южной стране стреляли чаще, к ее великому сожалению. Отряд привезли на отечественную базу. Хомяк вышла на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Её не покидало ощущение, что что-то случится. Высокие горы хмуро окружали блок-пост. Солнце уже садилось и его последние лучи скользили по утесам, оставляя кроваво-красные отблески. Всё это производило ужасное впечатление. Тишина, которая стояла, просто давила на уши. Глубоко вздохнув, Ольга отправилась внутрь. За столом сидели ребята и пили чай. За всё это время, что Хома провела в спецназе, все они стали ей родными. Вот Якут, например, как маленький ребенок. Шутит постоянно и война для него, как игра в детстве с мальчишками во дворе и палками вместо калашей. Оля улыбнулась. Она вспомнила свое детство, как она дралась с мальчиками за лидерство во дворе, как защищала слабых, которые не могли дать отпор, как была грозой всех, кто пытался обидеть невинных. Змей, отличный снайпер. Клим стал за это время как настоящий отец. Хруст, на вид суровый, а в душе очень добрый. Док... Умный, веселый, прекрасный мастер своего дела. Хомяк поняла, что если с ребятами, не дай Бог, что-то случится, она этого не перенесет. Её не покидало чувство беспокойства. - Завтра с утра отправляемся туда, - сказал Клим. - Карту расположения лаборатории мне уже передали. *** Они уже убрали охрану и шли по длинному коридору штольни. Каждый из них был сосредоточен до предела. Ни малейшего звука. Всё четко и быстро. *Штольня - это длинные лабиринты в горе. Прим.авт.* Ребята разошлись каждый по своей ветви и продолжили движение. В наушнике раздавалось: - Док. Минус три. - Змей. Минус два. - Хома. Минус четыре. Тут их как собак нерезаных. Сейчас ещё один будет. - Хома, это Хруст. Согласен с тобой. Много их тут. Командир, у меня минус восемь. - Хруст, это Док. С размахом работаешь. У меня ещё минус два. - Это Клим. У меня ноль. - Клим, это Якут. Ты куда забрел? - Не знаю. Ищу хоть какие-то признаки жизни. - Это Хома. У меня ещё минус три. - Это Док. Минус десять. Я не знал, что в Афгане жителей, как в Китае. Похоже лаборатория здесь. Дуйте ко мне. В наушнике у каждого раздался выстрел и крик капитана. Ольга рванулась к месту, где должен был находиться Док. Но вдруг потеряла сознание. - Командир, это Якут. Хома не отвечает. Док тоже. - Это Змей. Нашел Дока. Он ранен. Нужна помощь. - Это Хруст. Иду на поиски Хомы. - Это Якут. Лабораторию заминировал. - Якут, это Клим. Молодца! Мы со Змеем вытягиваем Дока. Хруст находит Хому и взрывай! - Это Якут. Понял. Хрусталев нашел Хомяк без сознания. Он подхватил её на руки и побежал к выходу из штольни. На улице его уже ждали Клим и Змей. Вяземский был в сознании, но очень плох. Ребята очень хотели, но сомневались, что смогут дотащить Дока до лазарета. Хому привели в чувство, а Якуту было приказано взорвать штольню. *** В коридоре больницы было слышно только тиканье настенных часов. Ольга сидела на диване и ждала результатов операции. Ребят вызвали в штаб, а её оставили сидеть. Платов сказал, что ей у генерала делать нечего. Из операционной вышел врач. - Доктор, ну что? - вскочила Хомяк со стула. - Будет, будет жить ваш товарищ, - врач невольно опешил от такого напора, но улыбнулся. Редко он видел боевых товарищей, так переживающих друг за друга. - Скажите, к нему можно? - Зачем? Он под наркозом ещё. Спит. - Ну пожалуйста, доктор, я тихонечко посижу рядом. - Ну хорошо. Палата номер 8. - Спасибо. Она зашла и села на стул рядом с койкой. - Володя, если б ты только знал, как я рада, что ты жив. За это время я кое-что поняла и смогла разобраться в своих чувствах к тебе. Я люблю тебя, - сказала она и заплакала. Вяземский очнулся, когда на улице начало светать. На стуле, положив голову на краешек кровати спала Ольга. - С добрым утром! - сказал Док. Хома резко вскочила и протерла глаза. - Доброе утро. Как ты себя чувствуешь? - Как ты мне тогда сказала, не дождешься. - Слава Богу. Надо ребятам сообщить, что ты очнулся. Они ещё не знают, - встала она и пошла к выходу. - Оля, - схватил её за руку капитан, - я люблю тебя. Она улыбнулась и сказала: - Мне нужно идти. Сказав это она вышла из палаты. Вяземский лежал на кровати и думал о том, какая же удивительная штука судьба. Кто бы мог предположить, что он полюбит девушку, которая ещё несколько месяцев назад его просто раздражала. Но теперь то он знает, что его чувства взаимны. Тогда ночью, сквозь наркоз он слышал всё, что говорила Оля. Только вот ответить он был не в состоянии.