Hyperion loves u

      — Джек, хватит вертеться, это мешает, правда, — Риз досадливо поморщился, недовольно покосившись на невозмутимое лицо большого босса. Битую минуту он пытался затянуть узел галстука на шее Джека, но особых плодов это не приносило. Джеку именно сейчас требовалось посмотреть на себя любимого в зеркало и проверить, что это за хлам лежит на вон той самой верхней полке и не надо ли это выкинуть от греха подальше. Сам Риз, уже собранный и готовый к выходу, мог только тяжело вздыхать и закатывать глаза на то, что вместо сотрудничества встречал сопротивление. Джек его, естественно, слышал, но, судя по довольной, не без ехидцы усмешке, ему метания Риза и издевательства над ним доставляли исключительное эстетическое удовольствие, в котором он, само собой, себе не отказывал. Риз не удивился бы тому, что прием Джек просто выдумал, ради того, чтобы понаблюдать за тем, как Риз мечется, скача вокруг него дрессированной собачкой, у которой и выбора-то никакого не было, кроме как угождать большому и страшному начальнику всея Гелиоса.       — Мне нравится, когда ты выглядишь таким недовольным и подавленным, кексик, — негромко сказал Джек, пальцами мягко сжимая подбородок Риза и с улыбкой чувствуя, как он замер, сильнее сдавив в пальцах удавку злополучного галстука. — Ты у меня такой заботливый, — невозмутимо продолжил Джек, и Ризу действительно было сложно понять, говорит ли он серьезно или просто издевается над ним, как обычно. Смотря на него немигающим взглядом разноцветных глаз, Джек склоняется ниже, и чем сильнее цепенеет Риз, тем шире становится его улыбка. Сочетание трогательной наивности и относительной жесткости характера всегда забавляли Джека, он даже мог бы назвать Риза «исключительным» – мог, но не называл, не любил говорить вслух очевидные вещи только для того, чтобы потешить чью-то самооценку.       — Ну, наконец-то, — Риз плавно потянул за хвостик галстука, затягивая узел, и аккуратно поправил сначала воротник рубашки, а после пиджака, и скользнул ладонями по широким плечам, разглаживая плотную ткань. Джек поморщился, отстраняясь и выпуская из пальцев подбородок Риза. А вот временами Риз бывал весьма глуповатым, ну или хотел таковым казаться – как бы там ни было, Джека это в своей мере раздражало. Развернувшись к зеркалу, он придирчиво осмотрел свой внешний вид, то и дело косясь на стоящего рядом Риза, который старался делать вид, что совсем не любуется результатами своей работы.       — Прекрасно выглядишь, — резюмировал он и подступил на шаг ближе к хмыкнувшему и обернувшемуся в его сторону Джеку, который, не упуская момента, во второй раз ухватил Риза за подбородок, и требовательно вздернув его голову выше, притянул к себе, поверхностно целуя зажмурившегося подчиненного, который рефлекторно ухватился за лацканы его пиджака.       — А по-другому и не бывает, кексик, это же я, — промурлыкал Джек в губы Риза и, дернув пальцами узел галстука, стащил его с шеи, откидывая куда-то в сторону кровати, — … но галстук все равно дерьмовый, — посмеиваясь, произнес Джек и устремился в сторону выхода, даже не глядя, зная, что Риз в очередной раз страдальчески закатил глаза.