Ты - моя собственность

Голова болит. Хотелось открыть глаза, но не вышло - яркий свет лампы не дал мне этого сделать. Я начала шевелить руками, а потом и ногами. Всё нормально, но что-то мешало встать. Послышались шаги. Они приближались все ближе, а потом лампу чем-то загородили. Я была рада этому "чему-то" и открыла глаза. Первое, что я увидела - это лицо того красноволосого парня, с которым проходил бой, и вздрогнула. Он был так близко, что даже чувствовалось его равномерное дыхание на коже. Медовые глаза смотрели на меня в усмешке, а бледно-розовые губы скривились в очередной ухмылке. Мне стало страшно от такого взгляда, и я ещё больше вжалась в твердое ложе. - Наконец-таки, проснулась, - иронично сказал он. – Тебя ведь Сакура зовут, так? – я кивнула. - Сейчас ты расслаблена из-за укола, - он мотнул головой в сторону, где лежал шприц. - Не пытайся вырываться, у тебя все равно ничего не получится, - я опять ничего не ответила. Было тяжело даже шевелить губами. – Ты молчишь, а это правильно, - он положил свои руки на мой живот и начал вглядываться в мое лицо. От такого пристального взгляда по телу пробежалась дрожь, и выступил румянец… - Ты так дрожишь, - смешок. Его рука прошлась от моей шеи до колена. Странно, но по всему телу пошли приятные волны будоражащих впечатлений. – Твой организм так бурно воспринял мой яд, - опять смешок. – Даже интересно, - легкая усмешка, – как ты себя поведешь сейчас, - он ухмыльнулся и пальцами второй руки провел от щеки до низа живота, не забывая всей рукой провести промеж груди. От такого почему-то началось легкое головокружение, и тело начало возбуждаться. Хорошо, что я успела закусить нижнюю губу, а то наружу уже начал вырываться стон. Вскоре, все резко прекратилось. Что за извращенец? – Тебе повезло, девчонка, я хотел уже сегодня сделать из тебя красивейшую розоволосую марионетку, но на несколько дней побудешь у меня в качестве подопытного кролика, мне понравилось, как ты реагируешь даже при таком состоянии, - сказал он и отошел к стулу, который стоял неподалеку от стола, где лежала моя тушка. – Меня очень заинтересовал твой организм, он не так как все воспринял яд. На минуту я испугалась, но потом мысли стали заняты определением моего места нахождения. Я начала оглядываться по сторонам. Оказалось, что я лежу на высоком деревянном столе и вдобавок ноги были связаны. «Вот, что мне помешало подняться» - прошлось в голове. - Это – моя мастерская, - сообщил парень, все также не поворачиваясь. И вправду, помещение походило на мастерскую. Темное помещение с одной лампой над столом, освещающей только лишь часть комнаты без окон, с каменными стенами и таким же полом. На стенах множество полок с различными штуками и небольшой шкаф, неподалеку от шкафа стол и стул, выполненные в каком то знакомом стиле. В углах висело по несколько марионеток. У одних не было ноги, у других руки, а у иных вообще не было конечностей, вид этих марионеток, мягко говоря, навевал страх. Если учесть то, что марионеток этот человек делает из людей, то становилось ещё ужаснее находиться здесь. Мое внимание привлек поднос с множеством разноцветных, и разных по величине колбочек на нижней полке. – Слишком любопытная, - опять смешок. Я повернула голову в его сторону, он сидел на стуле и что-то делал. Правда, зрение ещё нормально не сфокусировалось, было немного мутно, и я не смогла понять, что он делал. Издалека его внешность показалась мне довольно привлекательной. Красно-рыжие волосы в творческом беспорядке, широкоплечий, подтянутый, черная майка-сетка, которая только подчеркивала его красивое мужское тело, черные штаны и синие сандалии. – Что ты так пристально меня разглядываешь? – я не заметила за собой, что в упор разглядываю его. К щекам поступил румянец и я начала быстро хлопать ресницами, а потом и вовсе начала смотреть в потолок. Так я пролежала буквально минут пять, но вскоре меня это взбесило, да и двигаться еще не очень получалось, и я предприняла попытку поговорить с парнем. Сперва, я решила узнать его имя, похоже, я напрочь забыла такую информацию. - А можно вопрос? – я не узнала своего голоса - заторможенный и тихий. Сейчас он у меня такой хриплый, как у старухи. Некстати вспомнилась бабушка Чиё. - Задавай, если уже можешь разговаривать, - кивок, алые волосы упали на лицо и на несколько секунд я застыла. Сглотнув подступившую слюну, я продолжила: - А как вас зовут? – слова давались с трудом, причиной этому были страх и не окрепший организм, ведь преступнику убить девушку, которая даже сопротивляться не может как раз плюнуть! Похоже, мои мысли отразились на лице… Последовал смешок. - Акасуна но Сасори, девочка, совсем все забыла, - ухмыльнулся он, похоже, в его планах моего убийства нет... - А... понятно, - не было сил долго говорить и много думать. Прикрыв глаза, я погрузилась в темноту. Интересно, а я смогу убежать? Он же вроде уже человек, значит, если чем-то ударить должен отключиться,... если бы не яд, сомневаюсь, что сейчас я способна, что-либо поднять. Судя по его словам, пару дней-то я еще проживу, а вот потом мне конец, как бы эти пару дней использовать? Если бы я смогла справиться с Сасори и покинуть мастерскую, далеко бы я не ушла, ведь здесь еще.. мм… сколько их там? В общем, другие члены Акацки остановили бы. Черт, как болит голова, невозможно думать. К тому же… Звук открываемой двери отвлек от мыслей, открывать глаза было как то неохота, лучше послушаю. Тихий, мелодичный голос: - Данна, Итачи сказал, что нужно обратиться к Какузу и… - а дальше какой-то шорох. - Данна, вы ее еще не убили? - парень будто был удивлен, но точно сказать ничего я не могу. Звук шагов по направлению ко мне... Похоже, оба подошли к столу, их шаги были так схожи, что легко можно принять за один. Шорох ткани, кончики шелковистых волос коснулись лба, дыхание в паре сантиметров от моего лица. Резко открыв глаза, я увидела свое отражение в медово - карих глазах кукольника, который склонился ко мне. Совершенно неожиданно для себя я ударила его, но переборщила с силой удара, и так небольшой запас чакры стал совсем маленьким, хотя сами виноваты, что руки не связывали. Красноволосый парень отлетел к стенке и, оставив на ней не слабую вмятину, оказался на темном полу. Блондин, до этого стоявший без движения, опешил, но после резко нахмурился и сложил печать. Вскоре меня окружили какие-то белые паучки. - Ты зря это сделала, - прошептал он, его остановил голос Сасори: - Дейдара, убери свою глину вон из моей мастерской! - за все время моего пребывания здесь впервые слышу такой раздраженный голос. - Но Данна! - Блондин бросил взгляд на медленно встающего Сасори, и, увидев выражение лица последнего, Тсукури соизволил ретироваться. Красноволосый лишь хмыкнул на это и направился к столу с какими-то жидкостями, немного поколдовав над ними, была сделана какая-то зеленовато – сиреневая смесь. Набрав сию жижу в шприц, он подошел ко мне. Легкое прикосновение иглы к коже и я испуганным взглядом наблюдаю, как шприц пустеет. Тело мгновенно онемело, увидев, как разжалась до этого стиснутая в кулак рука, Сасори усмехнулся, и мелодичным голосом сообщил: - От этого яда есть противоядие, я введу его через час, всё это время ты будешь испытывать боль, а я - наслаждаться этим, – усмешка тронула уголки его губ. – Это твое наказание, ведь я же человек и мне бывает больно. Но тебе будет больнее, зря ты проявила свою силу и показала её на мне, - странный блеск в его глазах заставил насторожиться. Мгновение и яд начал действовать по всем конечностям, а вскоре и совсем распространились по всему телу. Меня начало трясти, будто в конвульсиях, в мозг ударила невыносимая боль. Не успев выкрикнув из-за обильно-острых ощущений, я просто на просто вырубилась.