Исход

В новом клубе и с новыми людьми, он пил и заигрывал с девушками, а так же отвечал на некоторые пошлости парней. За несколько месяцев он довольно сильно похудел, кожа стала еще более бледной, периодически организм давал сбой и после нескольких загульных недель, он отсыпался целыми сутками. В очередном баре он подцепил девушку, кареглазую, с каштановыми волосами, собранные в две забавные шишки, казалось, она была китаянкой, а может просто любила культуру Китая, потому что платье на ней было хоть и короткое, но с традиционной китайской застежкой на боку. Поначалу она была тихая и даже застенчивая, но после спиртного болтала без умолку, смеялась. Шикамару поддакивал и смеялся вместе с ней, хотя на самом деле просто хотел наконец-то заснуть в мягкой постели, а не на полу, татами или диване. После клуба они добрались до ее квартиры, и Шика тут же полез с поцелуями, наконец-то затыкая тараторку. - Подожди… подожди.. - девушка, чуть оттолкнула его, - давай хотя бы до спальни дойдем. - Она спешно разулась и, дождавшись пока разуется Шика, взяла его за руку и провела в комнату. - Тут ты хоть недотрогу строить из себя не будешь? - Шикамару улыбнулся и погладил ее бедра. - Я еще не забыл те твои речи в туалете. Да и ты сама меня позвала. - Такой нетерпеливый. - Она хихикнула, - я в душ, потерпи. - Игриво чмокнув его в губы и протолкнув в комнату, она бросила сумочку и побежала в душ. Шикамару тяжело вздохнул и, сняв с себя зеленую жилетку и кофту в сетку, бросил их на стул, а сам лег на кровать. Мягкая кровать и подушка этого так давно ему не хватало. Лёжа он стал рассматривать обстановку комнаты, она оказалась большой и до ужаса девичьей. Помимо кровати, был большой шкаф с огромным зеркалом, стол с компьютером, книжный шкаф, на полу были рассажены разные мягкие игрушки, с потолка свисали несколько ниток с бумажными журавликами, а на стенах висели различные плакаты и декоративное метательное оружие. Комната пятнадцатилетней девочки, а не двадцатилетней, коей являлась Тен-Тен. Все-таки иметь свой дом, а не скромную квартиру куда лучше. Он закрыл глаза и постарался расслабиться, хотя бы на то время, что девушка планировала провести в душе. В голове все еще отзывалась музыка, а перед глазами то и дело вспыхивали прожекторы, а через пару секунд к этому добавились образы прошлого, Шика стиснул зубы, до скрипа, что бы отогнать от себя наваждение и снова открыл глаза, стараясь, хоть за что-то уцепится глазом. Так он сосредоточился на рассматривании аккуратных журавликов, которые шевелились от едва заметного дуновения. Ему не хотелось с ней спать, разрушать ее красивую оболочку и убивать ее своим ядом, но как это объяснить ей, чтобы не обидеть, скорее всего, никак. Секс не приносил ни удовольствия, ни физической и эмоциональной разгрузки, он просто трахался, со всеми, словно шлюха. Асума, когда-то был действительно прав. Хотя скорее это было очередное наказание, которое Шикамару сам для себя определил, наравне с недосыпом, наркотиками, алкоголем и недоеданием. К тому же секс с девушками, как он понял, за время своих скитаний, они его не особо то и привлекали, он восхищался их красотой, их фигурой, но не больше, хотя после смерти Асумы и мужчины то его не очень интересовали. Тен-тен вернулась на удивление быстро, на ней был легкий розовый халатик с широкими рукавами, улыбаясь, она села на край кровати и поцеловала парня в губы, волосы оказались распущенны и были довольно длинными, упав Шике на грудь. - Я думал, ты дольше пробудешь в душе. - Он улыбнулся. - Я только ополоснулась, неприятное чувство, после духоты в клубе. - Мммм… - Шикамару потянул ее к себе, а вскоре обманным маневром повалил на кровать, а сам оказался над ней. – Теперь, то ты готова? - Конечно! - Тен-тен расплылась в улыбке, а потом погладила его по грудь. Шикамару лишь усмехнулся и, целуя ее в шею, стал развязывать поясок халата, под которым больше не оказалось одежды. Парень еще сильнее улыбнулся, и с поцелуями стал опускаться ниже, лаская ложбинку между ключицами, а после и грудь. Одну грудь он грубо сжал ладонью, вырвав из девушки обрывистый стон, а сосок на другой взял в рот, посасывая и играясь с ним языком. Ласковые движения сменялись на более грубые. Он то и дело прикусывал ее сосок, а второй сжимал пальцами, вызывая у девушки бурную реакцию. Спустя какое-то время он с поцелуями опустился к ее ногам и чуть согнул их в коленях, прикусывая кожу на внутренней стороне бедра. Тен-тен застонала, разводя ноги, а парень чуть приподняв ее за бедра, языком стал играть с ее клитором. Шикамару за время предварительных ласк мог довести девушку до оргазма, лишь бы только не входить в нее, не липнуть в ее вязкости, не собирать ее запах на все тело, не чувствовать ее под собой, ее дыхание, стоны, ее шепот, шепотом они просили не выдавать их тайн. Они часто называли его чужими именами во время оргазма, тянули за волосы, драли спину, закрывали глаза и, открыв их, жаждали увидеть кого-то другого, поэтому не открывали их до самого конца. Не смотря на всю прелесть и красоту женщин, они были пропитаны ядом лжи, но Шикамару в какой-то степени это даже нравилось, он примерял на себя маски других людей. Тен-тен изогнулась, от очередного движения пальцами и языком, а потом потянула Шику за волосы. - Ты....ты.. волшебник.. может, попробуешь уже и внутрь войти? Парень послушно приподнялся и, расстегнув штаны, чуть приспустил их, а потом, натянув на член презерватив, резко вошел, накрыв ее губы поцелуем. Рваные, резкие движения, сменялись на более плавные. Он не давал девушке привыкнуть хоть к какому-то темпу. Вскоре она изогнулась, громко застонав, сжимая в ладонях простынь, оргазм накрыл ее с головой, выталкивая все мысли, заменяя все только на наслаждение. Она закрыла глаза, тяжело дыша то и дело сглатывая. Шикамару кончил, вытащив из нее член, и пару раз сам огладил его, а после снял презерватив и, завязав его, бросил на пол. Устроившись рядом, с все еще тяжело вздыхающей девушкой он достал сигареты из штанов и, не спрашивая разрешения, закурил. Тен-тен вскоре забрала у него сигарету и затянулась сама. - Ты просто кудесник... у меня такого сильно оргазма никогда не было... а твой язык… что ты им вытворяешь, просто космос. Где ты только этому научился? - Я читал. - Мрачно ответил Шика, закуривая новую сигарету, он ненавидел, когда они все так делали. - Нифигово так начитался, - девушка улыбнулась и перевернулась на бок. - А девушек у тебя много было? - Не помню. Я слишком много пью и это лишняя информация. - Да ты опасный человек. Но меня, то не забывай. - Ты так хочешь поболтать? – Шика посмотрел на нее, тяжело вздохнув, - Не устала? - Устала. Но пока курю, хочется поговорить. Я же вряд ли снова встречу такое чудо, как ты. Шикамару промолчал, а про себя лишь добавил "Чудище. Чудище, а не чудо". Тен-тен докурила, буркнула что-то про то, что ее мать придет рано и, забравшись под одеяло, бросив халат на пол, вскоре заснула с довольной улыбкой. Шика же лег на одеяло, втягивая горькость и никотин сигареты, продолжая травить себя. Докурив, он устроился на кровати и, отвернувшись от девушки, вскоре заснул. Разбудила его какая-то мерзкая мелодия будильника и то, что Тен-тен стала собираться и шуметь, роняя что-то и шурша бумагой. Шика перевернулся и, щурясь, посмотрел на нее. - Извини что разбудила. Мне на учебу нужно. Можешь поспать, а уйдешь после того как я вернусь. - Нет… я сейчас пойду. - Парень потер лицо ладонями. - Как хочешь. - Девушка улыбнулась и опять отвернулась к зеркалу. Шикамару поднялся с кровати и стал, одевается, сон был плохой, поэтому соображал он туго. Уже, будучи одетым, он спросил про ванную, и Тен-тен услужливо проводила его. Он умылся холодной водой и пару минут смотрел в зеркало. Лицо немного похудело за прошедшее время, под глазами были огромные синяки, а в глазах все еще плескались остатки виски, они закрывали ту боль, что скопилась у него внутри, и он вновь не давал ей вырваться. Когда он вернулся в комнату, то девушка была уже одета и собирала сумку, посмотрев на Шику она улыбнулась и застегнула сумочку. А после накрасила губы блеском и подошла к нему. - Пойдем. Проводишь меня до станции? - Хорошо. - Шика зевнул и выпустил ее из комнаты, а потом вышел сам, сунув руки в карманы. До станции они дошли молча, Шикамару не хотел говорить, а Тен-тен это словно чувствовала. Вместе они дождались поезда и перед уходом, девушка чмокнула его в щеку и попросила звонить ей хоть иногда. Парень кивнул, но звонить ей, а уж тем более встречаться с ней вновь, он явно не планировал. Почти час, без цели просидев на станции и наблюдая за проходящими людьми, он направился в свою квартиру. По дороге вновь купил себе сигареты, которые у него благополучно кончились еще по дороге к станции. В голове почему-то было пусто, и он напевал про себя какую-то прилипшую, как жвачка, песню, силясь вспомнить, как она называлась или хотя бы исполнителя, но тщетно.