Инь-Ян

      «Возможно, в этом мире ты всего лишь человек, но для кого-то ты – весь мир» (Г. Г. Маркес)       «Мы в ответе за тех, кого приручили» (А. де Сент-Экзюпери)       Ино с улыбкой наблюдает за Сакурой, окруженной стайкой девочек шести-семи лет. Они с восторгом слушают рассказы Харуно о Четвертой войне шиноби.       Зеленые глаза Сакуры радостно заблестели, когда одна из девочек заявила, что хочет стать похожей на нее. Остальные так же подхватили эту идею и наперебой загалдели, кто же из них больше похож на героиню последней войны.       Наивный, но такой искренний детский комплимент обрадовал Сакуру – девочку, бывшую ранее трусливой плаксой, а ныне превратившуюся в пример для подражания. На ее бледных щеках разлился румянец удовольствия.       «Ты действительно расцвела, Сакура», - подумала Яманака. – «И стала удивительно прекрасным цветком. Я горжусь тем, что приложила к этому свою руку».       Отойдя от возбужденно галдящих после разговора с уже легендарной и одной из сильнейших в мире куноичи девчонок, Ино негромко рассмеялась. Сакура, все еще нежившаяся в лучах внимания, с возмущением посмотрела на блондинку, посмевшую своим хохотом разрушить героический ореол розоволосой девушки.       - Что смешного, Ино-свинина? – недобро прищурившись, обиженно проговорила зеленоглазая.       - Да так, - отмахнулась голубоглазая. – Просто, кто бы мог подумать, что тот сжавшийся, вечно плачущий комочек станет раздавать советы маленьким девочкам, как стать сильной, красивой и популярной.       Харуно снова покраснела, но на сей раз от гнева. Ее оскорбило такое небрежное упоминание Ино о том, какой никчемной и слабой была Сакура в детстве. Хоть она и стала гораздо уверенней в себе, но отголоски этих воспоминаний до сих пор причиняли ей боль. И Яманака была единственной, кто знал это. Поэтому услышать эти слова из ее уст для Харуно было сравнимо с коварным ударом куная в спину.       - Не кипятись так, Сакура, - примирительным тоном проговорила Ино, почувствовав, что еще чуть-чуть, и розоволосая отправит ее в нокаут своим фирменным ударом. – Я вообще-то комплимент пытаюсь тебе сделать.       Гнев и раздражение на лице Сакуры тут же сменились недоумением.       - Комплимент? – неуверенно переспросила она.       - Конечно, - Ино заправила за ухо упавшую на глаза розовую прядь и нежно погладила Сакуру по щеке. Этот жест был явно не дружеским, скорее материнским. Девушка улыбнулась.       «И в самом деле, в тот день, когда я подошла к ней, я стала для нее второй матерью, как бы странно и глупо это ни звучало. И пусть она старше и рассудительнее меня, и она может в одиночку постоять за себя, но я всегда буду беспокоиться о ней, как о своем самом первом ребенке».       - Чему ты улыбаешься? Не забывай, я не ты и мысли читать не умею. Что ты хотела мне сказать?       - Я хотела сказать, что ужасно горжусь тем, что ты – моя лучшая подруга. Горжусь тем, что из маленькой стеснительной девочки, прятавшейся от всего мира за длинной челкой, ты превратилась в прекрасную женщину. Раньше ты нуждалась в примере для подражания, теперь же сама стала им. И я очень рада, что была свидетельницей твоего цветения.       - Ино… - зеленые глаза заблестели от подступивших слез, вызванных словами Яманака.       - О нет, нет, нет! Кумиры не должны плакать у всех на виду. Выше голову, Сакура!       Розоволосая гордо вздернула подбородок вверх, как показала ей подруга.       Вдоволь посмеявшись над детскими воспоминаниями, Яманака собралась домой.       - Мне пора. Увидимся позже, Сакура.       Харуно схватила Яманака за руку, прося подругу подождать немного.       - Спасибо, Ино.       Светлые брови недоуменно взметнулись вверх, а в голубых глазах застыл вопрос.       - За то, что ты всегда была рядом, - ответила девушка на невысказанный вслух вопрос, - даже когда я отвергала тебя. Спасибо за то, что ты у меня есть.       Ино щелкнула Сакуру по лбу, как делала когда-то в детстве.       - Друзья – это семья, которую мы выбираем себе сами. Мы выбрали друг друга, Лобастая. Даже не надейся, что сможешь когда-нибудь от меня избавиться.       Девушки обнялись на прощание, и Яманака отправилась домой, где ее уже заждались.       - Сакуре давным-давно следовало выйти замуж за Наруто и перестать отвлекать тебя от своей семьи, - недовольно пробурчал Саске, скрестив руки на груди.       Ино приподнялась на носочки и поцеловала нахмуренного мужа в губы.       - Она согласится, - девушка взяла юношу за руку, переплетая пальцы. – Учитывая упрямство Наруто, то у Сакуры просто нет шансов. Она либо умрет, либо станет госпожой Узумаки.       Саске обнял жену и поцеловал ее в макушку.       - Просто мне не нравится, что ты проводишь с ней время, которое могла бы уделить нам.       Ино, прижатая к мужской груди, улыбнулась этим словам. Саске никогда не говорит ей нежных слов, которыми так изобилуют дамские романы. Его любовь выражается в таких вот простых словах, произнесенных недовольным и обиженным тоном. И Ино этого достаточно. Достаточно знать, что он считает ее своей семьей и дорожит ей.       От размышлений девушку оторвал детский плач. Высвободившись из мужниных объятий, блондинка быстрым шагом прошла в детскую.       Держа на руках свою маленькую дочку, Ино поняла, что весь ее мир заключается в этом крохотном создании.       - Для меня ты – весь мир, - прошептала она, целуя ребенка в лобик.       - А вы обе – для меня, - так же тихо сказал Саске, обнимая Ино за талию и с нежностью глядя на их дочь.       Может быть, ты в этом мире всего лишь человек, но для кого-то ты весь мир.