Happy End или что-то большее?

POV Леон. Парень лежал на большой кровати в комнате, где проводил последние дни. Врач, пришедший после звонка дворецкого, который нашел их в гостиной рано утром, обработал и обвязал все ссадины, поэтому Леон сейчас больше походил на мумию: голова, ребра, рука (именно она хрустнула в момент…) и нога были плотно сжаты в тисках бинтов и гипсов. Пустым взглядом, уставившись на подножие кровати, где в скомканном виде лежало покрывало, Леон пытался очистить свою голову от мыслей. От всех мыслей. Всё, что приходило ему в голову, причиняло жуткую, невыносимую, душевную боль. Попытки зачастую не увенчались успехом, и Леон прикусил губу, сильно зажмурив глаза. Разодранные губы тут же заныли; во рту почувствовался вкус крови. Эта мелкая боль немного отрезвляла. Кристиан не появлялся. Нельзя сказать, что мальчик надеялся на раскаяние и просьбу о прощении, но…Леон хмыкнул. «Да уж, теперь он точно отправит меня в бордель. С глаз долой - из сердца вон. Сердце…»- парень сжал кулак здоровой руки рядом с сердцем. Сердце…как же болезненно он тогда сжималось. И ведь сжималось оно не от боли или от чувства жалости к себе. Сердце не могло поверить, что это делает Кристиан, именно он… И когда этот жестокий тиран смог проникнуть в самые глубины сердца Леона? Будучи весьма наивным (мальчик и сам это осознавал), Леон никого не впускал в своё сердце. А этот тиран, деспот…Кристиан. Кристиан Далтон просто открыл дверцу и проник в душу. Наверное, это произошло ещё в тот самый момент, когда холодный, мокрый песок глаз мужчины встретился с необъятной зеленью глаз Леона. Осознав своё положение, мальчик замер, не отрывая руки от груди, которое стучало всё громче и громче, но Леона ждало ещё одно открытие: теперь он в полной власти своего палача. The end POV Леон. Кристиан искренне не понимал, что он делает дома во время рабочего дня. Сегодня утром, мужчина просто не пошел на работу, сославшись на плохое самочувствие. На самом же деле, Далтону было необходимо разобраться в своих чувствах по отношению к мальчику. А чувства эти не говорили ничего хорошего. И из всего выходило, что Кристиан… влюбился. Влюбился, чёрт возьми! Нет, так нельзя. Это опасно. В положении Кристиана, влюблённость- крайне не желательное состояние. Да и в какого? В какого-то мальчишку, которому ещё и 18-ти то нет! Мужчина расхаживал по своей комнате, туда и обратно; от окна к двери. В голове крутились разные предположения по поводу происходящего, т.е. произошедшего. Далтон предполагал, что ему стало просто жалко мальчишку. Запросив информацию, Кристиан узнал, мальчика часто похищали из-за долгов отца, и, следовательно, частые побои, стресс и напрочь отбитое чувство самосохранения. А как ещё объяснить то, что мальчик имел кучу возможностей сбежать от него, но всегда возвращался? Да и мальчик сам подтвердил, что его часто избивали. Далтон резко выдохнул сквозь зубы. Несколько ночей его преследовали воспоминания о той ночи: устрашающие своим равнодушием слова мальчика, его пустой взгляд, направленный в пространство, обезображенное, почти до неузнаваемости тело. Кристиан ненавидел себя за то, что сделал своими руками. Кристиан был противен сам себе…но изменить ничего не мог. «Стоп. Но я ведь могу попытаться всё исправить. Попытаться расположить мальчика к себе и даже…да, я его отпущу; если он захочет, то сможет уйти. Но это потом. Пока нужно войти в доверие к мальчику и…» -Господин?- в комнату, постучавшись, вошел дворецкий.- Стол накрыт, господин. Кстати, дворецкого зовут Миша, то есть Михаил(предпочитает, чтобы его называли просто- дворецкий). Русский, но с рождения жил в Италии. Повзрослев, решил пойти по стопам отца и стал киллером. Одним из лучших. В возрасте 48 лет, попал в аварию, и стрелять больше не мог, по причине резкого ухудшения зрения и травмы руки. Тогда же, был взят на должность дворецкого в семью Далтон во главе с Кристианом. Михаил был близко знаком с его отцом и знал самого мальчика, чуть ли не с рождения. Сейчас дворецкому 62 года. - Хорошо,- Далтон встряхнул головой.- Как там мальчик? -Доктор перевязал его раны и посоветовал его не беспокоить. Сейчас мальчик, должно быть, отдыхает. -Хорошо,- снова повторил мужчина. Вдруг со стороны лестницы послышался шум и крик.- Что там происходит? Выйдя на лестницу, Кристиан испуганно замер, а дворецкий подбежал к мальчику, лежащему у подножия спуска, и попытался привести его в чувство. И ему это удалось. Мальчик тихо застонал и приоткрыл глаза. -Я упал, да? Так и знал, что не стоило…- мальчик не договорил. Глазами, наполненными страхом, он смотрел на то, как медленно подходит к нему Далтон, опускается на колени и подхватывает своего раба на руки. -Михаил, принесите льда и ужин в комнату мальчика, - сказал Кристиан и понёс свою ношу в комнату. Мужчина чувствовал, как дрожит и трясется в его руках хрупкое тело. Но мужчине пришлось смириться с этим; сейчас он не мог ничего сделать. Положив мальчика на расстеленную кровать, Кристиан сел рядом и накрыл его одеялом, предварительно проверив на наличие ушибов. Рука на миг замерла возле оголённого плеча Леона, не решаясь дотронуться, но потом всё-таки последовало лёгкое прикосновение к нежной коже. Мальчик вздрогнул и зажмурился. -Не бойся,- тихо прошептал Далтон, пальцами поглаживая длинную прядь, казавшуюся такой мягкой и послушной в грубых пальцах мужчины. – Я тебя не обижу… Мальчик резко открыл глаза и внимательно посмотрел на Кристиана. В глазах его читалось не доверие и не понимание, но он молчал. -Мне, правда, жаль,- продолжал Кристиан.- Но я не хочу, чтобы ты меня боялся. Обещаю, без твоего разрешения я тебя не трону. Кристиан видел, как меркнет страх в зеленых глазах его раба, и это придало сил для дальнейшего разговора. -Ты как себя чувствуешь? Доктор хорошо позаботился о тебе?- на это мальчик лишь кивнул и указал пальцем в сторону прикроватного столика, на котором лежало пару листков. Взяв их, Далтон увидел, что это рецепты на лекарства и разные советы по уходу за больным.- Хорошо…Сегодня же закажу все эти лекарства. Тебе что-нибудь нужно? Мальчик отрицательно помотал головой. - Поешь,- сказала Кристиан, видя, как он отворачивается, от принёсенной служанкой, еды.- Пожалуйста. А я потом зайду, тебя проведать, ты не против? POV Леон. Леон до сих пор пребывал в шоке от поведения своего хозяина. Что это было? Новая извращенная игра «Доверие и насилие»? Или хозяин всё-таки искренен? Но почему? Что могло послужить причиной такой перемене в отношении к нему? Столько вопросов и ни одного ответа. Лишь одно, мальчик знал точно: такой Кристиан ему нравится больше. The end POV Леон.