Перемены, которые обязательно случатся

      Pov Джен.       С Ником мы помирились. Он появился через несколько дней на пороге моей комнаты. Не было ни извинений, ни цветов, ни подарков. Он просто пришел и сказал:       - Я попытаюсь принять твой стиль жизни. Мне нелегко, но я постараюсь.       Я молча смотрела на Ника, пытаясь понять, почему мое сердце не скачет от счастья, что любимый вернулся. Нет, я была рада, конечно. Но как-то не феерично, что ли. Тем не менее, мне все же стало легче на душе, и впустила Ника внутрь. Примирение состоялось. На протяжении двух месяцев Николас честно старался умерить свой ревнивый пыл и смириться с моей самоотверженностью работе. Он стоически переносил наши совместные интервью с Джошем, прятки от журналистов, периодические отмены или переносы и так довольно редких из-за плотного графика свиданий. Я очень ценила то, что он делал для меня.       Но в то же время, я перестала получать былое удовольствие от наших отношений. Его маниакальное желание полностью соответствовать моей жизни неумышленно накладывало на меня отпечаток ответственности. Как будто в ответ на его бесконечную терпеливость и понимание я обязана была ответить всепоглощающей любовью. И чем больше вкладывал Ник, тем обязанней чувствовала себя я. Если раньше я неслась к нему на встречу на всех парах и радовалась каждому знаку внимания, то теперь все его проявления любви давили на мои плечи непосильным грузом. И такое положение дел начало меня немного беспокоить. Когда я поделилась с Дженой своими переживаниями, она многозначительно присвистнула:       - Так-так, приехали..       - Что? – испугалась я. – Думаешь, так все плохо?       - Думаю, да. Конец ваших отношений не за горами. – категорично заявила она, а у меня сердце в пятки ухнуло. Ну что, блин, поделикатней нельзя было с подругой обойтись?       - Что сразу конец-то? – буркнула я. – Я к тебе за советом пришла, а ты..       - Вот тебе совет – расставайся с Ником! - перебила меня подружка.       - Да что тебя переклинило с этим расставанием? – недовольно пробурчала я. – Я, может, не хочу расставаться?       Джена жалостливо посмотрела на меня.       - Милая, если тебе в голову пришла мысль о том, что тебя тяготят отношения, что ты как будто в клетке, поверь мне, ничем хорошим это не закончится. Рано или поздно ты придешь к выводу, что больше так не можешь и поймешь, что любовь давно прошла. И, кроме того, ты совсем не выглядишь как счастливая и влюбленная женщина.       Я не поверила тогда Джене. Я считала, что нельзя при первой же проверке на прочность сдаваться и пускать все на самотек. Ведь иначе, какая же это любовь? Но жизнь расставила все по местам и мне пришлось прозреть..       А пока я изо всех сил старалась сохранить отношения с Ником, изматывала себя на съемках и никак не могла понять, почему же я так несчастлива?       Мне безумно нравилось проводить время с кастом. На работе я отдыхала душой. С тех пор, как мы с Джошем помирились, веселья на площадке стало в разы больше. Мы не стали закадычными друзьями, но шутливые подколки друг над другом создавали мое настроение на весь день. А потом я возвращалась к себе, и одиночество поглощало меня. Удивительно, что при всем нашем с Ником старании, мы отдалились друг от друга. Я уже не могла, как прежде, беззаботно болтать с ним и делиться своими мыслями. Однажды, лежа поздно вечером в своей постели, я в очередной раз погрузилось в невеселые думы. Отчаяние и безысходность настолько захватили мое сердце в плен, что я не выдержала и разрыдалась в подушку. О чем я плакала, сама не могла понять. Вроде бы о том, что умом признавала конец отношений с Николасом, а сердце все еще не слушалось. А может быть о чем-то светлом и прекрасном, что на данный момент казалось совершенно несбыточным?

***

      День не предвещал ничего особенного. На сегодня были запланированы активные съемки на том самом «барабане», падение в воду и иже с ними. Я уже собралась выходить из своей гримерки, как в комнату с выпученными глазами влетел один из помощников режиссера, Тони, и истерично выкрикнул:       - Съемки отменяются! Отменяются!!       На рев помрежа прибежали соседствующие со мной Лиам и Джена.       - Где? Что? Почему? – закудахтал Лиам, смешно крутя головой как курица.       - Они опять все испортили!!! – голосил Тони. – Срочно меняем план съемок!!       - Кто что испортил? – спросила Джена. – Да успокойся ты! – дернула она за рукав ошалелого помрежа. – Давай по порядку выкладывай.       Тони закрыл глаза и затараторил:       - Монтировщики. Они опять все напутали! Собрать этот долбаный механизм собрали, а вот установили его в неправильном месте!! Мы с Френсисом вышли на осмотр подготовленных декораций и тут - нА тебе, сюрприз! После получаса разборок выяснилось, что они укатили его в лесные дебри. – Тут мы не выдержали и хором прыснули. Тони недовольно посмотрел на нас и продолжил. – А самое печальное, что они не оставили никаких ориентиров, и теперь никто не знает, где искать этот гребаный «барабан»!       Мы уже хохотали в открытую.       - Идрит твою налево, что они там курят? – ржал Лиам.       - Угу, - грустно кивнул помреж и вдруг подскочил. – Ладно, мне дальше оповещать надо. Кстати, - обернулся он на пороге, - вместо этого снимаем поцелуй на пляже, - и был таков.       Все еще посмеиваясь, Джена с Лиамом удалились вслед за Тони, а я даже не заметила их ухода. Сначала меня бросила в жар, потом в холод. Ладони взмокли, а по всему телу прошла легкая дрожь. Я готова была кинуться со всех ног, скорее на съемку, но не могла сдвинуться с места. Все, что я делала – это стояла и глупо улыбалась.       - Эй, ты идешь? – Джена щелкнула пальцами перед моим носом.       - А? – очнулась я.       Подруга вопросительно подняла бровь и увидела ответ в моих глазах. Она ничего не сказала, только вздохнула, схватила меня за руку и повела на пляж. Всю дорогу до места назначения Джена что-то бурчала себе под нос. Я, занятая своими мыслями, особо не вслушивалась, но краем уха выхватила фразы типа: «ёперный карась», «когда же это уже наконец закончится» и что-то про «стукнуть как следует».       К счастью, пока мы шли, я успела взять себя в руки. В самом деле, Дженнифер! Ты как на свиданку собралась! Это при живом-то парне!       - Так, занимаем места согласно купленным билетам! – зычно гаркнул Френсис. – Бобби, Джена, Сэм, кто там еще? Живенько на свои места. Джош, Джен, ваше почетное место посередине.       Я потопала к своему месту, повторяя про себя как мантру: «Спокойно! Это всего лишь экранный поцелуй! Ты должна сохранять спокойствие». Но стоило мне увидеть его, как все мои усилия посыпались прахом. Джош шел ко мне, улыбаясь, и я забыла, как дышать. Он смотрел мне в глаза и улыбался! Мне! Сердце сначала ухнуло куда-то к самым пяткам, а потом вернулось на место и заколотилось как сумасшедшее. Внутри меня словно поместили маленькое солнце. Оно волнами распространяло тепло по всему телу, пульсировало и согревало. Я расплылась в ответной улыбке, чувствуя, как меня распирает от счастья.       Наконец, Хатчерсон приземлился рядом со мной.       - Ну что, зададим жару? – пошутил он.       Это отрезвило меня. Солнце внутри погасло. Для него все это неправда, только шутка. «Конечно, сейчас нет ничего важнее фильма, а ты о чем думаешь, Дженнифер?» - в который уже раз спросила я саму себя. Настроение резко упало, но зато я смогла настроиться на рабочий лад.       Я – Китнисс. Рядом со мной Пит. Мы говорим об Играх. Выживет только один из нас, больше они своей ошибки не повторят.. Всегда такой серьезный, с грустными глазами. Боже, как он смотрит на меня! Разве может мужчина так любить женщину? Просто потому, что ты есть.       - Если ты умрешь, а я нет, - Пит снимает медальон с шеи и протягивает мне. – У меня не останется ничего.       - Пит.. – голос у меня срывается, так больно это слышать!       - Ты – другое дело, - не дает мне и слова вставить, - У тебя есть семья. Ты должна жить. Ради них.       Я раскрыла медальон. На меня смотрели мама, Прим и Гейл. Да, я не могу их бросить. А Пита могу?!       - Что будет с тобой? – спрашиваю я и боюсь услышать ответ.       Пит пожимает плечами и почти равнодушно бросает:       - Я никому не нужен.       «Нет!» - мелькнуло в голове.       - Нет! – горячо шепчу я. – Ты нужен мне!       «Посмотри мне в глаза, Пит!» Он поднимает взгляд, и я вижу проблеск надежды в его глазах. Да, да! Ты нужен мне, Джош!       Я наклонилась и прикоснулась к его губам. Волна абсолютного счастья накрыла меня, а солнце яркой звездой вновь вспыхнуло в моей груди. Именно здесь, рядом с ним мое место! Весь мир перестал существовать для меня, кроме него. Я больше не была Китнисс. Больше не было Пита. Это были мы, Джош и Дженнифер, и этот поцелуй принадлежал нам.       Я целовала его и не могла остановиться. Его губы, ставшие уже такими родными, отвечали мне, заставляя кровь закипать от удовольствия. Джош обхватил мое лицо руками, и от его нежного прикосновения по мне пробежала дрожь. Я вцепилась в его руку, боясь отпустить, потому что знала, что мне он может принадлежать только в этот момент, а потом его заберут. Как Пита Капитолий.       О БОЖЕ!       Я оторвалась от его губ и широко открытыми глазами посмотрела на Хатчерсона, словно видела его первый раз в жизни. Я.. Нет, не может быть!.. Это невозможно! – не верил разум. А сердце уже тоскливо сжималось и шептало: «Это правда..». Джош удивленно глянул на меня, а я, в приступе паники, вскочила на ноги и, не смотря ни на кого, убежала прочь. Быстрее! Пока никто не догадался! Лишь бы никто не увидел! Лишь бы он не узнал ничего! Он не успел понять, что случилось, я в этом уверена. И он никогда не узнает правду. Никто никогда не узнает. И только самой себе я, наконец, признаюсь, что на самом деле я не ненавижу Джоша Хатчерсона. Я его люблю.

***

      До конца дня я забилась в свой номер. Всем сказала, что внезапное отравление. Точнее, попросила Джену прикрыть мне спину. Я никого не хотела видеть, я не могла ни с кем разговаривать. Со мной была только Джена, и то, только потому, что она мудро молчала. Она все поняла, все видела, вездесущая подружка. Единственное, что она мне сказала, это то, что кроме нее никто не понял, что произошло. В первую очередь Джош. Я облегченно вздохнула и придумала эту историю с отравлением. Мол, затошнило, запучило, не могу от унитаза оторваться.       Френсис посокрушался, все порывался врача вызвать, но Джена отстояла мое право просто полежать в кровати в тишине и спокойствии. А сцену с поцелуем решили оставить как есть, потом только концовку переснять. И слава богу.       Я знала, что долго так прятаться я не смогу. Рано или поздно я должна буду посмотреть ему в глаза. И что я буду делать? Действительно, а что мне теперь делать? Джош встречается с Клаудией. И как бы плохо он не думал обо мне, я не увожу чужих парней. И не изменяю своим.. Поэтому с Николасом необходимо поговорить в первую очередь. Я не смогу его больше обманывать. Теперь мне совершенно ясно было видно, почему наши отношения стали ухудшаться. А я ничего не понимала.       Когда же я успела влюбиться в этого несносного, язвительного, высокомерного Хатчерсона? Наверное, когда узнала, что на самом деле он не такой. Вернее, это только внешняя маска. А на самом деле он может быть добрым и заботливым. Человеком, на которого можно положиться. А ещё, с которым можно посмеяться.       Да нет, вру. Я начала влюбляться в него с самого начала, когда впервые увидела. Именно поэтому я так болезненно реагировала на его нападки. Именно поэтому так трепетала во время первого поцелуя..       Мои размышления прервала Джена.       - Милая, ты как? – заглянула она в мою комнату. Я неопределенно пожала плечами. – Там к тебе гости.       - Кто? – встрепенулась я. К встрече с Джошем я была еще не готова.       - Это Ник, - ответила Джена. – Он сказал, что ты не берешь трубку, не отвечаешь на смс, он забеспокоился.       Ага, как же. Такую тотальную заботу я испытываю на себе последние два месяца. Не дай бог не отвечу, у Ника сразу же тысяча вопросов: почему? Где? С кем? Но вообще, хорошо, что он пришел. Пора с этим заканчивать.       - Пусть проходит, - сказала я. – На этот разговор меня хватит.       Джена кивнула и отправилась за гостем. Через минуту Ник уже сидел на диванчике возле моей кровати, а Джена тактично прикрыла за собой дверь.       Ник обеспокоенно оглядел меня. Пока он не обрушил на меня поток вопросов, я собралась с духом, слезла с кровати и присела рядом с ним.       - Ник, нам надо поговорить.       Эта стандартная фраза заставила Ника нахмуриться.       - О чем? – наконец спросил он.       - О нас, - ответила я, глядя ему в глаза. Он напрягся еще больше.       - А конкретно?       Я прикрыла глаза, решаясь. Все-таки разрыв отношений – это больно. И ему, и мне.       - Ник.. Мы должны расстаться. – наконец тихо сказала я.       Ничего не отразилось на его лице, только губы сжались в одну тонкую линию.       - Ты сейчас серьезно? – поднял он глаза. В них все еще отражалось неверие.       - Такими вещами не шутят, - покачала я головой.       Ник взволнованно провел рукой по волосам, а затем придвинулся ко мне вплотную.       - Но почему, Дженнифер? – он обнял меня за плечи и привлек к себе. – Тебе плохо со мной? – я попыталась отстраниться, но Ник прижал меня еще сильнее. – Что не так, скажи мне, Дженни? Я постараюсь все исправить!       Я смотрела ему в глаза и готовилась сказать самую правдивую и в то же время самую ужасную вещь на свете.       - Ник.. Ничего не поможет. – опустила я глаза. – Я больше не люблю тебя.       Его руки безвольно упали, освобождая меня. Ник вскочил с дивана и отвернулся от меня. Я почти физически чувствовала его боль, и готова была зарыдать от того, что эту боль причинила я.       - Мне очень жаль, Ник, - прошептала я. – Но дальше обманывать тебя я не могу.       Николас резко обернулся.       - Дело в другом мужчине?       Я молчала. Не могла заставить себя признаться в этом. Но Ник и так все понял. Он горько усмехнулся.       - Это Хатчерсон, ведь так? – он пристально посмотрел мне в глаза. Я отвела взгляд. – Ну конечно он! Кто же ещё! – гневно воскликнул он.       - Ник, я..       - Не надо больше ничего говорить, - прервал он меня. В один миг растерянность и боль на его лице сменились на обиду и злость. – Я все понял. Ухожу в сторону, чтобы не мешать вашему счастью.       Николас действительно направился к двери, но на пороге обернулся и выпалил:       - Только я не думаю, что вас ждет счастливый конец, - я вопросительно посмотрела на него. – Я слышал, как он отзывался о тебе, милая. Он считает тебя весьма легкомысленной особой, прыгающей от одного парня к другому, – мне показалось, что во взгляде Ника мелькнул огонек мстительного триумфа, и вздрогнула. А он продолжил, - Естественно, он никогда не спутается с такой, как ты. И я начинаю думать, что он был не так уж неправ! – последние слова уже открыто сочились ядом. Он удовлетворенно кивнул и ушел, громко хлопнув дверью.       А я все стояла и ошеломленно думала, что только что увидела истинное лицо Николаса. Он хотел обидеть меня также сильно, как и я его. И у него это получилось. От его слов я похолодела, и сердце железными оковами сжала отчаяние. Я знала о том, что Джош считал меня не самым достойным человеком. Но услышав об этом со стороны, я осознала тщетность своих невысказанных надежд. Джош, даже если бы был свободен, никогда не посмотрел бы в мою сторону.       Мне стало так плохо, что ноги больше не держали меня. Я осела на пол прямо там, где стояла, и слезы, так долго сдерживаемые мной, наконец, полились неиссякаемым потоком.