Не бойся темноты

Дика сидела на верхней ступени одной из лестниц-переходов, ведущей от одного дома к другому. Отсюда открывался неплохой вид на местность — на заброшенные здания, заросшие травой улицы и шумевшие в сгущавшейся темноте джунгли. Море тоже было видно, совсем узкую полоску, и катившееся в его глубину солнце. Тьма словно поднималась от самой земли, плавно взмывала вверх, кусая Дику за пятки. И как бы высоко девушка не забиралась, мгла всё равно неотвратимо её настигала. — Будешь? — расположившаяся парой ступенек ниже Скрими протянула сигарету, на этот раз обычную. — Не курю, — отказалась девушка, покрепче кутаясь в толстовку, оставленную ей Сехуном. — Скучная ты. Не куришь, не пьёшь. Удивительно, что мужика себе нашла, — рыжая стряхнула пепел и прищурила ярко-фиолетовые из-за линз глаза. — Хорошо трахается? — Хочешь лично проверить? — усмехнулась Дика. — А можно? Ничего не ответив, светловолосая отвернулась, с тоской взглянув на тропинку, едва видную в сумерках. Ещё полчаса и Уиттмир погрузится в темноту. Единственный источник света на данный момент — почти разрядившийся мобильник — лежал в кармане шорт и придавал хоть каплю уверенности. Дика устало потёрла виски и постаралась успокоиться. Самое основное правило — не поддаваться панике. Главное, пережить эту ночь, а завтра они что-нибудь придумают. Когда из джунглей показались три размытые фигуры, светловолосая вздохнула с облегчением и резво запрыгала вниз по ступенькам. Скрими лениво поднялась и поплелась следом. — Ты принёс? — подбежав к Сехуну, Дика вцепилась в его руку и с надеждой заглянула в глаза. — Мм, понимаешь… — Что? Поло и Джесус переглянулись между собой, словно решая, стоит вмешаться или лучше дать брюнету право рассказать всё самому. Впрочем, О недолго молчал — положив обе руки на плечи Дики, заговорил медленно, но твёрдо: — Прошу, выслушай меня внимательно, до конца. Хорошо? Кто-то украл из лодки наши вещи и вёсла. — Чего? — возмутилась Скрими, потеснив ошарашенную Драгушану. — Да хуйня какая-то, — вмешался Джесус. — Лодка стоит, а шмоток нет. — И кто мог это сделать? Вы, типа, шутите. Да? — Ну конечно! Ахуенные шуточки, — взмахнул руками Поло. — В этом, несомненно, есть плюс — мы здесь не единственные живые люди. Но есть и минус! — Какой? — насторожилась рыжая. — Байка о шахтёрах может оказаться не такой уж и байкой… — Но там же были фонари и свечи! — очнувшись, торопливо заговорила Дика. — Я специально взяла побольше. Упаковку спичек в боковом кармане оставила. Господи, что же делать! Обесиленно рухнув прямо на землю, светловолосая закрыла руками лицо и затихла. Сехун стоял на прежнем месте и в отчаянии кусал губы. Мысли, одна другой нелепее, навязчиво крутились в голове, но О не хотел их развивать, чтобы не поддаваться лишний раз панике. Хорошо, что американцы не грузились, по-прежнему находясь под действием наркоты. А вот Дике, кажется, не помешала бы порция травки для успокоения нервов. — Вставай, — вздёрнув её за локоть, приказал брюнет. — Мне нужен свет! — взбрыкнула Драгушану. — Сейчас разожжём костёр и станет светло! — Вы чо? — закатил глаза Поло. — Если ублюдки-шахтёры живы, то они нас в два счёта найдут! — Они и так нас найдут, — возразила Скрими. — Хватит нести чушь! Я уверена, что всё это ваш очередной тупой прикол! Или, в крайнем случае, возможно, тут кто-то живёт. Увидели брошенную лодку, вот и поживились, чем смогли! — Костёр, в любом случае, нужно развести, — решил Джесус. — Давайте расположимся поближе к домам, в каком-нибудь укромном уголке. Опасно оставаться на открытой местности. — Всё, пошли, — продолжая удерживать вздрагивающую Дику, приказал Сехун. — Я ничего не вижу, — в отчаянии осматриваясь, шептала она. — Просто иди за мной! — Я никуда не пойду, пока ты не дашь мне свет! — Блять, где я его возьму? Тебя устроит мой мобильник или зажигалка? — Мне нужен свет! Достань мне свет! — со всей дури ударив Сехуна в грудь, рявкнула Дика. Отошедшие на несколько шагов американцы обернулись и с недоумением следили за всклокоченной румынкой. Бледная, словно мел, с растрепавшимися волосами и блестевшими от ужаса глазами, она казалась безумной. Искривлённый в судороге рот, судорожно сжатые кулаки — всё буквально кричало о том, что у Дики начался приступ. Последний раз подобная истерика случалась с ней в выпускном классе, когда она возвращалась от репетитора и, решив сократить дорогу, пошла через дворы. Местная шпана разбила все фонари и пришлось двигаться в кромешной темноте. Поняв, что далеко не уйдёт, Дика хотела вернуться на освещённый проспект, но поняла, что заблудилась. Она долго кружила по крохотному пятачку земли, опасаясь шагнуть за мысленно начерченные самой собой границы, словно за ними пропасть, чудовища, бездна. Пробежавшая под ногами кошка стала последней каплей. В себя девушка пришла уже на больничной койке. Повезло, что запоздавший прохожий увидел бьющуюся в агонии Дику и вызвал скорую. Тогда был долгий период реабилитации, закончившийся вечным ношением в кармане свечек и фонарей. И вот теперь рыдающая, царапающая саму себя девушка, билась в руках Сехуна, судорожно повторяя «свет, свет, свет», и совершенно не желая приходить в себя. — Нужно разжечь костёр! Быстро! — первой очнулась Скрими. Пока американцы поспешно собирали сухие ветки и ломали спички, в попытке поджечь для растопки пару стодолларовых купюр, Сехун сбросил со спины рюкзак и попытался уложить на него Дику. Но девушка кусалась, семенила ногами, рыдая отчаянно, взахлёб, и не желая слушать тихие увещевания парня. Когда он вложил ей в ладонь мобильник с включённым фонариком, Драгушану не глядя швырнула его в сторону, от чего экран разлетелся вдребезги и тонкий луч света погас. — Быстрее! — орал О, с трудом удерживая вырывающуюся Дику. — Да щас! — щёлкнув зажигалкой, отмахнулся Поло. Когда огонь, наконец, охватил гору веток, облизывая красноватыми язычками стремительно чернеющие доллары, Сехун подхватил Дику на руки и поднёс к костру. Усадил рядом, крепко обхватил за плечи, не давая сунуть ладони в огонь, и с облегчением заметил, как взгляд девушки проясняется, а сжатое, словно пружина, тело расслабляется. — Тшш, всё хорошо. Ведь теперь светло? О чмокнул светловолосую в макушку и прижал к себе. Джесус плеснул в пластиковый стаканчик вина и, придержав Дику за подбородок, проследил, чтобы она проглотила всё до капли. — И что это за хуйня сейчас была? — сев рядом с дрожащей девушкой, спросила вполголоса Скрими. — А я знаю? У неё фобия, — пожал плечами Сехун. — Надеюсь, мы всё сделали правильно. — Какого пиздеца в жизни не случается, — глубокомысленно изрёк Поло, почесав густую бороду. — Что делать-то будем? — прижав колени к груди, поинтересовалась Скрими. — Давайте для начала посчитаем наши припасы. С нашей стороны, — Джесус заглянул в рюкзак и недолго в нём поковырялся, — три бутылки вина, пакет травки и пара вишнёвых чупа-чупсов нашей леди. — У нас полбутылки воды. Сэндвичи съели ещё днём, — выпустив из объятий Дику, вздохнул О. — Негусто. — Кто же знал, что такая хрень приключится. — Может, тут растут кокосы или бананы? — рассмеялась Скрими, тут же спрятав улыбку. — Чего коситесь? Пошутить уже нельзя? — Лично я не планирую становиться Робинзоном Крузо. У меня есть дела на большой земле, — отрезал Сехун, тут же звонко ударив Дику по протянутым к огню ладоням. – Ты, блять, куда руки тянешь! — Прости, — едва слышно шепнула не до конца пришедшая в себя румынка, сев почти вплотную к костру. — За нами пришлют подмогу. Мы же туристы. Никто не закроет на это глаза, — уверенно заметил Джесус. — А ты читаешь приписки в фильмах про всякую нечисть? Что-то в духе «ежегодно на территории Австралии пропадают две тысячи туристов, их останки до сих пор не найдены», — издевательски протянул бородач. — Это всё чухня! — Да ты что? А вдруг однажды наши скелеты найдут и снимут про нас фильм? Ещё и скажут, что основано на реальных событиях! — Заткнитесь уже, а? — взмолился Сехун. — У нас с Дикой все документы на лодке остались. Уйдёт уйма времени, прежде чем мы их восстановим! — Паспорт нужно в трусах таскать! Тоже мне, герои-путешественники, — подколол Поло. — Ладно, ваши ставки — кто ёбнул нашу лодку и шмотьё? — Ребят, а может это зверёк какой, а? — поднял голову Джесус. — Мартышка! Точно! Отогревшаяся Дика хрюкнула от смеха и подалась назад, прислонившись к груди Сехуна, словно ненавязчиво прося себя обнять. О на провокацию не поддался, продолжив упираться руками в землю, чуть отклонившись назад. — А я думаю, что это сделал кто-то с Маквилла! — хлопнула в ладоши Скрими. — Они же нам столько времени по ушам ездили, рассказывая ужасы про этот остров! Может, у них бизнес на поток поставлен? Или это, вообще, аттракцион или розыгрыш какой-то? — Да, скорее всего, ты права! — кивнул Поло и покосился на стоящую в стороне бутылку вина. — Может, выпьем за знакомство? — Я – пас! — пьяно фыркнула Дика, не оставляя попыток притиснуться поближе к Сехуну. Бородач уже разливал вино по стаканам, когда в темноте что-то хрустнуло и глухо ударило. Взвизгнув, вся компания вскочила на ноги и сгрудилась у огня, слепо вглядываясь в чернильную темноту, окружившую их со всех сторон. — Вы это слышали? — шепнула Скрими. — Да заткнись! Затаив дыхание, они прислушались — вновь царила идеальная тишина, словно всё им просто померещилось. Однако Сехун нащупал кусок ржавой арматуры и сжал его в руках, чуть согнув ноги в коленях. — Надо сходить на разведку, — предложил Поло. — Иди ты нахуй! — закатил глаза Джесус. — Может, мартышка? — ни на что особо не надеясь, пошутил Сехун. Но, вопреки ожиданиям, компания расслабилась и начала откровенно ржать над собственной трусостью. Оттого неожиданным и страшным стал очередной, ещё более мощный удар — словно что-то с силой ударилось в ствол дерева, раскатистым эхом прокатившись по всему Уиттмиру. Подстёгнутые страхом и отчаянием, молодые люди бросились к темнеющим глазницам ближайшего дома. Казалось, что кто-то наступает им на пятки, дышит в затылок и царапает лопатки сквозь ткань футболки. Страх перед неизвестным даже погасил на минуту в душе Дики боязнь темноты. Поэтому все пятеро, хлопнув подъездной дверью и толкая друг друга на узкой лестнице, поднялись на пару пролётов и ворвались в первую попавшуюся квартиру. Бесшумно заперлись на замок и прошлись по комнатам, убедившись, что кроме призраков прошлого, в виде брошенной мебели и предметов обихода, здесь никого нет. Сехун даже осмелился подойти к разбитому окну и осторожно выглянул во двор — костёр по-прежнему ярко горел, а брошенные рядом с ним вещи остались нетронутыми. Впрочем, свой рюкзак О благоразумно захватил, не желая расставаться ещё и с его содержимым. — Где мы? — Дику отпустило и она заметалась в узком коридорчике, то и дело слепо натыкаясь на стены. — Иди сюда! — Скрими схватила её за локоть и притянула к себе. — Держи, только не потеряй! Вложив в ладонь девушки мобильник, рыжая криво улыбнулась. Дика благодарно сжала её пальцы и, мазнув коротким движением по экрану, выставила вперёд руку, освещая тёмные углы квартиры. — Особенно не свети тут. С улицы нас не должны заметить, — шепнул Сехун. Драгушану согласно кивнула и, потушив экран, подошла к О, встав за его спиной и робко приобняв за талию. Отсюда виднелся костёр и было не так страшно. Ещё и брюнет дышал спокойно, уверенно, неосознанно пряча Дику за своей широкой спиной от неизвестной опасности. — Мы пошли в спальню, отдохнуть надо. Вы посторожите пока, а мы вас сменим через пару часов, — широко зевнув, произнёс Джесус. Дика вздохнула с облегчением, когда за американцами захлопнулась дверь. Несмотря на то, что они помогли ей во время приступа, девушка всё равно относилась к ним настороженно, не желая видеть в них своих друзей. Она даже подозревала, что именно троица спрятала их вещи, чтобы любой ценой задержать на острове. И кто знал, что скрывалось за всем этим на самом деле? — Ты как? — не отрывая взгляда от двора, спросил Сехун. — Прости. — За что? — Я не думала, что у меня начнётся приступ, — глухо объяснила Дика. — Я не сумасшедшая, просто боюсь темноты. Не говоря ни слова, О притянул к себе девушку и, заправив за ухо выбившуюся прядь волос, нежно поцеловал. Расслабившись в тёплых руках, Дика ответила на поцелуй, доверчиво прижимаясь к парню и сплетаясь с ним языками. И они почти забыли, где находятся, когда из-за стенки донеслись скрип пружин и приглушённые стоны. Отпрянув друг от друга и переглянувшись, оба синхронно сплюнули и скривили лица. — Как кролики, — сев в углу и вновь включив подсветку на мобильнике, буркнула Драгушану. Сехун лишь усмехнулся и покачал головой, продолжив держать пост у окна. Заговорил он гораздо позже, когда в спальне наступила тишина, вскоре сменившаяся храпом и недовольным бурчанием Скрими. — Ты когда-нибудь пробовала втроём? — Что? Нет, конечно! — А я пробовал. — …и как? — сомневаясь, всё же уточнила Дика. — Вдвоём лучше, — бросив на девушку короткий взгляд, улыбнулся О. — А с девчонкой спала? — Нет же! — И не лизалась? — Боже, нет, — закатила глаза светловолосая. — А я лизался. — С парнем? — С девчонкой… Переглянувшись, молодые люди тихо рассмеялись и вновь отвели взгляд. Устав держать вахту, Сехун подошёл к сидевшей на полу Дике и опустился рядом. Она уже спала, крепко сжимая в ладошке погасший телефон. Отобрав его и отложив в сторону, парень позволил девушке устроиться поудобнее на его плече и вскоре сам заснул, краем сознания отметив, что американцы так и не сменили его на посту. *** — Вроде ничего не тронуто, — перерыв содержимое рюкзака, оставленного у потухшего костра, заключил Джесус. — Значит, нам всё это показалось, — развела руками Скрими. — Жрать хочется, ребятки! Какие варианты? Кого зажарим первым на жертвенном огне? — Надо сходить в джунгли и поискать фрукты! — предложила Дика, чувствующая себя в свете дня куда увереннее, чем ночью. Короткая вылазка закончилась небольшим успехом — была найдена пальма и несколько упавших в траву кокосов. Ими, конечно, особо не наешься, но утолить жажду и попробовать на вкус мякоть вполне возможно. Да ещё и мысль, что источниками звука в темноте оказались не более, чем упавшие с дерева плоды, изрядно успокоила компанию. — Мне уже надоела эта игра в дикарей, — подбрасывая в руках ещё не разбитый кокос, поведала Скрими. — Давайте сами смастерим вёсла и уберёмся с этого острова. — Лодка не рассчитана на пятерых. Кому-то в любом случае нужно будет остаться, — добавил Сехун. — Давайте тянуть жребий, — с энтузиазмом предложила Дика, лелеющая мысль поскорее убраться с острова. Услышав хруст веток, они обернулись на мрачно шагающего к ним Джесуса. В то время, пока остальные искали фрукты, он вызвался сходить к морю и проверить обстановку. — Ну, что там? — обступили его со всех сторон. — В море штиль, лодка испарилась. Переглянувшись, молодые люди разочарованно выдохнули и нервно задумались. Тревожные мысли возвращались, а внутренний голос вопил, что нечего было тянуть время, стоило убираться отсюда ещё прошлой ночью. Ведь лучше встретить темноту в открытом море чем один на один с неизвестной опасностью. Ведь лучше же? — Ладно, не киснем! — наигранно весело заговорил Поло. — Давайте разделимся и осмотрим остров! Ведь у прежних жителей была связь с большой землёй. Возможно, остались какие-то телефоны, рация, в конце концов? — Что-то такое может быть в шахтах! Я в фильмах видела, они оттуда с поверхностью связываются, — вклинилась в разговор Скрими. — Я не буду туда спускаться! — пролепетала Дика, неосознанно делая шаг назад. — Можно будет отловить крыс и зажарить их на обед! — игнорируя румынку, с энтузиазмом предложил Поло. — В этом есть здравый смысл! Идём к заводу! — решил за остальных Джесус. *** Краткий осмотр небольшого асбестового завода ни к чему не привёл. В заброшенных кабинетах, пол которых был усыпан пожелтевшими квитанциями и накладными, стояли древние телефонные аппараты, но в трубках звенела тишина. В ящиках, где хранились печати и папки с документами, так же ничего интересного не нашлось. Пока остальные носились по этажам, заглядывая в каждую дыру, Дика ходила по холлу, то косясь на ярко-красный топор и огнетушитель, спрятанные под толстым стеклом, то на обветшавший от времени стенд, где были вывешены в ряд чёрно-белые фотографии лучших шахтёров. Молодые мужчины с волевыми лицами уверенно смотрели со снимков и девушке отчего-то стало не по себе. — Придётся спускаться в шахты, — выбежав в холл, подытожил вспотевший Сехун. Полуразрушенный вход под землю находился во внутреннем дворе завода. С трудом отодвинув тяжёлую ржавую дверь, из-за которой пахнуло затхлостью и холодом, парни невольно поёжились и переглянулись. Изъеденные временем рельсы тянулись в глубину тоннеля, словно путеводные линии, и никто не знал, куда они, в конечном счёте, вели. — Ну, мы пошли, — первым ступив на опасную дорогу, обернулся Сехун. — Ты уверен? — жалобно спросила Дика. — Ты хранительница моего рюкзака, не спускай с него глаз, — улыбнулся О и чмокнул девушку в нос. — Мы не будем далеко уходить. Скрими, поцеловав на прощание своих мужчин, отошла назад, с тревогой глядя, как те теряются в темноте, освещая путь её мобильником. Девушкам казалось, что время остановилось. Вначале они нервно наворачивали круги, то и дело подходя к границе света и тьмы, и протяжно выкрикивая имена парней. Затем Скрими нервно выкурила две сигареты подряд, а Дика, надышавшись приторно-сладким дымом, решила прилечь, устроив под головой рюкзак парня. Вот только расположиться поудобнее не получилось — что-то острое впивалось в затылок, мешая расслабиться. Недолго поёрзав, девушка решительно села и вжикнула молнией. Скрими, отошедшая к тоннелю, выглядывала в это время парней, поэтому не заметила, как исказилось в ужасе лицо Дики. Та запустила дрожащую руку в нутро рюкзака и выудила оттуда музыкальную шкатулку с балериной внутри — ту самую, мелодию которой они слушали ещё вчера. Здесь же лежал облезлый пузырёк из-под шампуня, пара книг, стащенных из библиотеки, плюшевый медведь с оторванным ухом, а на самом дне, бережно завёрнутый в платок, едва слышно звенел школьный колокольчик. — Идут! Они идут! — обрадовано крикнула рыжая, нырнув в тоннель. Сехун вышел первым. Зажмурился на ярком солнце, не замечая бегущих по вискам ручейков пота и растирая по щекам угольные разводы. А когда распахнул ресницы, увидел сидящую на коленях Дику и разбросанные вокруг неё вещи. Когда их взгляды столкнулись, О лишь поджал губы, но не отвернулся. — Ничего не хочешь объяснить? — приподняв лежащую на коленях шкатулку, сухо поинтересовалась девушка. — А ты сама ещё не поняла? — Хочу услышать от тебя. — Я — Чёрный охотник. Довольна? — сложив руки на груди, припечатал Сехун. — Из тех, кто таскаются по городам-призракам, воруют оттуда вещи и затем продают на чёрном рынке? — хмыкнула Дика. — Не совсем верная формулировка. Я не ворую. Я беру то, что уже давно никому не принадлежит. И, если хочешь знать, мои клиенты очень влиятельные люди, именно поэтому я не ограничен в средствах и никогда не имею проблем с таможней. А сейчас, будь добра, положи эти вещи туда, откуда взяла. В твоих ручках, как минимум, лежат несколько десятков тысяч зелёных. — Почему? — Что почему? — едва сдерживая раздражение, уточнил Сехун. — Почему ты ничего мне не сказал? Почему притащил на этот остров? — медленно поднявшись и шагая к парню, шипела Дика. — Потому что иначе бы ты не поехала! А я… — Сехун заметно стушевался, но продолжил. — Я всегда работал с напарником, а в этот раз он не смог прилететь. После всех этих рассказов мне было не по себе, вот и захватил тебя с собой, чтобы не было скучно. Я же не думал, что такая задница приключится! — Ты лгун! — толкнув парня в грудь, звонко крикнула Дика. — Врёшь мне с самого начала! Ты сказал, что будешь в Маквилле ещё несколько дней, а у самого лежал билет в паспорте на завтра! — А нечего рыться в моих вещах! — возмутился в свою очередь О. — Или ты думаешь, что после случайного секса я в тебя втюрюсь и предложу пожениться? Прости, но ты не мой типаж! И в твои годы нужно думать головой, а не витать в облаках! — Какая же ты скотина! — от души отвесив звонкую пощёчину, заорала девушка. — Ты меня использовал! Это низко и подло! Дика продолжала ещё что-то кричать, с удивлением замечая, что Сехун не отвечал, а смотрел остекленевшим взглядом куда-то за её плечо. Но прежде, чем она успела обернуться, парень схватил её в охапку и толкнул на землю. Стрела, предназначенная Дике, со свистом пролетела над головой и вонзилась в шею Джесуса, первым вышедшего из шахты.