Во всем виноват...

Боль. Всепоглощающая боль. Воздуха катастрофически не хватает. Ещё чуть-чуть и все закончится. Боль уйдёт, отставив после себя долгожданное облегчение. -Отец, ты как? — голос сына прозвучал будто внутри головы. Пожалуйста, молчи. Ты не представляешь, как мне стыдно за эти моменты. Ты видишь меня жалким, разбитым. Не способным здраво мыслить. Да, сынок, вот что делает боль с человеком. Открывает все его грязные секреты и тайны, которую он всю жизнь пытался скрыть. Глубокий вдох-выдох, вдох-выдох. Попытка унять быстрое сердцебиение не удалась. Механизм заработал только быстрее. Нужно успокоиться! Мне совершенно не хочется остановки сердца. Меня спасут, но потом, вся эта медицинская суета меня напрягает. Терпеть не могу врачей и больницы. -Пап, пап, — Гарри слегка потряс меня за плечо. Это неловкое движение вывело меня из оцепенения, в которое я невольно впал. -Да, Гарри… Все хорошо…- голос совершенно не слушается. Вместо баритона из горла вырвалось шипение. Голосовые связки ещё долго будут восстанавливаться, придётся пить то противное зелье. На заметку, надо усовершенствовать вкусы. -Ты уверен, что тебе не надо в Больничное Крыло? — взволнованно спросил Гарри. Мой мальчик за меня волнуется. Мне пришлось покачать голову, отчего она сразу заболела. Мигрень. Благо я волшебник и у меня есть множество зелий в комнате. -Приступы стали чаще, ты говорил ему? Скажи, мне ты говорил Тому про это? Ты сказал? — опять качаю головой. Я не хочу тревожить того. Он сейчас занят, очень сильно. -Почему? Он может помочь! Он же Лорд! У Мраксов огромная библиотека, в которой есть необходимые фолианты. Прошу тебя, обратись к Тому! -Он занят, — как можно тверже попытался сказать я. Но ведь для тебя он всегда найдёт минутку, и Гарри прекрасно об этом знает. Знает и о любви Тома ко мне, но.. Но мне чужда его любовь. Моё сердце навсегда отдано одной рыжей девчонке с веснушками и изумрудными глазами. Лили Эванс. Мать моего сына, моя вторая половинка. -Я помогу тебе пойти до комнаты, — видимо Гарри понял, что сегодня не удасться меня убедить, а ведь я был близок к этому. Был близок, чтобы признать поражение и отправится к Тому в резиденции… Парень обнял меня за талию, а я оперся на его плече, как на спасительную палочку. Гарри силён, думаю годы прожитые в семье Дурслей заставили его быстрее повзрослеть и понять, что сила является главным аргументом почти в каждом споре. Мне так жаль, что ты прожил первые и самые лучшие годы жизни в этой отвратительной семье. Когда ты пришёл на первый год обучения в Хогвартсе, я боялся, что подует ветерок, и тебя унесёт далеко-далеко, словно Мэри Поппинс. Но ты доказал всем, что умеешь бороться с трудностями. Чего стоила одна Тайная Комната? Но у тебя получилось, ты герой! Помню, как ты пришёл ко мне. Ты стоял, неловко переминаясь с одной ноги на другую и смотрел в пол.

***

Воспоминание Стук в дверь оторвал меня от проверки работ третьего курса. Эти тупые дети совершенно не хотят что-либо учить. Вот как можно написать, что оборотень превращается только днём? Открыв дверь, я обнаружил Поттера. Только не этот герой, чья слава была неизвестна разве, что пингвинам. -Мистер Поттер, какими судьбами? Ищите новые приключения? Так вот, хочу вас разочаровать, здесь вы их не найдёте. -Профессор, я бы хотел поговорить, — еле слышно произнёс подросток. Поговорить со мной? Это нонсенс. Надеюсь, его не в зельях подтянуть нужно, вернее натянуть. Если это так, то меня удар хватит. -Чем вам обязан? — я сложил руки в своей излюбленной вариации. -Можно войти? — спросило это лохматое чудо. Я кивнул и отошёл в сторону. Паренёк неуклюже зашёл в класс и присел за первую парту, напротив учительского стола. Прошло минут десять, не меньше, когда Поттер решился. Его фраза выбила из меня весь дух. -Профессор, вы мой отец! Я глядел на него, как на сумасшедшего. Только они могли выдумать такую новость. Я отец? -Вы совсем рехнулись, мистер Поттер? Или это розыгрыш? Вы с кем-то поспорили и проиграли? С близнецами Уизли небось? -Нет, профессор, это правда, — с этими словами подросток протянул мне небольшой конверт из банка. Конец воспоминаний.

***

-Мы пришли, пап, — я отвлёкся и не заметил, как мы дошли. -Спасибо, Гарри, — я хотел было пойти сам, но ноги предательски свело судорогой, и я едва не упал, если бы сын не поймал. -Я помогу дойти до кровати, — именно в эти моменты я чувствовал себя обузой для Гарри. Сколько таких приступов он видел за последний год? Тридцать? Сорок? Мне стыдно за свою беспомощность, но другого выхода пока нет.