Часть 1
21 августа 2015 г., 11:22
Юнги уже не впервой вот так вот справляться с возбуждением и неудовлетворенностью посредством просмотра какой-нибудь порнухи. Вот и сейчас он наблюдает за двумя парнями, которые самозабвенно целуются на экране ноутбука.
Чтобы спокойно подрочить и расслабиться, он выбирает в основном гейскую порнуху. Обычно это излюбленная японская студия «Coat West», и лучше если она будет с актёром Шо. Юнги не отказался, если бы и его этот парень хорошенько трахнул. Да, Мин Юнги не то чтобы гей, но предпочитает больше свой пол, чем противоположный, и это факт, который мало кому известен даже в группе. Лишь нескольким самым близким людям. И всё равно парню кажется, что его могут сдать с потрохами и тогда «прости-прощай» карьера в шоубизе.
Но сейчас его больше волнует собственное возбуждение, чем всё, что находится за пределами этой комнаты. Он в общаге. В ней никого нет. И пока Сокджин вместе с Чимином и Чонгуком пропадает где-то в качалке, а Тэхён с Хосоком и Намджуном — в танцевальном зале, он может спокойно подрочить в своё удовольствие.
Ленивые движения сменяются всё более активными вместе со сменяющимися действиями на мониторе ноутбука. Юнги прикусывает губу, чтобы не застонать в голос, и прикрывает ненадолго глаза от удовольствия, хоть и знает прекрасно, что его никто не услышит, ведь дома никого нет. Но он совсем не подозревает, что вот уже минуты две как застукан другим мембером их группы, что стоит неподвижно у едва приоткрытой двери и приглядывается к профилю Мина.
Намджун давно подозревал, что всё не так просто. Хён никогда не говорил прямо, что его больше привлекают парни, чем девушки, но наблюдательный Ким постепенно начал это подмечать. На самом деле, больше всего у него вызывали недоумение долгие взгляды старшего на него. Этот нечитаемый взгляд говорил как будто бы о многом, но в равной степени совершенно ничего не рассказывал. Джуну было сложно понять, о чём думает Юнги в данный момент, хоть они всегда и были на одной волне, быстро сдружились ещё в предебюте и часто заканчивали друг за другом фразы. Их действительно можно было назвать соулмейтами. Но всё равно порой Намджуну казалось, что он ни черта не знает о Мин Юнги.
Задумываясь иногда об их отношениях, Мон думает, что Юнги в достаточной степени привлекательный, умный и ещё много чего. И пусть характер оставляет желать лучшего, но он предельно честный и прямолинейный, чтобы быть хорошим парнем. И это в нём подкупает, если честно. Так думает Намджун, по крайней мере.
Но он никогда не задумывался, что старший ему может элементарно нравиться, как парень, а не как друг, хоть Джун и признаёт существование чувств и отношений между людьми одного пола. Но подобных мыслей не возникало, пусть он и засматривался на Юнги и даже откровенно им любовался, чем заставлял хёна поджимать губы и недовольно ворчать. Правда, осознание собственного влечения к Мину Нам начинает понимать только сейчас, стоя под дверью и вслушиваясь в прерывистое, тяжелое дыхание.
Это сложно признать, но он был бы не против сейчас подойти к Шуге и помочь тому справиться с «неприятностью». От подобных мыслей у младшего не возникает чувства брезгливости, только любопытство: а как бы реагировал Юнги на его прикосновения, как бы он смотрел на него, что делал и как громко бы стонал. Не то чтобы у Мона это было в первый раз, помнится по пьяни бывало и не такое. Так что сейчас он вполне осознанно пытается решить, что же делать.
Юнги же в это время окончательно приспускает домашние штаны и почти ложится на кровати, сползая вниз с подушки, подложенной под спину для удобства. Ладонь скользит по члену уже беспрепятственно, и от этого становится почти что хорошо. Потому что, на самом деле, он предпочёл бы, чтобы это была ладонь Намджуна.
Парень уже давно смотрит на лидера далеко не как на друга. Он не знает чем, но тот его зацепил. Нельзя сказать, что Мин влюбился в него, но явный интерес присутствует. Только вот рассказать обо всём у старшего как-то язык не поворачивается. Шуга представляет, закрывая глаза и откидывая голову назад, как отреагировал бы Мон, если бы зашёл сейчас сюда и увидел дрочащего Юнги. На лице расползается ухмылка, а по губам проходится влажный язык. Ему кажется, что тот бы впал в ступор и не знал, что делать.
Но рэпера отвлекает от собственного удовлетворения звук открывающейся двери. Он замирает и распахивает глаза, понимая, что отнекиваться смысла нет — всё и так очевидно: он дрочил на гейскую порнуху, что до сих пор включена на ноуте. Пояснять ситуацию он тоже не видит смысла: ему захотелось — он мастурбирует. Только вот всё равно как-то неловко посмотреть на того, кто же оказался в общаге раньше назначенного времени.
Мин поворачивает голову в сторону двери и видит Намджуна, у которого кажется глаза горят и видна явная «заинтересованность» в происходящем. Шуга нервно сглатывает и кусает губы, осознавая, что объясняться придётся перед лидером и одновременно тем, кто ему несомненно нравится. От этого хочется провалиться сквозь землю, но уже ничего не поделать — вспять время не воротишь. Он откашливается и пытается расслабиться, сделать вид, что ничего такого не произошло и всё в полном порядке. Но вид младшего как-то не предвещает ничего хорошего.
— Может, ты съебёшь? — всё-таки не выдерживает Юнги и пополам с тяжелым выдохом предлагает Намджуну свалить из комнаты. — Тем более… тебя стучаться не учили, не?
Но Ким молчит и лишь замирает в метре от друга, переключая своё внимание на монитор ноута. Ему и неловко, и смешно одновременно от происходящего. С одной стороны, он только что застукал старшего за просмотром гейской порнухи и выяснил, что тот как-то по мальчикам больше. А с другой — надо же было напороться на такую ситуацию, чтобы хоть немного понять, что Шуга его возбуждает. «А вот сам допереть никак не мог… Мда, Ким Намджун, сдаёшь позиции…» — печалится Мон, кусая губы и изредка поглядывая на Юнги.
А тот вздрагивает всем телом, когда из динамиков слышится особо громкий и протяжный стон парней, и прикрывает глаза, потому что вообще-то кончить хочется. Мин думает под ступор лидера по-быстрому свалить в ванную, но со спущенными штанами далеко не убежишь. Поэтому у него два варианта — либо додрочить так, либо стыдливо подтянуть «добро» и позорно сбежать в душ.
— Юнги-хён, да ты не стесняйся. Чего ты? — ядовито лыбится Намджун, когда замечает некоторую растерянность в старшем, и подходит ближе.
Шуга пытается сохранить достоинство с гордостью, но лишь подтягивается на кровати, принимая положение сидя. А когда младший склоняется над ним, заглядывая в глаза, то нервно сглатывает, ибо неловко, однако, всё это. Он смотрит в глаза Джуна и пытается понять, что собственно тот хочет от него. Ведь не просто же посмеяться и пристыдить он зашёл.
— Слушай, что тебе надо от меня? — хрипло спрашивает Юнги, стараясь сделать недовольный вид. Хотя на самом деле щёки уже предательски рдеют и выдают с головой его смущение и неуверенность.
— Тебя? — отзывается вопросом на вопрос Рэпмон, решая идти ва-банк: уж была не была, либо он сейчас отхватит по белобрысой голове, либо он всё же трахнет это рыжее создание, что так возбуждающе постанывало, когда он стоял за дверью.
Юнги теряется от неожиданности. Честно говоря, он не ожидал такой прыти от лидера и скорее уж думал, что тот будет презрительно коситься. Даже зная, что Ким относится довольно-таки спокойно к подобному, парень не был уверен, что друг сможет понимающе отнестись к его пристрастиям. Поэтому сейчас Мин пытается переварить полученную информацию и осознать до конца, что ему только что сказали, и на полном ли серьёзе это было.
А Намджун не теряет времени даром, пока видит зависшего хёна. Ему слишком хочется уже проверить в реальности реакции на прикосновения и более развратные действия. Мон нависает над парнем, опираясь на край кровати, и тянется к чужим губам. Когда до покрасневший от частых прикусывания губ Юнги остаётся буквально пара сантиметров, Шуга ошалело смотрит на младшего и резко сдаёт назад.
— Эй-ей-ей!.. Погоди-погоди!.. Стопэ, я сказал! — он выставляет руки вперёд и упирается ладонями в широкую грудь.
Чувствовать под пальцами напряжённые мышцы — здорово. Осознавать, что к этому можно прикасаться вообще-то беспрепятственно — в разы лучше. Но Мина не оставляет чувство неправильности, что здесь где-то должен быть подвох.
— Да чего ты жмёшься? — не выдерживает Мон. Хватает старшего под коленки, тянет на себя и тут же проводит ладонями по бёдрам. По правде говоря, ему уже надоедают эти непонятные игры, поскольку возбуждение неприятно давит в паху. Он опрокидывает Юнги на спину и наваливается на него, наконец-то целуя и затыкая начинающийся поток возмущений и ругательств.
Поцелуй выходит грубоватым и каким-то отчаянным. Словно они оба искали спасения в чём-то, чего сами не понимали. Редкие вздохи тяжелеют, когда они отрываются друг от друга, чтобы заглянуть в глаза. А руки блуждают по оголяющимся участкам кожи. Намджун наконец-то без стеснения прикасается к впалому животу, проводит ладонями по бокам и всячески задирает вверх просторную футболку. Юнги прижимается всем телом, желая быть как можно ближе к разгорячённому младшему.
Агония длится не долго и тут же идёт на спад, когда Мин понимает, что штаны тянут вниз к щиколоткам. Он пытается предотвратить неминуемое, потому что боится… Чего именно, он не может с уверенностью сказать, но что-то мешает ему расслабиться полностью и наслаждаться ласками.
— Господи… Юнги, да что не так-то? — Намджун выглядит растерянным. Он не ожидал, что после всех мокрых поцелуев, откровенных прикосновений и тяжелых вздохов тот пойдёт на попятную.
— Намджун… — Шуга пытается выдохнуть и взять себя в руки, пока лидер стаскивает окончательно с него мешающиеся вещи и скидывает их рядом с кроватью.
— А я-то думал, что ты приличнее… — без тени сарказма говорит Нам, стараясь разрядить обстановку и оглядывая хёна, который оказался без нижнего белья.
— Эээм… — старший всё-таки краснеет и отводит взгляд в сторону, не желая сознаваться, что чего-то подобного он вообще-то ждал. Пусть и подсознательно. Он поджимает припухшие губы и силится ненавязчиво выбраться из-под Мона. Ему пока что не хочется, чтобы тот его действительно трахнул вот так вот, без объяснения причин.
— Может быть, уже успокоишься и будешь получать удовольствие?
Юнги прикрывает глаза и медленно выдыхает. Отчасти лидер прав, почему бы и не получить свою долю удовольствия и разрядки, раз такое подвернулось? Только вот ещё он понимает, что у него давно никого не было. А те развлечения с собственными пальцами — это явно не то по сравнению с размерами Джуна. Именно поэтому он сейчас так нервничает и старается вывернуться, чтобы сбежать куда-нибудь.
Пока Шугу терзают сомнения, Нам поднимается с кровати и лезет пошарить по ближайшей тумбочке в поисках какой-нибудь смазки. Он думает, что у того наверняка есть что-то такое, потому что не может быть, чтобы не было. Он натыкается на почти неиспользованную бутылочку дурацкой клубничной смазки, закопанной в недрах ящика с разнообразным барахлом. Вертит её в руках и решает, что она наверняка была припасена для чего-то. И возвращается к Юнги, который наблюдает за поисками младшего.
Мин сводит колени и запоздало хочет перевернуться на живот, чтобы хоть так скрыть алеющие щеки и избежать неловкости. Но Намджун пресекает его действия и возвращает в прежние положение, заглядывая в глаза.
— Я хочу видеть тебя и твоё лицо, — тихо, но твёрдо произносит Ким, и Юнги это приводит в ещё большее замешательство.
Намджун откладывает найденные презервативы и смазку в сторону, наклоняясь к старшему и мягко целуя его в губы. Ему бы хотелось быть настойчивее и грубее, но он понимает, что того что-то тревожит, поэтому и старается быть предельно аккуратным.
Под поцелуями Шуга хоть немного расслабляется и начинает снова дышать тяжелее, а ногтями впивается в плечи Мона. Джун целует внутреннюю сторону бедра и старается как можно незаметнее открыть крышечку смазки и выдавить её на пальцы. Но, видимо, у Юнги слишком хороший слух, потому что он слышит возню и звук «точки невозврата». И тут же снова хочет оттолкнуть младшего. Но тот успевает уже надавить смазанным указательным пальцем на вход и протолкнуть его по первую фалангу, от чего Шуга вздрагивает, но молчит.
— Да бля… Юнги, в чём дело? — Намджун хмурится. Ему непонятны эти метания старшего, когда тот вроде бы не имеет ничего против. — Что не так?
— Ну… Понимаешь… — Мин мнётся, не зная, как поточнее выразиться, чтобы и объяснить всё, и не выглядеть лохом.
— Говори, как есть. Потому что я не понимаю, что тебя коробит. Ты вроде и хочешь, а вроде не хочешь. Как так-то? Объясни.
— Ну бля… — Юнги замолкает на мгновение, кусая губы и отводя взгляд. — У меня давно никого не было… Поэтому… — он не договаривает, тут же затыкаясь и чувствуя себя каким-то дебилом.
Ему неловко и как-то стыдно что ли признаваться в подобном. Хотя ничего сверхъестественного в этом нет: у них у всех давно никого и ничего нормального не было в связи с графиком и расписанием. И тут Мон уже ловит откровенный фейспалм, смачно и звонко ударяя себя по лбу.
— Вот скажи мне, ты дурак или да? Как будто у кого-то другого что-то было. Макнэ, по-моему, из-за недотраха вообще скоро на стенку полезет. В его-то возрасте тем более… — вздыхает Намджун и смотрит на недовольного Юнги. — Так что прекращай это… Тем более… Я, конечно, не спец в этом деле, но не вижу большой проблемы. — Он двигает пальцем внутри Мина, чувствуя, что тот немного расслабился. — И, по-моему, то ли кто-то врёт или недоговаривает на счёт того, что «давно не было», то ли балуется сам, — лидер чуть ухмыляется, видя, как у Юнги дергается кадык, когда он нервно сглатывает, и продолжает медленно проталкивать палец, не встречая особого сопротивления. — Так что ты скажешь на этот счёт?
Мин мнётся, но не может ничего поделать. Ему хочется развести ноги шире и насадиться чуть больше, потому что пусть это и не совсем приятно, но до одури хорошо. Потому что собственные пальцы собственными пальцами, а так в разы приятнее.
— Ну знаешь, — Юнги давится воздухом, когда Нам вынимает палец и снова вводит его, но уже немного под другим углом, — приходится иногда и самому развлекаться. А то ведь и правда так можно на стенку полезть от недотраха.
Шуга кривится и закрывает глаза, стараясь максимально расслабиться, чтобы было не так больно. Он знает, что мышцы достаточно привыкшие к подобному растяжению, но длительное отсутствие нормального секса сказывается, вызывая дискомфорт, когда Джун добавляет второй палец, но не более. Он слегка морщится и ёрзает, стараясь подкорректировать то, под каким углом входят пальцы, чтобы было приятнее. А Мон лишь поражается тому, насколько легко удаётся растянуть старшего. Он чувствует, как при особо удачном движении пальцев тот тяжело выдыхает, и с его губ слетает едва слышный стон. Намджун наблюдает за тем, как Юнги резко охает и выгибается, стараясь насадиться на пальцы глубже. Парень не совсем улавливает произошедшего, но повторяет свои действия снова и видит ту же самую реакцию. Только спустя ещё пару толчков, когда Мин почти что скулит от удовольствия, кусая губы, он понимает, что нашёл простату, и давит на сгусток нервов подушечкой пальца, чуть поглаживая его.
— Если хочешь ещё что-то получить, прекрати так издеваться надо мной, — тихо шипит Юнги, запрокидывая голову назад и прикрывая глаза.
На самом деле, от таких манипуляций у него пальцы на ногах поджимаются и хочется кончить «вот прям щас». Он ведёт ладонью по животу вниз, решая плюнуть на то, что на него смотрит Намджун, и прикасается к члену, проводя пальцами по всей длине. Хрипловатый стон, что слышит Джун сейчас, сносит тому крышу. Нечто подобное хочется слушать всегда и постоянно, чтобы парень, лежащий под ним в данный момент, никогда не замолкал. И, по правде говоря, младший и без этого мог часами слушать, как говорит старший — его достаточно низкий, мурлыкающий голос был действительно приятен. А сейчас он был выше всех похвал.
Когда три пальца свободно входят, а Юнги перестаёт зажиматься, Мон решает, что с него хватит этих мучений. Потому что у него самого стоит уже давно, и от этого делается больно. Он почти не церемонится, быстро спускает собственные джинсы и раскатывает презерватив по члену, смазывая его добрым количеством смазки. Мин же недовольно поглядывает на лидера, потому что его сейчас лишили какого-либо удовлетворения.
Ким приставляет головку к входу и чуть подаётся вперёд, надавливая на мышцы. Они плотным кольцом обхватывают член, и младшему кажется, что это слишком горячо и тесно. Шуга немного кривится, поскольку не ожидает, что размерами природа Мона не обделила, и теперь придётся как-то с этим справляться. Нам выжидает, когда стенки перестанут так сильно давить, а после делает ещё одну попытку войти глубже, стараясь сделать это на медленном выдохе старшего. Ему не хочется причинять боль человеку, который ему симпатичен, так что сейчас он пытается сделать всё аккуратно, как и до этого.
Честно говоря, Юнги уже проклинает тот момент, когда сам себе подписал приговор. Только вот он ещё не понимает, смертельный или не очень. Потому что это оказывается действительно неприятно, и он морщится, тихо шипя и проклиная Намджуна. Когда член полностью оказывается в нём, а младший замирает, он пытается отдышаться, чувствуя, как капелька пота стекает по виску. Джун наклоняется к нему и мягко целует в скулу, спускаясь поцелуями вниз, переходя на шею и слегка прикусывая кожу чуть выше ключицы. Он понимает, что оставлять следов нельзя, иначе пиши пропало всё, к чему они стремились и за что боролись. Но ему очень хотелось бы сделать это, оставив собственнические засосы и укусы на тонкой коже, через которую просвечиваются венки.
Понимая, что легкая боль и чувство жжения отступают, Мин немного подаётся назад и ведёт бедрами на пробу, на что Намджун тоже делает пробное движение. Ничего плохого не происходит, поэтому старший просто кивает, давая тому разрешение двигаться свободнее. Постепенно Джун начинает двигаться быстрее, но старается сдерживать собственные порывы, поскольку не хочется доставлять хёну боль. Правда, с другой стороны, вид растрепанного Юнги, прикусившего костяшки пальцев, чтобы не начать стонать в голос, и ёрзающий взад-вперёд, заставляют Мона хотеть его оттрахать, да пожёстче. Это заводит не хуже любой порнухи, даже той, что смотрел сам Мин не так давно, и которая благополучно закончилась и началась заново.
Стоны на фоне подстёгивают воображение, и Шуге хочется заткнуть работающий ноут, потому как сейчас это лишь раздражающий фактор. Хотя, смотря на довольную ухмылку лидера, что меняет угол проникновения и задевает простату, Мин думает, что трахаться под порно не так уж плохо. Он невнятно мычит, всё также кусая костяшки пальцев, когда Нам снова задевает простату, и старается так сильно не подмахивать бёдрами, чтобы не спалиться.
Но Намджун уже давно понял, что Юнги лишь изображает недовольство и скрывает истинное желание. Он ухмыляется и входит в податливое тело резче, до конца, от чего старший вцепляется в плечи Джуна ещё сильнее, оставляя красноватые следы коротких ногтей и срываясь на стон, но не даёт тому кончить раньше времени. Так Юнги нравится больше, хоть дискомфорт и появляется снова. Но от этого какое-то мазохистское удовольствие заставляет его ухмыльнуться в ответ и податься вперёд, скрещивая лодыжки за спиной у младшего.
Честно говоря, Намджун с удовольствием бы перевернул нагловатого хёна на живот и больше с ним не церемонился. Только вот его всё-таки подмывает посмотреть на блаженное выражение лица старшего в тот момент, когда тот будет кончать. А уж после в следующий раз можно будет и лицом в подушку его уткнуть, думает Мон.
Но сейчас его больше заботит, что Мин почти что растекается довольной лужицей под ним, когда он начинает его трахать грубее. Нам думает, что со старшим мягко и нежно навряд ли прокатывает, слушая его с каждым разом становящиеся всё громче стоны. А Шуга отпускает себя, позволяя делать с ним всё, что угодно, просто получая сейчас удовольствие, какого давно у него уже не было.
Он царапается в своё удовольствие, стонет в голос и сжимает в себе член Намджуна, чувствуя каждый сантиметр длины. Если бы кто-нибудь с полгода назад сказал ему, что с ним такое приключится, то скорее всего он бы покрутил пальцем у виска. Но сейчас, ощущая на себе вес тела младшего, Юнги осознаёт, ему будет жаль, если тот сделает вид, что это было всего лишь «помутнение рассудка». Парень старается запомнить все ощущения и скручивающее внутренности внизу живота, растущее возбуждение. Эгоистично хочет, чтобы младший запомнил — лучше него никто не сможет настолько возбудить и доставить удовольствие. Поэтому в данный момент он кусает и облизывает припухшие губы, тяжело сглатывая вязкую слюну и снова выдыхая протяжный стон.
Нам надеется, что Юнги будет полностью удовлетворён, потому что сам он чувствует уже подкатывающий оргазм. Он просовывает между их животами руку и проводит ладонью по всей длине члена старшего, сначала сжимая его у основания, от чего тот почти задыхается. Стараясь попасть в такт собственным движениям, младший ласкает плоть Мина, наблюдая, как тот открывает рот в немом стоне и подмахивает бедрами, подаваясь вперёд.
— Дааа… — хрипло выдыхает Юнги севшим голосом, совсем закрывая глаза и наслаждаясь сексом. — Глубже…
Это выглядит со стороны, наверное, по-идиотски, думает Рэпмон, но почему-то ведётся на эти слова, понимая, что хотел бы слышать подобное каждый раз, занимаясь сексом с Мином. Такие фразочки и слова, хоть и отдают дешёвой порнухой, но вполне себе заводят ещё больше. Поэтому он просто вбивается в разморенное тело, чувствуя, как стенки вокруг его члена непроизвольно сжимаются сильнее. Юнги кончает бурно, содрагаясь всем телом, громко постанывая и впиваясь пальцами в и без того многострадальные руки младшего. От такой тесноты и сам Намджун не выдерживает долго, испытывая оргазм буквально через несколько толчков после Шуги.
Мон пытается отдышаться и переварить всё произошедшее, падая рядом с Мином и перекатываясь на спину. Лидер пробует собрать мысли в одну кучку, но получается это сделать с трудом, поскольку голова занята видом растрепанного и раскрасневшегося то ли от смущения, то ли самого секса Юнги. Он поворачивает голову и видит затраханного, почти в прямом смысле этого слова, одногруппника, что сейчас также пытается привести дыхание в норму. Он улыбается своим мыслям и переворачивается на бок, притягивая к себе парня.
— В следующий раз ты мне обязательно покажешь, чем занимаешься в душе, пока никто не видит и не слышит, — шепчет на ухо Юнги Намджун.
До Мина медленно доходит смысл произнесённых слов. А когда он начинает адекватно соображать, то тут же напрягается и распахивает удивленно глаза.
— То есть… ты хочешь сказать, что рассчитываешь ещё раз со мной потрахаться?.. — настороженно уточняет он, поворачивая голову к лыбящемуся и млеющему лидеру.
— Хён, — Нам становится серьёзным, открывая глаза и смотря на старшего, — а ты никогда не задумывался, что нам стоит попробовать? — вопрос вгоняет Шугу в стопор, и он лишь хлопает глазами, силясь осознать всё, о чём треплется Ким.
— Попробовать… что? — кажется, Юнги просто не верит своим ушам, а Мон лишь закатывает глаза, протяжно вздыхая.
— Попробовать встречаться, дурень! Я, конечно, понимаю, что это выглядит очень по-дурацки. Особенно после того, как мы переспали ни с того ни с сего. Но мы ведь хорошо подходим друг другу — мы хорошо знаем друг друга, мы давно общаемся, у нас прекрасные отношения, в конце концов! Тебе не кажется, что это было бы логично?
Мин задумывается на пару секунд и тут же хмурится, кусая губы. Он не уверен в доводах младшего, но всё-таки что-то в его словах есть. Тем более и сам Шуга был бы не против. Его лишь смущает, что отношения будут внутри группы, чего ему бы не хотелось делать, ведь это могло бы навредить всем окружающим и их карьерам.
— Юнги, ты вроде бы никогда не тупил. А сейчас что случилось? Сперма в голову ударила? — посмеивается Намджун над мыслительным процессом старшего, за что получает затрещину.
— Молчал бы уж лучше, — отзывается обиженно Юнги, но тут же добавляет смущенно и тихо, — но я был бы не против…
