Доктора

— Дмитрий Иванович, — Нина зашла в ординаторскую нейрохирургического отделения, где за компьютером сидел с сосредоточенным видом молодой врач, — не помешаю? Он поднял взгляд и тут же вскочил. — Нина Алексеевна, — он посмотрел на неё, — случилось что-то? — Да я насчет Кирилла Куратова, — проговорила Нина и замолчала, почувствовав головокружение. Присев на диванчик, она сделала пару глубоких вдохов и открыла глаза. — Когда вы его выпишите? Шурыгин взлохматил волосы и достал карточку пациенту. — Очень уж неспокойный ваш Куратов, — посетовал молодой человек, — постоянно ночью на лестнице курит. Анализы нормальные, но ему еще нужен покой. — Ну, покой я ему дома обеспечу, — пообещала Нина с улыбкой, — он же все равно вас всех тут достанет. — Ну хорошо, — сдался нейрохирург, — только еще одно условие. Через неделю пусть Кирилл Георгиевич обязательно приедет и покажется ко мне, а потом в поликлинику по месту жительства. И любые физические нагрузки исключены, — строго проговорил он. — Я вас поняла, Дмитрий Иванович, — с довольной улыбкой проговорила доктор Старкова и встала, — через неделю он обязательно будет у вас. Сама лично его привезу, — заверила женщина. — Тогда выписку у медсестры получите, — проговорил Дмитрий и снова сел за компьютер. Нина с улыбкой взглянула на парня, который старательно напускал на себя строгий вид, и вышла из ординаторской. Кирилл со скучающим видом лежал в своей палате, изнывая от тоски. Больничные стены угнетали его, а при виде медсестер в белых халатах хотелось куда-нибудь спрятаться. Да и просыпаться каждый день в семь утра и мерить температуру холодным градусником тоже изрядно поднадоело. Ему хотелось спать в уютной спальне на теплой кровати и чтобы рядом непременно была любимая женщина. — Нинка! — он вскочил сразу же, как только Старкова вошла в палату, — я уже соскучился. — Куратов, — Нина подошла к нему вплотную и посмотрела в глаза, — мы виделись вчера. Когда ты успел соскучиться? — В этой больнице время тянется чертовски медленно, — вздохнул мужчина и сел на кровать, — а где мои фруктики? Ну эти осточертевшие апельсины и яблоки? — Обойдешься, — ответила Нина, — и вообще, беременным нельзя тяжести поднимать. И у меня для тебя есть сюрприз. — Какой? — поинтересовался Кирилл и положил голову ей на плечо. — Ты можешь собирать свои вещи, — с трудом сдерживая улыбку, ответила Нина Алексеевна, — тебя выписывают. — Нинка, — Кирилл ошарашенно посмотрел на возлюбленную, — ты чего, серьезно? — Да, — кивнула она, — выписку тебе уже печатают. Пока Кирилл собирал свои немногочисленные вещи, Нина прилегла. Сегодня с самого утра её мучили приступы тошноты и головокружения. — Тебе плохо? — мужчина взял её за руку и с тревогой посмотрел на женщину, — может, позвать кого? — Да никого звать не надо, — улыбнулась она и села, — ты собрался? — Собрался, — кивнул он, — даже салфетки забрал, лишь бы сюда не возвращаться. — Тогда иди забирай выписку, а я жду тебя в машине, — ответила Нина и, взяв сумочку, быстро вышла из палаты. Выйдя на крыльцо, Нина с наслаждением вдохнула холодный воздух и неторопливо пошла к припаркованной машине. Она боялась поверить в то, что все осталось позади. Сейчас Кирилла выпишут и он будет дома, рядом с ней. Нина ни на секунду не сомневалась, что Куратов поедет именно к ней, в её уютную квартиру, в которой так не хватает сильной мужской руки. А дома она сможет окружить его той любовью и заботой, которые так необходимы. Довольный Кирилл появился через десять минут, неся в руках выписку и небольшую сумку с вещами. — Ну все, — мужчина закинул вещи в машину и сел на пассажирское сидение, — поехали к тебе. Надо будет и остальные вещи перевезти. — А ты нахал, — Нина взглянула на него и завела мотор, — а мое мнение спросить не хочешь? — А чего спрашивать? — пожал плечами Кирилл и пристегнулся, — мы с тобой идеальная пара и должны жить вместе. Поехали уже, меня здесь напоследок даже обедом не накормили. — Не волнуйся, — пообещала Нина, медленно выезжая на дорогу, — я тебе лично приготовлю обед согласно твоей диете. Все будет исключительно полезное. — А вкусного ничего не предполагается? — недовольно поинтересовался Кирилл. — Не занудничай, — улыбнулась Нина и замолчала, полностью сосредоточившись на дороге. Кирилл с легкой улыбкой наблюдал за Ниной. Сколько раз в больнице он представлял себе тот день, когда его выпишут. И как они наконец-таки поедут домой, где смогут побыть только вдвоем и никто не сможет им помешать. Теперь он сделает все, чтобы не потерять то счастье, которое начало зарождаться. Дома Нина закинула все вещи Куратова в стиральную машинку, а сам Кирилл сразу же отправился в душ, чтобы смыть с себя тот запах больницы, который, как ему казалось, буквально въелся в кожу. — Нин, — он вышел на кухню, замотанный в полотенце, — мне нечего надеть. Ты все мои вещи постирала. — Они все равно были грязные, — поморщилась женщина, — заберись под одеяло и жди, пока все постирается. Кирилл подошел к ней сзади вплотную и нежно поцеловал в шею. — Так-то я могу и вообще без белья ходить, — прошептал он, — если ты захочешь. — Член не отморозь только, — улыбнулась Нина и повернулась к нему, — иди в кровать, я скоро тебе принесу обед. — Паровые котлеты, — поморщился Кирилл и вздохнул, — тяжело быть больным человеком. — Иди уже, — как можно более сурово проговорила Нина и проводила мужчину взглядом. Сейчас ей казалось, что такой счастливой она еще не была ни разу в жизни. Ни один мужчина своим присутствием не давал ей такой уверенности в том, что завтрашний день обязательно будет счастливым. — Ну как, спит? — Инна заглянула в комнату, где мирно посапывала Кира в своей кроватке. Рядом сидела Алла Евгеньевна и с улыбкой смотрела на внучку. — Спит, — шепотом подтвердила Алла и тихо встала, — ладно, я пойду. Инна неожиданно остановила женщину. — Я ужин приготовила, — проговорила она, — и, кажется, нам надо поговорить. Алла только кивнула и прошла на кухню. Совсем скоро они станут родственниками официально. Глеб почти каждый день приезжал к Инне и дочери, но никогда не оставался на ночь. А Инна до сих пор сомневалась в том, что им нужно стать мужем и женой. — Алла Евгеньевна, — Инна поставила на стол салат, — мне кажется, это будет ошибкой. — Ты любишь моего сына? — прямо спросила Алла и внимательно посмотрела на девушку. Женщина до сих пор была убеждена в том, что Инна — не пара для Глеба, но теперь все изменилось и у них есть ребенок. И с маленькой Кирочкой просто необходимо считаться. Инна отвела взгляд, вся её напускная наглость, которую помнила Алла с момента их первой встречи, давно пропала. — Я… — девушка замялась, не зная, что ответить. Врать ей не хотелось, а до правды она сама еще не докопалась. — Я не знаю, — на выдохе ответила она и подняла взгляд на Аллу, — теперь не знаю. — Хорошо, что не врешь, — кивнула женщина и нервно поправила волосы, — но у вас дочь и она должна расти в полной семье. Постарайся сделать все, чтобы у твоей дочери эта семья была. Инна отвернулась, чтобы скрыть слезы, подкатившие к глазам. Что-то в глубине души ей подсказывало, что счастливая семья у нее с Глебом вряд ли получится. Если только видимость ради дочери. — Я постараюсь, — тихо ответила Инна и вскочила, услышав кряхтение дочери. — Извините, я к Кирочке. Алла тихо вышла из квартиры и почти сразу же столкнулась в подъезде с воодушевленным сыном, который тащил пакет из всевозможных погремушек. — Привет, мам, — удивленно проговорил он, — ты чего тут? — Заезжала внучку проведать, — улыбнулась она, — и подгузники привезла. Куда ей столько игрушек? — она кивнула на пакет. — Игрушек много не бывает, — уверенно заявил Глеб и довольно улыбнулся, — у моей дочери будет все. — Ты про Инну не забывай, — укоризненно проговорила Алла, — она все-таки женщина. Хоть бы цветов купил. — Обязательно исправлюсь, — быстро пообещал Глеб и открыл дверь в квартиру Инны, — дома договорим, ладно? — он чмокнул женщину в щеку и быстро скрылся в квартире, не дав матери ничего ответить. Несмотря на поздний час, Денис абсолютно не торопился домой. Сегодняшний вечер он проводил с Василисой наедине и был очень рад этому обстоятельству. Молодые люди сидели на качелях и неторопливо потягивали пиво. — Тебя родаки с травкой не спалили? — поинтересовалась Лиса, вычерчивая носком кроссовка линии на песке. — Нет, — улыбнулся Денис, — и мне понравилось. А когда еще? Василиса неопределенно пожала плечами. — Ну, когда Тим достанет. — А что у тебя с ним? — неожиданно поинтересовался Денис и, спрыгнув с качели, подошел к девушке. Парень очень старался, чтобы Василиса не заметила его волнения. Девушка перекинула рыжие волосы на одну сторону и томно взглянула на Дениса снизу вверх. — А ты чего, ревнуешь? — спросила она с улыбкой. — Ничего я не ревную, — резко ответил Денис, — просто интересно. — Он мне, — Лиса вздохнула, выдерживая томительную для Дениса паузу, — друг. — Ммм, — недовольно протянул парень, — какая-то слишком близкая у вас дружба. — Дениска, а ты что, ревнуешь? — хихикнула Василиса. — Расслабься, мы же учимся вместе. Денис вздохнул и неожиданно обнял девушку. — Ты мне очень нравишься, — шепотом проговорил он, не сводя взгляда с девушки, — ты лучшая. — Я знаю, — она мягко убрала его руку и встала, — мне пора. Проводишь? — Конечно, — кивнул парень и взял её за руку. — Может, завтра в кино сходим? — Не получится, — мотнула головой Василиса, — у нас завтра туса в гараже. Приходи. — Хорошо, — кивнул Денис и достал завибрировавший в кармане телефон. Раздраженно выдохнув, он нажал на кнопку отбоя, увидев на дисплее «мама». Родительский контроль с каждым днем раздражал его все сильнее. — Если торопишься — можешь идти, — со смешком проговорила Лиса, — ты прям как маленький. — Я приду тогда, когда посчитаю нужным, — фыркнул Денис и пошел с девушкой в сторону её дома. Алла нервно ходила по комнате и несколько раз за минуту посматривала на настенные часы. Олег Викторович сегодня задерживался на работе и женщина очень надеялась, что Денис появится раньше отца. — Мам, да успокойся ты, — Глеб сидел на диване с мобильным телефоном в руках, — ну погуляет и придет. — Он сегодня пропустил занятия у Матвея Александровича, — нервно ответила она, — ты понимаешь, что будет, если отец об его двойках и прогулах узнает? — Очень хорошо представляю, — буркнул Глеб, — даже на себе испытал ни раз. — Глеб, он трубку не берет, — нервно проговорила Алла, подойдя к окну, — может, ты пойдешь его поищешь? Глеб со вздохом встал с дивана и подошел к матери. — Ну не сходи с ума, — Глеб обнял женщину, — придет он. Может, тебе чай заварить? — Себе завари, — резко ответила Алла и снова набрала номер Дениса, но тот ей в очередной раз не ответил. Через полчаса Денис тихо вошел в гостиную и сразу же наткнулся на Аллу, которая сидела в кресле и ждала его. — Ну, — женщина встала, — и где ты шлялся? — Мам, че ты начинаешь, — он небрежно кинул куртку на диван, — я просто гулял. — Почему ты трубку не брал? — повысила голос Алла. — И почему ты сегодня не пошел на занятия по русскому? — Да достал меня ваш русский! — выкрикнул парень. — И школа ваша долбанная тоже достала! Отстань ты от меня! Алла замерла, ошарашенно глядя на сына. Ей казалось, что она готова к еще одному переходному возрасту, но сейчас она была растеряна и абсолютно не знала, что ей делать. Но и своей слабости показывать сыну было нельзя. Глеб вышел из своей комнаты, услышав крики. — Вы чего тут? — не понял молодой человек, — что случилось? — Ничего, — буркнул Денис и плюхнулся на диван, — хватит меня контролировать. Достали уже. Алла выпила стакан воды, чтобы хоть как-то совладать с накатившими эмоциями. — Значит, так, — отчеканила женщина, подойдя к сыну, — завтра ты после школу идешь к Матвею Александровичу на занятие. Извинишься за свой прогул и будешь заниматься. И если я узнаю хоть еще об одном прогуле, ты снова сядешь под домашний арест. И из игрушек у тебя останутся только учебники, — предупредила она и поднялась наверх, в свою комнату. — Да блин! — Денис топнул ногой. — Никому не запрещают гулять! Глеб молча смотрел на брата, а потом рывком развернул его к себе. — Ты че, бухал что ли? — Нет, — фыркнул Денис, — всего бутылка пива. Че, тоже будешь воспитывать. — Придурок, — Глеб отвесил брату легкий подзатыльник и тут же обнял его, — вообще-то мама о тебе волнуется. — Ага, как же, — Денис отстранился от брата и встал, — она только об оценках волнуется. Вам же больше ничего не интересно. — А тебе что интересно? — поинтересовался Глеб, — компьютер, алкашка, девочки. Что еще? — Ты не поймешь, — с вызовом ответил Денис и ушел в свою комнату, с силой хлопнув дверью. Глеб вздохнул и закурил прямо в комнате, не опасаясь того, что отец потом может учуять запах табака. Глеб очень боялся потерять доверие брата, он знал, что это может привести к очень большим проблемам не только для Дениса, но и для всей семьи. С Лерой Денис тоже перестал быть откровенной и с честным видом по телефону вещал ей о том, что в школе у него все хорошо, а все вечера он проводит дома за компьютером. А Лера ему верила, ведь её маленький любимый братик не может врать. Глеб зашел к брату через полчаса, увидев, что у того в комнате горит свет. Денис что-то быстро писал в тетради, а перед ним лежал раскрытый учебник физики. — Мелкий, — Глеб тихо подошел к нему, — не помешаю? — Помешаешь, — Денис даже не обернулся, — я уроки делаю. — Ну не злись, — улыбнулся Глеб и похлопал его по плечу, — может, затестим завтра новую игрушку? — У меня завтра репетитор, — напомнил Денис, — так что я буду завтра занят. Вон, со Смертиным своим играй, он будет рад, — съязвил парень и снова демонстративно уткнулся в учебник. — Ммм, — с усмешкой проговорил, — я думал, у меня брат, а у меня капризная ревнивая сестренка. Когда будешь платье выбирать, позови меня — я оценю, — проговорил Глеб и пошел к двери. — Да блин, — Денис вскочил, — ну ладно, давай завтра поиграем. И у меня еще это, — он замялся, а потом нерешительно подошел к Глебу, — свидание у меня завтра. — Так бы сразу и сказал, — Глеб с улыбкой похлопал его по плечу, — если принесешь завтра хорошую оценку, то и маман задобришь. Учи, — велел Глеб и вышел из комнаты, чтобы не мешать Денису грызть гранит школьной науки. Дверь в кабинет заведующего нейрохирургическим отделением распахнулась без стука и на пороге появился уставший врач в изрядно помятом белом халате. — Здорово, Сань, — Игорь обменялся с Гордеевым крепким рукопожатием и без сил рухнул на диван. — У меня новости. — Судя по тебе, не очень хорошие, — насторожился Александр, внимательно глядя на коллегу, — что случилось? — Помнишь, бабу беременную оперировал, — Игорь замолчал на несколько мгновений и потер переносицу, — умерла сегодня ночью. Александр почувствовал, как внутри появляется неприятное чувство тревоги и страха. Каждую смерть пациента он принимал слишком близко к сердцу, хотя казалось, что за столько лет он должен был научиться абстрагироваться от чужого горя. Но не получалось. Научился только делать вид, что все нормально, чтобы окружающие не лезли со своими вопросами. Всем не расскажешь, что творится в этот момент на душе. — А ребенок? — нерешительно поинтересовался Александр, боясь услышать самое плохое. — Жив, — на выдохе ответил врач реанимации, — неонатологи выходили. Александр с облегчением вздохнул. — Ну хотя бы так. Игорь посмотрел на Гордеева и смял в руках шапочку. — Давно так хреново на душе не было. Не знаю, как мужу сообщать, он же каждый день таскался в больницу, все надеялся, что она очнется. Саша молча поставил на стол два бокала и достал из шкафчика початую бутылку коньяка. Плеснув коньяк по бокалам, он пододвинул один к Игорю. — Не чокаясь, — проговорил реаниматолог и залпом выпил коньяк. Со стуком поставив пустой бокал на стол, он направился к выходу. — Пойду, медсестру попрошу сообщить, чтобы как-то по-женски, помягче. Черт! — он в бессилии ударил по подлокотнику дивана и вышел. Александр проводил его взглядом и закурил. Затянувшись сигаретным дымом, мужчина набрал номер возлюбленной. — Лер, — проговорил он, услышав в трубке родной голос, — ты ложись спать, я сегодня в больнице переночую. — Саш, — Лера по голосу услышала, что муж чем-то расстроен, — случилось что-то? Может, мне приехать? — Нет-нет, — поспешно ответил Саша, — приезжать не надо. Лер, все нормально, не волнуйся, — как можно убедительнее заверил её Гордеев, — просто ложись спать. И еще, Лер, я очень тебя люблю. — Сашка, — улыбнулась девушка, — спокойной ночи. Ты хотя бы завтра долго не задерживайся, — попросила она. — Не буду, — пообещал Гордеев, — все, целую. Мужчина положил телефон на стол и с силой затушил окурок о дно пепельницы. Александр точно знал, что нельзя тащить рабочие проблемы домой, но переключиться сейчас он бы все равно не смог, а расстраивать Лерку совершенно не хотелось. Поэтому сегодняшнюю ночь он проведет не в теплых объятиях жены, а на холодном кожаном диване, но хотя бы в своем кабинете его никто не будет тревожить.