Найти выход или вспомнить

Стояла глубокая ночь. На небе тускло мерцали звёзды, и среди домов горело желтым огнём несколько фонарей, не давая кварталу полностью погрузится в ночную тьму. К этому времени все улицы были безлюдны и пусты. Сегодня была необычайно тихая ночь. Будто кто-то намеренно старался не нарушать царившую всюду тишину. Даже ветра, обычно гулявшего в кронах деревьев, сегодня не слышно. Однако в спальне главы клана Учиха стоявшее умиротворение разбивало шуршание и громкое тяжёлое сопение. Ребёнок в кровати менял своё положение каждые полминуты, но никак не мог спокойно уснуть. От ужасной жары не спасало даже широко открытое окно. Его одеяло было скомкано и лежало кульком где-то в углу, там же в противоположной стороне валялась подушка. Простыню постигла та же участь. Её края уже выбились и начали скатываться. Мальчик опять перевернулся, однако покоя ему это не принесло. Всё его тело покрылось испариной, а черные мокрые волосы прилипли ко лбу. Поняв, что так продолжаться больше не может, организм решил окончательно проснуться. Глубоко вздохнув, тело приняло сидячие положение. Голова черноволосого оказалась чуть выше стенки кровати. Всё ещё сонные глаза несколько секунд смотрели перед собой, а потом медленно стали обводить комнату. К его удивлению, в спальне кроме него самого больше никого не было. Это ввело его в некоторое замешательство. Однако вскоре все мысли вновь вернулись к той проблеме, из-за которой он и был разбужен. Взгляд мальчика переместился в сторону открытого окна. Странно, ему казалось, что оно должно было помочь проветрить помещение. Но горячий воздух не желал никуда уходить. Вдобавок, Саске осознал, что во рту всё пересохло и его уже продолжительное время мучает жажда. Теперь все мысли были заняты только водой. О стакане с прохладной чистой прозрачной водой. Он уже представил его перед глазами. Такой блестящий и переливающийся. Представил, как берёт… Так, хватит! Вздохнув, он поднялся и полез через решётку кровати. Однако из-за ещё не до конца проснувшейся координации что-то пошло не так. Сначала послышалось взволнованное «Ой», а затем не тихое «Бтыщ!». И вот сейчас Саске, немного морщась, потирал ушибленный затылок. К счастью или нет, но на шум никто приходить не торопился, если здесь вообще кто-то был. Но с этим он разберётся чуть позже. Зная уже примерный план дома, прийти на кухню, которая являлась предполагаемым местом нахождения стакана воды, найти оказалась не так трудно. Правда, пару раз он готов был уже свалиться, споткнувшись об ступеньки в ночной темноте. Но каким-то чудом или невероятным везением он избежал головокружительного полёта над этими самыми ступеньками вниз по лестнице. Но вот, самый сложный этап оказался позади, и до цели оставалось совсем немного. Несколько поворотов, и Саске уже на месте. «А? Но как же я найду его?» Мальчик озадаченно глядел сквозь почти непроглядную темень на кухню. Всё, что сейчас позволяло зрение, это только различить очертания предметов мебели. К тому же низкий рост не позволял увидеть всего содержимого на столе. Ребёнок, слегка насупился, но от цели отступать не стал. Вытянув руки вперёд, он уверено двинулся в темноту, пытаясь на ощупь отыскать стул. Через пару секунд тишину пронзило громкое и протяжное скрипение двигающегося предмета и усердное пыхтение двигавшего. Дикий скрип не прекращался, пока стул не прошёл весь свой путь и не уткнулся в стол. На это действие где-то на верхнем этаже только недовольно поморщились во сне. Ребёнок, не теряя времени, быстро залез наверх и принялся исследовать поверхность. Он несколько раз провёл руками по столу, но кроме полотенца там ничего не оказалось. Хм, если тут нет, то можно посмотреть чашки в шкафу, сработала детская логика. Один шкафчик как раз висел напротив Саске. Чтобы легче было искать, ему пришлось подняться на стол. Дверь шкафчика открылась, и детские руки нырнули вглубь. Наткнувшись на что-то стеклянное, черноволосый уже было обрадовался, что нашёл желаемое, но через пару секунд с грустной миной отодвинул вглубь полочки, как оказалось, баночку с непонятным содержимым. Чашек в этом отделении он не нашёл. Не теряя надежды, мальчик продолжил искать их уже на второй полке, но к его разочарованию, там их тоже не было. Ребёнок тяжело вздохнул. Пить хотелось ещё сильнее, чем раньше, но стакан или чашка находится не спешили. Но оставалось ещё третья полочка. Осматривать её было несколько сложней, ведь она была самая высокая. И Саске с трудом мог до неё достать. Поэтому ему пришлось привстать на носочки, чтобы его руки могли осмотреть её содержимое. Мальчик уже было коснулся гладкой деревянной поверхности полки, как его рука вдруг замерла в нескольких сантиметрах от неё. «Привет». А? Что… Это было так ясно и чётко произнесено. Но нельзя было определить откуда доносился этот голос. Будто он прозвучал в самой голове. Он был такой… Непонятное чувство стало подниматься внутри, и это начало его беспокоить. Что-то странное было в нём. Будто что-то… Знакомое? Мальчик недоумённо вглядывался в ночную тьму и не двигался с места. Чей это был голос? Но не за что было уцепится, чтобы понять. Голос вновь и вновь воспроизводился в памяти, но ничто не было на него похоже. Что-то совсем другое… Однако дальнейшее размышление было прервано внезапно начавшемся головокружением. Его тело качнулось назад и в попытке найти хоть какую-нибудь опору он потянулся руками вперёд пытаясь за что-нибудь ухватиться. Этим «что-нибудь» оказалась та самая полка. Но к величайшему сожалению и ужасу, она совершенно не подходила на роль поддержки и спасителя. В следующие мгновения полка под напором наклонилась вниз и съехала вместе со всем своим содержимым прямо на Саске. И вот теперь они вместе стремительно приближались к полу. Мальчик зажмурился и с какой-то досадой из примеси всего испуга испытуемого от ситуации успел отметить, что такое падение с ним случается уже не в первый раз. А дальше было столкновение жёсткой деревянной поверхности с черноволосой многострадальной головой. От сильного удара в глазах вспыхивают искры. А вся кухня наполняется грохотом и звуком бьющегося стекла. Такой шум было практически невозможно проигнорировать. И на этот раз человек на верху был полностью разбужен. Уставший после долгой изнуряющей тренировки и завалившейся сразу спать после, сейчас он пару секунд ещё ничего не понимал, но через мгновение сбросил одеяло и устремился к источнику шума. Пока он сбегал вниз по лестнице, в его голове прокручивались всевозможные варианты событий, что могли послужить причиной столь сильного грохота. Перепрыгнув через последнею ступеньку, он резко затормозил, вдруг подумав, что в дом мог кто-то пробраться, но всё же вычеркнув эту мысль, вновь ускорился. Звук явно исходил из кухни. И вскоре после нескольких поворотов он был на месте. Но не пройдя и пару шагов, Итачи резко закашлял, вдыхая распылённый по всюду порошок. Прикрыв одной рукой лицо, другой он пытался найти в темноте выключатель. Вскоре кухню залил яркий свет всего на мгновение ослепивший мальчика. Однако как только его глаза привыкли к освещению, ему представилась, по истине, разрушительная картина. Белое облако пыли уже начало оседать и первое, что притянуло к себе внимание это открытая дверца в шкафу и отсутствие верхней полки. Взгляд тут же упал вниз на представившейся хаос. Везде были разбросаны осколки разбитого стекла и лежали рассыпанные кучки всевозможных специй и приправ. Глаза Учихи в ужасе расширились, когда он заметил на полу неподвижно лежащие тело брата. — Саске! — в панике крикнул Итачи и подлетел к бессознательному Саске. Его руки трясли брата за плечи, пытаясь как-то привести младшего в чувство. Старший с большим облегчением выдохнул, когда тот приоткрыл глаза. Но вскоре брюнет вновь с беспокойством стал вглядываться в побледневшее лицо. Возможно, такая бледность получилась благодаря равномерно рассыпанной муке по всему лицу. Большая её часть скопилась в непослушных чёрных волосах, которые сейчас напоминали иголки ежа. И весь вид и выражение лица были до того сейчас забавны, что если бы у старшего не было столько беспокойства за брата, он бы непременно засмеялся. — Голова сильно болит? — заботливо спросил он. На это Саске только неопределённо повёл плечами и попытался сесть, но у самого это не получилось, и Итачи пришлось ему помочь. — А? Саске, у тебя кровь, — беспокойные ноты вновь зазвучали в его голосе. — Может тебе лучше лечь обратно? — спросил старший, вспомнив, что при сильном ударе лучше не вставать. Но, получив отрицательный кивок, настаивать не стал. — Хорошо, побудь пока здесь, я скоро приду, — приняв решение, он вскочил и вскоре скрылся в проёме. Откуда-то из коридора послышался звук открывшейся дверцы и какое-то шуршание. Всё это время мальчик, не мигая, смотрел в потолок и пытался понять, что произошло. Неожиданно место удара начало больно пульсировать. От этого он с силой сжал зубы, но не заплакал, хотя и очень захотелось. Ему почему-то не очень хотелось показывать слёзы перед Итачи. Тем временем брюнет уже возвращался назад, держа в руках вату, бинты и какую-то жидкость, которые так долго искал. Сев рядом, он стал аккуратно вынимать из волос кусочки залетевшего стекла и принялся осматривать брата на повреждения. На лице оказалась пара порезов от разлетевшихся осколков. В большей степени пострадал затылок, на который и пришёлся весь удар. — Знаешь, рана совсем не глубокая и кровь почти совсем остановилась, — проговорил он, раздвигая непослушные волосы и осматривая место ушиба. — Только… Саске поднял наверх глаза, чтобы узнать почему брат замолчал. — Только ты очень грязный. И не лишним было бы тебя помыть, — договорил брюнет. На это ребёнок только демонстративно обижено отвернулся, выражая тем самым, что он здесь ни капли ни причём и это всё само как-то произошло. Такое поведение вызвало улыбку на лице мальчика. — Что ж, тогда пойдём. Старший из братьев поднялся и, отряхнув одежду от рассыпанной всюду муки, подал руку младшему, но чуть подумав ухватив того под руки поднял и понёс в ванную, располагавшеюся на первом этаже. Войдя и включив свет, он посадил Саске на стоящий возле ванны стул, а сам пошёл включить воду, настроив её на тёплую. — Я опять не надолго отлучусь, а ты пока сними грязную одежду, — произнёс он и тут же выскочил за дверь. — Хорошо, — ответил вслед только что убежавшему Итачи черноволосый. Первым делом, придя на кухню, брюнет отложил в сторону упавшею полку и поставил на стол несколько уцелевших баночек. Дальше, достав веник и совок, он быстро подмёл все осколки. Выбросил их в ведро. Взяв мокрую тряпку, он в спешке вытер стол от оставшейся муки и, поднявшись на стуле, вставил выпавшее отделение на место, туда же были поставлены уцелевшие баночки. Таким образом кухня была приведена в относительную чистоту и порядок. Но вот ванная уже почти полностью была заполнена водой, и мальчик поспешил обратно. Сидящий всё это время на стуле, ребёнок глядел на падающую струю и старался из-за всех сил не думать о ноющей боли в затылке. Хотя она начинала потихоньку стихать, всё равно была весьма ощутима. Вернувшись, Итачи выключил кран и, убедившись, что ванна подходящей температуры, помог перебраться туда Саске. — Это, наверное, будет не очень приятно, но я постараюсь быть аккуратнее, — произнёс брюнет, зачерпывая в чашу воду. Не успел младший ничего возразить, как на голову полилась тёплая вода. — Эй! — крикнул он и недовольно сморщил нос и зажмурил глаза. Картина мокрого недовольного и взъерошенного Саске ужасно рассмешила Итачи, и он не смог сдержать рвущейся наружу смех. — Не смейся, — надулся Саске. — Хорошо, больше не буду, — примирительно сказал старший. Однако, широкая улыбка всё никак не желала сползать с его лица. — Тебе больно? — вдруг спросил он. — Немного. Брюнет ничего не ответил. Только теперь его руки старались совсем не задевать место ушиба, а движения стали плавней и мягче. — Да, а зачем ты туда полез? — Я хотел пить. — В следующий раз будь аккуратней. Или лучше позови меня. Ты очень напугал, — серьёзно сказал он, гладя брату в глаза. — Угу, — не очень уверенно кивнул младший. — Я почти закончил, — проинформировал Итачи, перебирая от кусочков муки последние пряди волос и смывая всё теплой водой. — Теперь ты чистый, — торжественно с нотками гордости произнёс старший, осматривая свою работу. Это фраза вызвала немного смущённую улыбку у Саске. Вытащив брата из воды и обернув в большое махровое полотенце, брюнет, будто о чём то вспомнив, выбежал за дверь с криком: «Я сейчас!». И вернулся только через пару минут, неся в руках чистую одежду. Когда черноволосый был уже переодет, а старая пижама лежала вместе с остальным грязным бельём, Итачи посадил того на стул и, сев напротив, принялся обрабатывать все порезы и ссадины. Обмакнув вату в какой-то жидкости, он приложил её к порезу на голове, так что младший зашипел от вспыхнувшей боли. — Извини, — сожалеющим тоном произнёс брюнет. А мальчик только прикусил губу, но сопротивляться не стал. Когда с раной на затылке было покончено, внимание брюнета переключилось к нескольким небольшим порезам на щеках. Отыскав среди бинтов нужную вещь, сняв с пластыря верхний слой, он приложил их поверх ссадин. Помня, что во время падения Саске разодрал себе локоть, Итачи аккуратно поднял рукав кофты и, обмокнув вату в том же растворе, принялся обрабатывать пострадавшую руку. А младший очень старался не шипеть, когда пострадавшее место больно щипало. — Я закончил, — отложив в сторону вату, Учиха взглянул на лицо мальчика и его губы сами расплылись в улыбке. Мокрые волосы и полоски на щеках. Сейчас Саске больше всего походил на мокрого кота… Ну, или котёнка. Ко всему этому прибавился недоумевающий взгляд и чуть нахмуренные брови. От этого брюнету стало ещё смешней и его улыбка стала шире. А мальчик всё силился понять, что так рассмешило брата, однако никак не мог этого сделать. Поэтому беспомощно сейчас смотрел в лицо Итачи, пытаясь найти ответы. Итачи с улыбкой наблюдал за реакцией брата. Ему нравилось смотреть за этим доверчивым и открытым взглядом. Но заметив, что глаза напротив начинают медленно слипаться, вспомнил, что сейчас середина ночи. — Пора ложится спать! — громко произнёс старший, быстро вставая и рывком подняв в воздух Саске, что тут же повлекло за собой детские визги и крики, вышел из ванны и двинулся в сторону спальни. — Можно я буду сегодня спать с тобой? — неожиданно тихо прошептал на ухо Итачи ребёнок, когда они поднимались по лестнице. — А? Да… Да, конечно. Зайдя в комнату и включив свет, он поставил Саске на пол, а сам, сказав, что скоро придёт, вышел за дверь. Мальчик же остался стоять на том же месте, осматривая помещение. Здесь тоже было жарко, но после такого купания ему стало значительно лучше. Через пару минут в комнату вошёл старший, неся… В его руках поблескивал тот самый, такой желанный и недоступный некогда прозрачный стакан с прохладной водой. Мальчик поднял широко распахнутые глаза. Под этим взглядом губы брюнета чуть дрогнули и расплылись в широкой улыбке. — Держи, — лицо мальчика тоже озарила счастливая улыбка, и детские пальцы обхватили протянутый им стакан. Рука старшего легко прошлась по влажным волосам брата. Дождавшись, когда стакан будет полностью опустошён, он взял его из рук и поставил на полку. Тяжело вздохнув, Итачи вяло опустился на татами. Веки медленно опускались и желали закрыться прямо в эту же секунду. Накопившаяся усталость с новой силой накатила на измождённое после тренировки тело, которое требовало отдых. Но преодолев сильное желание отключится на месте, он вопросительно взглянул на брата, застывшего на месте. — Саске? Мальчик явно хотел что-то сказать, но, замявшись, промолчал. Простояв так несколько секунд, он всё же выдавил: — Там, — он указал рукой на спину, — болит, — и выжидающе посмотрел в глаза напротив. — Садись, — быстро проговорил брюнет, показав рукой на место рядом с собой. Задрав футболку, он нахмурился, осматривая красные разводы расползавшиеся по всей спине. Саске чуть прикусил губы, когда до места удара слегка коснулись рукой. — Больно, — больше утвердительно, чем вопросительно произнёс старший. Голова мальчика в нерешительности качнулась. — Подожди. Я сейчас, — попросил брюнет, отпуская ткань, и, встав, направился в сторону шкафа. Ребёнок послушно сидел, ожидая брата. Он быстро вернулся, держа в руках непонятный флакон. Мальчик вздрогнул, когда неожиданно почувствовал холодящее прикосновение рук в мази. — Это должно помочь, — прокомментировали сзади. Очень быстро комнату наполнил приятный запах непонятных трав. Итачи старался быть предельно аккуратным, равномерно распределяя лечебный бальзам по всей поверхности спины. Всё это время ребёнок послушно сидел на месте и не шевелился. — Теперь всё, — закончив, он отпустил кофту обратно. — Ложись спать, — устало улыбнулся Итачи. В ответ ему кивнули и послушно забрались под одеяло. Старший уже был готов лечь и отключится, как вдруг в его сознании вспыхнула мысль, не давшая тут же погрузится в сон. Нужно было выключить свет. Тяжело вздохнув, он нехотя встал, и вяло поплёлся в сторону выключателя. Свет погас, и комнату вновь затопил ночной мрак. Осторожно, чтобы не наткнутся на брата, он последовал назад и с наслаждением лёг в постель. Сознание вновь начало погружаться в сон. — Спокойной ночи, Саске, — собрав последние силы, произнёс Итачи. — Спокойной, — неуверенно ответили с боку. Что-то необычное было в этой фразе. Что-то… Такое знакомое и родное. Какое-то особое чувство, смысл… Но это ощущение быстро пропало. — Спасибо, — чуть погодя, добавил он. — Спи, — с закрытыми глазами прошептал старший, и его рука потрепала черноволосые волосы. На что послышался только «фрк», и через некоторое время уже было слышно тихое сопение.