Найти выход или вспомнить

- Мам, я дома, – поприветствовал вернувшийся домой брюнет. Сняв обувь, прошёл на кухню, откуда до носа доносились приятные запахи еды. - О, Итачи, ты уже вернулся? Как прошёл день? – спросила Микото, одетая в бежевый фартук, поверх тёмно-коричневой блузки и чёрной юбки, стоя за плитой и что-то готовя. – Проголодался? - Сегодня Котару-сенсей отпустил меня пораньше, и отец сказал, что хочет потренировать меня сегодня, – произнёс черноволосый. - Ага, - с запозданием ответил он, смотря на маленькую кроватку, которую временно перенесли сюда. - Мам, а Саске ещё спит? Вдруг оттуда донеслось неразборчивое мычание. Микото повернула голову на звук. - Кажется, он только что проснулся, - с улыбкой произнесла Учиха. - Я его разбудил? Прости, - Итачи виновато посмотрел на неё. - А, ничего. Всё равно его скоро нужно было покормить, – сказала Микото, нарезая салат. Мальчик подошёл ближе к кроватке, где недавно спал его братик. И посмотрел на ещё заспанное личико. А потом его взгляд встретился с взглядом Саске, в котором вспыхнуло узнавание и интерес. Сквозь сон стали доносится непонятные голоса, мешая и дальше прибывать в спящем состоянии. С трудом раскрываю заспанные глаза. Яркий свет ударяет в них, и я тут же с громким мычанием закрываю их обратно. Ну, здравствуй, утро. Несколько раз моргаю, пытаясь привыкнуть. Но тут, надо мной нависла чья-то голова. М-м, чёрные волосы и такого же цвета глаза. А ещё две маленькие полоски на щеках. Я тебя помню! Я с интересом начал рассматривать его. А он меня. Вглядываюсь в его лицо, пытаясь понять, о чём он думает. Улыбаюсь ему, пробуя показать, что я рад его видеть. И он улыбается мне в ответ. Это действие рождает во мне какой-то непонятный радостный звук, от нашего импровизированного общения, который я сразу озвучил. Но тут, у меня появилось чувство, что что-то не так. И это чувство не давало мне покоя. Я устремил свой взгляд, полного недоумения на брюнета. А потом, я почувствовал лёгкий дискомфорт в нутри себя. Не понимая происходящего, вкладываю в звук всю свою досаду от происходящего и беспомощности перед этой проблемой, прося помощи у нависшего надомной. - Ты должно быть проголодался? – Вспомнив, о чём говорила мама, произнёс тот и вопросительно посмотрел на неё. - Хочешь покормить? – спросила Микото, получив в ответ кивок головы. - Тогда возьми его лучше на руки. - Хорошо. Брюнет поднял из кроватки малыша, обёрнутого в бежевою простыню, укладывая того на руках. - Вот, так ему будет удобнее, – проговорила Учиха, поправляя Итачи. – Держи, – она протянула ему бутылочку с тёплым молоком, предварительно разогрев на плите. А ребёнок с любопытством следил за всеми махинациями, происходящими вокруг него. Итачи приставил бутылочку к губам Саске и тот сразу с завидным аппетитом, принялся употреблять всё содержимое в ней. Созерцание сей картины вызвало у Итачи улыбку. Что-то в нутрии подсказывало, что вот! Вот решение моей проблемы. Как только первая капля упала мне на язык, я понял, что влюбился в это бесподобное вкусное нечто! Такое вкусное, чуть сладковатое или мне так кажется? Тёплое и нежное! Мр-р. Но как бы вкусно не было, настал момент, когда я также понял, что больше в меня этого чуда не влезет. Кажется, брюнет уловил суть моих мыслей и убрал бутылочку. А я провожал её печальным взглядом, пока она не скрылась из моего поля зрения. Откуда-то он достал что-то, чем он вытер мне губы от остатков того что я хотел, но уже не мог вместить. Вроде… это салфетки? По-моему, это они. - Кажется, Саске больше не хочет, – отдав оставшееся молоко маме, произнёс Итачи, вытирая испачкавшегося младшего. Тем временем женщина уже накладывала в тарелку сына рис с рыбой и недавно нарезанный салат. Положив её на стол, она вытерла руки полотенцем и подошла к Итачи. - Давай его мне на руки, а сам садись за стол, – сказала она, забирая ребёнка. Черноволосый помыл руки и послушно уселся за стол, ловко орудуя деревянными палочками, подцепляя рис и кусочки овощей. Микото умиротворённо посмотрела маленького и довольного малыша, чей взор был сосредоточен на новом человеке, и подумала, что ещё не так давно её старший сын был таким же крохой. Она с печалью взглянула на такого не по годам умного и талантливого брюнета, что успел увидеть в свои четыре года, все ужасы войны и так рано повзрослеть. Многое не договаривал и старался со всеми переживаниями справляться сам, никогда не жалуясь. Постоянно тренируясь и совершенствуя свои умения, изучая всё больше техник и впитывая в себя новые знания, он стремился стать сильнее и лучше. Стремился стать идеальным. Сыном, наследником, а теперь уже и старшим братом. На этой мысли она улыбнулась про себя. - Спасибо, было очень вкусно, – быстро расправившись с содержимым в тарелке, он встал и направился к раковине. – Я помою посуду, мам. А ещё он был очень добрым и чутким ребёнком. - У-у-у, – прозвучало снизу недовольно, возвращая к своей забытой персоне всё утраченное внимание. Большие чёрные глаза требовательно уставились в глаза напротив. - Чего-то хочешь от меня? – Микото непонимающе смотрела на малыша. Но тут его взор сместился чуть вправо, а маленькие детские ручки сами потянулись вверх. - А, так вот чего тебе было нужно. Она протянула ему прядь волос, и тот издал полный радости и восторга писк, сжимая в кулачке новый интересный предмет. Это зрелище вызвало у женщины смех, и она притянула его поближе к себе. - Какой же ты у меня смешной, Саске, – с улыбкой произнесла Учиха, уткнувшись ему в лицо. Пару секунд оно выражало недоумение, а после, потеряв интерес к волосам, миниатюрная ладошка дотронулась до щеки напротив. - Ба! – восхищённо произнёс ребёнок. Домыв посуду, Итачи подошёл к маме и брату, тот сразу перевёл на него взгляд, и теперь он тянулся к брюнету. - Мне нужно ненадолго отойти. Не мог бы ты, немного посидеть с ним? - Да, конечно. Женщина передала Саске в руки Итачи и присела, так чтобы её лицо было на уровне брюнета. А потом ласково улыбнулась и потрепала того по волосам. - Как мне всё-таки с вами повезло. - Я позабочусь о Саске, – дал обещание мальчик, не зная, что ещё сказать от переполняющих его чувств. - Я позабочусь о тебе, – тихо повторил он, но уже себе, когда Микото ушла. Фраза была двусмысленной, но вряд ли бы до этого догадался его младший брат. - Гу-у! – воскликнул малыш.