Снарри наоборот (рабочее)

Издадел сидел за своим столом и заново просматривал документы о Блэквуде. Что-то в этом парне насторожило старого гоблина, но кто он такой, чтобы отказывать клиенту в открытии новой ячейки. Даже если это был преступник, его (Издадела) четвертовали бы собратья, откажи он во вкладе. Поэтому гоблин отложил документы о новом клиенте, но продолжил задумчиво смотреть на папку с именем парня. А ведь они даже не проверили его родословную, надо прислать ему приглашение, а то нехорошо получается, подозрительно – по фамилии род практически нищих сквибов, а счет открыт сопоставимый зажиточным родам. Конечно, может оказаться так, что он вовсе не Блэквуд, а потомок какого-нибудь Мерлином забытого рода, гоблин хихикнул. Если так произойдет, то его карман пополнится неплохими процентами с вновь открытого сейфа. *** Гарри просыпался медленно и не охотно, но воспоминание о том, сколько еще дел, не дали долго лежать. Вчера мебель была расставлена только в спальне и прихожей, остальная, уменьшенная, стояла на первом этаже. Поэтому Блэквуд, забыв про небольшой голод, занялся расстановкой. На втором этаже дома расположились спальня и кабинет. Кабинет был небольшой, но уютный – бежевый диван для гостей, стол для работы и несколько шкафов вдоль стен, а в потайном отделении стены спрятался бар с напитками, которые Гарри успел прикупить вчера в переулке. Книжные шкафы были специально зачарованы так, что человек, не знающий тайны, видел лишь несерьезную беллетристику. Следом за кабинетом были обставлены гостиная и кухня. В гостиной были поставлены диван, пара кресел, они расположились полукругом около камина – неизменного атрибута холодных вечеров. На окно были повешены тяжелые портьеры бордового оттенка с золотой бахромой, которые, несмотря на свою помпезность, добавляли уют. На стенах появились картины, но гостиная все равно выглядела пустовато, Гарри надеялся, что это вскоре исправится. На кухне пришлось повозиться, но в результате, она получилась довольно милая – в светлых оттенках, а окна, которые выходили в сад, только добавляли красоты. Блэквуд уже точно знал – это станет его любимым местом в доме. Когда все было установлено, время перевалило за пять вечера. И на этот раз голод напомнил о себе громким урчанием живота, поэтому, недолго думая, Гарри аппарировал в тот же ресторан, где он обедал вчера. Сев все так же – в углу, он заказал обильный ужин, и принялся за еду. *** Дамблдор смог вырваться из школы только в пять вечера и сразу же направился в Министерство. Но надежды на то, что чиновники знают больше не оправдались – они знали столько же, сколько и он. Юный Блэквуд начинал напоминать призрака – вроде есть, а вроде и нет. Слышали, да не видели, видели, да ничего не знают. Такое положение дел совершенно не устраивало старца. Глубоко погруженный в свои мысли маг проходил мимо кафе «Флориан и Фортескью», когда почувствовал на себе взгляд, он оглянулся, чтобы увидеть его владельца, и наткнулся на зеленые глаза молодого парнишки с черными волосами. Только он поймал его взгляд, как магия срезонировала, показывая, что это и есть его таинственный подопечный. Дамблдор тут же бодрым шагом направился к нему. Сначала молодой маг начал подниматься, видно, собираясь сбежать, но потом, передумав, сел обратно. Альбус подошел к столику и устроился напротив. -Ну, молодой человек, приятно с вами познакомиться, но позвольте узнать, когда вы успели стать моим подопечным? – Дамблдор с лукавой улыбкой разглядывал юнца. В ответ на это, молодой маг промолчал, но вид его стал очень задумчивым. Наконец, он произнес. -Может, мы поговорим в другом месте, профессор Дамблдор? – на это маг только кивнул, и они покинули кафе. *** Зайдя в кабинет Дамблдора, Гарри замер, разглядывая непривычную обстановку – это место чем-то отдаленно напоминало будущий кабинет директора. Множество безделушек на полках сочетались с толстыми томами книг. За окном виднелся запретный лес, а посередине кабинета стоял массивный стол, со стопками бумаг. Пока Гарри разглядывал помещение и сопоставлял его с тем, что помнил, старший маг успел сесть на свое кресло. Опомнился Блэквуд не раньше, чем через пять минут, тут же покраснев. -Извините, просто у вас необычный кабинет. – На это Альбус лишь усмехнулся. -Может, вернемся к тому, на чем мы закончили? Почему я не знаю вас, но вы являетесь моим подопечным. – Безмятежное лицо не выражало заинтересованности, но это не могло обмануть Гарри. Этот вопрос очень волновал Дамблдора. -Я не знаю. – Виновато улыбнувшись, ответил Гарри. Не мог же он рассказать о том, что произошло с ним?! Ответ Гарри нисколько не удовлетворил старшего мага. Он весь подобрался, будто собираясь атаковать. Блэквуд, на всякий случай, тоже сжал палочку в кармане. Но к тому, что Альбус решит атаковать его ментально, парень не был готов. В принципе, он не плохо был обучен окклюменции, леглименция у него получалась хуже. Но эта встреча выбила его из равновесия, поэтому атака удалась. Прежде чем он сумел вытолкнуть старца из своей головы, тот успел просмотреть достаточно, чтобы понять, что произошло. Дамблдор откинулся на спинку кресла и с усилием потер виски. Гарри же пытался привести свои мысли в порядок и постараться не наорать на профессора. -Вы хоть понимаете, что только что сделали?! Это уголовно наказуемо! Это совершенно невоспитанно, в конце концов, это просто не честно! – Блэквуд вздохнул поглубже, чтобы продолжить возмущаться, но Альбус прервал его. -Гарри, извини старика, но у меня не было другого варианта. Зато теперь я уверен, что это ты. -Что? -Понимаешь, магия не только тебя перебросила в прошлое. После того, как в меня была послана Авада Кедавра, я не умер, но попал во времена моей молодости. – На этом месте профессор усмехнулся, - если, конечно семьдесят лет можно назвать молодостью. Я знаю, что произойдет, но не имею власти поменять это. Зато теперь я знаю, кому магия дала эту власть. -Гарри почти не понял последнюю часть сказанного, все его мысли занимало понимание того, что он не один, что ему не придется завоевывать доверие заново, что его наставник жив. – Не сдержав чувств, парень обошел стол и обнял старца. -Спасибо, спасибо.- Думал Блэквуд, благодаря магию, за то, что она сжалилась над ним и преподнесла такой дар.