В черном списке

Олиа сделал две идиотские вещи за один день. Он решил помочь Таю, потому что тот выглядел так хреново, что даже Олиа пожалел своего непутевого братишку. Второе — Олиа нашел этого шантажиста Тая через все того же Нильсона. Когда Олиа позвонил альфе, тот решил начать возмущаться. Говорил, что не может разорваться и еще искать эту наркоманскую контору. Пришлось пообещать щедро заплатить. После звонка он долго искал Тая. Зашел в прачку, но большая Бобби была опять сломана, белье сохло, а Тая не было. И даже запаха не осталось. — Где это недоразумение? — Олиа схватил первого попавшегося омегу в той же самой прачке и состроил грозное лицо. — Распсиховался и ушел. — Ответил тот быстро, сразу поняв, о ком речь. Когда Эванс психовал, а это было его нормальным состоянием, он шел курить. Половину своего свободного от приставаний к Олиа времени, Эванс сидел в курилке, остальную половину спал, свесив с койки свою косу, которая постоянно болталась как тряпка и раздражала Рена. Но тот не жаловался. На днях Пенсильваль в шутку расплел его косу и распушил волосы. Эванс долго матерился, до того времени, пока не сдали нервы уже у Рена. Все эти крики мешали спокойно смотреть Олиа новости, и хотелось поубивать всю эту шумную троицу. Тай же бегал курить на улицу, если было такое возможно. Только в последнее время, но не слонялся по всей площадке, а садился в дальнем углу на скамейку и сверлил всех злыми глазами. По докладам Миши и Денни, Олиа понял, что у Тая прогрессирует паранойя. Но если это делало братишку покладистей, то Олиа был согласен с таким диагнозом. Тай курил. Сидел спиной ко всему миру, уткнувшись взглядом в забор. — Чего приперся? — спросил он, когда Олиа сел рядом. Тоже спиной к площадке. От Тая опять несло альфой Эванса. Олиа это нисколько не смущало. Эванс, конечно, злился, краснел, фыркал и возмущался, но Олиа нравилось то, что у этого альфы с Эвансом не серьезно. Да и с Таем — тоже. Из рассказов Эванса о замечательном Джонни, Олиа понял, что у альфы есть немного мозгов, а люди с мозгами за Таем долго не ухлестывали. — У тебя есть деньги? — начал Олиа. Тай достал из кармана десять центов. — Тебе хватит? — Нужно заплатить одному человеку. — Терпеливо начал объяснять Олиа. — Это чтобы тебе помочь. — Помнишь, Керхман у меня всю наркоту отобрал? — Олиа кивнул. — Я за нее заплатил, еще и папе остался должен. Десятку надо? — Тай протянул руку в сторону Олиа. Десятка Олиа не интересовала, поэтому он никак не среагировал. Только немного скосил глаза. Таю он тоже пальцы сломал, но случайно. Олиа тогда сорвался и сделал так, что Тая потрепали. Керхман сильно разозлился, напичкал Олиа сначала водкой, потом успокоительными и нравоучительными речами. Когда подлечившийся Тай вернулся, Олиа уже его не тронул. Но с пальцами вышло некрасиво. И пальцы у Тая получились некрасивыми. У Эванса хоть все нормально срослось. Только что-то у него было с одним пальчиком — Эванс его теперь никогда не сгибал. — Не будешь брать? — расстроено спросил Тай и засунул монетку обратно в карман штанов. — Вот и не лезь с дурацкими вопросами. Тай выкинул окурок в лужу под забором, запахнул куртку и собрался уходить. Уже отошел на несколько шагов, но передумал, и вернулся, снова плюхнулся рядом. И нахохлился, как воробей. — Что ты хочешь сделать? — спросил он, признав победу Олиа. — Твоего работодателя приструнить. — Он немного психованный. — Тай пожал плечами. — Но не психованней тебя, это точно. Эй, — он резко повернулся к Олиа лицом, руками зашарил по карманам. — Он тебе по зубам? — Как орешек. — Бросил Олиа. Тай закурил и задумался о чем-то своем. Пошел мокрый снег, и одновременно зажглись фонари. Было шесть часов вечера, надо было идти уже внутрь, а то получится, как с течным Эвансом в курилке. Нехорошо. На окнах столовой какой-то умник навешал вырезанных из бумаги снежинок. Может, Денни так попрощался со всеми. Сделал подарочек к Рождеству. Его и Рена завтра отпускали. Эванс еще с утра заливал вместе с ними в себя винцо из холодильника Олиа. На обед он пришел такой счастливый и со светящимися глазами, как будто тоже планировал завтра выбраться отсюда. В итоге, Миша ходил выгораживать пьяного Эванса перед Артуром. — Ты от меня благодарностей ждешь? — спросил Тай. — Ты сам мне эти проблемы создал, вот и решай их. Можешь этого разукрашенного хоть убить, главное, пускай от меня отстанут. — С разукрашенным я разберусь. — Пообещал Олиа. Не то, чтобы он хотел разбираться. Но это был день, когда он делал глупые вещи. И Нильсона он уже запряг на эту работу. Осталось подождать несколько дней. — Ой, блядь, мистер благородство! — Тай вскочил на ноги, выбросив недокуренную сигарету. Лицо у него перекосилось, и он чуть ли не зашипел, приподнял одну губу. — Иди на хуй! — пожелал он и быстрым шагом пошел прочь. Олиа остался один в этом уголке. Тай по пути еще с кем-то посрался, его звонкий голос разнесся по всей площадке. Олиа ногой затушил тлеющий окурок и снова посмотрел на эти идиотские снежинки. Денни бы еще всем по подарочку приготовил к праздникам и ленточкой их перевязал. Олиа оглянулся. Тая уже не было. Рядом снова ошивался рыжий, который когда-то пытался замочить Эванса. Олиа тоже пошел обратно, в тепло. К себе, натянуть теплую кофту, проверить своих алкашей и раздобыть еды. — Чтобы я тебя больше не видел. — Прошипел он, когда столкнулся с рыжим, и пошел дальше. Но в блоке его ждал еще один сюрприз: Рен сидел в своей камере один. Перебирал сложенные в коробку вещи. Ни Денни, ни Эванса не было. — Этот курит опять? — спросил Олиа, останавливаясь в пороге. Рен вздрогнул и обернулся. Замотал головой: — У Артура терпение закончилось. — Сказал он тихо. — И? — Эванс в одиночке, а Денни выгнали из нашего блока. — Понятно. Олиа не очень расстроился. Лишь усмехнулся и собрался идти к себе. — И все из твоего холодильника забрали. — Еще тише пробормотал Рен. Видимо, он думал, что его убьют. Но Олиа людей с такими жалкими лицами не бил. Потом выставит претензии Эвансу, когда тот вернется. А пока он залез рукой под свой матрас и достал несколько батончиков. Открыл один и пошел искать среди вещей Миши свою куртку.

***

Нильсон все сделал быстро. И как бонус собрал немного компромата. На десяток лет заключения уже хватило бы. Олиа долго думал, что сделать. В итоге, попросил выслать все найденное Лукасу. А заодно притащить этого счастливого жителя Калифорнии и любителя травки к нему в субботу. Эванс вернулся тихий, обнаружил у себя только пустую койку вместо Рена. Бардак остался. Эванс даже прибрался, к Олиа не зашел. Валялся на верхней койке и крутил тумблер радио, перескакивая со станции на станцию. — Ко мне кого-нибудь другого теперь подселят? — вопрос прилетел, когда Олиа мылся в душе. Эванс на этот раз голым не пришел. Был уже закутанным в большое полотенце. Мокрые волосы держал в одной руке, а пакет с шампунем, мылом и мочалкой в другой. — Другого места выбрать не мог? — Олиа был недоволен. Еще и мыло в глаза попало. Олиа их все тер под протоком воды, и те стали уже красными. — А это чем плохо? Олиа снял душ со стояка и направил струю в сторону Эванса. Тот отскочить успел, но полотенце слетело. Эванс бросил свои волосы и схватил полотенце уже на уровне бедер. Пришлось ему встать на мыски, чтобы чистые волосы не мели по грязному полу. Кто-то весело над ним заржал. — Свали. — Бросил Олиа, зная, что Эванс все равно не обидится. Тот только хмуро посмотрел и ушел. В раздевалке Эванс уже успел поругаться с Ли. Олиа застал последнего, вцепившегося в многострадальные волосы Элая. Эванс один раз с силой лупанул Ли пакетом по бедру. А Берт, бестолковый охранник, пока даже не реагировал. Олиа остановился рядом с ним. — Скажу Керхману, чтобы он тебя уволил. — Шепнул он Берту. Порядок навели за несколько секунд. — Мразь. — Отозвался Элай о Ли, когда Олиа присел рядом. — Тварь, убью его когда-нибудь. — Из-за чего подрались? — Он майку опять спиздил. И все-таки майка на Эвансе уже была. Видимо, отвоевал. — Теперь, если Рена нет, — протянул Эванс, — ты можешь приходить ко мне. Только, — он встрепенулся весь. Зачем-то схватил в руку свою расческу, которую берег больше всех прочих вещей, и начал расчесывать кончики волос, — только матрас надо найти на нижнюю койку, а то Рен свой сдал. — Тебе потрахаться негде что ли? — Все равно, найди мне матрас. — Это будет мой подарок к Рождеству. — Сойдет. — Отмахнулся расческой Эванс. Он немного привел свою копну в порядок. Двумя резинками соорудил на голове что-то приличное, всего лишь до задницы длинной. — Схожу за сигаретами, и пойду курить. — Потом приблизился ближе. Олиа как раз закончил надевать штаны и поднял голову. — В курилке никого. — Шепнул тише Эванс. — А после утихомирь эту сучку, хорошо. Довольный Эванс ушел, покачивая задницей, как будто на пляже перед альфами. Олиа подумал, что рациональное зерно в мыслях Эванса есть. Но и наглость есть. Огромная такая наглость. В курилке он сорвал на Эвансе все свое возмущение. Он был немного другим, не как остальные. Олиа не знал, как это описать. То, что Элай не дружил с мозгами, конечно, увлекало, но не вызывало желания. Да и тело было красивым, но обыкновенным. И без татуировок. У Ли, а тем более у Лукаса, они все росли, расползаясь по телу, как какая-то сыпь. Эванс полез целоваться, пошло выгибаясь, и как бы постоянно дразня. — Не прижимай к стене, — проскулил он, — волосы замараешь. Олиа одной рукой подобрал все его волосы и все-таки вжал в стену. Отмоет потом, если приспичит. Сегодня горячая вода была весь день. Олиа устроил аккуратно волосы у Эванса на груди и опустился руками ниже. Эванс разорвал поцелуй и облизнулся, вопросительно смотря прямо в глаза. Олиа слегка его погладил и опустился рукой еще ниже, потрогав член через штаны. — Ты быстро возбуждаешься. — Прошептал он. — Я еще и без трусов. Олиа присел на колени перед Элаем. Они громко дышали. Было темно, окно давало мало света, а дверь они плотно закрыли. Из раздевалки все еще слышались голоса, и оставалось надеяться, что сюда никто не зайдет. Было бы немного неудобно, если бы кто-нибудь увидел, как Олиа отсасывает Эвансу. Олиа приспустил штаны Элая. Трусов действительно не было, напряженный член уткнулся Олиа в нос. Эванс хохотнул немного нервно и нерешительно запустил руку в волосы Олиа. Те еще были мокрыми, и поэтому не разлетались пушистым облачком во все стороны. Элай слегка его погладил и почесал за ушком. Олиа громко выдохнул и аккуратно лизнул головку, потом еще раз, слегка задев зубами. Тело Эванса слегка вздрогнуло. — Смотри, не кончи в самом начале. — Я постараюсь. Олиа нравилось, как его мягко гладят по голове, приятно перебирая волосы. Нравилось, как почесали по затылку, немного подталкивая вперед, намекая на начало. Олиа еще пару раз лизнул член Элая. Сверху слышалось тяжелое глубокое дыхание. Олиа мало кому отсасывал, и плохо это умел делать. Да и не представлял, как вообще правильно делать. Эванс в открытую признавался в своих навыках, и, если это так, Олиа ему проигрывал. Он взял в рот. Неглубоко. Наверное, с альфами сложнее, у них хозяйство больше, чем у омег. От Эванса вовсю несло его шоколадным запахом. И сам он был на вкус немного шоколадным. Олиа попробовал взять глубже, поработал языком, и услышал тихий стон. Гладить перестали, но больно сжали волосы. Элай помогал, пытался придвинуть голову Олиа еще ближе. На это самоуправство Олиа выпустил зубы, немного прикусил. И начал слегка двигать головой, помогая себе языком и немного зубами, когда волосы сильно натягивали. Рвотный рефлекс куда-то пропал. Он тянул время. Действовал медленно, не давая Элаю дойти до края. Собственное желание ныло внизу живота. Олиа ерзал на коленях. Эванс дышал все быстрее и дергался все больше. Волосы болтались рядом и слегка раскачивались. Олиа глотнул полностью, а потом задвигался быстрее. Элая всего пробрало. Он еще поерзал немного и кончил, даже не предупредив. Олиа от неожиданности все сглотнул. Было похоже на кашу, которую давали на завтрак. Он отстранился, и пока Эванс плавал где-то от оргазма, начал слизывать оставшуюся сперму. — Ты что делаешь? — выдохнул одним словом Эванс. — Ты же без трусов. — Ответил Олиа. — Штанишки еще запачкаешь. — Я тебе тоже как-нибудь отсосу. — Пообещал Элай. — Но, черт, сейчас я немного… — Помолчишь. — Закончил за него Олиа и натянул штаны обратно. — Окей. Олиа сел на пол, прислонившись к стене. Он быстро остывал и водил челюстью, пытаясь очистить рот от спермы. Элай сел рядом, чиркнул зажигалкой, и тут же запахло табаком. — Когда мы отсюда выберемся, сможем трахнуться в нормальном месте. Олиа промолчал. К мечтам Эванса он привык, и перечислять огромный список «но» сейчас не хотелось. Да и если он выберется, вряд ли будет искать встречи с Эвансом. Но пускай тот думает, как хочет. Олиа не собирался разбираться еще и с этим.

***

В субботу Олиа проснулся на месте Рена. Поначалу он даже ничего не понял, но перед самым его лицом висела занавеска из волос Эванса. А это заставило задуматься. Было еще темно. Горел слабый ночной свет. Олиа пошарил рукой по столику, но не нашел старой настольной лампы, которая когда-то была у Рена. Разбудил Эванса. — Что ты так рано? — спросил тот, даже не открывая глаз. — Уже шесть. — Заметил Олиа. — Вот через час и буди. — Эванс повернулся к нему спиной и натянул одеяло на голову. Вчера вечером они засиделись. Олиа распорядился насчет матраса. Принес немного печенья и кипятка, а Эванс достал с верхней полочки три плитки шоколада. Так что они еще и чай попили. Олиа просто сидел и молчал, вертя в руках кружку. Эванс трещал, требуя иногда комментариев к своим словам. Жаловался на папу, который додумался забеременеть, вообще на всю свою семейку жаловался. — По сравнению с моими, у тебя семья нормальная. — Ответил Олиа. Так он и остался ночевать здесь, на нижнем месте. Ночью появился охранник, но Олиа смог его уговорить не поднимать панику. В конце концов, это была единичная акция и ничего страшного не случилось. Он не спал половину ночи. Все думал, получится у Нильсона притащить Лукаса сюда или нет. И как надавить на этого самоуверенного омегу, чтобы все получилось. В общем-то Олиа сильно рисковал, ввязываясь во все это. Он уже и не любил Лукаса, да и вообще сомневался, что когда-то его любил. Привязался, да. Лукас был интересной личностью, несмотря на свой характер, он почти никогда не перечил, он много знал. Он был интересен. И Олиа верил ему, когда Лукас говорил, что он завязал со всем этим. Но получилось не так. С утра Олиа все-таки разбудил Эванса и быстро перебрался к себе. На проверке появился Артур. И он был чем-то обеспокоен. Взял Олиа за локоть и отвел в сторону. — Ты мне объяснишь, почему Лукас здесь? — тихо спросил Артур. — Он пришел? — Олиа оглянулся. За ними внимательно следил только Миша. — Все нормально, правда. Это чертова судьба, что тот человек, который мне нужен, оказался Лукасом. Я ничего не замышляю. Честно. Артур недоверчиво поджал губы и ушел. Каша в столовой показалась какой-то невкусной. По дороге он чуть не задушил Ли, который полез разбираться именно в этот момент. Умный в чем-то Эванс предусмотрительно держался подальше. Время получилось удачным, и в большом зале для свиданий людей было мало. У Лукаса и вторая рука полностью покрылась рисунками. На одном из висков, чистом, синела вена. Волосы отросли, выцвели и все перепутались. Лукас курил и нервно сжимал кулак. — Тебе чего от меня надо? — спросил он, как только Олиа сел напротив. — Что за люди приходят ко мне и угрожают от твоего имени? — Это Нильсон. Я его попросил. — Зачем? — Брата моего знаешь? — напрямую спросил Олиа. Конечно, знает, иначе бы не вцепился так в Тая. И Олиа не верил в такие совпадения. Случайности бывают, но не такие явные. Лукас закатил глаза. Это осталось от него прежнего. Дрожащими от чего-то руками он достал из нагрудного кармана рубашки еще сигарету и подкурил ее. — Я думал, ты меня по личным причинам зовешь. Знаешь, что я так смылся тогда и… вообще все это. — А я думал, ты давно на пляже загораешь, а не плаваешь в этом дерьме. — Позволил себе отступить от темы Олиа. — Ты колешься? — Нет. — Тогда что за синяки на руках? У самого уже руки дрожат или недоучка какой-то вкалывает? — Лукас не пытался оправдаться, только курил, пуская дым между ними. Олиа решил продолжить. — Тебе так долго не прожить. — Знаю. — Раздраженно ответил Лукас. — Но сила воли у меня вся закончилась. Похер. — Пожал он плечами. — Сдохну так сдохну. Меня сюда притащили из-за твоего беспокойства обо мне? — Нет. Ты братика моего обижаешь. — Этого что ли? — Лукас показал себе за спину. И подмигнул одним глазом. Тай и вправду сидел в этом же зале с альфой. С другом Эванса, которым воняло теперь и от Тая. Друг что-то говорил тихо, наклонившись в сторону Тая. Казалось, что убеждал его в чем-то. Тай же выглядел очень странно. У него все лицо раскраснелось, губы дергались, как у ребенка и глаза поблескивали. Он только тихонько кивал и потрясывал плечами на слова альфы. Олиа даже забыл про Лукаса. Он не понимал, как можно было так привязаться к этому альфе или к Таю. Альфа пах хорошо, очень приятно, но не желание же нюхать вкусный запах руководило ими. У Тая был яркий и сильный аромат, не то что у Олиа. И многие альфы его любили за это. Но тоже, из-за одного запаха глаза на все остальное не закроешь. Выходило так, что или альфа, или Тай что-то задумали, раз разыгрывался такой спектакль. Олиа перевел взгляд на довольного Лукаса. — Этот. — Ответил он. — Здесь не будет наркотиков, ты понял? — Раньше тебе такая идея нравилась. — Раньше все по-другому было. — Резко ответил Олиа. — Я все, что ты поставляешь, перехватываю, до Тая ничего не доходит. И убить меня он не сможет, как бы он не хотел. — Я не приказывал… — замотал головой Лукас. — Это могла быть его инициатива. Мне не важно, кто, что приказывал. Просто забудь о существовании моего братика. Или ты знаешь, что будет. А я тебе смогу найти рынок получше. Это если будешь слушаться. — Как же? — Это я решу. — Разве ты не рад? — Лукас снова подмигнул. — Тому, что я предоставил тебе братца твоего на блюдечке. Ты же его ненавидел. Что-то поменялось? — То есть я тебе должен быть благодарен за то, что мне еще и Тая приходится терпеть? — Я думал, ты порадуешься. Специально его сюда засунул. — Я оценил. — Олиа кивнул. — Ладно, надеюсь ты понял всю суть. Твою загибающуюся контору развалить очень просто, поэтому сделай так, чтобы я о ней забыл. — Не много ли… — Мало! — прервал начавшиеся возмущения Олиа. — Ты влез не в свое дело, милый. Езжай лучше, отдохни, перед тем как сдохнуть от наркоты. И слушай Нильсона, он тебе будет говорить, что делать. Лукас закурил снова. Уже третью. Раньше он редко курил. На заднем плане Тай все шептался с альфой. Они уже почти лежали на столе, наклонившись очень близко друг к другу, и держались за руки. Точнее, Тай стискивал пальцами ладонь альфы. А тот все в чем-то уверял омегу. Лукас осмысливал. Нильсон говорил, что он постарался донести до него все предельно ясно и понятно. Или слушаться, или получить еще один срок и превратиться в наркомана, готового на все ради подачки. Таких людей Лукас презирал, а Олиа это прекрасно знал. — А если «нет»? — осторожно предположил Лукас. — Нет главаря, нет и шайки. — Равнодушно пожал плечами Олиа. Он размышлял уже над этим. Насилия он не любил, да и не хотелось так сильно обижать Лукаса, но если все-таки другого решения не будет, Олиа сможет быстро отойти от всех сантиментов и наступить Лукасу на горло. — Ты серьезно? — Более чем. Лукас поднялся, с силой отодвинув стул, на котором сидел. По лицу у него гуляли самые разные эмоции. Олиа понял, что получилось, он напугал. Значит, никуда он не денется. Осталось все проконтролировать. Заплатить еще Нильсону, чтобы довел все до конца. — Я понял. — Бросил Лукас холодно. — Счастливо оставаться. Он быстро ушел. Олиа улыбался, смотря ему вслед. Получилось. Вслед за Лукасом ушел и тот альфа, который приходил к Таю. Только перед этим нежно погладил братика по щеке и поцеловал в макушку.