Доктора

Инна вышла на кухню к мужу, облаченная в обычную футболку и джинсы. Белое свадебное платье заняло свое место в шкафу, праздник остался позади, а впереди их ждали семейные будни. Глеб сидел за столом, уставившись на обручальное кольцо. Инна очень нерешительно подошла к нему. Сейчас ей казалось, что перед ней сидит совершенно посторонний человек, а не тот Глеб, с которым еще недавно они так весело зажигали. — Глеб, — осторожно позвала она его. — А? — он обернулся и посмотрел на жену. — Я няню отпустил, Кира спит. Может, чаю? — спросил он, пытаясь избавиться от той неловкости, что повисла между ними. — Не хочется, — отказалась Инна, — мы же только что из ресторана. Глеб, — она замялась и начала нервно крутить на пальце обручальное кольцо, — ты можешь сегодня лечь в гостиной? А мы с Кирой в спальне. Белье возьмешь в шкафу. Глеб растерянно моргнул, а потом поспешно закивал. — Да, хорошо. Ну, спокойной ночи тогда, — Глеб выдавил из себя улыбку. Инна чмокнула его в щеку и поспешно скрылась за дверью. Едва за девушкой захлопнулась дверь, как Лобов усмехнулся. Не так он себе представлял начало семейной жизни, но сейчас ему показалось это лучшим вариантом. Он не готов делить одну спальню с Инной, пока не готов. Да и она, кажется, тоже. Открыв окно, Глеб с наслаждением закурил и облокотился на подоконник. Будущее сейчас ему казалось слишком призрачным и туманным. Но он точно знал, что все в его руках. Утром Глеб уехал на учебу, пока Инна еще спала. Заглянув в спальню, он увидел как девушка дремлет, держась одной рукой за детскую кроватку, и решил не будить её. Выпив на завтрак кофе, молодой человек отправился в институт. — О, молодожен, — улыбнулась Шостко как только Глеб перешагнул порог кабинета, — а я думала, ты сегодня не придешь. — С чего это? — удивленно поинтересовался Глеб и кинул пакет, в котором лежала пара тетрадей и ручка, на свободный стол. — Или мне в деканате освобождение дали. — Ага, размечтался, — улыбнулась Валя и посмотрела на часы. — До пары десять минут, где остальные-то? — Толик на улице курит, — ответил Лобов и зевнул, — а где остальные — не знаю. Через несколько секунд дверь кабинета распахнулась и вошел мрачный Рудаковский. — У нас сегодня замена. Будет та же мымра, что и у соседней группы, — буркнул он и сел рядом с Валей. — А если два поставит? — Да расслабься, — непривычно беспечно отозвалась Шостко, — если что — наш потом исправит. И вообще, ты чего такой напряженный последнее время? — поинтересовалась девушка и внимательно посмотрела на Пинцета, который почти мгновенно побледнел под ее пронизывающим взглядом. — Не выдумывай, — быстро ответил парень и начал нервно сминать тетрадный листок. Валя хотела продолжить разговор, но в этот момент, шумя и переговариваясь, в кабинет вошли остальные ребята. — Глеб, — Кристина подошла к нему и вручила праздничную, красиво упакованную коробку, — это тебе. Прости, что на свадьбу не пришла. — Случилось что? — от внимательного взгляда Лобова не укрылись синяки под глазами девушки, плохо замазанные косметикой. — Ты бледная. — Да, с отцом проблемы, — тихо ответила она и устроилась на свободное место рядом с Глебом. — Выспаться не удалось. — Помощь нужна? — поинтересовался парень, не сводя взгляда с девушки. — Нет, — поспешно отказалась Крис и замолчала, увидев вошедшую преподавательницу. — Глеб, — шепотом позвал парня Фролов и ткнул ручкой в спину, — дай листочек. Глеб выдернул из середины тетради листок и передал его назад. — Крис, — снова позвал он девушку, но осекся на полуслове, поймав недобрый взгляд женщины. Закашлявшись, парень тут же уткнулся в тетрадь и сделал вид, что очень увлечен своими записями. Инну разбудил настойчивый звонок. Сонная девушка, кутаясь в теплый халат, распахнула дверь, даже не спросив, кто там. На пороге стоял взъерошенный Дима Шурыгин, держа в руках большую коробку и букет цветов. — Поздравляю, — он протянул девушке подарок и поцеловал её в щеку. Инна поставила коробку на комод и чуть обиженно посмотрела на парня. — А на свадьбу почему не пришел? — тихо спросила она. — Ты же обещал. — Прости, — он виновато опустил голову и еще больше взлохматил волосы. — Вчера очень тяжелого пациента привезли, я ассистировал. Девушка вздохнула и прижала к себе букет цветов. — Проходи. Чай будешь? — Буду, — с воодушевлением откликнулся Дима и прошел на кухню. — А Кирочка спит? — Ага, — кивнула девушка, включая чайник. — Полчаса назад поела и спит. Как твой пациент? — В реанимации, — на выдохе ответил парень, не сводя взгляда с Инны. Девушка поставила на стол корзиночку с печеньем, а через несколько минут поставила перед Дмитрием чашку с ароматным, горячим чаем. — Рассказывай, как свадьба прошла, — велел он, взяв печенье. Инна села напротив него и сцепила руки в замок. Сейчас ей казалось будто свадьба была не вчера, а сотню лет назад. И никаких эмоций воспоминание о вчерашней церемонии у неё не вызывало. — Нормально все прошло, — ответила она тихо, — но тебя не хватало. Из моих только отчим был. Дмитрий судорожно выдохнул, он чувствовал себя виноватым, но и веселиться на свадьбе той, которая ему не безразлична, абсолютно не хотелось. Поэтому он вчера специально напросился на дежурство. До последнего молодой человек сомневался, может все-таки стоит прийти на свадьбу. Но потом понял, что видеть Инну в белом платье рядом с другим, будет выше его сил. — Инна, — он нерешительно накрыл её руку своей ладонью. Девушка замерла, но руку не отдернула. Она прекрасно понимала, что все это неправильно, она теперь — замужняя женщина и в её жизни должен быть только один мужчина. Но от тепла его прикосновений тело словно парализовало. — Не надо, — едва слышно произнесла она, понимая, что ей все сложнее и сложнее себя контролировать в его присутствии. — Уверена? — Дмитрий внимательно посмотрел на неё. Инна отвела взгляд и кивнула. — Ты мне нужен как друг, — тихо проговорила она. Дима убрал свою руку и вздохнул. — Друг — так друг, — покорно отозвался он и сделал глоток чая, — ты всегда можешь на меня положиться. Отложив учебник, Толя включил ноутбук с намерением провести вечер за хорошей игрой. Полчаса назад Денис притащил ему диск с новой игрой и очень настоятельно советовал ознакомиться. Но мирный вечер Смертина был прерван неожиданным телефонным звонком. Увидев на дисплее имя Светланы, первым порывом было не брать трубку, но эту мысль Толя поспешно откинул. Он знал, что Света не будет его беспокоить без особой надобности. — Да, — проговорил Толя, нажав на кнопку приема вызова. — Толя, — в трубке послышался взволнованный голос Светланы, — Толь, твой папа в больнице. — Что? — изумился парень и буквально подскочил на месте. — Что случилось? — Приезжай, — в голосе женщины уже послышались слезы, — тебе все на месте врач скажет. — В какой больнице? — быстро уточнил Смертин, надевая джинсы. — В вашей, где ты практику проходил, — сбивчиво ответила Светлана и из трубки понеслись короткие гудки. Смертин вылетел из своей комнаты и едва не сбил с ног Олега Викторовича. — Анатолий! — укоризненно воскликнул Лобов-старший, но, увидев перекошенное лицо Толика, тут же сменил тон. — Что у вас случилось? — Отец в больницу попал, — ответил Толик, накидывая куртку. — Извините, — Смертин буквально бегом вылетел на улицу и поспешил в сторону остановки. Светлана встретила парня в холле больницы. — Что случилось? — Толик налетел на неё с вопросами. — Где отец? Он жив? — Жив, — выдохнула Светлана и всхлипнула, пытаясь сдержать слезы, подступающие к глазам. — Ему резко плохо стало. Он приехал к нам с Витей, а потом ему стало очень плохо. Толя, — Светлана подняла на него взгляд, словно ища поддержки, — я так испугалась. — В каком он отделении? — резко спросил Анатолий, которого сейчас меньше всего интересовало, что чувствует Света. Все его мысли были заняты только отцом. — В терапии, — ответила Светлана и поспешила следом за Смертиным. Из палаты, на которую указала Светлана, вышла Нина Алексеевна и сразу же подошла к молодым людям. — Ну? — в нетерпении поинтересовался Толик. — Что с папой? Я могу его увидеть? — Не спешите, молодой человек, — остановила его доктор Старкова и отвела в сторону. — Увидите можете, но нервировать его категорически нельзя. У вашего отца был гипертонический криз. Завтра еще будет консультация кардиолога. — Но папа никогда не жаловался ни на давление, ни на сердце, — растерялся Толя, — он же военный. Да и осмотр они проходят регулярно. Нина лишь развела руками. — Мы все не молодеем, ваш отец уже не мальчик. И любой стресс может закончиться на больничной койке. Зайдите к нему, только никаких плохих эмоций. — Я понял, — выдохнул Толик и зашел в палату вместе со Светланой. Парень замер на пороге, он не привык видеть отца таким. Бледным, в майке, лежащим в кровати. — Папа, — Толик подошел к нему и сел на край кровати. — Ну как ты? Смертин-старший открыл глаза и посмотрел на сына. — Как видишь, жив, — усмехнулся мужчина. — Толь, ты матери только не говори, я ей позвонил, сказал, что меня в командировку вызвали. Врачи сказали, что только через неделю выпишут, не раньше. — Хорошо, пап, — кивнул Анатолий. — И вернись пока домой, — попросил мужчина и приподнялся. Толя хотел поправить ему подушку, но Максим жестом остановил сына. — Не надо, я не немощный. А вот матери нужна помощь. — Хорошо, — повторил Толик, — я вернусь домой. — И у Светланы поинтересуйся, что нужно твоему сыну, — продолжил Смертин-старший. — Да у нас все есть, — подала голос женщина, стоявшая за спиной Толика. Но, поймав суровый взгляд мужчины, Светлана замолчала. — Пап, — Толя чуть улыбнулся, — ты не волнуйся, я все сделаю. Ты выздоравливай, главное. Толик вышел из палаты и посмотрел на Светлану. Он прекрасно знал, что от него хочет отец и сейчас не имел право подвести его. — С кем Витя? — поинтересовался он, направляясь с женщиной в сторону выхода. — С соседкой оставила, — ответила Светлана, — а сама сюда поехала на "Скорой". Я не могла его одного в таком состоянии оставить. Смертин только кивнул и нащупал в кармане помятую пачку сигарет. В тот же момент безумно захотелось закурить. — Свет, я завтра к тебе заеду. Если что-то надо купить — напиши в смс, — попросил он и, выйдя на улицу, прислонился к колонне. — Толь, у нас правда все есть, — ответила Светлана, — ничего не надо. Давай для твоего папы сделаем вид, что все хорошо. Тебе не обязательно себя утруждать. Последняя фраза словно ножом резанула Толика, настолько резко и неприятно она прозвучала из уст той женщины, которую он когда-то любил. И которая когда-то любила его. — Свет, — проговорил он, но женщина не стала его слушать и продолжать диалог. — Ты извини, — торопливо отозвалась она, спускаясь по ступенькам. — Меня такси уже ждет. Пока, — она махнула ему рукой и поспешила к воротам, за которыми уже стояла желтая иномарка. Едва Толик открыл дверь в дом, как Алла тут же вышла в прихожую. — Мне Олег сказал, что с твоим отцом что-то случилось, — проговорила женщина с тревогой. — Тебе помощь нужна? — У папы был гипертонический криз, — ответил парень и замялся. — Алла Евгеньевна, у вас очень хороший и гостеприимный дом, но я должен помочь матери, пока отец в больнице. Вы простите, что всё так на бегу, нормально не попрощавшись. Олег Викторович, услышав разговор, вышел к ним. — Перестаньте извиняться, Анатолий, — остановил его мужчина, — мы все прекрасно понимаем. Хорошо, что ты не бросаешь мать. Если помощь нужна — наши телефоны ты знаешь. — Спасибо вам, — проговорил Толик и после короткого колебания обнял Аллу Евгеньевну. Та по-матерински погладила его по спине и улыбнулась. — В этом доме тебе всегда будут рады. С Олегом Викторовичем Толя обменялся крепким рукопожатием и ушел в комнату, чтобы собрать вещи. Алла села на диване в гостиной, а Олег Викторович устроился в кресле. — Ну, ты чего? — поинтересовался мужчина, заметив, что жена заметно помрачнела. — Да как-то грустно стало, — вздохнула Алла, — еще недавно был полный дом, а сейчас остались только мы и Дениска. Олег Викторович пересел на диван, поближе к супруге, и приобнял её за плечи. — Алла, — он уткнулся лбом ей в плечо и чуть усмехнулся, — зато никто не будет нам мешать. А так, глядишь, скоро и внуки будут тут бегать. Так что долго отдыхать нам никто не даст. Кстати, а где наш шалопай? — поинтересовался Олег Викторович, — занятия в школе уже закончились. — Денис у репетитора, — вздохнула Алла и прижалась к мужу. Чувство одиночества, которое буквально на секунду закралось в её душу, быстро отступила. Рядом был любимый человек, а это значит, что она уже не одинока. Инна приготовила нехитрый ужин, сварив макароны и пожарив котлеты. Глеб тем временем купал дочку и чувствовал себя счастливым. Даже усталость, которая накопилась за день, в миг исчезла, стоило Кире взглянуть на отца. Когда девочка крепко ухватила его за палец, парень не смог сдержать улыбки. Закутав ребенка в мягкое полотенце, Глеб осторожно понес её в спальню, чтобы переодеть и уложить спать. — Киру уложишь — иди ужинать, — позвала его Инна и начала мыть посуду. Глеб пришел на кухню через пятнадцать минут и сел за стол. — Уснула, — с улыбкой проговорил он и придвинул к себе тарелку. — Может, на выходные махнем к моим? — Может, у них свои планы? — спросила девушка. — Ты их хоть предупреди. — Ради внучки мама отложит любые планы, — уверенно отозвался Глеб, с аппетитом поглощая макароны и магазинные котлеты. С маминой едой это было сравнивать глупо, но сейчас это мало волновало Глеба, все его мысли были заняты дочерью. — Я не против, — ответила Инна, вытирая руки полотенцем. — Посиди с Кирой, пока она спит, — попросила девушка, — я хочу ванну принять. — С удовольствием, — Глеб поставил пустую тарелку в раковину и взял со стола печенье. — Поучу, пока она спит. А ты не торопись, — ответил он и ушел в спальню, жуя на ходу печенье. Инна с тоской посмотрела на пустую тарелку и со вздохом открыла кран. Глеб заглянул в кроватку и увидел, что его дочь мирно посапывает, подложив маленькую ручку под пухленькую щечку. Парень пару минут просто рассматривал спящую девочку, а потом очень осторожно, чтобы не потревожить детский сон, поправил одеялко. Поставив стул около детской кроватки, Глеб устроился рядом с дочерью и открыл учебник. Читая абзац за абзацем, он то и дело останавливался и замирал, прислушиваясь к детскому дыханию. Инна вошла в спальню только через час в халатике и с полотенцем на голове. — Спит? — шепотом поинтересовалась она и села на кровать. Лобов только кивнул и снова заглянул в кроватку. Кира открыла глаза и пристально посмотрела на отца. Наморщив носик, девочка открыла рот и неожиданно разразилась громким плачем. Инна улыбнулась и встала. — Глеб, иди пока, — попросила она, осторожно взяв дочь на руки. — Нам надо покушать, а мне потом еще себя в порядок привести. — Может, я пока в магазин схожу? — предложил Глеб. — Чего купить надо? — Ну сам посмотри в холодильнике, — уже нервно отозвалась девушка и, повернувшись к мужу спиной, приложила ребенка к груди. Детский плач тут же сменился довольным причмокиванием. — Все, Глеб, не мешай. — Ладно, не буду, — пожал плечами Лобов и вышел из спальни, прикрыв за собой дверь. Глеб абсолютно четко чувствовал. что между ними возникла стена отчуждения. Они уже давно стали друг другу посторонними и их не связывает ничего, кроме Киры. Для него Инна всегда была лишь способом нескучно провести время и поразвлечься, не более. А теперь им приходится жить вместе и пытаться сыграть в некое подобие семьи. Но уже сейчас Глеб чувствовал, что получается у них не очень. Но он был готов наступить на горло своим желаниям и стараться строить семью дальше, медленно, по кирпичикам. Глеб точно знал, что ему есть ради кого стараться.