Resurrection

Я не успел даже дойти до кабинета, как меня перехватил директор. Теперь я веду помимо трех групп, еще одну. Их преподаватель уехал на стажировку в Германию. И сегодня у меня с ними две пары. Вводные, как выразился директор. Да, две пары буду вводить их в курс дела. Прекрасно. Звонок на пару давно был дан. Я ускоряюсь, резко заворачивая за угол. И в меня врезается нечто. Это нечто заставляет меня замереть с нелепо вытянутыми руками, которые пытались спасти меня от столкновения. У них не получилось. Шоколадные глаза удивленно и испуганно уставились на меня. Это длилось не более нескольких секунд. Потом он дернулся, что-то буркнул и нервно проведя по и так взлохмаченной шевелюре, убежал. А я остался. Остался с запахом меда и корицы. Остался с белой кожей в россыпи мириад родинок. Остался с большими распахнутыми в испуге оленьими глазами. В ушах набатом стучит собственный пульс. Что. За. Хрень. Только что. Произошла. Инстинктивно я уже знал ответ. Волк внутри тянул и упрашивал побежать вслед за мальчишкой. Почему именно он и почему именно сейчас? Я встряхнул головой и вошел в свою аудиторию. Три пары прошли как в тумане. Из раздумий меня вырвал Айзек Лейхи. — Мистер Хейл. — Да, Айзек. Ты что-то хотел? — Я хотел спросить вас о моем реферате. Я сдавал вам его позавчера. — Я прочел его. Ты неплохо поработал. Думаю, что на положительную оценку уже можешь рассчитывать. Я подготовил несколько вопросов для тебя и завтра мы их обговорим. — Хорошо. Спасибо, мистер Хейл. — парень лучезарно улыбнулся и выбежал из аудитории. Новая группа уже вошла и расселась по местам. Я сидел и смотрел на них, а они сидели и смотрели на меня, пока наш немой диалог не прервал сначала громкий стук в дверь, а потом и ввалившийся в аудиторию парень. — Простите за опоздание. Я могу войти? Вас найти практически невозможно, я обошел три этаж… — парень замолкает, как только замечает меня. И опять распахивает свои невозможные глаза. А теперь еще и рот. Аккуратный, бледно-розовый, такой мягкий и податливый на вид. — Можно войти. — Я сглатываю комок в горле и пытаюсь усмирить бушующего внутри волка. Тот уже рвется постелиться шерстяным ковриком у ног мальчишки. — Больше не опаздывайте. парень угукнул и осмотрелся на наличие свободных мест. Остались места лишь на первом ряду. Какая ирония. Я вдохнул поглубже и встал. — Думаю, нам нужно познакомиться. Меня зовут Дерек Хейл. Для вас мистер Хейл. А теперь вы. Начинаем с крайнего ряда, встаете и называете свои имя и фамилию. Прошу. Я стоял сцепив руки на груди и с бешено колотящимся сердцем ждал, когда наступит очередь мальчишки. Парень, видимо, задумался и когда настал его черед, он так и остался сидеть, уткнувшись носом в тетрадь. — Мы ждем вас. — Я сказал это негромко, но тем не менее мальчишка резко поднял голову и понял, что на него уже вся группа уставилась с раздражением. Парень тут же подскочил, при этом успев скинуть пенал с парты и с оглушительным треском стукнуться рукой о столешницу. Я услышал как он неслышно зашипел от боли. Волк это тоже услышал и тут же рванулся на помощь паре. Черт. Пара. — Стилински этого придурка зовут. — голос принадлежал парню, сидящему за две парты от Стилински. И звали его Уиттмор. Я уже не запомнил его имени. Хватит с него и фамилии. — Заткнись, Уиттмор. Я и сам в состоянии назвать свое имя. — На лице парня расцвел гневный румянец. — Ты так уверен? Лучше напиши его на листочке и читай при случае. — А ты, видимо, так и поступаешь. А потом спишь в обнимку с этим листочком, извращенец. Уиттмор уже приподнялся и собирался, если не врезать Стилински, то кинуть что-нибудь, это точно. — Заткнулись оба. Предупреждаю сразу, если такое еще раз повторится в моей аудитории, зачета вы не увидете. А теперь мистер Уиттмор, прошу вас пройти к доске и изобразить в виде краткого плана, то что вы изучили с мистером Финстоком. А вы, как выяснилось, мистер Стилински, назовите ваше полное имя, подберите пенал и сядьте на свое место. — Стайлз. Стайлз Стилински. — парень подобрал пенал и сел. Бросил на меня взгляд и опять уткнулся в тетрадь. Волк внутри заскулил и начал царапать когтями грудь. Ему хотелось подползти на пузе к Стайлзу, уткнуться ему в колени носом и жалобно поскуливать, успокаивая. А мне хотелось быстро собрать свои вещи и смыться в Австралию.