Чернокровие

Нана, миловидная женщина лет тридцати семи, с самого раннего утра крутилась около плиты. Ее русые волосы нисколько ей не мешали, они блестели от лучей утреннего солнца, и лишь изредка женщина убирала несколько прядей за ухо. Воздух на кухне был теплый, он был пропитан чудесным запахом свежей выпечки, сегодня Нана готовила пирожки любимому сыну. Последний, кстати, сейчас преспокойно спал в своей кровати, досматривая десятый сон. Лучи солнца квадратами ложились на стены в его комнате, из приоткрытого окна в комнату влетал свежий воздух, легко-легко колыхая прозрачные занавески. Спустя пару мгновений, комнатную тишину разрезал надоедливый звук будильника. Рука из под одеяла на автомате потянулась к нему и выключила устройство, затем залезла обратно. Тсунаеши совсем не хотелось вылезать из под теплого одеяла, которое он упорно нагревал всю ночь. В комнату вошла мама. Услышав звон будильника и непоследовавшие за этим шорохи, мол, маленькое чудо соизволило встать, она сама поднялась на второй этаж, дабы поднять это самое чудо с кровати. -Милый, - она нащупала плечо сына под одеялом и легонько потрясла его, - вставай, в школу пора. Сынок? Послышалось недовольное мычание, одеяло зашевелилось, но тут же остановилось. -Пара минут, мам... - донесся чуть хрипловатый спросонья голос мальчика. -Знаю я твои пару минут, потом как угорелый несешься к школе. Давай вставай. Женщина провела рукой по выпуклости одеяла, что, якобы, являлось головой мальчика и ушла обратно на кухню. Тсуна застонал, он не хотел никуда идти, назойливая школа не ждала его с распростертыми объятиями, даже наоборот, она так и готовила каждый день все более жесткие косяки, внезапные ступеньки и специально натирала полы до блеска, чтобы никчемный Тсуна, - а именно так его называют одноклассники и другие знающие его люди за распиздяйство посреди школы, - вот-вот упал, врезался или столкнулся с кем-то, при этом попадая в неприятности. Чаще всего эти неприятности заканчивались плачевно для мальчика, хотя он даже не припомнит, чтобы хоть что-то обходилось для него хорошо. В этот момент, запутавшись в одеяле, Тсуна с грохотом упал на пол. У Наны появилась улыбка на лице, сын все-таки решил встать. Тсуна же не был рад такому утреннему полету с кровати, - обычно это значило перемены, но чаще всего опять неприятности, либо контрольную, - бурча и отфыркиваясь от волос, что лезли в глаза, мальчик, наконец, пусть и неудачно, но выпутался из одеяла и пошел в ванную. В первую очередь для того, чтобы привести тот ураган на голове, что образовался после бурной ночи, полной поисков отменной и удобной позы для сна, в порядок. Такой ужас никуда не годится. Сломав маленькую палочку в деревянной расческе при вычесывании колтунов из волос, мальчик сгорбился и закатил глаза к небу... простите, к потолку. -Мааааам! Мне нужна новая расческа! - прокричал Тсуна, собираясь умыть лицо. Черт с ними, с колтунами, сейчас важно убрать сонного зомби с лица, или люди будут шарахаться, что нежелательно, конечно. Тут взор Тсуны упал на левую руку, точнее на сгиб локтя. «Что за чудеса?..» Мальчик вместо привычной еле видимой венки увидел чуть заметную сероватую вену. «Странно, видимо синяк набил. И когда я только успел?» В общем, не придав значения маленькой странности, юноша забрал из комнаты портфель и спустился вниз. Извините, полетел вниз. -Тсуна-ку-ун, с тобой все в порядке? - спросила взволнованная мама из кухни. -Да, мам, не волнуйся, и-та-та... - потирая ушибленные спину и коленку, мальчик кое-как встал и направился на кухню. Бутерброды с джемом и чай с малиной, пожалуй, единственная радость за нынешнее утро. Но, совсем расслабившись, рассусоливая над чаем, Тсуна не заметил, как время решило от него убежать, лишь когда Нана посмотрела на часы и легонько намекнула сыну, что если он сейчас же не отправится в школу, то только тогда он понял, что ему крепко влетит от Хибари, - местный ГДК, даже самому темному и кровожадному Лорду устроит пиздец, в общем, крутая шишка, - при чем так крепко, что скорую помощь вызывать не придется, бедняга просто полетит в больницу. Юноша подскочил на стуле, подавившись чаем, и, захватив с собой бенто, унесся в школу. Нане оставалось лишь покачать головой и убирать остатки еды и посуду со стола. Тсунаеши же грубо здоровается с очередным забором, ну, заносит малыша на поворотах. Крыша школы Намимори уже на горизонте, собственно, как и сам Хибари. Завидев несущегося на всех парах к школе очередного лодочника, ГДК лишь меланхолично вздохнул и направился к дверям входа в школу. Сегодня у него очередная наивная жертва, которая думает, что если запиздеть мозги Кее, то он отпустит просто так. Хах, как наивно. Спустя пару минут после звонка, Тсуна вползает в класс весь измятый, побитый и с песком в волосах. По классу прошелся шепоток, многие правильно догадывались, что никчемный Тсуна сегодня наткнулся на недовольного Хибари и получил от него нагоняй за нелепое опоздание. Впрочем, это было настолько обычное явление, как будто обжечь язык от кипятка, так что особых эмоций это уже не вызывало, бедного потрепанного паренька лишь усадили на свое место и продолжили урок. Вот только чей-то колкий взор в спину Савады не давал спокойно сидеть на месте. Этот зеленоглазый новичок, - хотя, он уже неделю как новичок, ну да неважно, - каждый раз ловил удобный случай, чтобы протаранить дырень в теле мальчика, хотя у того и так вентиляция в голове, но это нисколько не смущало итальянца. Как там его? Гокудера Хаято вроде. Заядлый курильщик, любитель расправить полужопия на стуле в свое удовольствие и закидывать ноги на парту, так, чисто из прихоти. Пожалуй, единственный, кто осмелился язвить Кее и остался жив. В целом, тот отделался ударом в челюсть и еще парочкой ударов куда попало, малек откуда-то единоборства знал. Единственный, кому еще не пропиздил мозги своим ором и безбашенным характером, так это Тсуна. Юное чудо умудрялось лишь глупо улыбаться на выходки Хаято, и именно поэтому удосужилось столь пристального, даже надо сказать ПРИСТАЛЬНОГО внимания со стороны хулигана. Кстати, если этот зеленоглазый думал, что Тсуна спиной не чувствует его пристального взгляда, как тот провожал его до самого дома, - кстати, он отлично маскируется, ибо оборачиваясь, Савада видел только пустующую улицу, - то он крупно ошибается. Крупно. Впрочем, под самый конец «прогулки» до дома мысли Тсуны плыли уже в другом направлении. Завтра у него день рождения и парнишке исполняется пятнадцать. Главное, не открыть шкафчик на антресолях, где обычно прячет подарки его мама, ну это так, чтобы не разочароваться в обыкновенной заезжанной открытке и книжке про какую-нибудь научную фигню. Хотя кто знает, что мама умудрит на пятнадцатилетие сына.