Психолог

Психолог сидел в кресле, ожидая прихода пациентов и слушая классику. «Иногда просто хочется плюнуть на все и рвануть на море» — думалось врачу. Однако работа предстояла непростая. Мало того, что все пациенты получили душевную травму, так они еще и не думают останавливаться! Все бегут напролом и бегут! «Меня же предупреждали! Но как обычно — большой гонорар — и я в деле!» — каялся психолог. В этот момент раскаяния доктора прервал звонок. Звонок сотового, напоминающий о скором прибытии первого пациента: мужчина, за сорок, вагон проблем. Подготавливаясь к сеансу, Веллер окинул взглядом кабинет. Как и большинство подобных мест, комната была неприметной. Самый обычный стол и стул, скучный кофейный столик, бежевые обои с геометрическим узором, картины, которые сливались со стеной, деревянный пол, пастельные светильники. Яркими пятнами кабинета, делающими его комфортными для пациентов, были красные кресла и шторы. Книжный шкаф был заставлен типичной психологической литературой. Тихая классическая музыка струилась из колонок компьютера. Ветер из открытого окно трепал шторы и листья цветка у двери. Теплый ветерок вновь вызвал мечты врача о море. Но теперь размечтаться не дал настойчивый стук в дверь. А вот и пациент. — Войдите, — спокойно промолвил психолог. "Может необычный сеанс поможет отвлечься?" Крупный мужчина распахнул дверь и уверенно прошел внутрь. — Садитесь. Психолог незаметно осмотрел пациента. Мускулистый, темноволосый, черты грубые, над ними уже поработало время. Оставив в покое пальто, он сел в красное кресло. Психолог увидел все что было нужно для начала. — Я доктор Веллер, — возникла пауза, которая должна побудить его завязать разговор. — Редфилд. Крис, — будто не замечая минувшей тишины сказал мужчина. — Как будто вы не знали. Доктор Веллер отреагировал спокойно, привыкнув к подобной реакции. Что же, к делу. — Расскажите мне о тех… происшествиях, — доктор немного переживал, подбирая слово. Крис тяжело вздохнул и сжал руки в кулаки. — Слушайте, я не получил никакой душевной травмы, просто подпишите эту бумагу, — он указал на документ на столе врача. — И я свободен. Психолог старался скрыть улыбку. Дежавю. — Я не могу пренебрегать своими обязанностями. Это моя работа, — доктор пожал плечами. Крис явно не хотел оставаться в этом кабинете надолго, и психолог это записал. Шуршание ручки о блокнот точно выводило из себя пациента. — Прошу, расскажите. Вам станет легче, — Веллер не удалось добиться своего. — Может, мы дождемся вашу сестру? Крис замер. Он понимал, что она то не даст спокойно уйти. Думал Редфилд недолго. Он тяжело вздохнул и начал рассказ об особняке Спенсера. Психолог начал записывать. Джил, Альберт, Ребекка. Большего и не требовалось. Крис начал короткий рассказ о своей сестре. Переходя из события в событие, он добрел до 2013 года. Каждым словом он поражал доктора Веллер и производил впечатление. У врача появилось достаточно материала для работы. — Абстиненция…физическая…прямая…агрессия…амнезия защитная… альтруизм… — бубнил под нос доктор Веллер. — Итак, после предательства вашего капитана, вы очень ценили свою команду. Но, к сожалению, потеряли ее всю. Что вы чувствуете по этому поводу? Злитесь ли на Аду Вонг? — Да, — резко сказал Крис. — Если бы не эта женщина… Если бы она только была жива! — Успокойтесь! — скомандовал специалист. Он знал о Вонг. — Что на счет ваших чувств? — Я. В. Порядке, — начал злиться Редфилд. — Мне не нужна помощь! — Отрицание правды вам не поможет, — психолог привык к подобной реакции, и не выразил никаких опасений, однако Крис уже подумывал разнести кабинет, пытаясь запугать этим врача. Но признав, что эти мысли ни к чему хорошему не приведут, мужчина поник. — Ладно, расскажите о вашей партнерше и о ваших отношениях. — Мы партнеры, — Редфилд казалось устал уже это повторять и коллегам, и друзьям, теперь еще и психологу. — Ваше высказывание указывает на сильную связь. Вы, Крис, очень цените команду. Вы ставите ее на одну полку с семьей. Я — психолог. Все что вы мне расскажите останется между нами. Крис вновь тяжело вздохнул и перевел взгляд на картину. Кажется этот кабинет уже наслушался вздохов и наслушался тайн. — Если вы сомневаетесь во взаимности, это не повод обрекать отношения… — Я не сомневаюсь, — перебил доктора Веллер мужчина. — Просто мы с ней договорились не выносить отношений дальше моей квартиры. Веллер заметил проблему в отношениях, но не ожидал именно этого. Психолог подобрался, и наметил череду вопросов. — Когда это произошло впервые? — После особняка. Мы были ошарашены, и напились. Это грозило перевернуть наши отношения. Поэтому мы сделали вид, что забыли,   Криса казалось прорвало. Веллер заметил, что Криса это ранило, и сделал выводы. — Вы настаивали на продолжение романтических отношений? — Нет. Это вышло само собой. Изредка повторялось, однажды даже на задании, но в серьезные отношения не перешло, — он прикрыл лицо, как от усталости. — Потом, после «Королевы Зенобии» и нашей общей «ошибки», мы поговорили. Но это ни к чему не привело. А еще ее смерть… — Смерть? — перепугался психолог, но вспомнив историю пациента, смутился. — Ах да, простите. Не у каждого такая… своеобразная жизнь. Крис предпочел не замечать реакцию врача. Это сбивало с мысли. — Ну, а сейчас я готов сделать ей предложение… Я как-то позвал ее на свидание и она отказала… Поэтому надежды нет… Голос Редфилда становился тише, в нем появились ноты отчаянья. Доктор Веллер чувствовал себя отвратительно, ему хотелось утешить пациента знакомым способом — алкоголем. Но вспоминая его прошлое и то, что Веллер однако психолог, он решил действовать иначе. — Как специалист, я советую вам набраться сил и преодолеть эту преграду на пути к счастью, — тут доктор понизил голос. — Но как человек, я могу предложить помощь. — И какую? — безнадежно спросил Крис. Он не знал, что ему поможет в данной ситуации. На проблемы в личной жизни не кинешься с дробовиком. — Ваш напарник будет моим пациентом. Поговорив с ней, я пойму, стоит ли вам надеяться. — А как же врачебная тайна? — с сомнением в голосе спросил мужчина. — Я ничего не скажу. Просто кивок, ну или покачивание головой, — хитро предложил Веллер. Хотя психолог представлял свои действия в данной ситуации иначе. Крис заметно приободрился. Уже хотел распрощаться, но его задержала новая просьба доктора: — Расскажите о Пирсе Нивансе. Психолог узнал о самых серьезных проблемах Редфилда и давил на них по очереди. Но Крису едва дались первые вопросы, ну, а приплетать недавно почивших… — Не стоит, — бросил он. Врач подобрался, решив что именно сейчас надо применять главную стратегию — идти напролом через тернии. — У вас были крепкие отношения. Связь. — Не было никакой связи! — воскликнул мужчина и подскочил. — Хватит! Я уйду без этой бумаж… — А если бы он был жив? Вам было бы легче в отношениях с напарниками? С напарницей? — врач не только перебил, но и яростно наступал на Криса. Вроде и профессионально спокоен, но и явно прорывается к самым глубинам эмоций и воспоминаний пациента. Будто не для стандартного документа для нестандартной личности, а ради интереса. — Все проблемы копятся внутри. Хотя последняя фраза была сказана спокойно, просто констатация факта, но Редфилда она и вывела из себя. — Все, надоело! Хватит! Вам не понять! Может будь он жив, у меня была бы и счастливая семейная жизнь! У психолога вытянулось лицо. Он и не подозревал нечто большее в их отношениях. Сразу появилась целая полочка вопросов, но ей было суждено развеяться. — О, нет! — Крис понял, что продумывал психолог. Он наконец-то сел обратно в кресло. — Я должен был передать ему свое место! И ушел бы на отдых! Я даже кольцо купил! Решился, но его смерть. … Она зачеркнула все планы. Я решил не сделать ее напрасной. Он был так жизнелюбив, так молод… Что-то говорит мне, что должен был погибнуть не он, а я… Последние слова подстегнули доктора к срочным действиям. Одним сеансом не обойдешься, да и лекарства прописать надо. Веллер предстояла долгая работа…