i write to u

"за мной, читатель! кто сказал тебе, что нет на свете настоящей, верной, вечной любви? да отрежут лгуну его гнусный язык!" / м.булгаков 13'январь 2015. на улице ужасно холодно. я встаю по будильнику до того, как меня будит папа. пытаюсь открыть глаза, когда надеваю тапочки. попытки тщетны. но когда звенит папин будильник, я окончательно просыпаюсь, захожу к нему в комнату, сообщаю, что я уже проснулась и что он может снова лечь в постель. иду на кухню ставить чайник. за окном идет мокрый снег. женщины в шубах и в пуховиках с меховыми копюшонами бегут к метро. 7:03. захожу в ванную. свет режет глаза. это все от энергосберегающей лампочки, которую месяца 2 назад потавил дедушка. я смотрюсь в зеркало: волнистые запутанные русые волосы, синяки под глазами после 4-ехчасового сна, пухлые губы с небольшими трещинами, веснушки, бледная и далеко не идеальная кожа, неровно лежащие брови и в некоторых участках шелушится кожа. вид не очень привлекательный. нехотя я беру зубную щетку, поднимая правую бровь. начинается всем известный с детства процесс. недавно была у стоматолога. ненавижу стоматологов. они с огромным одолжением копаются в твоем рту, пытаются успокоить, когда выдерают нерв или что-то еще, а потом пишут что-то в старых потрепанных картах и буквально выгоняют из кабинета, крича фамилию следующего пациента. терпеть не могу. я заканчиваю чистить зубы и умываю лицо. ресницы слипаются от воды, кожа оживает, губы блестят. больше чем стоматологов, я ненавижу мокрые полотенца. иду снова на кухню, наливаю чай и через силу съедаю йогурт. в квартире холодно. и не от того, что я только что проснулась, а от того, что открыто окно. закрыть его не могу, бабушкина комната. направляюсь в свою комнату, надеваю нижнее белье, черную юбку и коричневую кофту с весьма милым принтом. копаясь в косметичке, я нахожу тональник и замазываю синяки прочие недостатки. совсем немного туши и сыворотку для губ. всегда не любила и не люблю сейчас девушек, которые красятся. по этой причине я не люблю себя. я боюсь наносить макияж. это мой страх. страх перед тем моментом, когда я стоя в ванной перед зеркалом, смою с себя косметику и не буду себе нравиться. страх перед тем моментом, когда я выйду на улицу без косметики, встречу моих знакомых, а они разуют глаза. страх перед тем моментом, когда я не смогу просыпаться перед любимым человеком по утрам ненакрашенной. по дороге в школу я замерзла напрочь, хоть я была в теплом пуховике и в капюшоне. когда я пришла в школьную раздевалку, на меня зло оглянулась уборщица, мол , ногами постучи. я проигнорировала ее и прошла туда , где находятся вешалки. ноги промокли насквозь, и мне пришлось надеть кеды на мокрые ноги. все такие отдохнувшие. видимо, на зимних каникулах с родителями куда-то ходили. в москве так много развлечений по праздникам. а я сидела дома, т.к. родители работают, им некогда. а даже если у них появился выходной, они тупо сидят дома и не одобряют мои инициативы выйти вместе погулять. и не то, чтобы я жалуюсь. просто все начнут рассказывать про свои каникулы, а мне станет грустно. нельзя грустить. я не приемлю этого. не люблю, когда люди грустят. ведь в их жизни есть то, что они могут сделать и напрочь забыть о печали. но они не хотят. их сила воли болеет в этот период. когда я поднялась на третий этаж, в 303 кабинет истории, в классе уже было полно моих одноклассников, которые общались, смеялись, что-то читали, сидели в телефонах. она уже пришла и во всю общается с людьми. это был первый день учебы после зимних каникул. в тот день она даже не подошла поздороваться ко мне. хотя этого мне было бы достаточно, чтобы все встало на свои места.