Чернокровие

Тсуна валялся на кровати в темноте и смотрел в потолок. С одной стороны, он обижен на Реборна. Если бы он сразу сказал, как надо проходить сквозь такие вещи, было бы проще. Но с другой стороны – он ведь наставник. Он учит. Он тренирует. И все по просьбе Савады, так что ему вообще грех жаловаться. Но с третьей стороны… Он все-таки съел его ужин! Верх наглости! Это не было оговорено, так он еще и оставил наследника без еды, сказав маме, что все это время мальчик был у друга и он поел там. Но все же. Он сделал это! Он прошел, прошел сквозь стену! -Чего это ты так довольно улыбаешься? – прервал тишину Натс, садясь на кровать, - Да, с этим наипростейшим заданием ты справился. Но маленькие детишки выполняют его в несколько раз быстрее и безболезненнее. К твоему сведению, маги твоего возраста уже служат и вполне сносно владеют магией. А если взять людей, похожих на Реборна, то тут уже само совершенство… Идеальное владение магией, знание десятков тысяч заклинаний, возможность колдовать даже над собственным телом, например, бегать быстрее, или говорить красиво… -Начнем с того, что о существовании магии я знаю всего месяц, может, чуть больше… -Никто не запрещал тебе практиковаться все это время, - перебил его наблюдатель, - Вместо этого ты ломал голову над чем-то вроде «Куда пропали мои друзья, что же делать, какой я никчемный!..», - Натс парил по комнате на спине, заложив руки за голову, - ты просто ничего не делал. Бездельник. -Эй! – Тсуна было запустил подушкой в наблюдателя, но вовремя осекся: она все равно пролетела бы сквозь него. Зараза, даже тут ему не дать ответный удар! До жути противно и обидно. -Лучше бы ты уроки делал, тебе в школу завтра. -Не командуй. -Ооо, у нас проявляется характер! -Да ну тебя! – тот отвернулся к стенке и уткнулся носом в подушку. Ответа не последовало, Натс просто исчез. Хотя бы в покое оставил, вокруг воцарилась тишина, прерываемая еле слышимым шумом города. Зевнув, мальчик перевернулся на спину и тут же упал. Из горла вырвался короткий вскрик, а потом наследник пришел в тихий ужас. Усевшись на земле, Тсуна огляделся вокруг. -Парк аттракционов? Если быть точным, то заброшенный парк аттракционов. Вокруг ни души, но зато вместо людей были странные силуэты. Савада осторожно подошел к одному из них со спины и очень долго собирался с силами, чтобы посмотреть на лицо неподвижного объекта. Так… три, два, один, поехали! Мальчишка резко сделал шаг вперед, посмотрел на лицо смотрящего вдаль манекена и облегченно выдохнул. Пощупав нос и щеки манекена, Тсуна понял, что тот сделан из картона. -Странно… Говорить с самим собой уже входит в привычку, надо бы отвязаться от этого. Вокруг было тихо. Снова была эта давящая на уши тишина. Оглядевшись, Тсунаеши понял, что манекены, изображавшие людей, были везде, хотя и в малом количестве: за прилавками, редкие покупатели, дети на неработающих качелях. Все застыло. Словно кто-то щелкнул пальцами, и время остановилось, все замерли и не двигаются, превратившись в кукол. Навевает панику. Куда идти? Да куда глаза глядят. Все равно оставаться на месте не имеет смысла, так хоть осмотримся. На очередной вывеске над головой Тсуна заметил надпись, напечатанную праздничным шрифтом: «9. 0/8. Реакция» -Реакция? В этот раз на часы не посмотришь, - сказал Натс рядом. Савада вздрогнул от чужого голоса над своим ухом, а потом мысленно убил его обладателя. -Нельзя так пугать! -Штанишки сухие еще? Я удивлен. Ладно, во всяком случае, я вижу одного живого человека. Мальчик только хотел обрушить на наблюдателя всю гору мыслей, выразить во всех красках, что он думает об этом глюке, но, услышав что-то про живого человека, тут же передумал. -Где? -Вон там, - Натс пальцем указал на параллельную дорогу, где среди вечерних сумерек виднелся чей-то дрожащий силуэт. Тсуна как можно тише подошел ближе, всматриваясь в черты лица девушки. Да, это была девушка! Только вот как она здесь оказалась? Рыжая юбка, белые гольфы и осенние туфли… белая футболка и пиджак, в тон юбке. Светло-русые волосы нежно обрамляли бледное от страха лицо… Не может быть… -Киоко-чан? – еле слышно спросил Тсуна севшим голосом. -Тсуна-кун! – вздрогнула та и кинулась к Саваде. – Где мы? Что это за место? -Понятия не имею где мы, ясно лишь, что это парк аттракционов. Как ты здесь оказалась? -А, ну, это… Я шла к тебе спросить, не против ли ты погулять со мной и Хару, сходить в кинотеатр, заодно пригласить и твоих друзей, если кто-то смог бы… Но вдруг все померкло, и я оказалась тут! – девушка нервно поправила сумку на плече. -Ладно, давай попробуем найти выход отсюда, что ли… Тсуна начал нервничать, когда спустя пару часов безустанного гуляния вокруг да около он понял, что парк окружает лес, а единственный выход – это дорога в никуда. Из парка вела вглубь леса дорога, покрытая каменной кладкой, но уже порядком стемнело, и конца дороги не было видно, там поднялся густой туман. Рисковать ни Савада, ни Киоко не хотели, поэтому решили до утра, - если дождутся, - пересидеть в пустой местной кафешке, а там будь что будет. Пара пробиралась сквозь весь парк к кафешке, стараясь особо не шуметь, а то мало ли что. -Смотри, здесь мороженное осталось… Свежее, - сказала Киоко, взяв ложечку из буфета и попробовав шарик мороженного. – А вон там пирожки. -Тут и вода есть, - Тсуна подошел к холодильнику. – Холодная, не согреешься, но будем надеяться, что плита работает. В дальних углах кухни, куда пробрались ребята, ничего не было видно из-за темноты. Наследник попытался включить свет, но ничего не получилось. Его пробил холодный пот, когда Сасагава начала медленно пятиться назад, ее челюсть мелко подрагивала, а сама она смотрела куда-то прямо. Переведя туда взгляд, Тсуна вздрогнул всем телом. Там, около духовки, стоял Хибари. Его внешний вид напоминал состояние Гокудеры, только вот его тонфа стали значительно больше в размерах, и на них появились лезвия, с которых, кстати, стекала черная кровь. -Бежим, - сказал одними губами Савада, от страха совсем пропал голос. Он схватил девушку за руку и рванул из кафешки как можно быстрее. Неважно в какую сторону, ведь там ЭТО! Киоко сзади хныкала, она постоянно путалась в ногах, почти падала, если бы не Тсуна, хотя и тот из-за паники тоже ничего перед собой не разбирал. Боковым зрением он уловил злобную, кукольную улыбку Хибари, который преследовал их на дальней параллельной дороге. Внезапно, после одного промелькнувшего ларька, Кея стал ближе на несколько дорожек. Савада всхлипнул и рванул в перпендикулярный поворот, свернув еще раз, он побежал в противоположную сторону, к выходу. Хибари оказался перед ними в считанную секунду, улыбаясь, поджидая. Крик Киоко раздался по всей округе, она побежала обратно, а вот мальчишка запнулся, наступив на развязавшийся шнурок, и упал прямо под ноги Кее. Миг, и его лоб чуть не сплющила тонфа, слава интуиции и, - вот при чем тут это! - реакции, мальчик увернулся! Натс помог встать и отойти в сторону от очередного удара. Еще секунда, - меньше! – и лицо Хибари прямо перед лицом Тсуны. Удар, и в глазах темнеет от мощного и безжалостного удара в солнечное сплетение. Мальчик сгибается, падает на колени, жалобно хныкая. Удар, и тело мальчика отбрасывает назад, тот спиной до черно-желтых точек в глазах ударяется об фонарный деревянный столб. Почему так светло перед глазами? Все плыло, съезжало в бок, наследник щурился, пытаясь найти Хибари. Как там было?.. -Убирайся! Исчезни!! Уйди! – крик еле вылетал изо рта, зато что-то противно растекалось по языку. Тсуна пальцем провел по языку и пытался рассмотреть то, что там было. Зрение не позволяло разглядеть, но оно пахло металлом, было черного цвета. Кровь? Но она же красная… Стоп, все правильно. Наследник же чернокровка, как Реборн выражается. Так вот она какая… Мигом картинка перед глазами встала на место. Видимо, наследник уснул в таком состоянии, ибо начало светать. Вскочив на ноги и зашипев от резкого головокружения, мальчик понесся по дорожкам в поисках Киоко. -Киоко-чааан! Киоко!! Голос грозил вновь сорваться, легкие неимоверно кололо, спина ныла от удара, который нанес Хибари. Точнее то, что было похоже на него. Было страшно. Сердце больно ударяло, казалось, вот-вот упадет, оно будто пропускало удары, воздуха не хватало. Тсуна бежал фактически на автомате. Все тело налилось свинцом, руки опускались и дрожали колени. Хотелось осесть на землю, отдохнуть, расслабиться, но нет! Где-то здесь должна быть Киоко! И пока мальчик ее не найдет, он не успокоится. -Киокоооо!!! – из последних сил завопил Савада, увидав повисшее на цепях качелей тело. Побежав ближе, мальчика чуть не вывернуло наизнанку. Воняло гнильем, хотелось убежать. Но… как же дорогая сердцу девушка? Наследник аккуратно расцепил цепи и уложил девушку на землю. Она была без сознания, кожа еле теплая… На шее от цепей виднелись багровые и черничные синяки, сердце защемило. Что же делать? Что?! Тут сзади послышался горловой хрип, будто кому-то сломали шею, а этот кто-то еще пытается что-то сказать, но даже стона не слетает с губ, только прерываемое «потрескивание». Зрачки Савады увеличились, радужка глаз чудом не превратилась в тонкую полоску. Медленно повернувшись, Тсуна всхлипнул: там стоял Хибари. И опять, опять эта невыносимая маниакальная улыбка! Хотелось исчезнуть. Оказаться в любом другом месте, но не здесь, нет! Не здесь, не сейчас, вообще вернуться обратно домой и отнести в больницу еле дышащую девушку. Но в чем дело? Почему, почему Тсуна так долго в этом мире? Почему именно сейчас?! Сейчас, когда не надо! Нараставшая паника била по вискам, интуиция вопила, что надо немедленно бежать, но как бежать, если вот она Киоко, без сознания?! Он же не может оставить ее здесь… Больше всего на свете мальчик ненавидит безысходные ситуации. Когда что-то нужно делать, но не знаешь что! И сердце больно обливается кровью, хочется исчезнуть, уйти туда, где тебя не достанут и не подумают искать. Но некуда. Некуда сейчас бежать. Тсуна не в состоянии быстро бегать, так тут еще и Сасагава… Ему остается бежать одному. Это единственный выход спастись, от этой мысли тяжело, невыносимо… Но, черт подери, нет времени думать! Из последних сил мальчик тащит девушку в сторону, пытаясь убрать чудовище перед собой так, как он делал это в прошлый раз. Но в голове бегала шальная мысль, что он все равно ничего не сможет, не успеет, не получится. И именно это мешало, ненужный лишний груз. И где этот гребанный Натс, когда он так нужен?! Мальчик хныкал и еле волочил за собой Киоко, он даже не в силах встать. Хибари вдруг двинулся навстречу. Слишком быстро, молниеносно, он не успеет даже убежать… Савада сжался в комок. Обхватил руками колени, покачивался из стороны в сторону. Хибари близко, он не успеет даже увернуться. Проходит секунда, вторая. Ну и? Где? -Сынок! Вставай, в школу опоздаешь! – донесся крик мамы откуда-то снизу. Савада вздрогнул и распахнул глаза. Оглядевшись, он понял, что, зарыданный, сидит на собственной кровати, одеяло где-то на полу, простыня скомкана… Киоко! Где она?! Ее… нет? Как… Она же была рядом, была цела, почти, но она была жива! Она была рядом! В порыве гнева мальчик пнул подушку, та тяжело и с тихим шлепком плюхнулась на пол. Не смог. Не спас. Не успел. Слезы всегда такие горячие? Тсуна сидел, схватившись за голову руками, и больно тянул волосы в стороны. Лицо пылало, щеки ломило от засохших слез. Казалось, нет сил даже плакать. Больно. Очень больно. Как будто сквозь сердце тягуче медленно проходит толстая игла, оно тяжелеет, бьет очень больно. Невыносимо. Почему, почему все так? Реборн стоял в дверном проеме и молча смотрел на ученика. Лишь в глазах была капля грусти и чуть нахмурены брови. Так дело не может идти. В этот раз у Савады был реальный шанс спасти хотя бы Киоко. Но он опять был неуверен в себе. Тсуна редко всхлипывал, коротко дышал, царапал колени, которые обхватил руками. Ему больно. Очень больно. На него невозможно смотреть, такого растрепанного, растерянного, бессильного. Глубоко вздохнув, наставник тихо сказал: -Спускайся завтракать. После школы я научу тебя пользоваться магией. Сначала я хотел, чтобы ты сам пробивался к цели, но времени, как я вижу, уже нет. Осталось восемь дней. Восемь дней… И кто-то умрет. Стоп. Стоп! Восемь дней, и тогда умрет первая жертва. То есть останется лишь найти первый Символ Веры, и можно будет кого-то спасти! Есть еще шанс, есть! Но где, где, черт возьми, его найти? Судя по подсказке, первый Символ Веры где-то под носом, стоит только оглядеться. Только вот где? -Тсуна, спускайся! Опоздаешь!! – в который раз позвала сына Нана. На все про все осталось лишь пара минут, лучше поторопиться. Камикорос от Хибари не последует, но вот Кусакабе это у себя в журнальчике отметит, чем он начал недавно заниматься, так что по прибытии Хибари-сана в школу все получат по полной. Если он вернется, конечно…