Склянка

Утро следующего дня было замечательным: яркий солнечный свет мягко просачивался в гостиную Гриффиндора сквозь оконное стекло, а по голубому небу плыли белые пушистые облака. Гермиона любовалась окрестностями Хогвартса, предвкушая очередной день занятий. Мимо окна пролетела болтрушайка — Гермиона удивилась: откуда в Британии эта птица? Девушка вспомнила, что перья этого крошечного создания используются при изготовлении сыворотки правды и различных эликсиров памяти, и тут же поникла. Гермиона вспомнила о вчерашнем происшествии и задумалась: какое же зелье она умудрилась разбить? То, что перед ней стоит задача сварить что-то не менее ценное и сложное, чем Феликс Фелицис она не сомневалась, но что именно? Девушка печально вздохнула и побрела в Большой зал на завтрак. Гарри и Рон конечно уже были там, а так же Джини, Невилл, Дин и Симус. — А мы тебя предупреждали. — сказал Гарри. Рон пробормотал что-то невнятное, ибо из-за набитого едой рта, разобрать то, что он пытался сказать было невозможно. — Знаю...Что уж теперь об этом говорить. — вздохнула Гермиона. — Гарри, а может тебе с Дамблдором по поводу тирании Снейпа поговорить? — Рон наконец то дожевал бутерброд. — Чтобы он еще больше стал доставать Гермиону и меня заодно? Даже Дамблдор на него не повлияет. — Не волнуйтесь, я виновата и восстановлю разбитое зелье. — сказала Гермиона. — Какая же ты все-таки зануда... — пробурчал Рон и получил от подруги подзатыльник.

***

— Это весьма сложное заклинание. — такое они часто слышали от Макгонагалл, однако Гермионе всегда удавалось опровергнуть ее слова. — А что если подмешать им в чай чего-нибудь из арсенала Фреда и Джорджа? — шепотом спросил Рон. — Каким образом? Ты разве сидишь за обедом рядом со слизеринской командой по квиддичу? — так же шепотом ответил Гарри. — ... и поэтому очень важно сосредоточиться и серьезно относиться к сему процессу — говорила профессор. — Тогда давай поставим ловушки на входе в слизеринскую гостиную! — предложил Рон. — Верно, мистер Уизли? — поинтересовалась профессор Макгонагалл. — Эм... — протянул Рон, — ну, да... — Тогда повторите то, что я сейчас сказала. — Что...что-то о трансфигурации? — неуверенно спросил Рон. — Да, мистер Уизли, — вздохнула она, — если бы вы прилежнее занимались, то знали бы, что насолить противнику можно всего лишь одним взмахом волшебной палочки. — глаза Рона радостно загорелись. — На следующем уроке Вы и мистер Поттер предоставите доклад на тему сегодняшнего урока, — и тут же потухли, — и если он будет написан мисс Грейнджер, я об этом узнаю. После трансфигурации выдался свободный час, который трое друзей решили провести, сидя у озера. Солнце бликовало на водной глади и где-то вдалеке, с громким смехом, из воды выпрыгивали русалки. — Вот блин, только доклада нам не хватало! — сказал Рон. — Хоть что-то сделаете сами. — ответила Гермиона. — А про то, как насолить врагу надо бы ее расспросить. — пробормотал Гарри. — Ага. — согласился Рон. — Вместо ничегонеделания, занялись бы лучше докладом. — заметила Гермиона. — Ты тоже ничего не делаешь! — ответил Рон. — Я читаю. — сказала девушка и скрылась за «Магией рун». — Неужели нельзя хоть минутку обойтись без книги? — поинтересовался Рон. — Ну, во сне же я не читаю. — ответила она. — Ага, зато спишь с книгой в обнимку. — хихикнул Гарри. — Откуда ты знаешь?! — девушка покраснела. — Ты проводишь у меня дома половину летних каникул, как нам не знать? — сказал Рон. — Я во время еды не читаю! — оправдывалась Гермиона. — Зато книга всегда лежит рядом с тарелкой. — парировал Гарри. — Ну и что! — фыркнула Гермиона. — Дышит она ими что ли... — пробурчал Рон и получил второй подзатыльник за этот день.

***

17:40. Гермиона шла на отработку в подземелья. Ее чувства были противоречивы: с одной стороны, она побаивалась Снейпа и пыталась это скрыть, с другой — ей не терпелось познакомиться с составом неведомого зелья и приступить к работе. 17:55. Она постучала в дверь лаборатории. Прохладное «входите» абсолютно ничего не выражало. Это была одна из причин, по которой в Хогвартсе боялись Снейпа: никакие слова или действия зельевара не открывали его истинного настроения и намерений. Девушка толкнула перед собой дверь — та со скрипом отворилась. Перед ее взором предстала лаборатория Северуса Снейпа: просторное помещение освещали несколько факелов. Под довольно низким каменным сводом было прохладно. Гермиона вошла в кабинет и осмотрелась: большую часть убранства занимали шкафчики, заставленные колбами с зельями и ингредиентами для них же. Шкафов было столько, что стен практически не было видно. Кроме того, она увидела множество банок со всевозможными слизкими тварями, о которых ей рассказывал Гарри на пятом курсе. Все было чисто и аккуратно, кроме, пожалуй, стола профессора, который еле виднелся из-за громоздившейся на нем кучи свитков пергамента. Глядя на банки, Гермиона невольно поморщилась. — Не бойтесь, мисс Грейнджер: они вас не съедят, — усмехнулся зельевар. — Вот ваше рабочее место, — взмах палочки и возле внушительного котла, стоящего на столе в другом конце комнаты, появилась большая старая книга и самостоятельно раскрылась. — Все необходимые ингредиенты вы сможете найти в шкафу справа от стола. Можете приступать. Гермиона подошла к столу и заглянула в книгу. — Сыворотка правды?! — девушка была ошеломлена. — Для вас это слишком сложно, не так ли? — даже в полумраке она заметила как блеснули его черные глаза. — Нет сэр, вовсе нет... — однако прочитав рецепт девушка убедилась в обратном: во время приготовления зелья нельзя было ошибиться ни на миллиграмм активного ингридиента, ни на полградуса нагрева. Зелье оказалось действительно чрезвычайно сложным: большая часть его ингредиентов была баснословно дорогой и редкой. Кроме того, работа требовала невероятной точности. Разумеется, Гермионе часто требовалась помощь профессора, которого, казалось, раздражало каждое ее слово. Прошла не одна неделя, прежде чем девушка поняла — она тут ни при чем. Проблема заключалась в самом Северусе Снейпе: он был недоволен жизнью и разочарован в ней. Зельевар существовал по инерции: профессора раздражала любая мелочь. Сама жизнь в любом ее проявлении будто причиняла ему нестерпимую боль, задевая старую рану. Гермиона не знала и не могла знать, в чем причина его ужасающей озлобленности, но жалела Северуса и как-то раз, не придумав ничего лучше, решила приободрить его домашним пирогом с тыквой и яблоками. Реакция зельевара была вполне ожидаема: — Если вы думаете что я не смогу узнать кто засоряет мой рабочий стол, то вы сильно ошибаетесь, мисс Грейнджер! Можете идти. Несмотря на то, что такой ответ раздосадовал Гермиону, она решила не сдаваться и через неделю подложила на стол профессора шоколадные пирожные. Судя по тому, что он не отчитал ее, как в прошлый раз, это лакомство пришлось Снейпу по вкусу, что не могло ни радовать.