Инженер

– Это будет полное обучение? – спросил я. – Самое полное, – ответил он мне. Я задумался, серьезно так задумался. Безоружный бой, практикуемый в контрразведке, обычно направлен на захват живьем. С другой стороны, брать под опеку этих двух дур у меня желания чуть больше, чем желания заполучить уникальную технику безоружного боя, нацеленную на захват противника живьем, только со знаком минус. В моем случае весьма животрепещущая тема захвата живого противника, так как, исполняя, даже самые безобидные, печати, в пылу боя, я могу убить. Взорванные вестибулярные аппараты, сожженная нервная система, сенсорный шок, банальный взрыв нестабильных печатей, чего только манекены во время отработки, казалось бы, безобидных «не летальных» печатей не испытали. И я сомневаюсь, что оттачиваемый в течение всей жизни, моим отцом, контроль чакры, передался мне по наследству. Курама, к примеру, о нем вообще не задумывался, как говорят, против лома нет приёма. Во многом фуиндзютцу было придумано благодаря тому, что у Узумаки отвратительный контроль чакры, который далеко не всегда компенсируется объемом. Я же, к примеру, не рискну сейчас поставить «печать паралича» на кого-то нужного мне гарантировано живым. – Сколько они проживут, без моего нахождения рядом? – все же поинтересовался я. То, что они умрут, если я отойду более чем на два-три километра и не вернусь, в течение какого-то времени, я понял. Слишком… кустарный метод подключения ко мне. Откатить изменения не получиться, и так их мутация шла за счет серьезного штрафа к сроку жизни, навскидку, лет тридцать-сорок своей выходкой они у себя отобрали. Запас чакры? Как у всех менталистов он довольно мал, потому запастись на длительный срок им не светит. Артефактные накопители известны только внутри моего клана и только за секрет его производства сотрут с лица земли Лист и еще пару скрытых деревень того же уровня. Те, что используются в печатях им не подойдут, во-первых - недолговечны, во-вторых - они не способны сохранить чакру не изменив её свойства. Вроде бы бабуля Цунаде успела получить один из артефактных накопителей, но все его свойства не знает и она сама, потому до сих пор жива. – Три дня. День они смогут еще полноценно жить, – скривился старик. Что же, было бы очень грубо отказывать тому, кто смог достать мне три семьи в призывной контракт. Но, нужно получить их в полное и безоговорочное подчинение, без попыток вернуть их, когда я и Нэоко исправим то, что они натворили, клановые секреты не должны покидать клан. – Я надеюсь, вы понимаете, что они будут в полной и безоговорочной моей власти. Шансов вернуться в долину у них не будут, максимум – переписка через меня, и даже если «кровный контракт» будет разорван, я их не верну. – С другой стороны, карманные менталисты еще никогда не были лишними. Миямото явно не обрадовался. – Я… понимаю. Единственное прошу, секрет «наследия крови» пускай передается только внутри их семьи. – Но ответил, показательно переступая через себя. Ему сестры все же дороги. – Принимается. – Больше просить даже у меня рука не дернулась. Итак Миямото извернулся, вытянул меня и сестер из-под удара, достал в обход официальных каналов три семьи, согласных на договор со мной. Интересно, сколько «долгов» за последнюю неделю было возвращено семье Миямото? А может, даже, он обзавелся парой «долгов». – Что же, я думаю, мы все хотим обсудить детали в личном порядке. Договор зафиксирован всеми нами, предлагаю подписать. – Все кивнули и достали собственные пишущие инструменты. Нацедить крови в специальный раствор. Развернуть свиток. Вписать собственные родовые инициалы, а также имена заключивших. Встать поклониться друг другу и мне ритуально вручают свиток, я так же его принимаю. Попрощались, мне указали время встречи, каждый свое. Зайдя в комнату выданную мне, я обессилено упал в свой футон. Держать лицо и обдумывать по ходу действия предложения довольно утомительно. Не зря мозг поглощает до шестидесяти процентов вырабатываемых организмом веществ. Итак, что мы имеем? Первая блондинка, она же Тайра Кин. Последняя выжившая в своем клане, к гадалке не ходи, защиты нет, а завистников куры не клюют и в место того, чтобы пойти в вассалы к кому-то решила набрать силы у меня под крылом. Почему у меня? Потому что в любой момент может разорвать кровный контракт, тогда как вассалитет - это дорога в один конец. Нет, во время боя она меня не «кинет», но в официальном порядке вполне может меня оставить, или приостановить контракт на время становления её семьи и возобновить со мной или моими потомками. Следующим по списку идет Кейтаро Имубэ. Ставленник клана Фудзивара, как мне подсказали. Свой интерес они обозначили довольно четко - у них дела во «внешнем мире» и им нужно расширять канал. Потому их заправлять придется регулярно. Вопрос стоит в другом, нужны ли они мне? И если нужны, то сколько? Это нужно уточнять уже при личной беседе. Судя по всему, там довольно широкий прейскурант. Последняя по порядку но, не по важности, Асакура Кэтсуми. Лучшее определение, которое ей можно дать – Кошка. Увы, больше ничего добавить не могу, разве что с точностью кофейной гущи могу предположить, что её мне сбагрили, чтобы избавится хотя бы на время, то ли она сама ищет «сильного» самца, способного её «подчинить», или вообще по велению третьей звезды от луны. Реакция на её поступки была довольно красноречива и то, что от неё постоянно ждут какой-нибудь выходки, и все равно к ним не готовы, о многом говорит. К примеру, казалось бы, целомудренное кимоно, превратить едва ли не в оружие массового поражения против мужчин и некоторых женщин, при этом не нарушив не одной буквы этикета, это нужно иметь талант и ум способный его воплотить. Опасная девушка. Разложив все по полкам, а так же записав вопросы, которые должны быть заданы, я, наконец, заснул. Утро началось со странного события. Я проснулся в объятиях сёстер Миямото. Допустим то, как они смогли миновать защиту, я понимаю, львиная доля чакры в них моя, но вот почему я не проснулся? Совсем квалификацию теряю. Но вот состояние девушек было… печальное. Растрепанные волосы, всклоченная шерсть на хвостах, мешки под глазами и следы слёз. Не самое приятное зрелище, особенно когда видел их цветущими и веселыми. Как только Тейджо меня не прибил? Я бы, наверное, не сдержался. Так как они теперь со всеми потрохами мои, нужно привести их в надлежащие состояние. Касание к шее и заправляю чакрой под завязку, даже ушки, которые обычно скрыты волосами, встали торчком. А теперь, аккуратно щипнуть и направить вектор движения в ванную. Сам же отправился на кухню. Я конечно не профессиональный повар, но завтрак оформить могу. К моменту, когда на столе уже стоял чай, девушки посвежели, свели следы, отчаянья и щебетали о чем то своем – «женском». Так, как мало кто знал меня в лицо, нас спокойно смогли переселить в выделенный мне дом. Сестрам, конечно, показываться за его пределами запрещено, но, по их мнению, это лучше ощущения медленного угасания от недостатка энергии. Первой сегодня решила посетить меня Кэтсуми, весьма оригинальным способом, проскользнула в окно «не заметив» полноценный комплекс «крепость». Нет, я конечно понимаю, что это не секретная клановая разработка и более менее доступная техника, но ТАК ее проходить…. При том, что заправил я её в половину собственного резерва. Это было обидно. Как будто бы любимую конфетку отобрали. – Ой, да ладно, не обижайся, сам когда-нибудь так сможешь, – при этом не забыла подергать меня за щеку, с ТАКИМ умилением на лице, что я задумался о том, кого мне подсунули. Думаю, говорить о том, что среагировать на её движения не то, что не успел, но даже не различил их, глупо. – Научишь? – запалил я огоньки в глазах, и открыл пошире глаза. А в следующий момент понял, какую глупость сделал. Мое тело и сознание было подвергнуто абсолютно жестокому и беспощадному затискиванию. С писком: «Какой милашка!». Пришлось применить абсолютно секретную технику, которой меня обучил дядя Хидео (если бы кто-то узнал, чему он меня обучил, его бы не спас ни опыт, наработанный за триста с хвостиком лет, ни то, что он уже сотню лет возглавляет боевое крыло Узумаки). Аккуратное, скользящие движение рук, место которых заняли хвосты, и молниеносное проникновение под кимоно и избавляем девушку от нижнего белья. Кэтсуми моментально прервалась, но из захвата не выпустила. – Ох, какие мы развратные!? – глубоким грудным голосом, после минутной паузы, ответила она, и от этого голоса, наверное, даже у старых развалин, у которых все отсохло еще в незапамятные времена, встало бы. А несчастного паренька, в разгар полового созревания, которого, уже который день окружают одни красавицы, и подавно завело. Поэтому наше перемещение в спальню и закрытие её барьерами прошло мимо сознание, как не важный факт. Важной была только девушка на моих руках, с которой не хотелось разрывать поцелуй. Затем нехотя оторвавшись от ее губ, спустился ниже и поцеловал шею. Руки, тем временем, заученными движениями избавлялись от кимоно, которое для непосвященных может стать серьезной проблемой. Кэтсуми не отставала, и к тому времени, когда я перешел с шеи на грудь, размера четвертого не меньше, она уже лишила меня последнего элемента одежды. С интересом рассматривая мое тело. Я же продолжал, не торопясь в свих изысканиях, уделять свое внимание каждой части тела. Каждую грудь, животик. Но партнерше в какой-то момент, видимо, столь медленное развитее событий надоело, потому испустив небольшой рык и захватив меня своими ножками, она перекинула мое тело и села мне на пояс. Подключившись к игре за главенство, я с рыком перекинул её на спину, и куснул за выпущенное ушко, а затем пока девушка отвлеклась, вошел в неё, вызвал этим стон удовольствия, подтвердивший правильность выбранной стратегии. И продолжая ей следовать, опустился к груди, выгнувшейся подо мной девушки, и по очереди куснул соски. Рык лисички одобрил мои действия, а увеличивающийся темп толчков, стоны удовольствия. В определенный момент наших игр, девушка выпустила на волю свои хвосты, которые до этого были сжаты в один, и ими попробовала связать меня, но не преуспела, мои хвосты успешно один за другим спеленали их. Перевернув её на животик, и опять войдя в неё жестко и бескомпромиссно, я засек яркую сдвоенную вспышку эмоций, взглянув в её направлении, обнаружил двух девушек подглядывающих за нами. Кэтсуми это тоже заметила и еще больше завелась, рыком требуя к себе больше внимания, и я её не разочаровал, одной рукой ухватившись за шикарную задницу, а второй перехватив «букет» хвостов, я все жестче и жестче в неё входил. Хвосты оплели её руки, удерживая их, а пара занялась грудью, оставшееся свободными по очереди уделяя внимания всем чувствительным зонам, обнаруженным за предыдущее время. Темп движений вышел на свой пик, интенсивность криков нарастала, пока не достигла высшей точки, и мы обессилено упали в объятиях, ощутив первый оргазм. Волна дикой зависти, в вперемешку с ревностью от входа, открыла второе дыхание у партнерши, поэтому оседлав меня. – Это только начало, «дорогой». – хищно улыбнулась кошка-лиса. Шесть часов спустя. Ех… похоже Кэтсуми поставила себе задачу заездить меня по полной. Получилось с переменным успехом, заездила она меня хорошо, но выносливость и запасы чакры отцов не подвели и не позволили упасть лицом в грязь, что не может не радовать. Правда, после такого проводить еще две серьезные встречи как-то желание отсутствует, но кто меня будет спрашивать? Сама Кэтсуми спустилась вниз через двадцать минут, посвежевшая, фонтанирующая энергией и в прекрасном настроении, всю картину портит разве что синяк от засоса на шее, но её это, видимо, не волнует. – И как? Доказал я свою «силу»? – не смог я без легкой улыбки спросить. – Первый экзамен прошел, Тигренок, – с такой же веселой улыбкой ответила она. – Увидим, что ты можешь, на полигоне. Призовешь, когда будешь готов, – и выпорхнула в тоже окно, «не заметив», барьера. Черт! Я тоже так хочу! Как только Асакура покинула дом, в дверь постучались. Кто бы сомневался, что она выберет такое удобное время покинуть меня. У входа стоял Кейтаро Имубэ, собственной персоной. – Добрый день, уважаемый Кейтаро, проходите, – поприветствовал я его. – Действительно хороший день, господин Узумаки, – покивал он мне в ответ. Затем я провел его в гостиную, где сестры, несмотря на весьма мрачное настроение, вызванное утренними событиями, уже завершили сервировать стол и, заварив чай, покинули помещение до того, как мы вошли. Пропустив по чашечке чая, мы принялись за деловой разговор. – Итак, что готов мне предложить клан Фудзивара? – прямо спросил я. – Пара бойцов одиночек, первый специализируется на незаметном устранении цели, второй на разведку боем. – Я кивнул, принимая сведенью, и всем своим выражением ожидая продолжения. Так хотелось сказать: «Огласите весь список». Но, это не вежливо. – Две тройки команд, специализация: штурм и огневая поддержка. Так же можешь призывать меня, боец-универсал, но я считаюсь как полноценная тройка по оплате, – улыбнулся он. – Медики у вас есть? – Зачем тебе? У тебя же уже есть Тайра? – Она медик? – Не притворно удивился я и, видя недоумение на лице собеседника, поспешил пояснить, – наша встреча следующая, потому детали с ней обсудить не успели. – А зачем тебе медики? Наша медицина поможет лишь тем, кто инициирован с нашим племенем. Можно сказать непрофильная работа. – Улыбнулся он. – Как то вылетело с головы, – покаялся я, – хорошо, я бы хотел нанять тебя для призыва на постоянной основе. Еще одно, остальных названых тобой, можно будет нанять на разовую работу? – Думаю можно, но нужно будет обсудить тариф найма, мы как-то не предвидели такое пожелание, мало тех, кто хочет работать с незнакомыми особями. – Я покивал в ответ. – Значит, ответ получу во время нашей первой совместной тренировки? – Он кивнул. – Отлично, на этом предлагаю заканчивать. Взаимные поклоны уважения и я провожаю его к выходу. Последняя, на сегодня гостья, прибыла, как и полагается, ровно в назначенное время. Отличало её от остальных три внушительных свитка, пара за спиной и один в руках. Что же, видимое подтверждение того, что она надолго, я получил. – Приветствую уважаемую Тайру у меня в гостях, – и поклон, немного глубже, нежели того требует этикет. Попытка намекнуть, что уважение, испытываемое мной к этой девушке реальное, а не диктуемое этикетом. И это действительно так, у меня, наконец, появилась возможность расспросить близняшек на счет моей будущей собеседницы, и полученная информация заставила меня по-настоящему зауважать стоящую напротив меня девушку. – Приветствую уважаемого хозяина дома, – улыбнулась она, тоже поклонившись немного глубже, нежели это положено все тем же, будь он не ладен, этикетом. И что она этим жестом хотела показать? Уважение к моей силе? Мне лично (за что?)? Вот, казалось бы, маленький жест, а уже ломаешь голову, потому я и не люблю все эти попытки использовать этикет, как многоуровневый язык общения. – Прошу за мной, – провел я её в гостиную, где недавно принимал Кейтаро. Сестры уже накрыли на стол легкий ужин и аккуратно приняли груз моей гостьи. Сам ужин прошел в легкой атмосфере наслаждения пищей, и желания его портить переговорами не было ни у меня, ни у Кин. Заменив опустевшую посуду чашками с чаем, мы, наконец, приступили к обсуждению нашего будущего сотрудничества, начал я со следующих слов: – Итак, для начала, перейдем на «ты»? Нам долго работать, и, думаю, разводить все эти формальности и недосказанности не стоит, – обозначил я стиль будущей беседы. – Хорошо Раи, – в первый раз за этот вечер она улыбнулась, до того показывая лицо достойное фарфоровой маски. – Кин, спрошу прямо, чего вы ищите рядом со мной? Вы не из тех кому нужно ломать стены касанием мизинца и, насколько я успел оценить, то, что вы достойная наследница и глава старого клана и его нынешнее состояние, лишь временное неудобство. – открыто обратился я к ней. Она улыбнулась. – Не любишь политесы? – Я утвердительно кивнул. Она осмотрела гостиную и установила барьер без всяких посредников, только чакра и воля, я проникся, затем она начала излучать колебание природной чакры постоянно меняя характеристики волн, что вызвало пару интересных вспышек под куполом. Удовлетворенно кивнул, она продолжила говорить, не развеивая барьер. – Видишь ли, наш клан давно искал некую семью, но думаю, тебе интересно будет узнать всю историю сначала. В основе нашего общества стоят четыре великих клана. Миямото, Фудзивара, Тайра и мертвый ныне клан Татибана. Каждый из них получил свое наследство от «Первого Лиса». Наше наследство было туманной просьбой о поиске некой «семьи». Если убрать всю лирику, то будет звучать она приблизительно так: "Ищите семью что обладает «единством», она исцеление нашего «проклятия». Но, будьте осторожны, «единства» достойны лишь те, кто не впал «в тьму мира сего»". – А я пытался не выдать эмоции. Видимо у меня не слишком хорошо получилось, так как я удостоился лишь снисходительной улыбки. – А причем тут я или Скрытый Лист? Насколько мне известно, монолитный клан возможен только состоя из одного человека, что в Скрытом Листе, конечно, встречается, но явно не то, что вы ищите, – попробовал я включить «дурачка». Девушка в этот раз просто улыбнулась, оценив позицию и читая меня влет. Что не есть хорошо. – Я продолжу, что это значило мы не понимали, пока к нам не попали несколько фактов. Один из сородичей как то вовремя очередной вылазки по ингредиенты наткнулся на небольшой караван, преимущественно из детей и женщин, в сопровождении трех троек аловолосых шиноби с «красным водоворотом» на спине – камоном клана Узумаки. Сопровождаемые были опознаны как клан Тоётоми. «Уничтоженный» во время последней войны шиноби. Тогда мы подумали, что вы умудрились отхватить кусок «на развод». Но, то, что сломало наше мнение. Применение «наследия крови» Тоётоми через год при штурме Скрытого Водоворота. Кстати, вы ушли тогда очень громко, неплохо так хлопнув дверью, на три четвертых атакующих войск. Но вернемся к нашим действиям. Мы начали собирать информацию о вас. Её, не сказать что бы много, но свидетельства того, что в ваших закромах пропали пара кланов, мы смогли откопать и даже больше, почти сразу всплывают факты применения их «наследия крови». – У нас хорошие дипломаты, – предпринял я отчаянную попытку отбрехаться. Девушка рассмеялась на мой ответ, искренне и беззлобно. – Если судить по тебе, они гениальные. Не каждый «дипломат» сможет поставить раком контрразведку поселения, в которое его отправили, – продолжила она, утирая выступившее слезы. – Сдаюсь-сдаюсь, – поднял я руки в жесте примирения. – И что же ты собираешься делать с полученной информацией? – Использовать, разуметься. Я здесь, и жажду доказать, что не впала «в тьму мира». – А почему не сдала сородичам? – Скажи честно, какой шанс, что ты расколешься раньше, чем сработает одна из печатей у тебя на теле? – я улыбнулся и развел руками. Но, как ответ, этого было достаточно. – Единственное, я хочу знать историю смерти твоего клана, но это история не этого вечера. Хорошо? – И увидев гримасу боли на её лице, уточнил, – расскажешь, когда будешь готова, это не к спеху. – Она утвердительно кивнула. – Отлично, а теперь я провожу тебя в твои покои. Завтра утром отправляемся в Скрытый Лист.