Iowa

***

Я проснулась от ужаснейших звуков, раздающихся с нашей кухни. Такое ощущение, будто кошка застряла в водосточной трубе и истошно вопила. Я вскочила с кровати и, натянув шелковый халат побежала на кухню. Моя подруга Стейси жарила оладушки. — Стейс, — я вбежала на кухню, — что случилось? Полицию вызвала? Моя подруга обернулась на меня: — Ты о чем? — она перевернула оладушек, — кушать будешь? — Не откажусь. — я села за стол, — Меня разбудили какие-то ужасные звуки, ты ничего не слышала? — Да нет, — Стейс поставила передо мной тарелку с оладьями. - Ешь. Она отвернулась к плите и снова раздались эти отвратительные звуки, но исходили они от Стейс и я все поняла. — Стейс, — возмущенно выкрикнула я, — сколько раз я тебе говорила, не пой! Это ужаснейшие звуки, словно сам Сатана шепчет тебе в уши. Меня передернуло. — Ой, прости, просто вчера танцевала под эту песню, вот она и заела, — подруга смущенно улыбнулась, — Зак говорит, что я замечательно пою. — Он просто хочет переспать с тобой или он глухой — одно из двух, — сказала я, деловито намазывая джем на оладушек. — Да я же тихо, я и не думала, что ты услышишь. — Моя комната через стенку, — я костяшкой пальца стукнула по стене, — там очень хорошая слышимость. — Да ладно тебе, обещаю, что так больше будить тебя не буду, — она села напротив меня, — Лучше расскажи о парнях, с которыми тебе предстоит работать. Я поморщилась: — Вообще-то я познакомилась только с одним из них. Тот еще тип… — Что, некрасивый? Я вздохнула: моя подруга любит мужиков посмазливее. — Да не то, чтобы некрасивый… — А что тогда? Ну и несносная же Стейс девчонка! — Пытался затащить меня в постель. Моя подруга снисходительно усмехнулась: — То же мне проблема! Ну что мне тебя всему учить? Белье кружевное, чулки в сеточку, каблук повыше и вперед с песнями, можно даже с его. — Вечно у тебя одно на уме, Стейс, — укоризненно сказала я, хотя собственно, что я хотела от стриптизерши? — А ты со своей неприступностью никогда себе приличного парня не найдешь, — подытожила моя подруга, вставая из-за стола. — Ладно, мне пора, на обратном пути можешь заехать ко мне в бар, заценишь новую программу. — Обязательно, — съязвила я, — мне же больше заняться не чем. Моя подруга усмехнулась и вышла из кухни.

***

Я вышла из дома. На улице было жарко, но иногда дул прохладный ветер, заставляя людей вспомнить о приближающемся конце августа. Сегодня я решила добраться до работы пешком: экономия на бензине, плюс ходьба — полезное занятие. В наушниках играли мои любимые Rаmmstein. Голос Линдеманна проникал в самую глубь моего сознания. Мне нравились их песни за глубокий философский смысл. Певец рассказывал о той, или иной проблеме, затрагивающей человечество в каждой из своих песен. Поэтому я всегда мечтала работать с ними. Мечтала. А получила девять сатанистов. Я недовольно тряхнула головой. Густые русые волосы рассыпались по плечам. — Софи, — я оглянулась, мой сосед снизу пытался меня догнать. — Привет. — Здравствуй, — ответила я, — тебе чего? — Да так, — парень замялся, — что ты делаешь сегодня вечером? Я улыбнулась: — Прости, Джордж, не думаю, что это хорошая идея. — Я Джон, — пробубнил парень. — Я так и сказала. Давай в другой раз, — я улыбнулась. А ещё лучше никогда — Конечно, — просиял парень, — тебя проводить? — Да мы уже почти пришли, — я посмотрела на здание, возвышающееся над Таймс Сквер. — Ну ладно, — расстроенно сказал парень, — в другой раз. Я улыбнулась и засунула второй наушник в ухо. Помахав мне, парень развернулся и пошёл назад. В остальном дорога до работы прошла без происшествий, кроме того, что меня чуть не сбил чёрный Mersedess. Я вовремя отскочила и машина едва задела меня. Стараясь быть внимательнее, я пошла прямиком в здание. На парковке я увидела тот самый Mersedess, который чуть не лишил меня жизни. Мне стало любопытно, что за идиот так водит машину. И я решила подойти поближе. Из водительского сиденья вышел парень в чёрной кожаной шляпе и в чёрной куртке. Он с кем-то разговаривал по телефону. Присмотревшись, я поняла, что это мой вчерашний знакомый. Я выругалась и поспешно зашла в здание, чтобы Тейлор меня не увидел. Я забежала в лифт и нажала кнопку семнадцатого этажа. Вот, идиот! Выругалась я про себя. Он же мог и убить меня! Почему-то в тот момент мне казалось, что солист известной рок группы сделал это специально, и, что я чудом избежала гибели. Лифт звякнул и я вышла в уже знакомый мне тёмный и холодный коридор. Не могут что ли электричество сюда провести, или что? Я услышала приглушенные шаги сзади себя. Я остановилась, и человек остановился; я пошла дальше — неизвестный пошёл за мной. Вот уж действительно сатанизм. Маньяки какие-то ходят тут, и почему я не согласилась на Берлин? Я ускорила шаг, стремясь поскорее добраться до заветной двери. Незнакомец пошел следом за мной, ускоряя шаг. Я дернула дверь, освещая коридор ярким электрическим светом и оглядываясь назад. Ко мне подошло чудовище в черном балахоне: выпученные глаза, зашитый рот, оно издавало ужасные гортанные звуки. Мой крик, наверное, услышал весь Нью Йорк. Даже Стейс, выполняя пируэты на шесте, наверняка навернулась, услышав его. Я кричала, кричала так, что мне бы позавидовал Кори Тейлор. Чудовище засмеялось и провело рукой по «лицу». Маска упала на пол и моему взору предстал молодой парень 23-25 лет. — Какого черта это было? — выкрикнула я. — Видела бы ты свое лицо, — задыхаясь от смеха выговорил парень, —, а от твоего крика я чуть не оглох. — И хорошо бы, — отрезала я, — у меня чуть инфаркт не случился. — Ну если ты собираешься с нами работать — привыкай. Я покачала головой и вошла в комнату, парень пошел следом за мной. На двух черных кожаных диванах сидели двое мужчин. Один держал в руках гитару, а второй читал какой-то журнал. — Сид снова принялся за старое, — тихо проговорил тот, который держал гитару. Он поднял на меня взгляд: — Не обращай внимания. Меня зовут Мик Томсон. Я гитарист Slipknot'a. Это Крис Фен, — он кивнул в сторону читающего, — бэк-вокалист, а этот придурок, который тебя напугал — Сид Уилсон, наш Ди-джей. — К вашим услугам, — ехидно произнес парень, напугавший меня. — Клоун, — укоризненно сказала я. — Протестую, клоун здесь я! — заявил входящий в комнату мужчина, — Шон Крэхан — барабанщик. Я усмехнулась: — Софи Блэк — ваш новый стилист. — Очень приятно, — ответил вежливый музыкант. Я улыбнулась. — Где Кори? — спросил Шон. — Опаздывает, — ответил Уилсон. — На него непохоже. Я молча осматривала комнату, попутно оглядываясь, т.к знала, что Тейлор будет с минуты на минуту. — Так сегодня съемки клипа? — спросила я. — Не совсем, — ответил Рут, — подготовка к ним. В комнату вошел Тейлор: — Всем добрый день. Я отвернулась от него. — Ну что, — продолжал певец, — готовы к съемкам? Воцарилось неловкое молчание. Я медленно перевела взгляд на Тейлора. — Хорошо, тогда пусть стилист займется своей работой. Я должен бесподобно выглядеть. Он развернулся и скрылся в своей гримерке. — Это Кори Тейлор — наш солист, — тихо сказал Мик, — у него достаточно тяжелый характер, так что привыкай. Я судорожно кивнула и поплелась в костюмерную, искать наряд и маску певцу. Достаточно тяжелое дело, т.к необходимо было учесть альбом, что бы подобрать к нему комбинезон и маску*. Найдя маску и одежду для All Hope Is Gone, я пошла по направлению гримерки Кори. На мое счастье, в штате стилистов Slipknot'a было еще три девушки. До моего появления каждой из них приходилось заниматься сразу тремя музыкантами, но с моим появлением условия немного изменились. Никки и Рейчел я оставила трех музыкантов, как и было, а вот у Джесс я забрала Кори, кроме этого ко мне еще переходила вся массовка, снимающаяся в клипах. В принципе, условия были неплохие, если, конечно, музыкантам не придет в голову снять в своем клипе пол страны. Я подошла к белой двери на которой красовалась медная табличка: »#8». Я вздохнула и толкнула дверь. Гримерка была обставлена со вкусом: два белых кожаных дивана, огромная плазма, занимающая половину противоположной стены и открывающаяся панорама окон, через которые можно было увидеть центр Нью Йорка. Кори сидел на диване, держа в руках бутылку Джека. — Офигеть, Тейлор! — укоризненно сказала я. Я сверилась с часами: — Десять утра, а ты виски глотаешь! — А ты упрекаешь меня, будто мы женаты тридцать лет, — невозмутимо ответил певец. — Я просто забочусь об успехе клипа. А то завалишься еще. Тейлор усмехнулся и приложился к бутылке, сделав два больших глотка. Я кинула комбинезон рядом с ним: — Иди переоденься. — Может поможешь? — Кори улыбнулся, — я сам снять одежду не в состоянии. — Уже слишком пьяный? Певец усмехнулся и, взяв комбинезон, удалился в другую комнату. Я присела на диван. Не люблю ждать. Как-то раз я прождала Стейси целых два часа, пока она собралась, потом естественно мы никуда не пошли. Тейлор, на мое счастье, одевался быстрее Стейси. Не прошло и десяти минут, как певец зашел в комнату, облачённый в черный комбинезон. — Садись, — приказала я, — будем делать из тебя красавчика. — Я и так симпатичный, — заявил Кори. Я усмехнулась и принялась ровными штрихами наносить пудру на лицо певца. Когда маска была одета. Кори откинулся на спинку дивана и снова взял бутылку с виски. Я присела на краешек дивана. — В принципе, — певец посмотрел на часы, — пол часа у нас еще есть, так что можешь раздеваться. Я, растерявшись от подобной наглости, ничего не смогла умнее придумать, чем сказать: — Полчаса? Ну и скорострел же ты Кори Тейлор. Певец рассмеялся: — Ну и дерзкая же ты, Софи Блэк. — Ладно, можешь развлекаться сам с собой в компании своего алкоголя, — сказала я, вставая с дивана. — Просто постарайся не напиться до лежачего состояния, а то съемки придется отменить. Я вышла из комнаты, пока Тейлор не придумал мне остроумный ответ.

***

Съемки — это само по себе ужасное занятие, а вот съемки клипа Slipknot — это поистине ритуал Сатаны, можете мне поверить. Какие-то незнакомые мне люди носились туда-сюда по съемочной площадке, песня Sulfur проиграла уже наверное раз пятьсот. Я молча стояла, прислонившись к стене и держала запасную маску Кори в руках. STAY — you don't always know where you stand ‘Til you know that you won't run away There's something inside me that feels Like breathing in sulfur… Я вздрогнула. Наверняка, меня будет тошнить от этой песни, если я услышу её еще хоть раз. Клип был чертовски банальным: музыканты играли на своих инструментах под фонограмму, а вездесущая камера это снимала. Надеюсь, что хоть парочку спецэффектов они добавят… — Стоп, — устало сказал режиссер, — на сегодня все. Мы сняли весь необходимый материал. Музыканты устало вздохнули. И не только они, казалось, весь мир вздохнул с облегчением. — Вы Софи Блэк? — я обернулась, какой-то парень в кепке стоял рядом со мной. — Ну да. — Распишитесь, — он протянул мне какой-то бланк. Я пожала плечами и черкнула ручкой под каким-то печатным текстом. — Это вам, — парень протянул шикарный букет красных роз. Я молча взяла цветы: — Постойте, — парень оглянулся, — а от кого? — Просили не говорить. Я улыбнулась и направилась в гримерку, что бы поставить цветы в вазу. На моем пути внезапно возник Сид: — Это что такое? — возмущенно сказал он, — ты же на работе! — Это всего лишь цветы, Уилсон, — укоризненно сказала я. — Красивые. А от кого? — Какая тебе разница? — я улыбнулась. — Все равно я не знаю. Ди-джей усмехнулся и сказал: — Ладно, до завтра. — Пока. Я зашла в гримерку и поставила цветы в воду. Они были замечательными. На мой телефон пришло оповещение: Тебе понравился мой подарок? Джон. Я улыбнулась и написала в ответ: Да, они замечательные. Спасибо.

***

Я вышла из здания ровно в шесть часов вечера с букетом наперевес. Настроение было замечательным, так что я даже решила по пути заскочить в бар Стейс. На душе было легко и весело, как это бывает ранней весной. — Тебя подвезти? — я оглянулась и увидела Тейлора, стоящего у своего Mersedess'a. Вспомнив сегодняшнее утро, я сказала: — Нет, спасибо, сама дойду. — Цветы получила и больше никого к себе не подпускаешь? — язвительно заметил певец. — Просто хочу пройтись пешком, — отрезала я, — и вообще, тебе это не касается. — Еще как касается, — огрызнулся Тейлор. — Езжай один и смотри, никого не задави по дороге, — выкрикнула я. — Стерва. — Кобель, — я развернулась и удалилась, стараясь идти как можно быстрее. Что и говорить, настроение было испорчено и я поспешила домой, не заходя к Стейс. Майк мне говорил, что Кори страшный человек, но почему-то я его не боялась. Нисколько. Он может говорить и делать все, что ему вздумается, но меня это никак не задевает. Я лежала на кровати, тупо смотря в потолок. Мой телефон периодически оповещал о преходящих СМС, но я не отвечала. Nevermind ‘cause you're never gonna give in Не обращай внимания, потому что ты никогда не уступишь Я закрыла глаза. Не знаю, откуда взялась эта строчка. Кажется, это было в одной из песен Rammstein. Или нет. Slipknot. Строчка из песни Тейлора. The Negative One. Какое глупое название, хранит в себе такой глубокий смысл! Что творится на душе у этого дьявольского певца? Наверное, даже Сатана не знает… Раздался стук в окно. Я открыла глаза и приподнялась. Мы жили на четвертом этаже, это было странно. Я выглянула в окно: все было в норме. Но, присмотревшись, я увидела какой-то предмет на подоконнике. Я открыла окно и моему взору предстала роза. Одна роза чёрного цвета лежала на моем подоконнике. Я взяла её в руки и укололась об острый шип. Из пальца мгновенно потекла кровь. Я выругалась и положила розу на тумбочку, залепив палец пластырем. Я любила розы. Но эта заставляла меня насторожиться, и дело было не только в необычном цвете: острые шипы, готовые расцарапать нежную кожу, тонкий стебель. Что-то не нравилось мне в этом цветке. Я наполнила хрустальную вазу водой и поставила в неё цветок. Затем я легла на кровать, и, как только, моя голова коснулась подушки, я погрузилась в крепкий сон. Последней моей мыслью была строчка из The Negative One: And as you die, you see my face. И, умирая, ты увидишь моё лицо.