Воительница Овна 2

После возвращения в двадцатый век произошло ещё несколько событий. Безумный учёный профессор Соичи Томо, владелец школы для одарённых детей Мюген, намеревался получить Святой Грааль, чтобы помочь своей дочери Хотару. Мать Хотару погибла в результате несчастного случая - профессор Томо проводил опыты в области генной инженерии. После того случая в отца и дочь Томо вселились демоны: в профессора Томо - демон Герматоид, в Хотару - демонесса Мистресс. Задачей Герматоида и Мистресс было заполучить Святой Грааль, чтобы разрушить Землю. Ситуация осложнялась тем, что Хотару была переродившейся Сейлор Сатурн - Воином Разрушения. Так или иначе, но действия Герматоида и Мистресс грозили полным уничтожением Земли. По стечению обстоятельств Хотару стала подругой Чибиусы. И не ей одной - Сакура тоже подружилась с ней. Из всех Сейлоров Земли одна Сакура прекрасно понимала Хотару, ибо знала, что это такое - потерять мать. В этот период в Токио появились ещё двое Сейлоров - скрипачка Мичиру Кайо, она же Сейлор Нептун, и похожая на юношу спортсменка Харука Тенно, она же Сейлор Уран. Харука приходилась дальней родственницей Зойсайту, оттого у них и фамилии одинаковые. Харука и Мичиру тоже искали Святой Грааль - они хотели отдать его Мессии Света, который мог остановить разрушение мира. Для этого они собирались найти три священных талисмана, каждый из которых спрятан в чистом человеческом сердце, - Космический Меч, Глубоководное Зеркало и Гранатовый Шар. Сакура сразу поняла, что Харука и Мичиру - это Сейлор Уран и Сейлор Нептун. Чутьё необычных людей никогда её не подводило. - Не может быть, чтобы вы не желали помочь нам спасти Землю, - сказала Сакура после очередной победы над очередным демоном, созданным профессором Томо. - С чего ты решила? - спросила Харука. - Мою маму тоже звали Харука, и она была добрейшей души женщиной. В тебе тоже должно быть что-то хорошее, не зря вас одинаково зовут. А это значит, что ты не можешь водиться с плохими людьми. - Ха, какая наивная, - хмыкнула Харука. - Неужели ты можешь быть такой доверчивой? - вторила ей Мичиру. По щекам Сакуры потекли слёзы: - Вы обе злые и бессердечные! Как вы можете говорить о поиске священных талисманов, если у вас самих сердца чернее угля?! Хромая и рыдая, Сакура убежала, а Харука и Мичиру почувствовали укол совести. До этого они не задумывались о том, что, ища священные талисманы, причиняют боль окружающим. С Сакурой они ещё несколько раз встречались и однажды решили, что она и есть Мессия Света. - Да не могу я быть Мессией Света, - возразила Сакура. - Если вы не забыли, моя левая нога короче правой. Мессией Света, как и священником, не может быть человек с физическими дефектами. В итоге выяснилось, что Мессией Света всё это время была Усаги. Хоть она и была лентяйкой, обжорой и плаксой, её чистое сердце оказалось самым настоящим Святым Граалем. Именно Усаги в образе Сейлор Мун смогла уничтожить Мистресс и Герматоида. А чтобы Хотару очистилась от влияния демона и смогла стать Сейлор Сатурн, Сейлор Плутон вернула её в младенческий возраст. Теперь Соичи Томо мог очиститься, заботясь о дочери. А два священных талисмана находились у самих искательниц. Космический Меч находился в сердце Харуки, а Глубоководное Зеркало - в сердце Мичиру. Третий артефакт, Гранатовый Шар, был у девушки Сецуны Мейо, которая и была Сейлор Плутон, и служил набалдашником её посоха, похожего на ключ. Поняв, что их миссия выполнена, Харука и Мичиру собрались уезжать из Токио. Неожиданно, прогуливаясь в последний раз в парке, они увидели Сакуру, которая сидела возле пруда. В руках она держала своё Зеркало Мечты. От Харуки и Мичиру не укрылось, что Сакура плачет. - Что случилось, Сакура? - спросила Харука и только тогда заметила, что в левом верхнем углу рамы Зеркала Мечты, как раз возле стекла, находится глубокая трещина. - Почему твоё Зеркало Мечты треснуло? - Это из-за той аварии, что произошла три года назад, - ответила Сакура. - Все, даже два друга отца из числа священников, говорили, что у меня талант вести людей к свету, и особенно ярко он проявляется, когда я играю на флейте. Я мечтала стать приходской монахиней, но после аварии врачам пришлось укоротить мою левую ногу. Теперь я лишилась мечты. Никем иным я никогда не хотела быть. Я никогда, никогда не стану монахиней! Сакура заплакала ещё сильней. Ощутив сильную боль в груди, Харука обняла её, и именно в эту минуту ей вспомнились слова Сакуры: «Мою маму тоже звали Харука, и она была добрейшей души женщиной. В тебе тоже должно быть что-то хорошее, не зря вас одинаково зовут». - Не плачь, Сакура, - сказала Харука, - мы поможем тебе. - Поможем? - спросила Мичиру. - Как, по-твоему, мы сможем ей помочь? - Как ты можешь быть такой бессердечной, Мичиру? - возмутилась Харука. - Неужели ты не видишь, как ей плохо? Над ней будто сама реальность издевается, она и так несчастна. Мы должны ей помочь - хотя бы попытаться найти денег, чтобы ей восстановили ногу. - Значит, нам придётся задержаться в Токио непонятно насколько? - Тогда ты мне не подруга, - отрезала Харука. - Я сама ей помогу. Пойдём, Сакура. Не слушай эту бессердечную разгильдяйку. Мичиру охватил сильный стыд. О чём она думает? Почему не хочет помочь несчастной девушке, которая потеряла мать и чья мечта разбилась из-за травмы? - Харука, подожди! - окликнула Мичиру подругу. - Я с тобой. Ты права - мы должны помочь Сакуре. С большим трудом, с помощью музыки и спортивных соревнований, Харука и Мичиру собрали необходимую сумму для операции. А пока Сакуре эту операцию проводили, они посетили отца Стефана и попросили его поговорить с Сакурой. Именно отец Стефан после Зойсайта и Усаги с подругами навестил Сакуру, когда ей сделали операцию и перевели девушку в обычную палату. - Я уже смирилась с тем, что не смогу стать приходской монахиней, отец Стефан, - сказала Сакура. - Даже после операции мне это наверняка не светит. - Но ты можешь быть пророчицей, - сказал отец Стефан. - Многие пророки имели физические дефекты, но несли свет людям. Ни слепота, ни хромота не могли им помешать. Я помогу тебе стать пророчицей. Потом Сакуру навестили Харука и Мичиру. - Ты была права, Сакура, - заметила Харука. - Мы были слишком чёрствыми. Но меня не зря зовут так же, как твою маму. Это был знак - мы должны были вспомнить, что в нас осталось что-то хорошее. - И это хорошо, - сказала Сакура. - Спасибо вам... Харука-мама и Мичиру-сестрёнка. Неожиданно из груди Сакуры появилось Зеркало Мечты, и Харука и Мичиру увидели, что трещины нет. - Как это возможно? - спросила Харука, когда Зеркало Мечты исчезло. - Я решила стать пророчицей, Харука-мама, - ответила Сакура. - Отец Стефан обещал помочь мне. Сакура села на кровати, они с севшей рядом Харукой обняли друг друга - не как друзья, а как мать и дочь. - Сакура. Девочка моя, - с закрытыми глазами проговорила Харука, и по её щеке потекла слеза. - Моя маленькая. - Мамочка, - сказала Сакура, прижавшись к Харуке, и тоже незаметно для себя заплакала. Мичиру тогда подумала, что неспроста они с Харукой решили остаться, ведь Сакура обрела в её лучшей подруге не просто друга, а вторую маму. Сама Мичиру стала Сакуре сестрой.