Найти выход или вспомнить

Спустя какое-то время о случившемся узнали и остальные жители дома. Мне немного была непонятна их реакция, особенно женщины, так что сначала я подумал, что сделал что-то неправильно. Узнав о том, что я произнёс своё первое слово, они были очень удивлены и обрадованы. Но когда, черноволосая узнала, что это было «Итачи», слегка расстроилась. А после вновь, чему-то улыбнувшись, её глаза загорелись энтузиазмом. И скоро я выучил ещё «мама» и «папа». Произносить их было не очень сложно, а из-за того, что раньше я уже их слышал, когда мальчик обращался к кому-нибудь, выучить, тоже оказалось просто. Теперь я часто произносил эти слова. Это радовало и умиляло других, и мне это нравилось. Появлялось чувство, будто я мог разговаривать с ними. Однако на этом я и ограничился. Остальные слова произносились труднее и в памяти оставались ненадолго. Но, кажется, это никого не беспокоило. Просто со мной стали больше разговаривать. И, хоть, я всё также ничего не понимал, иногда мог различить то, о чём говорят, наблюдая за человеком и его лицом. Порой это бывает столь увлекательно, что захватывает всё моё внимание и тогда со стороны взрослых слышаться смешки. Но я совершенно не понимаю, почему. Несколько месяцев спустя Сегодня был как раз такой день, когда все живущие в этом доме собирались в просторной комнате и вместе проводили время. Я особенно любил такие моменты. Любил наблюдать за сосредоточенным лицом мужчины, разбирающего непонятные мне бумаги. Интересно, о чём он думает? И что же он пытается там рассмотреть? Почему-то этот вопрос не желал выходить у меня из головы и я всё думал, думал, думал… Из положения сидя тело приняло более удобное для наступления. То есть на четвереньках. И, повинуясь непонятному чувству, что несло меня вперёд, я, ещё не очень уверенно, пополз к моей жертве… Хм... Слово само всплыло в голове. Я не совсем понял его смысл, но почему-то казалось, что оно здесь правильно. И вот, когда я оказался совсем близко, теперь мне наконец-то должна открыться тайна бумаги… и я ничего не понял. Что это за чёрточки и закорючки? Я недоумённо посмотрел на папу, на что он скосил глаза в мою сторону, но ничего не произнёс. Ладно. Нет, ну, правда. Чего тут может быть интересного? Или я просто ещё не понял? Не видя никакого возражения со стороны, перебрался на чужие колени для дальнейшего исследования. И теперь я уже вблизи разглядывал первый, попавшийся мне, листок. Но ситуация ни как проясняться не хотела. Мне совершенно непонятно, как можно с таким сосредоточенным и заинтересованным лицом, столько времени смотреть на исписанные бумажки с закорючками? Я задрал голову вверх, пытаясь заглянуть в глаза мужчины и найти там ответ, но не найдя его там, опустил обратно. Хм, если по внимательней посмотреть, то начинает казаться, будто некоторые из них повторяются. Маленьким пальчиком показываю на одну в начале, а потом на такую же, но уже в середине. Значит, кто-то специально их здесь поставил? - Подозреваемый, - донеслось сверху. И большая мужская ладонь накрыла собой маленькую детскую ручку, беря управление на себя и ещё раз показывая эти два иероглифа. А? Что? У этих закорючек есть имя? Как странно. Значит, у других тоже есть имя? Желая это узнать, моя голова быстро вскинулась вверх и больно обо что-то ударилась затылком. Ой. По-моему, это был чей-то подбородок. Ну, всё. Сейчас отнесут обратно. Но мужчина даже не поморщился и, кажется, совсем не обиделся. А это значит, что можно продолжить. Я улыбнулся и ткнул пальцем в следующую закорючку. - Обвиняется, – мужчина улыбнулся мне краешком губ. Этим мы и занимались какое-то время. Я тыкал пальцем во всякие штуки, а он называл их имена. И хоть, я почти ничего не запомнил, это было весело. А потом в какой-то момент понял, что в голове все эти закорючки уже плыли и путались, рождая новые непонятные… Так, всё. Я пошёл. Пробормотав что-то невнятное в оправдание, я слез с колен и двинулся искать себе другое занятие. Вслед меня провожал задумчивый взгляд. Второй, как я решил назвать, жертвой, была мама. В руках у неё была зажата непонятная белая ткань и, кажется, она уже давно за мной наблюдала. Подобравшись поближе, тяну руки к неизведанному предмету, и мне с улыбкой протягивают белую ткань для дальнейшего исследования. Первое впечатление то, что она была очень приятна на ощупь. Но, когда я развернул её, понял, что это далеко не самое главное. Как… как же это красиво! Я восхищённо вздохнул, проведя ладошкой над изображением. Необыкновенный цветущий сад розовых деревьев. Падая, лепестки напоминали собой снежинки, только розовые… Снежинки? Снег… Я не знаю, что это. Но, кажется, обязательно пойму, когда увижу. Интересно, а смогу ли я увидеть такие деревья? Я бы очень этого хотел. Но вдруг, мне на глаза попалась торчащая из ткани нитка. Любопытство вновь взыграло во мне, и рука сама потянулась дёрнуть за неё. - Осторожней, Саске, – сказала мама, показывая в руке другой конец. Или то, что было на том конце. Что-то не большое тонкое и… почему-то очень знакомое. Сразу захотелось это потрогать. - Дай, – протягиваю я руку. Но в ответ мне лишь качают головой. - Пожалуйста… - получилось совсем неуверенно. Я не очень понимал, правильно ли сказал, но обычно именно так кто-нибудь говорил, перед тем как что-нибудь попросить. - Нет, – мама вновь качает головой. – Очень острая, ты можешь пораниться. Чувствую, не дадут мне это подержать. Что ж, я почти смерился, но всё равно ещё был огорчён. - Смотри, – отвлекая меня от грустных мыслей, она продела нить через ткань и вытащила с другой стороны. И так ещё несколько раз. Сначала я ничего не понял, но потом женщина показала мне два маленьких аккуратных квадратика. О, так вот как это делается. И я стал с интересом наблюдать за созданием картины. Кто-то явно не вытерпел сидеть в стороне и ждать пока до него дойдёт очередь и сам решил подойти. - Очень красиво, – донёсся голос черноволосого, что встал сзади меня. - Спасибо, – В глазах Микото вспыхнул игривый огонёк, и она потрепала сына по голове. Приведя волосы в порядок, после того как из них сделали нечто отдалённо напоминающее воронье гнездо, Итачи уселся рядом со мной. А я ещё какое-то время смотрел за созданием быстро появляющихся квадратиков, но вскоре мне это занятие также наскучило. Гораздо интересней, оказалось, дёргать мальчика за его длинный чёрный хвост. Хотя не уверен, что это очень нравилось самому брюнету, но терпел он долго и эм… мужественно? В конце мне всё же стало жалко мальчика. Поэтому теперь, я просто тыкал пальцем ему в лицо и наблюдал за реакцией. Особенно забавным выражение лица получалось, когда я сжимал его двумя ладошками или нажимал на нос, и тогда он очень смешно сводил глаза… Следующею мою попытку исследовать лицо брюнета, мягко остановили. И всё моё внимание переключилось на чужую руку удерживающую мою. Она такая большая и такая сильная. Не почувствовав, что её больше держат, я расправил пальцы и прикоснулся своей ладошкой к ладони напротив. Они так похожи и в тоже время совершенно различаются. Я перевёл взгляд на мальчика. Он тоже смотрел мне в глаза, а потом легонько сжал мою ладонь и покачал в сторону, улыбнувшись. От этого моё лицо тоже засияло, и я второй рукой опять ткнул его в нос. На этот раз это очень рассмешило черноволосого, и покрепче обхватив меня, он откинулся назад. Так мы и лежали оставшееся время. Я уже не помнил, уснул и как меня на руках уносили в кровать.