Прошлое не вернуть

      День начался вполне нормально. Погода стояла очень даже теплая для нашего острова. На улице не было ни метели, ни бури, все было спокойно. Сквозь плотно затянутые шторы пробирались лучи солнца. Я проснулась ни свет ни заря. Мои родители к этому привыкли, и только одна сестра никак не хочет с этим смириться. Считает, что мы должны наслаждаться каждым прожитым днем и высыпаться, а не вставать рано.       Не собираясь долго нежиться под лучами солнца, я встала, стараясь не разбудить своими шагами до сих пор спящих родных, и пошла в ванную на первый этаж. Пол в доме был довольно старый: при каждом шаге половицы скрипели и издавали звуки, будто вот-вот готовы были проломиться.       Я зашла в ванную, посмотрела в зеркало на себя, взлохмаченную после сна. Волосы темно-синего цвета, переливающиеся на свету с черного на синий, были похожи на воронье гнездо, ярко-зеленые глаза, выглядели заспанными, в них была видна еще пелена сна, и помятая футболка. Весь мой вид говорил об очередной бессоннице, что было не так уж далеко от правды.       С неохотой стянув с себя футболку и всю остальную одежду, я включила воду и встала под прохладный душ - самое то после сна, очень помогает взбодриться. Холодные струи воды стекают по телу, покрытому давними шрамами после тренировок. Ополаскивание не заняло у меня очень много времени. Вылезая из душа, я стала вытираться махровым полотенцем, которое пропиталось водой, а затем и оделась. Одеждой была майка, свободные шорты и носки. Я предпочитаю носить то, что не сковывает движения.       Выйдя из еще не проветренной ванны, специально оставив дверь открытой, мой путь лежал на кухню, которая у нас была не очень большая, но вполне комфортная. К моему удивлению, зайдя туда, за столом сидел папа, а мама уже готовила завтрак. — Доброе утро, — первой поздоровалась я, присаживаясь рядом с папой. — Доброе. Ты сегодня раньше обычного встала. Случилось что? — спросила мама, накладывая на тарелку оладья. — Нет, все в порядке. Просто решила потренироваться пораньше. Не часто на нашем острове такая хорошая погода. — Вот, по стопам отца пойдет дочка, не то, что Рея, — сказал отец, потрепав меня по голове. Даже сидя рядом с ним, я казалась маленькой, непонятно в кого я пошла такая невысокая. — Ну не надо мне тут, Деймонд. Ты уже из нашей дочки одну свою копию сделал, не хватало мне, чтобы ты из другой то же самое сотворил, — мама грозно посмотрела на отца, на что тот не стал что-то говорить, а лишь пробурчал, что женщины все такие. — Ладно, я пошла, — чтобы не мешать им, я вышла из-за стола и пошла в коридор.       Надев кофту, завязав ботинки и взяв катану у стены, я вышла на улицу. Вдыхая свежесть воздуха и аромат елей, я помчалась по ещё заснеженной дороге       Мой отец всегда хотел себе сына, чтобы передать ему все свое мастерство. Но судьба как всегда была не на его стороне и родилась дочка. С самого детства он обучал меня фехтованию, надеясь на то, что я стану достойной для него преемницей. Они часто спорили с мамой из-за этого и ругались, но, в конце концов, она смирилась с этим.       Наш дом находился на холме, и с него открывался прекрасный вид на деревушку. Она была очень оживленная: везде бегали дети, с утра пораньше здоровались друг с другом соседи и болтали ни о чем. Это место было наполнено умиротворением и привычным нам дружелюбием. Я побежала в самую глубь деревеньки, по пути здороваясь с местными жителями. — Кира, опять тренируешься? Не устала? Передавай сестренке привет, — доносилось мне от вставших уже людей, которые хорошо знали нашу семью, что не очень то и удивительно.       Нашу семью называли семьей врачей. На самом же деле лекарем работала только мама. От папы же я слышала, что он являлся членом какой-то пиратской команды. Хоть он и не уточнял, в каком именно коллективе ему приходилось трудиться, но зато он не раз рассказывал нам об их приключениях. Мы с сестрой слушали его, с большим интересом ловя каждое слово, будто бы боялись упустить что-то важное. В какой-то миг мне даже захотелось почувствовать все это на себе. Вечные путешествия, невообразимая свобода... Я желала познать все прелести пиратской жизни, ведь мир для меня ограничивался лишь нашим крохотным островком.       Размышляя об этом, я уже бежала по лесу, наслаждаясь приятным запахом ели. Я двигалась в сторону заснеженной полянки, окруженной непроходимым лесом, в котором могли ориентироваться лишь местные, да и то не все. Это и было моим любимым местом тренировок.       Добежав до той самой полянки, я остановилась в самом центре и, достав катану, принялась отрабатывать уже выученные приемы, стараясь придумать нечто новое, добавить что-то от себя. Я чувствовала себя прекрасно. В такие моменты мне казалось, что оружие являлось частью моего тела. Во время тренировок я действительно могла быть счастливой. Вот так просто оттачивать собственные навыки и ни о чем не думать... Острое лезвие меча вредило и без того настрадавшимся деревьям, оставляя на них все новые и новые повреждения. Ощущая огромный азарт, я с огоньком в глазах пустилась в ужасный, сокрушительный танец.       Занимаясь самосовершенствованием, я и не заметила, как наступил вечер. Придя в себя, я убрала в ножны оружие и пошагала в деревню. Мое спокойствие бесследно исчезло, а его место заняла тревога. Поднимая голову вверх, я увидела, как птицы кружили над деревьями, летя прочь от деревни. Они явно были чем-то взволнованы.       Я пробиралась сквозь густые заросли растений, и мало-помалу мне открывался вид на деревню. Со стороны селения поднимался черный дым, а в воздухе распространялся запах гари. Вдали отчетливо мелькали огненно-алые огоньки. Кровь в моих жилах похолодела, меня охватил липкий страх. Немедля ни секунды, я рванула в деревню. Ветки царапали кожу, цеплялись за волосы, но я все равно продолжала бежать. В конечном итоге я все равно опоздала. Алые языки пламени уже охватили поселение. Всепоглощающий огонь не щадил никого и ничего. Земля окрасилась в цвет крови, и на ней валялись еще горевшие трупы, от которых исходила омерзительная вонь сожжённой плоти. Меня пробил озноб, ноги подкосились, и я рухнула на колени, не веря своим глазам. Слезы скатывались по бледной коже. Место, в котором я родилась, провела все свое детство…было уничтожено. Все те люди, которых я видела, их улыбки и голоса, что слышала еще утром… погибли, а их тела превращались в пепел. — Не может быть, — мой голос осип от страха и отчаяния. Я старалась взять себя в руки.        Поднимаясь на ватных ногах, я побрела в сторону нашего дома, не задумываясь о том, что враги могут быть рядом. На моем пути попадались все новые и новые трупы. Постепенно горечь стала сменяться яростью, ненавистью. «Убью! Они пожалеют, что вообще сюда сунулись!» - лишь эта фраза и крутилась в голове теперь. Не обращая более внимания на очертания человеческих тел, я побежала в сторону холма, держа наготове свое оружие. Мне было трудно дышать, чад и смрад преследовали меня.        На горизонте уже был виден дом и слышны незнакомые мне голоса, крики и брань. Чужаки явно еще не ушли, но самое ужасное - они уже добрались до моего дома. Сжав покрепче рукоятку катаны, я вынула меч из ножен и притаилась за одним из деревьев. Из главного входа вышел высокий, накаченный мужчина. В одной руке мерзавец держал окровавленный нож, а в другой - бутылку рома. Это был ром из личной коллекции отца.        Я вся дрожала от желания наброситься на него и перерезать ему горло, но я сдерживалась, ведь в первую очередь надо было узнать, что с остальными. — Эй! Давайте, выводите уже их! — грозно гаркнул здоровяк, после чего смело отхлебнул из бутылки.        Вслед за ним наружу вышли другие бандиты, вывели маму и сестру. Папы не было с ними, но я заметила в проходе, что вел в гостиную, какую-то лужу. Трудно сказать, что это такое, но рядом лежало чье-то тело. Такие родные темно-синие волосы. Как мои. Это был отец. И судя по крови и неподвижному телу, он был мертв. Две хрупкие фигуры плакали и вырывались, но эти сволочи держали их крепко. Главарь шайки, тот мужик, распивающий спиртное, недобро усмехаясь, подошел вплотную к матери. — Хе-хе-хе, а ведь за вас немало денег на аукционе дадут, — сказал он, приподнимая ее лицо за подбородок. Пошлая улыбка застыла на его устах, но ненадолго: бандит резко разразился диким хохотом.        Но моя мама не растерялась и, заехав коленом тому в живот, стала еще сильнее брыкаться. — Ах ты тварь! — подлец схватил маму за волосы и, вытянув из кармана брюк пистолет, приставил холодное дуло к ее голове.        У меня уже не было сил бездействовать. Я рванула из своего укрытия, намереваясь прикончить этого человека раньше, чем он что-нибудь сделает ей.        Заметив мое присутствие, один из подчиненных попытался задержать меня, преградить мне дорогу, за что поплатился своей жизнью, проткнутый катаной. Едва я успела избавиться от помехи, как погремел выстрел - самый родной мне человек упал. Замертво. Глаза застилала пелена слез, мне сорвало крышу, и я больше не была способна контролировать собственные действия. Я резко повернулась к убийце и ринулась к нему, намереваясь заставить его познать ту боль, которую пережили все погибшие от его рук.       И тут вдруг раздался крик сестры. Ее голос помог мне прийти в себя. В голове прояснилось. У меня осталась Рея, которую надо было спасти от ужасной участи, что постигла родителей. Зло сверкнув глазами на босса, я кинулась на людей, которые держали сестренку. Резкий взмах меча - и у одного из бандитов появилась глубокая рана на всю руку. Его истошный крик пронзил округу.       Этот вскрик положил конец моему везению: заслышав его, из дома выскочило подкрепление. Преступники окружили меня. Я оказалась в ловушке. Кто-то схватил меня за волосы и рывком потянул, отчего я даже выронила катану. Это была моя фатальная ошибка, ею и воспользовались чужаки. Я перестала что-либо видеть, но зато почувствовала боль в виске. Перед тем, как провалиться в вязкую темноту, я услышала крик сестры, что звала меня и отчаянно молила о помощи.