Ближе к народу

Рауль этой ночью просто спал, тоже не один, рядом лежал теплый, почти не пахнущий дымом, красивый, собственный любовник. Катце, конечно, пришел. Теперь-то уж чего. Сегодня он, правда, не ходил в офис, просидел в бункере, точнее - пролежал. И поневоле вспоминал о генетике, вскакивая на сигналы рабочей почты и ковыляя к терминалу, хотя мазь и вправду здорово помогала. Конечно, вместе с неприятными последствиями вспоминалось и другое… спутанные золотые пряди… красивый блонди …его оргазм и, рагон побери, не кто-нибудь довел блонди до греха и наслаждения, а ОН, обычный кастрированный монгрел! Который только в запретных мечтах мог помыслить о таком чуде, а оно вдруг взяло и реализовалось! Наверное, стоило в свое время вытерпеть все от жизни, включая Ясона, чтобы теперь получить такую награду. А сегодня, придя к Раулю, опрошенный на предмет самочувствия, сто раз поцелованный при встрече и уже готовый к продолжению, любимый монгрел нейрокорректора был остановлен на стадии расстегивания ремня на брюках, так как блонди сказал: «Пусть заживает до конца». «До конца…» - Катце даже хихикнул. Ощущать спиной тепло другого человека, да, не думал он, что доживет до такого счастья. Счастье, кстати, спало, как убитое. Чуть-чуть сопело в затылок, иногда сильнее прижимало Катце к себе, и без того притиснутого максимально плотно к теплому, сильному телу блонди. Рыжий спать не мог. Во-первых, он не привык спать не один, во-вторых, может ему жить осталось немного, а такие моменты не повторяются, их надо прочувствовать и запомнить навсегда и до «после смерти» тоже, в-третьих, ему опять хотелось курить, но вырваться из рук Рауля не казалось возможным. «Еще дней десять и я так брошу дымить!» - верилось в это слабо, но секс с блонди тоже был до вчера из области ненаучной фантастики. «Хотя нет, как раз научной!» - Катце опять улыбнулся. Для получения еще более приятных ощущений, он сумел-таки повернуться лицом к спящему. Хватка Ама чуть ослабела, но моментально зафиксировала его в новом положении. Так было еще лучше. Рауль на ночь убирал волосы в хвост, Катце даже помог ему, и, обнаглев, поцеловал в шейку, а еще грозный нейрокорректор спал в пижаме (Катце тоже выдали), что особенно умиляло рыжего, и от этого казался уютным, домашним, совсем не гордым и тем более не грозным блонди…. А как от него пахло …нет, это не передать, это надо обняться с блонди и почувствовать самому! Катце счастливо вздохнул, уткнулся в твердое плечо, обтянутое мягкой тканью, посильнее прижался к Раулю, вконец осмелев, закинул на него ногу, и прикрыл глаза. Засыпая, подумал, что обязательно сделает утром приятное своему хорошему, уж на минет его точно хватит. *** Все спали вместе и наслаждались близостью разного уровня, но только не первопроходцы по стезе сексуальных удовольствий в Эос. (Лагат не считается, у него первый раз был не в Эос). После приема мрачная парочка все так же молча добралась до дома и молча разошлась по комнатам. Рики метался по комнате, бесился, но навязываться Ясону не считал возможным. «Ага, щас! Мало мне унижений тут было, так еще пойди, возьми! Рагоооон, но как же охота унизиться последний разочек!!» Но у монгрельских своя гордость, не хуже прочих идиотов. Прочие точно так же исходили в утилизационный материал, но расписаться в собственном сексуальном недержании было никак не можно, то есть совсем. Гордость блонди стояла перед ним и кивала в такт мыслям Ясона. «Ладно, Рики, не хочешь, не надо. Я бегать за тобой буду?? Достаточно того, что я за тобой в Церес приехал! Вот же несчастье на мою голову… мать нашу…». Каждый улегся в постель, обвиняя другого во всех неприятностях и грехах случившихся с ним в этой жизни, особенно за последний месяц. Каждому снился оппонент, причем и во сне продолжалось выяснение отношений. Только у Рики оно закончилось все-таки примирением, как он и хотел. А Ясон в своем сне послал монгрела к рагону и велел там и сидеть, «пока смерть не разлучит нас!» Утром встали злые, никто никого и знать не хотел, и, проявив немыслимую силу воли, так и сделали. Ясон даже не стал завтракать, лишь бы не попасться на глаза монгрелу, точнее, лишь бы не видеть его самому! Рики же демонстративно просидел у себя до отъезда Минка и только потом появился перед Дерилом, в полном расстройстве чувств притащившись на кухню. - Что происходит? – индифферентно поинтересовался фурнитур, жуя какую-то синюю дрянь и надувая из нее пузыри. - Да так. Не сошлись во мнениях, - вскинул голову монгрел, как не оторвалась… - Может, просто не сошлись? – ухмыльнулся противный умник. Рики промолчал. Не сошлись, а скоро разойдутся навсегда. Стоп- стоп, парни не плачут! - Ладно, я помчал бизнес делать. Помогу им сегодня в последний раз. Да, сегодня вечером истекал его срок пребывания в этой ужасной башне, в этих мертвых помещениях, в этом душном и давящем месте… Месяц пролетел, а ведь он не чаял, когда все закончится! Ну вот, дождался. Уже скоро. День прошел ни шатко, ни валко, солнце взошло и упало за горизонт, все в положенное время. Так же, как и вчера, ему передали 3 кредита, через напарника, самого Катце он опять не увидел, также обычно закончился рабочий день. Ничего не изменилось в миропорядке оттого, что Рики должен был вернуться в Церес. Но на границе Мидаса его ожидал небольшой сюрприз. Пока Рики высматривал попутный шаттл, сзади подлетел роскошный кар темно-синего цвета, последней модели, а скорее всего - сделанный на заказ, насколько Рики в этом разбирался. Дверь открылась, и ленивый голос спросил: - Подбросить? Внутри сидел Лагат. «Удачно я тут гулял...» - проворчал про себя Рики и молча полез в тачку. Гидеон круто стартанул, Рики аж замутило, и по-прежнему лениво поинтересовался, сегодня ли монгрел покидает «сие замечательное место?», подразумевая Эос. Иронии в голосе Лагата хватило бы на пять нейрокоррекций, но Рики уже ничему тут не удивлялся. - Да, сваливаю на хрен, домой. Минк отвезет. Чего хотел, привет, что ли, кому передать? Глава Мидаса был в глазах Рики олицетворением всех гражданских, живших в пригороде Танагуры, хотя человеком, в полном смысле этого слова, не являлся. И плевать, что до приглашения в Эос Рики его и не видел. Он же представлялся Рики главным источником бед, когда монгрелы делали набеги в туристические кварталы и попадали в руки полиции. Даркмены были в этой иерархии власти, угнетающей монгрелов, более осязаемой неприятностью. Теперь абстрактное зло обрело прекрасное лицо. Утешало то, что вот развлекся, за их счет с Орфеем, немного… И опять же, этим двоим точно хуже не стало, а у него такое настроение, и никто ему не поможет улучшить его, вот только если один блонди, но ждать от него милости бесполезно, безнадежно и вообще – не дело «бизону» переживать из-за каких-то совершенно невнятных отношений! У него есть партнер и очень скоро он к нему вернется. Точка. «Всего разок-то и было. Забуду!» Такие мысли быстренько прокрутились у Рики в голове, пока он ждал ответа Гидеона. Лагат загадочно посмотрел своими непонятными глазами. - Обойдутся. Сам передам. А с тобой я хотел попрощаться и вот что… держи, мой личный комм, вдруг вляпаешься по самый… позвони, - блонди протянул Рики пластиковую карточку с номером. Монгрел присвистнул: – Значит, у тебя с Орфеем все срослось? Круто! …А он еще говорил мне «не высовываться»… - Кто говорил? – заинтересовался Лагат. – Да нет, не твой, не переживай! Неважно. Ха, ну чё, молодцы... давайте... может, еще кто подтянется? Как думаешь? – и Рики прыснул, подмигнув невозмутимому собеседнику. Они подлетели к Эос, и кар плавно опустился на площадку. - Ну, до встречи, хотя и не советую! – и Гидеон, издевательски засмеявшись, открыл дверь. - Ладно, спасибо, конечно. Если больше ничего не подаришь, я пошел. Мне Минк денег должен. Пока! И, махнув на прощание, Рики побежал к вратам. Дерила в холле почему-то не было. А Дерил, окончательно презрев свои обязанности, грустил на последнем этаже Эос. Рики покидал их дом и что остается? Только вспоминать прошедшие неприятности, которые сейчас таковыми ни разу не казались, а вдруг предстали веселыми приключениями монгрела и фурнитура в Эос. «Даже жаль, что мало…». Дерил забыл, что каждый раз переживал до инфаркта, боялся коррекции, утилизации, Минка и всех на свете. Все забылось, все плохое… Рики уйдет и станет, как было, скучно и грустно. - Дерил, твое дело служить своему хозяину, а не горевать о монгрелах, которым в Цересе самое и место, а то и вообще в открытом космосе, без скафандров! – так он сам себя уговаривал, и до определенного момента помогало, пока не пришел тоже далеко не оптимистичный Рики, и грусть-тоска навалилась теперь на обоих. Говорить не хотелось, молчать было невыносимо, но делу случайно помог Ясон, заявившись домой очень вовремя, пока у парочки расставашек до слез дело не дошло. Все так же игнорируя Рики и по обычаю игнорируя и фурнитура, Ясон ушел к себе. В кабинете он достал конверт из сейфа и, вызвав Дерила, приказал привести Рики и подать белого вина. Монгрел зашел гордо и бодро, всем своим видом показывая, что счет до его свободы идет на часы, а то и минуты, и задерживаться сверх срока ему не расчет. Дел дома накопилось достаточно. - Ну что, Рики, договор наш подходит к концу и вот деньги, которые я тебе обещал. Претензий у меня к тебе нет. Ясон положил на край стола конверт с пластиковой картой. Рики не торопясь взял его и заглянул для верности внутрь. Все было в порядке, пин-код прилагался. - Что ж, мы в расчете! Он было хотел добавить, что ему в целом все понравилось, и он тоже к Ясону безо всяких. Но понял, если начнет говорить, то или не сдержится и все испортит, или еще того хуже. В носу уже защипало и глаза зачесались. - Ну и отлично! Голос Ясона уже не казался таким холодным… Впрочем, Минк и сам удачно изображал, что с его плеч свалилась огромная проблема под названием «монгрел Рики», и сейчас, вернув его в Церес, жизнь блонди окончательно придет в чувство, наладится и эта чума забудется максимум через два дня. Но внутри что-то скребло и не дарило облегчения от той еще недавно радостной мысли, что монгрел убирается восвояси и все становится просто и спокойно, как и раньше. Это было новое ощущение для блонди, и поскольку оно ему совершенно не нравилось, он переключился на обыденность, чтобы отвлечь свое внимание от подозрительных переживаний, ему не свойственных. - Тогда собирайся, вещи можешь все забрать, здесь они никому не нужны и через полчаса жду в гостиной! На прощание Минк ему выпить не предложил, но и сам к вину не притронулся. Кивнув и медленно идя прочь, до последнего надеясь, что проклятый блонди скажет, а лучше прикажет, ему остаться здесь, никуда не уходить, и Рики с радостью подчинится ему! И будет и дальше ходить на работу, и даже на пет-шоу, но вот блядский костюм он сожжет! Но дверь за ним закрылась, и холодный голос блонди не прозвучал, не съязвил, не остановил, а, значит, все закончилось, все надо забывать и возвращаться к своим реалиям. Пятнадцать минут нехитрых сборов, еще пятнадцать минут взаимных заверений в дружбе и воспоминаний минувших дней и полученных впечатлений, и Дерил со слезами – ему можно – проводил гостя до двери и за спиной Ясона успел обнять Рики, чем довел его до всхлипа в рукав. И все, дверь захлопнулась. Фурнитур остался один, как в ловушке. Тот же аэрокар летел над Танагурой, но теперь это было грустное зрелище, огни небоскребов подмигивали и скрывались вдали, напоминая Рики, что больше он сюда не вернется, точно также мелькнули и огни Мидаса, сюда он, конечно, еще заглянет, и будет ли удача с ним или нет, но теперь у него в «эпицентре разврата всей галактики» была исключительно крутая «крыша», точно также они оба молчали, но только сегодня Ясон сам был за водителя, а Катце он так и не видел… Кар опустился точно на том перекрестке, где его месяц назад поджидал Минк - случайность то была или судьба? Поймавший его в свои сети… «Специально меня заманил, сволочь белобрысая!» Дверь открылась, и они оба вышли на так и не засиявшую огнями разбитую улицу. Ясон произнес: - Прощай, Рики! Не думаю, что мы увидимся в дальнейшем. Работа твоя закончилась тоже, ты мне ничего не должен! Я тебе тем более. Голос Минка был равнодушен, лицо, почти все скрытое очками-визорами, напоминало бездушного робота из сериала, да Ясон и не смотрел на Рики, даже чуть отвернулся в сторону, как будто ничего не было…никогда и не с ним! - Бывай, Минк! Если что не так, я не виноват. Ничего личного! Смотреть дольше на этого… на него, его любимого блонди не было сил! Рики повернулся и побежал. А за спиной взревел мотор и полукровку проводил в Церес свист улетевшей машины. ЭПИЛОГ - Да ладно, пойдем мы на этот аукцион! Хватит уже по ушам ездить… надоел. Рики сплюнул в сторону, а показалось, что на этого малолетнего придурка, с разноцветными глазами. Гай только вздохнул. Понятно, что Кирие и мертвого заставит ругаться, но все-таки… В Мидас, в Мистраль-парк они ехали в приподнятом настроении. Кирие вычитал, что будет мощный аукцион петов: «Из самой Академии!» Можно подумать, он понимал разницу! Рики усмехнулся, вспомнив одну свою знакомую «академку». Как не с ним было все. Ага, а с кем?! Ладно, чего вспоминать прошедшее. Рики бодрился изо всех сил, они удачно пробрались в толпе туристов внутрь, красота, да и только. Лидер «Бизонов» старался соответствовать и месту, и настроению, все вокруг «пело и плясало», но его выталкивало в воспоминания. «Рагон, да всего-то месяц там и пожил!! Всего-то разок и спал с НИМ!» Но и этого было достаточно. Рауль знал бы, как это назвать и объяснить своей наукой, и, монгрел усмехнулся парадоксу, он уже не против был попасть на прием к нейрокорректору. Как ни объясняй случившееся с ним, а для Рики было ясно, что он отравился, ясономинковской отравой, странным, медленно действующим, засасывающем, чем дальше, тем глубже, нежным, золотистым ядом, с синим оттенком. Рики только и надеялся, что время, лучший нейрокорректор на свете, вытравит все лишнее из памяти. Пока это срабатывало малоэффективно, но другого лекарства у Рики не было. Они торчали на небольшом выступе балкона, шедшего открытой балюстрадой вокруг второго этажа здания аукциона. От толпы народа шумело в ушах, и вдобавок к всеобщему бедламу Кирие завопил, придурок, и без того взрывая мозг, и тыкая пальцем вниз: - Смотрите, какая крутая тачка!! Высший класс!!! К лестнице, многими ступенями поднимавшейся к главному входу, плавно спланировал золотистый суперкар. Дверь отъехала, дроиды выстроились почетным караулом, и вышел ОН. «Звезда» Амои, постоянный гость в голове одного дурного монгрела, один раз его любовник – просто блонди, золотоволосый и синеглазый Ясон Минк. - Смотрите!!! Это же блонди!!! Ух ты!!!!!!! - Кирие не мог остановиться. - Вот это да!! Повезло!! Люди замерли, рассматривая с восхищением и обожанием негласного императора правящего синдиката планеты. «Он мой!!! Не смейте глазеть на него!» - молча орал Рики этим раззявам внизу. Блонди, в своих знаменитых очках, слегка улыбаясь, шел по ступеням. Рики перекосило, но он не мог оторвать взгляд от Минка. Рагон, какой красивый! Все-таки образ немного стерся за это время, и все же - его как иглой пронзило, при взгляде на знакомый силуэт… И тот, внизу, почувствовав что-то, остановился и почти уже посмотрел наверх, но к нему подскочил глава аукциона и кланяясь чуть ли не до земли, несмотря на солидный живот, отвлек внимание Ясона и увел его за собой. Рики устало осел на плиты балкона и перевел дух. Отрава взыграла с новой силой. Он ничего не забыл. Такое не забывают. Теперь он это знает. В зале Ясон быстро посмотрел, что предлагают, но опять не увидел ничего подходящего. Совершенно раздраженный он шел к выходу в сопровождении надоевшего хозяина аукциона, беспрерывно нахваливавшего свой товар, но не слушал его абсолютно. «Неужели так трудно вывести черноволосых и черноглазых?! Сколько можно намекать Аму и его компании? Издевается он надо мной, что ли! Мало, что Катце к рукам прибрал, так и не допросишься, можно подумать это нечто невозможное!» Еще, конечно, вспомнились и Орфей с Гидеоном. Только идиоты, каковыми были остальные члены синдиката, не замечали очевидного – где появляются вместе эти оба, в воздухе просто гормональная атака из тестостерона! А один раз он вообще застал их целующимися у Зави в кабинете. Хорошо, что удалось незаметно выскочить. Да и заметили бы они хоть что-нибудь! Там хоть Эос падай, парочке администраторов все по фигу было. Польза была та, что оба стали поспокойней, Орфей язвил через раз, и Лагат не критиковал все подряд, как раньше. Рауля стало не заманить в гости. И Катце тоже начал борзеть. Нет, с бизнесом все шло отлично, но Ясон привык, что все внимание рыжего доставалось только ему! А теперь… Наглый дилер так и норовит побыстрее закруглить любой разговор и смыться к своему генетику. Что там у них общего, кроме секса, да и тот странный? Сколько ни спрашивал Рауля, тот как заговор молчания устроил: улыбается и плечами пожимает. Юпитер, как все мерзко и неприятно! Ведь были, провалитесь вы все в Дана Бан, были шансы на личную жизнь и у него, и он их упустил! Да еще Дерил, после ухода Рики, тупил «по-черному». Ходил, как после ломки, и Ясон периодически подумывал избавиться от него, но почему-то не делал этого, находя какие-то отговорки и оправдания для всех противоправных действий фурнитура. «Сентиментальным становлюсь». Минк, недовольный всем на свете - наоборот в последнее время редко случалось - резко кивнул человеку, чтобы отстал, а вот и машину, наконец, подали. Блонди взмахнул плащом и уселся в кар. - Осторожней, совершенство танагурское, руку чуть не отдавил! Не учили по сторонам смотреть? Очки от зрения, что ли, нацепил? Ваще монгрелов за людей не считают, так и норовят… унизить! Забыл, как сближались, спасибо вашей мамке… Резко повернувшись, цепляясь взглядом за черные глаза, черные волосы, УЖЕ начиная беситься, Ясон чувствовал одновременно что-то нежное и щемящее, оно мгновенно образовалось в груди, где сердце, хоть у людей, хоть у блонди. Монгрелу же он спокойно произнес, изо всех сил пытаясь напустить холоду в голос, в глаза и в то новое, странное, внутри себя: - Скажите, какая встреча! Опять свалился на мою голову?! И что же предложить тебе на этот раз, чтобы ты сей момент убрался отсюда? - Чё, все такой же бестолковый? Ничему жизнь не учит! Скажи спасибо, что я на голову свалился, а не на что другое… Хоть бы приятелям своим позавидовал, что ли, трахаются вовсю и живы-здоровы. Или нет? - Ну, все! Хватит! Молчи и слушай! Я беру тебя в Эос, но вот тебе условия… Рики замер, слушал и не слышал, просто наслаждаясь голосом этого противного, мерзкого, невыносимого, холодного, красивого, замечательного, притягательного, любимого блонди, единственного и неповторимого из всех тринадцати! - Как же хорошо, что в прошлый раз именно ты приехал в Церес! – перебил речь Минка Рики, улыбаясь во весь рот. И посоветовал: - Заткнись, а? А я помогу, чтоб наверняка… И Рики, привстав на сиденье, уселся верхом на Ясона, обнял совершенно растерявшегося, и от этого еще более «заморозившегося» блонди и осторожно потянулся к нему: «Как бы не спугнуть, ледышку эту!» - Вот теперь говори! И своими искусанными от волнения губами Рики приклеился к бледным, теплым, красивым и гладким. А еще на всякий случай вцепился в своего блонди изо всех сил. «Теперь не вывернется, ха, вон какой стояк! А я переживал… Что он там сейчас плел про пета... Обсудим!»