Грубая нежность.

       Джереми, наконец, вспомнил каково это - спать не на холодном полу, звеня цепями, а на диванчике, да еще и рядом с маленьким, пусть и пухлым, дракончиком, который сам пригласил кудрявого омегу к себе. Общительного Ричарда очень часто не замечает отец. Ну или не хочет замечать. Он любит сына, старается чаще общаться, но как быстро пропадает терпение, когда к нему начинает ластится его омега, первым делом втыкаясь животом и мягким, но в то же время пронзительным взглядом. Гормоны во время беременности делают из нежного Винсента просто бомбу, от которой не убежишь. Поэтому Скотт находит самое лучшее по его мнению решение: он прячется от всех и сразу. Чаще всего он прикрывается тем, что у него бумажной волокиты до конца жизни хватит, а то и вовсе ворчит, что хочет отдохнуть и уходит гулять. И тогда он часами проводит время в кафе или у Майка на работе. К слову, это на другом конце города. Скотт тихо сидит и пьет кофе, иногда помогая, если есть такая возможность. Он отдыхает от семьи. А теперь уж точно не отвертится, ведь следить придётся уже за двумя детьми. А сбегать от Винса было бы жестоко и несправедливо - так и до развода не далеко.        Что до нашего Джера: он проснулся в холодном поту, осознавая, что мог уже давно сбежать из дома своего похитителя, а в итоге спит сладким сном. Он осторожно высвободился из цепких драконьих лапок и тихо поднялся на второй этаж. Его сердце так тяжко бухает в груди, начинают дрожать колени. Его свобода так близко, никто его не остановит, но плохое предчувствие не дает ему покоя. И вот омега уже заходит в комнату, в которой обычно работает Скотт. Так просто ему уходить не хотелось, он хотел знать мотив, хотел знать от чего бежит, от чего спасается. Дверь тихо скрипнула и Джер, как кот во время охоты осторожно зашел в кабинет. В его лицо дунул ветерок из открытого окна, а под столом что-то звонко брякнуло. - Ай, блять! Чтоб ты провалился! Скотт, мать твою, ты куда потерялся?! Мы же договааа... - В полной темноте и из-за поплывшей картинки перед глазами от страха Джер не понял, кто перед ним. Но голос этот ему показался таким знакомым и приятным, пусть и грубым. - Так...Скотт тебя уже выпустил? Джер? Ты в порядке? Пахнет кофе...это...этого не должно было случиться. Еще мгновение и Джереми упал в обморок...       Утром Алекс обнаружил, что нигде в этом странном доме со странными хозяевами нет омеги. Его совсем...нет. Будто провалился сквозь землю и растворился в почве. Звонить Скотту - не вариант, у него хватает своих забот. От брата не осталось и следа, ни маленькой кудрявой волосинки. Фритц сопит в своей комнате и это на время отвлекло блондина. Маленький, немного вздернутый, весь в конопушках носик морщился от попавших на лицо рыжих кудряшек. Светлые ресницы подергивались от лёгкого дыхания Алекса. Он не заметил, что наклонился слишком близко к лицу милого омеги. Такой беззаботный, спокойный...лисенок. Ведь проснувшись, Фритц начнёт носиться по дому, чтобы успеть сделать все дела. Так Александр и сидел над Фритцем, наблюдая за ним. Он должен искать брата, а вместо этого сидит над едва знакомым омегой и краснеет. Джер проснулся на диване, слыша мурчание огромного кота. Развернулся, скрипя старыми пружинами, скрывшимися под обивкой и уткнулся носом в воняющую табаком подушку. Огромный кот закинул на Джера свою тяжёлую лапу и притянул к себе, переставая мурлыкать. Кота тоже знатно прокурили и, кажется, облили кофе. Джер улыбнулся, прижимаясь к ласковому зверьку, лижет его пушистую морду, почесывает пузо. В какой-то момент он садится на кота, обнимает и отвечает на сладкий поцелуй. В голове такой туман, тело слегка онемело, язык вяло сплетается с языком кошки, в члене что-то гудит, между ягодицами потираются жесткие коготки котика, смазка течёт по бедрам, в носу настойчивый запах какой-то мяты и травы. Кот провел по члену омежки, гладкому месту, где у бет и альф яйца, а у омег очень чувствительное место. Слабо нажал, потер, собирая капельки ароматной липкой жидкости на лапах. Майк наблюдал как извивается на нем накуренный обычной кошачьей мятой Джереми с течкой в придачу и не может себя контролировать. Он ужасно возбужден от запаха и вида, но не хочет пользоваться его беспомощностью. Все же виноват он сам, он поджёг не ту свечку с не тем ароматическим маслом. Ему и успокаивать наркомана. Но как? Когда на тебе так сильно течёт и просит еще такой желанный комочек кудрей и милоты, эти затуманенные возбуждением и дурманом глаза смотрят в самую душу и в лице читается "я хочу тебя всего и сразу"...это невыносимо. Майк переваливается и придавливает Джера одной рукой, вводя один палец второй руки в сочную дырочку. Джер смело поддается руке и облизывает губы, издавая негромкий возбужденный стон. Альфа слабо надавил на полностью открытый вход в канал и ввел палец на пару фаланг, от чего тело Джера подкидывает и выгибает. Струйка тёплой смазки выбрызгивается из маленького омежьего члена, а Майк достает свой и немного грубым движением сводит бедра омеги вместе и представляет, что это его маленькая аккуратная попка готова принять его всего и сразу. Из груди альфы вырывается стон, еще один и ещё, он расходится до размашистых толчков, от чего Джера покачивает на скрипучем диване, пока капли спермы не попадают на грудь омежки. Майк отмылся сам и освежил Джера, который вновь начал вырубаться. Скоро у него начнется отходняк и будет еще хуже, чем было...