Доктора

Олег Викторович посмотрел на сына, который с тяжелым вздохом поставил на пол в прихожей очередную коробку с вещами. — Это все? — Да, — кивнул Глеб и выпрямился, — это последняя. — Денис, — вышедшая из кухни Алла позвала младшего сына, — помоги Глебу все разложить. А мы с Инной, — она бросила быстрый взгляд на невестку, — пока на кухне разберемся. — Ну, а я за Кирочкой присмотрю, — с улыбкой проговорил Олег Викторович и подошел к коляске, в которой мирно посапывала девочка. Переезд родителей в другую квартиру её абсолютно не волновал. — Классная хата, — восхищенно проговорил Денис, осматривая комнату с новеньким ремонтом, — вообще офигенно. Вот бы мне такую. — Все будет у тебя, — улыбнулся Глеб, раскладывая свои вещи, — только, когда вырастешь. Ты лучше расскажи мне, как у тебя дела. Денис немного погрустнел и пожал плечами. — Ну так. Не знаю я, как еще привлечь внимание Лиски. И этот козел постоянно рядом таскается, вообще проходу ей не дает. Вон, тебе хорошо. На тебя все девчонки в школе вешались, наверное. Глеб улыбнулся и с явным сожалением в голосе протянул: — Увы, не все. А про козла расскажи-ка мне подробнее, — велел Глеб и начал развешивать свои вещи в шкафу. — Да нечего рассказывать, — пробурчал Денис и сел на мягкую кровать, — одноклассник её. И вообще, мне кажется, он к Лиске неровно дышит. Противный он, — со вздохом резюмировал Денис. Глеб внимательно посмотрел на брата, он был абсолютно уверен, что услышал в голосе Дениса самую настоящую ревность. — Слушай, Дэн, — Глеб отложил вешалку с толстовкой и сел рядом с братом, — когда есть соперник — это даже интереснее. Ты же сможешь доказать своей Лисе, что ты круче. Денис пожал плечами и честно проговорил: — А вдруг я не лучше его? — А вот неуверенность — твой главный враг, — остановил его Глеб, — ты должен быть уверен в том, что ты лучше его. Короче, в выходные поедем с тобой по магазинам, пора тебе гардероб обновить. И в парикмахерскую заедем, а то совсем ты оброс, — Глеб взъерошил его волосы и улыбнулся. — Круто! — Денис сразу же приободрился. — Я там в одном магазине видел крутые джинсы. Я ведь буду выбирать? — уточнил он, посмотрев на брата. Глеб кивнул и улыбнулся: — Конечно, ты. Тебе же носить. — Здорово, — воодушевленно воскликнул Денис и вскочил, — чем тебе помочь? — Вон ту коробку разбери, — Глеб кивнул в угол комнаты, — там игрушки Киры. — Сделаю, — кивнул Денис и спешно принялся за работу. Глеб проводил родителей и брата только около одиннадцати вечера. Инна устало села на диван в гостиной и вытянула ноги. — Ну, квартира тебе устраивает? — поинтересовался Глеб, устраиваясь в кресле. Инна посмотрела на него и кивнула. — Ну как такая шикарная квартира может не понравиться? — с улыбкой проговорила она. — Тем более, что твоим родителям она будет обходиться в кругленькую сумму. — Не ерничай, — холодно проговорил Глеб, — зато у нашей дочери будет отдельная комната. — У нас теперь у каждого будет своя комната, — улыбнулась Инна и нервно сжала ладони в кулаки, — ты ведь не против, если я с дочкой буду ночевать пока? — Не против, — кивнул Глеб, глядя на жену, — делай, как тебе удобнее. Инна встала, но на пороге комнаты обернулась. — Так и тебе будет удобнее, — проговорила она и вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. — А ты за меня-то не решай, — вслед ей проговорил Лобов-младший и раздраженно ударил по подлокотникам кресла. Распахнув пошире тяжелую металлическую дверь, Инна выкатила коляску на лестничную клетку и начала судорожно искать в сумочке ключи. — Вам помочь? — раздался знакомый голос. Инна выглянула из-за двери и замерла, увидев стоящего около соседней квартиры Диму Шурыгина. — Инна? — на лице парня появилась широкая улыбка, и он начал поспешно приглаживать волосы. — Как ты здесь оказалась? — Да вот, — пожала она плечами, — квартиру здесь снимаем. А ты что, тоже здесь живешь? — Нет, — покачал он головой, — я просто у друга ночевал. Давай я тебе помогу, — спохватился парень, — коляску вынесу. — Дим, — Инна не смогла сдержать улыбку, — здесь всего лишь второй этаж, я бы справилась. — Даже не вздумай спорить, — предупредил Шурыгин и, взглянув на посапывающую Кирочку, осторожно поднял коляску. Инна вышла из подъезда через несколько минут и увидела, как Дима неторопливо покачивает коляску и улыбается, глядя на девочку. — Спасибо, что присмотрел, — Инна подошла к ним и тут же спешно надела перчатки. — Это было не сложно, — с улыбкой отозвался Дмитрий и неожиданно развернул к себе девушку. Усилием воли он смог преодолеть возникший ступор и чуть коснулся ладонью её лица. — Холодно на улице, — тихо проговорил он и очень осторожно поправил шапку Инны, — замерзнешь же. Девушка неловко улыбнулась и замерла. — Не так уж и холодно, — выдохнула она, и изо рта тотчас вырвалось облачко пара. — Нам с Кирой в парк, — проговорила Инна, крепко сжимая ручку коляски, — а тебе? — Да и мне туда, — даже не раздумывая, проговорил Дима. — Пойдем вместе, если ты не против. Инна неторопливо катила коляску по заснеженным дорожкам и с наслаждением вдыхала морозный воздух. — Надо же, как тут хорошо, — негромко, словно боясь спугнуть зимнюю тишину, проговорил Шурыгин. — Давно не удавалось просто прогуляться. — Почему? — Инна посмотрела на него. — Капюшон хоть надень, у тебя уже уши красные. — Да мне не холодно, я привык, — с улыбкой проговорил молодой человек. — Я как в мед поступил, то все на бегу. На пары надо было успеть, с друзьями встретиться, потом еще подрабатывать начал. А сейчас я уже привык к такому ритму, да и в больнице не получается иначе. Под начальством Гордеева не забалуешь. — Ну нельзя же все время только работе уделять, — проговорила девушка, — вне стен больницы жизнь тоже есть. — Есть, — не стал спорить Дима, — и она прекрасна. Инна, — он остановил девушку и взял её за руку. В этот момент расплакалась проснувшаяся Кира. Инна тут же склонилась над коляской, пытаясь успокоить дочь. — Инн, мне уже пора, — виновато проговорил он, когда Кира затихла и сосредоточенно начала жевать соску. — Ты не обижаешься? — Да нет, — пожала она плечами, — с чего бы вдруг? — У тебя ведь есть мой номер телефона? — уточнил Дима. — Ты звони, даже если просто станет скучно. — Хорошо, — кивнула девушка и, смутившись под его взглядом, опустила голову. — Ну, пока, — Дима помахал ей и быстрым шагом пошел в сторону остановки. Несмотря на жгучий мороз и неприятный ветер, парень чувствовал, что ему жарко. Стянув перчатки и сняв капюшон, он дошел до остановки и снова взглянул на часы. Сегодня ему некуда было торопиться, разве что молодой человек пытался сбежать от самого себя. Дима слишком явно почувствовал, что если сегодня еще хоть пять минут проведет рядом с Инной, то не сможет больше сдержаться. Он перейдет ту хрупкую границу, которая все еще существует между ними. Но пока что Дима не мог себе такого позволить, поэтому и предпочел уйти. Сейчас, при каждом выдохе выпуская в воздух облачки пара, он впервые пожалел о том, что не курит. Может, хотя бы никотин помог привести в порядок мысли и чувства. Только через несколько минут Дима почувствовал, как холодный ветер пробирает его до костей. Поежившись, он застегнул до конца молнию и спрятал руки в карманы. В душе молодого нейрохирурга царили растерянность и непонимание. Он прекрасно осознавал, что Инна замужем, у неё есть семья, но ничего не мог с собой поделать. Одно её присутствие словно пьянило его и делало счастливым. А он очень хотел сделать счастливой её. Изрядно продрогнув и продолжая размышлять, Дима зашел в подъехавший автобус и, встав на задней площадке, прижался лбом к сильно вибрирующему стеклу. На какой-то момент ему даже показалось, что среди заметенных снегом елей он заметил Инну с коляской, но уже через мгновение наваждение прошло. Старательно удерживая поднос, на котором стояли чашка кофе и тарелка с бутербродами, Александр осторожно распахнул дверь спальни. Увидев, что Лера никак не отреагировала на прозвонивший будильник и все еще спит, Саша улыбнулся. Поставив поднос на прикроватную тумбочку, Александр наклонился и прошептал: — Доктор Гордеева, подъем. Я тебе завтрак приготовил. На губах девушки тут же появилась улыбка. — Сашка, — промурлыкала девушка и села на кровати, сонно щурясь. — Доброе утро, — Гордеев поцеловал её в губы, — ты когда уже анализы сдавать пойдешь? — Завтра, — ответила она и переставила поднос на кровать. — Твои бутерброды просто бесподобны, — с улыбкой проговорила девушка и жадно принялась уплетать завтрак. — Лерка, не тяни с этим, — попросил Александр и взял девушку за руку, — а то я тебя силой отведу. — Ну Саш, — протянула девушка, — обещаю, что завтра схожу. Не переживай, — она подхватила поднос с опустевшими тарелкой и чашкой. — Честно, завтра, — она быстро чмокнул Сашу в щеку и поспешила на кухню. — Лер, поторопись, — крикнул ей Гордеев, — нам через пятнадцать минут выходить. — Я мигом, — крикнула ему Лера, и до Саши донесся звук закрываемой двери в ванную комнату. После умывания Лера не выключила воду, а начала пристально рассматривать свое отражение в зеркале. Она сама не могла понять почему, но из глубины души поднимался страх, который все сильнее овладевал ею. Лера очень боялась сдавать анализ, а в голове почти постоянно крутилась мысль, что может быть с ней что-то не в порядке. Еще раз сполоснув лицо прохладной водой, она попыталась отогнать от себя тревогу, но получалось это очень плохо. — Лер, — Саша постучал в дверь, — я тебя в машине жду. — Хорошо, — быстро отозвалась она и взяла в руки косметичку. Лера спустилась во двор через десять минут. Александр стоял около машины и курил. — Ну, наконец-то, — улыбнулся Саша и, кинув окурок в ближайшую урну, сел на водительское сидение. — Мы же успеваем, — Лера устроилась на пассажирском сидении и посмотрела на часы. — Конечно, успеваем, — кивнул Саша и, включив негромко музыку, выехал из двора. — Саш, — Лера посмотрела на мужа, — сегодня зайдешь к Марине? Я что-то волнуюсь за неё. — Конечно, зайду, — кивнул Гордеев, — но можешь уже не волноваться. Температура у неё в норме, никаких послеоперационных проблем нет. Разве что, — он в задумчивости замолчал на пару минут, Лера терпеливо ждала, когда Гордеев продолжит, — я пришлю к ней для консультации кардиолога, а там посмотрим. — Проблемы с сердцем? — напряглась Лера. — Пока не знаю, — ушел от ответа Александр Николаевич, — после обследования посмотрим. Да не переживай, — он сжал её руку в своей ладони, — все хорошо будет. Вернут Фролову его жену в целости и сохранности. Лера улыбнулась и согласно кивнула, уверенный тон Гордеева не позволил ей сомневаться в том, что совсем скоро Марину выпишут из клиники здоровой. Едва Вадим вышел из здания клиники, как увидел на крыльце знакомую фигуру. Сергиуш стоял к нему спиной и нетерпеливо поглядывал на часы. — Здорово, — с улыбкой проговорил Куратов, подойдя к другу. Сергиуш резко обернулся и выдохнул. — Напугал, — напряженно ответил Чаадаев и тут же поспешно улыбнулся, — чего подкрадываешься-то? — Это не я подкрадываюсь, это кто-то в своих мыслях витает, — с улыбкой ответил Вадим, — ты чего тут делаешь-то? Неужели пришел приятеля навестить? Сергиуш усмехнулся и снова взглянул на часы. — Непременно приду тебя навестить, — кивнул мужчина, — адрес же знаю. — Кстати, как там Титус? — поинтересовался Куратов. — Без изменений? На несколько секунд повисло напряженное молчание, а Сергиуш мгновенно изменился в лице: улыбка пропала, брови сдвинулись к переносице. — Без изменений, — мрачно кивнул Сергиуш. — Если что потребуется — обращайся, — проговорил Вадим Георгиевич, — специалистов, лекарства найдем. — Спасибо, — коротко ответил Чаадаев, и Вадим понял, что эту тему продолжать не стоит. — Тебя-то сюда каким ветром занесло? — У меня просто дела, — поспешно проговорил Сергиуш, который еще не был готов распространяться о причине своего появления здесь. — И как же зовут эти дела? — поинтересовался Куратов и обернулся на хлопок входной двери. На крыльцо вышла Зара и, чуть помедлив, направилась к Сергиушу. Вадим удивленно приподнял брови, но решил воздержаться от комментариев. — Здравствуй, Зарочка, — Куратов расплылся в улыбке, — сегодня мы еще с вами не виделись. — Добрый вечер, Вадим, — вежливо отозвалась женщина, — как ваши руки? Вадим с грустью посмотрел на перебинтованные ладони и вздохнул. — Чешутся, зараза, — признался он, — а вообще нормально. Меня уже такси ждет, не буду мешать, — проговорил он. Уже на ступеньках Вадим обернулся и подмигнул Сергиушу. — А в гости заезжай, буду рад. — Непременно, — кивнул Чаадаев и проводил взглядом неспешно удаляющегося Куратова. Подъехав на такси к дому, Вадим сразу увидел, что в окнах горит свет — Ирина была уже дома и готовила ужин. Тихо войдя в дом, мужчина услышав голос жены и замер в прихожей, прислушиваясь. — Да, — донесся до него негромкий голос, — в четверг часов в пять увидимся. Давай в кафе, где обычно. Только недолго, буквально на час. Потом у нас с Вадимом годовщина, хочу сюрприз устроить. Ладно, Катюш, у меня сейчас пирог подгорит, — спешно проговорила женщина и со стуком положила телефон на стол. Вадим выдохнул, а змея ревности, которая уже собиралась его больно жалить, быстро свернулась в клубок и исчезла. — Ир, — крикнул Куратов и специально громко стукнул входной дверью, — я дома. — Ты как раз к ужину, — Ирина выглянула к нему и улыбнулась, — давай помогу тебе. Женщина осторожно сняла с него куртку и нежно коснулась пальцами перебинтованной руки. — Сейчас кормить тебя буду, — проворковала Ирина, — голодный? — Ну так, — пожал плечами Вадим, — медсестра пирожками угостила. — Вот как? — Ира чуть приподняла брови, но предпочла это никак не комментировать. Она прекрасно понимала, что сейчас не имеет морального права на сцены ревности. — Ну ладно, пирогов же много не бывает, — не переставая улыбаться, проговорила Ирина. Вадим буравил её взглядом, пытаясь понять, что же на самом деле скрывается за её улыбкой и какие чувства бушуют сейчас в душе. Ирина поставила перед ним ужин и села рядом на диване. — Давай, открывай рот, сейчас кормить тебя буду, — с улыбкой проворковала женщина, вооружаясь ложкой. Вадим после ужина довольно улыбнулся и посмотрел на жену. — Все-таки вкусно ты готовишь, Ирка, — протянул мужчина, откидываясь на спинку дивана. — Можешь еще плечи помассировать? Ну так, для полного счастья. — Конечно, — кивнула Ирина и начала нежно, неторопливо делать ему массаж. Вадим прикрыл глаза и улыбнулся, сейчас он мог бы назвать себя счастливым человеком, если бы перед глазами вновь и вновь не вставала та Ира, которая когда-то уходила от него со словами: «я люблю другого». Войдя в зал ресторана, Зара замерла на несколько секунд, позволяя глазам привыкнуть к царящему там полумраку. — Сергиуш, — она посмотрела на мужчину, который вошел следом, — мне здесь как-то неуютно. — Ты привыкнешь, — с улыбкой отозвался Чаадаев и, подведя спутницу к столику у окна, галантно отодвинул стул. — Ты не против бокала красного вина? — поинтересовался Сергиуш, устраиваясь напротив Зары. — Нет, — ответила женщина и слегка покраснела, смутившись под его взглядом. Сергиуш положил перед ней меню и с улыбкой проговорил: — Выбирай, что тебе больше нравится. — Давай все на твой вкус, — попросила женщина, даже не открыв меню. Она прекрасно знала, что большинство названий блюд ей не скажет ничего, а делать вид, что она хорошо разбирается в ресторанной кухне, не хотелось. Ни к чему было все это притворство. Сергиуш сделал заказ и отложил кожаную папку с меню на край стола. — Зара, ты какая-то напряженная, — мягко проговорил Сергиуш и слегка коснулся пальцами её руки. Женщина вздрогнула, а по её телу словно пробежал электрический ток. Она подняла взгляд на Сергиуша и чуть улыбнулась. — Я просто не часто бываю в таких местах. — Ничего, это поправимо, — не сводя с неё взгляда, отозвался Чаадаев. Когда официант принес бокалы и вино, Сергиуш жестом остановил его, давая понять, что хочет поухаживать за Зарой сам. Он разлил вино по бокалам и взглянул на женщину. Чиркнув зажигалкой, он зажег свечу и протянул Заре бокал. — Давай выпьем за тебя, — проговорил он и вновь коснулся кончиками пальцев её ладони. Сейчас он очень боялся поторопиться и выглядеть навязчивым. На щеках Зары появился отчетливый румянец, и она взяла бокал из руки Сергиуша. — Давай выпьем, — эхом отозвалась она и замерла, словно завороженная. Свет свечи загадочно поблескивал в стеклах очков, и взгляд Сергиуша становился еще более пронзительным. Слегка пригубив вино, она улыбнулась. — Очень вкусно. Сергиуш осушил свой бокал и чуть крепче сжал руку Зары. Впервые за очень долгое время мужчина почувствовал, что ему не просто хочется затащить женщину в койку, ему хочется завоевать её. Расплатившись за ужин Сергиуш вместе с Зарой вышел из ресторана и только на крыльце позволил себе чуть приобнять её за талию. Женщина, едва почувствовав его прикосновение, резко развернулась и посмотрела на Чаадаева. Его серо-зеленые глаза манили и притягивали, словно магнит. Чуть прикрыв глаза, она привстала на цыпочки и быстро поцеловала его в губы. Сергиуш, не ожидавший от спутницы такой инициативы, замер, но только на секунду, в следующее мгновение он уже по-хозяйски положил руки на талию Зары и жадно углубил поцелуй. Вдоволь насладившись поцелуем, Зара оторвалась от его губ и, избегая смотреть в глаза, прошептала: — Мне домой пора, завтра на работу рано. Отвезешь? Переведя дыхание, Сергиуш кивнул и улыбнулся. — Конечно. Зар, — позвал он её и, взяв двумя пальцами за подбородок, заставил посмотреть на себя, — неужели жалеешь? — Нет, — через несколько секунд уверенно ответила она, — не жалею. — Вот и хорошо, — кивнул он и, крепко сжав её руку в своей ладони, повел к машине, припаркованной неподалеку. Он чувствовал, как в душе разливается тепло и спокойствие, которого ему постоянно не хватало.