Спасти Атлантиду

Вернувшись из похода в библиотеку, Эйнджел завалилась «досыпать», а Эрика решила прогуляться. Но не успела она далеко отойти, как столкнулась со старухой Аделаидой. И уже скоро топала к камерам будить это горе сопящее. — Вставай! — Эрика не особо вежливо толкнула спящую девушку в бок. — Вставай, — повторила она противным голосом. — Тебя Аделаида зовет. — Ой, неужто этот гадкий сон еще не закончился… — простонала Эйнджел и повернулась лицом к стене. — Я ж на тебя воду вылью, зараза, — нахмурилась Эрика. — Сама такая, — донеслось от стенки. — Пять минут. Ровно через пять минут девушка повернулась и потянулась. Затем поднялась и уставилась на Эрику. — Какая ж мерзость эти нары, — тяжко вздохнула она. В душе «надсмотрщица» была с ней абсолютно согласна. Она и сама проснулась в таком состоянии, словно всю ночь таскала кирпичи. — Пошли, пошли, — поторопила Эрика, подталкивая девушку к выходу. И скоро они пришли к комнате старухи. Матушка встретила их суровым взглядом. Щелчком пальцев резко усадила их на стоящие тут стулья. — Итак… — начала она. — Мне стало известно, что вы нашли некую книгу о клане Пророков… Девушки переглянулись. — Матушка Аделаида, а разве было в этом что-то запретное? — спросила Эрика. — Заткнись! — рявкнула старуха. — Мне нужно прочитать эту книгу. — Так возьмите в библиотеке и прочитайте, — хмыкнула Эйнджел. — Причем тут мы? — Книга… пропала, — сощурилась Аделаида. — Это не мы, — синхронно ответили девушки. Эрика подумала, что, пожалуй, сейчас они всё равно в одной упряжке… — А мне плевать! — разразилась хохотом старуха. — Мне надо прочитать. И сделаю я это с помощью книги или с помощью вас — мне всё равно. — С помощью нас? — рассмеялась Эйнджел. — То есть вы потеряли книгу, а мы ее искать должны? — Нет, это долго и бессмысленно, — в голосе старухи появилась хрипотца. — Я прочитаю ее именно с помощью вас. Пока Эйнджел пререкалась, Эрика пыталась найти смысл в этом предложении. «С помощью вас…» Некстати вспомнилось, что Аделаида ментальный маг. Нет, но не может же она книги читать, погружаясь в сознание! Бред какой-то. Однако в этот момент старуха щелкнула пальцами, привязав обеих девушек к стулу. А затем, как большая старая ворона крыльями, взмахнула руками. Эрика зажмурилась и… ничего. Странно. Приоткрыв один глаз, она увидела, что матушка нависла над Эйнджел, а та странно дергается. «Так вот как оно выглядит…»- отстраненно подумала девушка. Но надо было спасать соседку по комнате. Неужто старуха не могла это сделать безболезненно? .. …Эйнджел же пересматривала недавние события. Она сидела в библиотеке и водила пальцем по строчкам, читая, а Эрика сидела рядом и хмурилась. «Род Пророков один из древнейших, кои существуют сейчас в Атлантиде… Роджер Франциск Профета, женившись на девице клана Близнецов, в тот же день издал пророчество и завещал написать его на могиле его… Через год в тот же день умер он, а жена его начертала заветные слова… …добрый сын Дор, по отцу что Кельвин, предупредил народ о метеорите… …долгая дорога самых разных пророков, каждый умирал через год после своего пророчества… …злобные Керны убили мать Фердинанда, отца, сына и двух дочерей. Сам Фердинанд умер в битве. Эта линия рода прервалась, только брат Цитохем, трус, сбежавший от битвы подальше, подарил Кернам дом их, обменял на право жизни… …Гвендолин Ужасная, дочь Филиппа Цитохема, убила всех до одного Кернов, вернув поместье древнее. И ни воины, и не призраки, но что-то среднее защищало ее в пылу битвы. Кто-то видел и Роджера Профета… …Верды, что родственники Кернов, сожгли родовое поместье, остались лишь подземелья, страшные, как сама Смерть. Гвендолину пытали долго, а потом казнили на гильотине…» Эйнджел почувствовала странный рывок, словно из нее что-то выдернули. В глазах все померкла и она обвисла на веревках… — Отведи ее в камеру, — скривилась Аделаида, освобождая Эрику от веревок. — Оглохла, что ли? Эрика с ужасом глядела на теряющую сознание девушку. «Как же так… Как же так…» — билась в голове мысль. Матушка Аделаида… И так жестоко! — Отведи ее в комнату, — бросила старуха, отворачиваясь. Девушка закусила губу и попыталась поднять Эйнджел. Та была в каком-то забытьи. Ужасно… Тащить было тяжело, но комната была близка. И вскоре они пришли. Девушка аккуратно уложила пострадавшую на скамью. Ее было… жаль? Точно. Такое странное чувство… Эрика вздохнула и села на свое ложе. Ей надо было подумать.

***

Эйнджел поднялась. Ее окружала непроницаемая тьма, давящая на разум и чувство ориентации. В черное пелене не было не малейшего просвета, блеска и возможно разглядеть хотя бы контуры предметов отпадала. Девушка же чувствовала себя спокойно и уверенно. Такого убеждения в чем-то у нее никогда не было. Эйнджел точно знала куда ей идти, но не знала зачем. Впрочем, это ее не волновало. Ей точно нужно было туда… «Десять шагов прямо, поворот. Препятствие. Нужно обойти.» Ее голос разума работал как у робота, не оставляя ничего, кроме убеждения в полной необходимости своих действий. «Еще восемь шагов прямо. Препятствие. Человек. Убить.» Эйнджел машинально, будто делала это не в первый раз, устремила руки на находящегося в шаге от нее не в чем ни повинного человека, кажется девушка. Ту мгновенно отшвырнуло к стене, раздался тихий стон. Девушка была довольна и доверяя инстинктам, пошла дальше. Она не чувствовала сочувствия, ненависти, стыда, боли, мук совести, в общем того, что должен чувствовать любой другой человек при убийстве. Это было нужно. По дороге ей встречалось минимум пять одинаковых девушек, с темными волосами и голубыми глазами. Они покорно смотрели на Эйнджел, пока та их убивала. Не было крови, криков, сочувствия, лишь протяжный стон и черная пелена ночи. Но случилось что-то странное. Что-то, совсем не входящее в планы девушки. Шестая из женщин, которых Эйнджел должна была убить, кинулась на нее, причиняя не выносимую боль прикосновениями, в то время, как казалось, что девушка не должна ничего чувствовать, кроме потребности идти вперед. Холодный метал упирался в горло Эйнджел, буквально сжигая кожу. Девушка, которая стояла, прислонив нож к горлу Эйнджел сильнее нажала на холодное оружие. Послышался крик, а тело обмякло на руках другой девушки. —Как странно убивать себя.—задумчиво и спокойно произнесла она, в то время как ее нож отсоединил тело от головы. Все вокруг было в крови, алая жидкость была в ногтях, на руках, лице, везде. Девушка чувствовала запах крови, вдыхала ее аромат. Он пленил. Этот божественный железный аромат. В нем была сила и остатки жизни. Кровь парада на губы девушке. Она их облизала. Железный привкус был прекрасен, но пугала атмосфера. Все было пропитано кровью на сквозь, а где-то слышались хрипы и стоны. Неожиданно алая капля упала с губ, оглушая ее. Звук был таким громким, что казалось, барабанные перепонки девушки вот-вот лопнуть. Она упала на каменный пол, оставляя красивый след. Все было настольно искусно и изысканно, что настоящая Эрика чуть не захлопала в ладоши от восторга. Аделаида итак убила пять частей ее сознания, осталось лишь две. Она, часть, относящаяся к жажде крови, и последняя, которая ждала впереди, перед самым входом в самые сокровенные места разума — ум. Эйнджел не спеша сделала надрез в области ключицы. Из него вырвался дух повиновения. Кажется, самый не нужный из них, впрочем, он итак умирал. В миг, разум соединился с жаждой крови и они смогли вернуть тело законной владыке. Жаль, ее характер измениться. Трудолюбие, доброта, забота, любовь, нежность были убиты. Какие они были глупые.. Думали, что все обойдется без кровопролития. Жажда крови закрыла глаза, погружаясь в темноту. Нужно было набраться сил. *** Эрика не могла ничего сделать. Она вот уже несколько дней не выходила из комнаты, постоянно меняя холодную повязку на лбу Эйнджел. У нее был жар, она тряслась. Не ожидаемо все прекратилось. Жар прошел, а на лице Эйнджел отразилась улыбка. Теперь она просто спала. Эрика в изнеможении повалилась на кровать. Она обсудит поведение и намерения Аделаиды с Эйнджел, Конда та проснется, а сейчас нужно отдохнуть. Бедная Эйнджел.. Где-то, не далеко, Аделаида в ярости крушила все на своем пути. Этой девчонке удалось вырваться из ее власти, но по крайней мере может заключить сделку с этой машиной убийств, составлявшую из холодного и расчетливого разуму и жажды крови, будет легче переманить на свою сторону.