Он найдёт её

Фанфик – обыкновенная зарисовка, не более… и, как обычно, ангст и психология – без этого никак :D Автор. ___________________________ Если бы у Ибрагима Паши под страхом смерти спросили, отчего ему никак не спится, или почему он уже около часа нервно ходит по комнате, будучи сильно нахмуренным, он бы наверняка предпочёл умереть, нежели размышлять и дальше о причине такого волнения. Глаза метали огонь по главной комнате дворца, руки то и дело запутывались в ткани величественной одежды, не желая находиться на одном месте. Что-то точно случилось – он это чувствовал. За столько лет службы у Повелителя вторым человеком в государстве, Ибрагим уже научился доверять своей интуиции… В дверь внезапно осторожно постучали, но это «осторожно» заставило Пашу едва заметно вздрогнуть. Чуть поколебавшись, мужчина громким голосом пригласил войти. В дверях показался алагар, который, подойдя к Паше, тут же поклонился и неуверенным голосом обратился: – Достопочтенный Паша… – Говори. Ибрагим полностью сосредоточился на том, что сейчас скажет слуга, но всё-таки в глубине души его всё так же одолевали сомнения и беспокойство. Гордо подняв голову, Паша приготовился слушать очередные донесения. – На Хюррем Султан напали… Паша отреагировал мгновенно, вздрогнув и дёрнув головой в другую сторону, нервно протолкнув резко образовавшийся комок в горле…. Впрочем, как тут же рассудил Ибрагим, едва улыбнувшись и расслабив брови, наверняка уже всё закончилось, а ему просто докладывают об уже свершившемся факте… это точно именно так. Успокоив себя этими мыслями, мужчина повернулся к алагару, вернул серьёзный и сосредоточенный вид и холодным голосом спросил: – Хюррем Султан… – в долю секунды голос предательски дрогнул, но сам Ибрагим быстро списал это на удивление, – ..как она? – для полного спокойного вида мужчина даже наигранно серьёзно нахмурился. – К сожалению, неизвестно, Паша… – Ибрагим похолодел, – ..потому что Султанша пропала. Возможно, её убили. Эмоции Паши нельзя было передать словами: он перевёл нахмуренный взгляд на слугу, чуть расширив глаза – он в это не верил. Просто не мог и не хотел поверить, как бы стыдно и совестливо ему за это не было. Взгляд, полный неверия и сомнения, прожигал алагара насквозь – лоб того мгновенно покрылся испариной. Ибрагим абсолютно забыл о словах «серьёзность» и «спокойствие», им завладел неимоверный гнев и отчаяние – зубы мужчины задрожали, а голос мгновенно огрубел до громового уровня. – Как пропала?.. Кто вам сообщил об этом?! – Бали-бей. Он успел в последний момент. Если вдуматься, то если Хюррем действительно покинула этот мир, то в гареме, наконец, наступит покой… хотя, если также учитывать то, сколько в том же гареме разных подколодных змей и корыстных злюк, то покоя им никогда не дождаться. Та же амбициозная Махидевран и новые девушки гарема… да почему он должен себя уговаривать? Несмотря на всё, внутри Ибрагима всё предательски сжалось – почему он чуть с ума не сошёл от одной мысли, что эта женщина попала в руки негодяям и сейчас, возможно, платит за свои грехи у них в плену… или, что ещё хуже, умерла в их грязных руках? Бали-бей… неужели он успел покончить с нападавшими, но при этом не узнать, что с Хюррем? Ибрагим глубоко вздохнул, стиснув до скрежета зубы и сжав тонкие губы. И вновь чёрные глаза Великого визиря начали лихорадочно бегать по комнате, язык буквально заплетался, чтобы не высказать ни в чём не виноватому алагару всё, что накипело за часы беспокойства. Не смотря в глаза слуге, Ибрагим таким же жёстким и злым голосом продолжил: – Немедленно приготовьте мою лошадь. Алагар поклонился и вышел, чтобы быстрее исполнить приказ Паши. Ибрагим же вновь повернулся к окну, невольно вглядываясь в чёрные контуры ночных лесов и будто высматривая там Султаншу. О, эта женщина… вечно от неё одни неприятности… вечно надо за неё беспокоиться, переживать, чтобы собственность Султана Сулеймана не пострадала. Да, ведь если с Хюррем что-то случится, то Повелитель убьёт каждого, кто подойдёт к нему – а этого нельзя допустить, чтобы великий правитель потерял интерес к своей стране и народу из-за потери любимой женщины. Любимой женщины… что же это значит? Пылкая страсть, как между ним и той же Хатидже?.. Нет, между ними что-то явно другое. Что-то крайне странное и непонятное: он бросит всё, даже жену, которая ждёт его в своих покоях, своих слуг, Нигяр и дворец, и понесётся сквозь ночь, лишь услышав, что Хюррем пропала... Садясь в седло и берясь за поводья, Ибрагим громко дал сигнал скакать за ним с факелами. Странно, что воздух вроде не такой холодный, да и на нём тёплый мех, но почему-то странное волнение пронизывало буквально насквозь, а руки отчего-то стали ледяными. Перед глазами на земле лежала осквернённая разбойниками Хюррем, её потухшие голубые глаза наполнены слезами, а прекрасное светлое личико всё в крови и грязи. Ибрагим невольно сдавил бока своего коня сильнее, мысленно моля того скакать быстрее. Лицо освежал вечерний ветер, который и позволял Ибрагиму, который в глубине души был заморожен страхом и отчаянием, не вскипеть от гнева, злости и жажды мести. Ради Султана и своего спокойствия он найдёт её… обязательно найдёт, чего бы ему это не стоило.