Случайный выбор
7 сентября 2015 г., 22:17
Жара, смола чёрной жижей растекалась по асфальту, налипая на колёса старенького велосипеда, который жалобно скрипел педалями, везя свою пассажирку. Миловидная женщина за сорок со слегка поплывшей фигурой приветливо улыбалась встречающимся по пути пешеходам, слегка кивая головой. Бывшая первая леди маленького провинциального городка давила на педали велосипеда, спеша скрыться в лесной просеке, подальше от злорадствующих взглядов. Как же, ещё пару лет назад она разъезжала на новенькой иномарке, а сейчас была вынуждена передвигаться на экологическом транспорте, что лишний раз давало повод человеческому злословью.
Скрывшись в тени деревьев от липких взглядов, она позволила скатиться одинокой слезе. Но сразу зло утёрла рукой следы своей слабости. «Я сильная, я смогу, я выстою», – шептала она, с остервенением давя на педали велосипеда, спеша попасть в Весёлки, где у неё был дом, доставшийся ей от бабки. Здесь она была просто Миррой – внучкой Нюрки-«Колхозницы». И никому не было дела, что она бывшая жена мэра города Майска, что мэр предпочёл ей свою молоденькую секретаршу, оставив бывшую жену без гроша, и она вынуждена работать продавцом на рынке, еле сводя концы с концами. Все эти невзгоды остаются в душном городе. Здесь же, в Весёлках, могли вспомнить разве что её мать, принёсшую в подоле от заезжего студента-иностранца Эмиррия. В его честь она была названа Эмиррией, режа русский слух необычным именем. Деревенские быстро перекроили его на свой лад, называя её Миррой.
В то же время, когда Мирра скрылась под сенью деревьев, возле нашей планеты вынырнул звёздный челнок класса 3Г – малый грузовой. Капитан, зло сплюнув, задавал параметры поиска: половозрелая особь женского вида. Под заданные параметры подходило более 50% женского населения Земли, но транспортный луч выхватил именно Мирру, яркая вспышка – и она растворилась в ионном луче, чтобы вновь проявиться уже в транспортнике космического челнока.
Капитан брезгливо осмотрел бессознательную особу. Эти жуткие волосы по телу и голове существа вызывали брезгливость капитана. Колдмедик расплылся в улыбке, проведя анализатором над особью.
– Подходит, – был его вердикт.
И позади капитана раздался облегчённый вздох команды. Навигатор последнее время не покидал свою каюту и со дня на день мог впасть в анабиоз из-за переизбытка гормонов. А без него двухнедельное путешествие растянулось бы на месяцы. Капитан зло зыркнул на любопытных, и они поспешили убраться из его зоны видимости.
С самого начала путешествие не задалось, на Айре их сенсорник подхватил разновидность местного вируса и был помещён в планетарный медизолятор на десять дней. Сроки поджимали, и они отправились в рейс без сенсорника. В принципе, техника была отрегулирована, и двух механиков вполне хватало для обслуживания транспортника. Кто же знал, что в секторе 17 они нарвутся на патруль, и три импульсных заряда, пущенных вслед уходящему в гиперпрыжок транспортнику, собьют электронику на челноке. Хорошо, что двигатели успели набрать разгон, и они по инерции вошли в гиперкоридор. Знаний механиков хватило на обновление ходовой части транспортника, но настроить пищевой и вещевой синтезаторы они не смогли, благо, что на корабле имелся запас сухпайка. Да и защита ИсКина была не повреждена, что обеспечило минимальное жизнеобеспечение воздухом и водой.
Но, что самое ужасное, сбились настройки комнаты релакса, превратив андроида для разрядки в бесформенную груду мнемопластика. А у нурийца – их навигатора – приближался гон. И если этот земноводный не выметет икру, он впадёт в анабиоз, а они останутся без штурмана. Казалось бы, спусти в ионном душе, но, по поверьям нурийцев, икра, вымеченная впустую, приведёт к мужскому бессилию. Зург поражался, что в эпоху космоиндустрии продолжали процветать предрассудки и поверья. Колдмедик сорвал горло, доказывая навигатору беспочвенность его заблуждений, но нуриец остался непоколебим. Как вариант – подставиться под нурийца одному из членов команды, но и здесь вовсю цвели предрассудки. Было распространено мнение, что, приняв в себя икру нурийца, мужская особь теряет способность к спариванию. Конечно, это мнение было не беспочвенно, секрет, попадающий в организм носителя с икринками, перестраивает организм принимающего. Давно было изобретено средство, нейтрализующее действие секрета, но по галактике до сих пор ходят страшилки: «Мой сосед, друг, парень с соседнего дома и т.д., переспал с нурийцем и превратился в нурию». Капитан решил отклониться от курса и зайти на первую попавшуюся планету, лишь бы не лишиться навигатора. И теперь стоял и брезгливо рассматривал существо, лежащее на полу.
Яркий свет – и сущность Мирры разлетелась на миллиарды частиц, её сознание было раздроблено, она была везде и нигде. Странно быть живой, не имея тела; быть везде, частью, и, одновременно, общим организмом. Но каждая частичка, разлетевшись, вдруг стала притягиваться обратно, стремясь к единению. Тяжёлый вдох – и Мирра вынырнула из своего кошмара, чтобы погрузиться в новый.
Открыв глаза, она обнаружила себя в больничной палате, очень современной больничной палате. «Неужели, бывший муж разорился», – подумала она. Стены палаты были, словно из металла, блестя серебристой поверхностью, ни окон, ни дверей она не увидела. Хотелось пошевелиться, но руки и ноги были надёжно зафиксированы к смотровому креслу – так про себя Мирра обозвала устройство, к которому была привязана. Надвигающаяся паника комом подступила к горлу. Сердце учащённо забилось в предчувствии беды.
«Нет, это не больница», – осмотревшись, пришла к выводу женщина. – «Скорее всего, подпольная лаборатория, и сейчас её разделают на органы».
Ну а что ещё можно подумать? Она голая, зафиксирована и распята на операционном столе. Выводы напрашиваются сами. «Пфф», – раздался звук, и в одной из стен появился проход, впуская… Мирру парализовал страх, у неё даже не было слов, как назвать это существо. Может, монстр? «Этого не может быть», – она с силой закрыла глаза. Открыла, а это никуда не девалось, приближаясь к ней. Монстр был человекоподобен, будто на человеческий скелет натянули лягушку-переростка. Существо было обнажено, и Мирра с ужасом смогла рассмотреть его во всей красе. Тёмно-зелёная кожа сморщенными складками обвисала на торсе грушевидной формы. Лысая голова, ушные щели вместо ушей, огромные глаза на пол-лица и просто громадный рот от уха до уха, ни носа, ни намёка на него, на лице существа не было.
Монстр подошёл к ней вплотную, заинтересованно рассматривая её промежность. Мирре инстинктивно захотелось прикрыться, и она безуспешно забилась в путах. Он дотронулся до её промежности пятипалой конечностью, из его пальцев-присосок выделилась густая слизь. И он заскользил ими между её разведённых бёдер, обильно смазывая анус.
– Нет! Нет! Пожалуйста, не надо! – забилась она в путах.
Монстр приостановился, и Мирра обрадовалась, что её слова возымели действие. Но тут же была глубоко разочарована, увидев как из кожной складки на паху монстра, показался бесцветный отросток.
«Только не это» – с ужасом подумала женщина, догадавшись о предназначении отростка. А тем временем монстр ткнулся своим отростком меж её ягодиц, с силой преодолевая сопротивление мышц.
– ААААА, – комнату огласил душераздирающий крик.
Мирре показалось, будто её натягивают на горячий кол, боль была невыносима. Монстр замер, а его отросток продолжал пробираться внутрь женщины. А Мирра извивалась, кричала, срывая голос, из её глаз катились слёзы. Нутро жгло болью, она не понимала, за что ей это? А потом начался ад, отросток завибрировал, и Мира увидела сквозь прозрачные стенки отростка, как тот наполняется зелёной жижей с тёмными шариками. И эта масса втекает по отростку в неё. И её внутренности сдавливались разбухающими кишками, наполняемые секретом монстра. И она не сдержала рвотного позыва, извергая из себя зловонную массу. Комната наполнилась запахом тухлой рыбы, заставляя женщину биться в очередной рвотной конвульсии. Монстр накачивал её своим секретом, а она извергала его через рот, плотные икринки оставались внутри пищевода, прикрепляясь к стенкам кишечника. Мира впала в транс от боли, казалось, эта пытка длилась вечно, и она потеряла счёт времени, моля Бога о скорой смерти...
Когда навигатор вышел из санблока, колдмедик удовлетворенно кивнул, осматривая его внешний вид. Кожа нурийца разгладилась и приобрела светло-зелёный цвет. Брюшко исчезло, радуя глаз кубиками пресса.
– Наконец-то мозги на место встали, – обратился нуриец к колдмедику, разминая затёкшие конечности. – Где Вы такую слабонервную особу отыскали? Она меня оглушила своими воплями.
– Пришлось зайти в сектор № 210.
– Так она совсем дикая, – понимающе хмыкнул нуриец, облачаясь в комбинезон. – Пойду капитана порадую, что я в порядке.
Колдмедик зашёл в санблок и вздрогнул от отвращения. Комната была наполнена зловонием. На операционном столе лежала особь в бессознательном состоянии. Стол, пол, были перепачканы зловонной жижей, она тонкой струйкой вытекала изо рта жертвы, зелёным мазком пачкая бледную щёку. Волосы грязными сосульками разметались по столу. А натруженное отверстие ануса не закрывалось, зияя кровавым цветком, из него сочился секрет с примесью крови. Живот особи раздался, натягивая кожу брюшной полости до предела.
Док смотрел на эту картину и в паху почувствовал странное томление. «Неужели началось?», – подумал он. – «Если у особи удалить на теле волосы, а особо из промежности, то она будет смотреться сексуально». Док прекратил разглядывание, надо поместить особь в медкапсулу. А то скоро икринки вылупятся и процесс будет необратим.
Док хлопотал возле медкапсулы, задавая параметры лечения. Док был харийцем. Как все представители этого вида он был невысок, худосочен. Кожа его была светло-коричневая, он особо не отличался от людей. Остроконечные уши и раскосые глаза делали его похожим на эльфа из фэнтэзийных рассказов.
У дока было имя – Сантастионстис, но на корабле его переименовали на Дока, исходя из занимаемой должности. Ещё раз проверив показания приборов, колдмедик отправился в пищеблок.
