Между нами.

      Она вытирала дорожки слез со своих щек, чтобы ей не задавали не нужных вопросов. Мигающие фонари освещали ее путь по тротуару одной из улиц Лондона. Девушка, съежившись от холода, остановилась у одного из домов. — Гриммо 12. — здание пришло в движение, сообщая магам о незваном госте. Когда она поднималась по ступенькам, у входа ее уже ждали. — Что-то случилось? — встревоженный голос хозяина особняка вызывал дополнительную волну мурашек. Бархатистый мужской голос волной тепла разливался в ее душе, отвлекая от мрачных мыслей. — Можно пока пожить у тебя? — двери особняка отворились, как и душа хозяина, который был рад гостье.       Гермиона жила на Гриммо уже три дня. За этот короткий период она приросла к жилищу Поттера, словно они жили вместе несколько тысяч лет. Они пили ароматный кофе по утрам, наслаждаясь теплом, исходившим от огня камина, слушали различные истории. Гарри не спрашивал почему она пришла, а сама она не начинала разговор. — Гарри, ты готов? — услышала Гермиона, спускаясь в гостиную, где не оказалось хозяина особняка. — Нет — донесся раздраженный голос откуда-то сверху — я не готов сказать ей прощай, ты же знаешь это! — Гарри, — голос, принадлежавший Нарциссе, взывал к Гарри, словно мать к своему ребенку — я знаю. И поверь мне, я тоже. Но нам придется это сделать. — Сделать что? — поинтересовалась девушка и тут же была заткнута Панси: — Лучше не спрашивай. — Гермиона удивленно проводила взглядом девушку, скрывшуюся в темноте кухни, которая обычно не разговаривала ни с кем, а только наблюдала.       Звуки шагов, спускающегося хозяина и Нарциссы Малфой, поведение девушки, заговорившей слишком резко, молчание, присутствующее в окружающей обстановки, наводили некие догадки, но, чем больше девушка думала, тем больше ей не нравилась ситуация и тем больше она хмурилась. Строгость и черный цвет в наряде спускавшихся, развеял все сомнения. Гермиона задавалась вопросом, на чьи похороны они собрались. Неужели Драко, с кем Гарри стал близко общаться, покинул их, не выдержав давящих стен Азкабана? Представившаяся ей картина, с разлагающимся, некогда таким изящным и красивым, телом, волосы которого больше никогда не мелькнут перед взглядом, сопровождалась накатывающей тошнотой.       В гостиной уже собрались все гости, временно или же навсегда поселившиеся в особняке, когда с последней лесенке спустилась миссис Малфой, под руку с которой шел хозяин дома. Все было таким, словно она попала в черно-белое и немое кино. Каждый их шаг сопровождался печальными взглядами и нерушимым молчанием. Зеленые языки пламени поглотили их, но остальные еще несколько минут не сводили взгляда с камина, от которого последнее время никто не мог почувствовать тепла.

***

— Мистер Блек? — обратился к уходящему молодому человеку гоблин, когда церемония прощания с магом подошла к концу. — Да? Вы что-то хотели? — обернулся парень. Они с Нарциссой уже почти покинули ритуальный зал, когда его позвали. — Не знаю, нужно ли вам это, но это принадлежало Беллатрисе, он выпал из ее мантии, когда мы готовили ее к ритуалу. Мне показалось, что вам оно нужнее. — Спасибо. — поблагодарил парень, забирая протянутый гоблином ежедневник.       Его лицо не покидало выражение крайней заинтересованности и, наверное, расстроенности, пока он не скрылся за дверью своего кабинета в особняке, не проронив при этом ни слова, но никто его за это не осуждал.

***

…Дорогой дневник, мне уже двадцать лет. Я так давно не писала о происходящем, что, мне кажется, последний раз я делала это миллионы или миллиарды лет назад. Знаешь, я влюбилась. Он просто великолепный. Высокий, брюнет. От него разит холодом, которого, возможно, хватит на десять Антарктид, но его улыбка, которую он дарит мне, наполнена таким светом. О, Мерлин, как мне страшно. Он пригласил меня на свидание, которое состоится через час. Я так волнуюсь… …Мы с Томом сегодня гуляли по лесу. Он хочет идти в политику и говорит, что я стану самой лучшей женой нового Министра Магии. Я еще никогда не слышала ничего подобного. Мне страшно, что наши планы никогда не встанут реальностью. Я не хочу жить в том мире, в котором не смогу целовать его по утрам и засыпать в его объятьях… …Боже, мне кажется, что меня разрывает на тысячу частей, что я, хрустальная ваза которая только что упала на пол, разлетевшись на тысячу осколков. Я не понимаю, как они могли так поступить со мной. Почему я должна выходить замуж за нелюбимого человека? Почему все так не справедливо? Почему Андромеда будет в старости видеть лицо любимого человека, а мне суждено всю оставшуюся жизнь, просыпаясь, видеть Рудольфуса? … …Мне больно наблюдать, как Том постепенно сходит с ума. Чувство вины кислотою разъедает мою кожу, попадая на кости, разрушает мой позвоночник и только слова отца не дают мне расплакаться… …Боже, Том, что ты творишь. Ты тянешь меня за собой. Я не могу…

***

      Чуть нервничая, Гермиона застыла перед дверью в нерешительности. Она не знала о чем, но ей было необходимо поговорить с Гарри. Ее рука зависла в нескольких миллиметрах от двери. Выдох, и она нарушает давящую на кабинет тишину своим настойчивым, возможно даже слишком, стуком.       Девушка шагнула в комнату, закрывая за собой дверь. Напротив нее стоял Гарри, от которого несло запахом алкоголя и табака. В тот момент она не узнавала вечно неунывающего и что-то делающего друга. Перед ней стояла его копия, уставшая от навалившихся печалей и вообще от всей жизни. — Гарри? — ее голос незаметно дрожал от переполненных чувств. — Зачем ты пришла? — шепотом, пробирающимся мурашками по ее коже, спросил парень, отпивая из горла бутылку, находившейся в его руках. - Я хотела поговорить. - Я не это имею ввиду - тон его голоса повышался, почти переходя на крик - Зачем ты пришла в мой дом. У тебя семья. Муж. Так зачем ты пришла сюда? Зачем ты усложняешь мне жизнь. - У меня нет семьи. И с Рональдом мы разошлись. - ее волнение медленно перетекало в истерику - Если я порчу твою жизнь, то я уйду. - но она так и не сдвинулась с места, глядя ему в глаза и пытаясь найти там что-то. - Черт! - бутылка полетела в стену напротив, рассыпаясь вдребезги и заливая при этом находящихся в комнате, но они словно не замечали этого. - Гарри, - ее рука мягко легла на его предплечье, заставляя обратить на себя внимание - позволь мне помочь тебе? - Уходи. - что-то взорвалось в глубине ее души, что молчало до сих пор и ей показалось, что вместе с этим алым пламенем догорают ее надежды и мечты, в которых она боялась признаться самой себе. - Ты не понимаешь, что я больше не могу считать тебя своим другом. Ты давно значишь для меня что-то большее, чем друг. Но я не вижу нашего будущего. У нас его просто нет. - Гарри... - Уходи. Прошу, оставь меня. - в его голосе звучала мольба. - Нет. - Это волной обдало ее сознание. Понимание пришло неожиданно. Воспоминания, словно фильм, начали прокручиваться в ее мыслях, даруя тепло, которое она так долго не могла найти.       Надежда на хоть какое-то счастье появилась в их глазах и особняк, словно ожил. Сидящая в гостиной Нарцисса, удивленно наблюдала за изменением, происходящем в доме. Все вдруг стало каким-то более уютным и домашним, напоминая ей о прошлом, о незабываемом детстве, проведенном в окружении этих стен.