Роза, что приносит смерть

***

— Ну, здравствуй, брат! Вот мы, наконец-то, и встретились…       Посторонний голос заставил стаю Дерека прекратить бой и обратить свое внимание на человека, что вышел из тени. Никто не ожидал, что на свет выйдет никто иной, как… Джон Стилински. Шериф Бейкон-Хиллз, и отец самого шебутного ребенка в мире, а по совместительству друга половины присутствующих здесь оборотней и людей. А это был именно он! Что не могло не шокировать и так сильно удивленных оборотней. Мало того, что Стайлз оказался какой-то сверхъестественной херней, так еще и его отец явно не являлся простым смертным. Шериф выглядел не так как обычно, нет, он был одет в рабочую форму полицейского, но вот выглядел моложе, как будто искупался в фонтане молодости и скинул лет десять, если не все пятнадцать.       Мужчина окинул помещение внимательным взглядом, не удивляясь замеченной неподалёку изрядно потрепанной стае Дерека Хейла, взирающей на вновь прибывшего с не меньшим интересом и удивлением. Взгляд зацепился и за несколько мертвых тел, некогда бывших оборотней чужой стаи, сделал вывод Джон. Незамеченными не остались и несколько вооруженных ангелов, возглавляемых его некогда любимым братишкой. А потом перевел взгляд на сына, который смотрел на отца взглядом безобидного ангела, не забывая при этом невинно улыбаться. «Слишком невинно», — подумал Джон. — Сын, я кажется говорил, что тебе запрещено использовать свои силы, пока ты не достигнешь возраста совершеннолетия? — строго и холодно спросил мужчина, обращая прямиком к Сатаниэлю. — Пап, но…, — начал было объяснять Стайлз, но был прерван. — Никаких «но», с сегодняшнего дня ты под домашним арестом, — все тем же тоном сказал мистер Стилински.       Пока эти двое выясняли отношения, все прибывали в состоянии глубокого шока, смешанного с крайнем недоумением, потому что никто не ожидал такого развития событий, но внимательно прислушивались к тому, что происходило в данный момент. Дерек, нахмурив брови, смотрел на Шерифа оценивая нового гостя и инстинктивно закрывал стаю собой. От Джона веяло неимоверной силой, очень похожей на ту, которой обладал Стайлз, но намного сильнее и темнее силы собственного сына. Никто не смел вмешиваться в разговор двух Стилински. — А теперь немедленно спускайся и марш домой, - послышалась фраза Джона.       Стайлз с недовольным видом спускался на землю, он явно был не в восторге от последующего наказания и всеми силами показывал это. Лидия усмехнулась. Все-таки Стайлз оставался таким же Стайлзом, чтобы не случилось и кем бы он не оказался на самом деле. Михаил с не меньшим интересом наблюдал за разборками своего брата и его отродья. Брат очень изменился, нет, внешне он почти не поменялся, все те же правильные черты, тонкие губы и прекрасные льдистые глаза, чей взгляд всегда завораживал архангела. Он как сейчас помнит их хитрый блеск, когда они втайне от создателя творили шалости на небесах будучи детьми. Вот только они выросли и брат отдалился, а Михаил не придал этому значения. Оказалось зря. Возможно, сейчас бы все было совершенно иначе. — Надо же какой у тебя послушный щенок, Люци-и-и, — издевательски протянул имя брата архангел. — А ты завидуешь, брат? — с какой-то непонятной интонацией спросил Джон. — Р-р-р-р, — зарычал Михаил, но в бой не бросился, понимая, что если они пойдут друг против друга, то существование этого города будет под большой угрозой. Их встречи всегда заканчивались так: болью и разрушениями.       Пока братья сверлили друг друга странными взглядами, в которых злобы было значительно меньше, чем каких-то других чувств, обуревающих этих двоих, Стайлз благополучно опустился на землю, что-то неразборчиво для человеческого уха бубня себе под нос, но оборотни, которые на слух никогда не жаловались, все прекрасно слышали. — Под домашний арест? Отлично! Это нечестно, силу нельзя использовать до совершеннолетия? Прекрасно! Да если бы не она, всех этих мохнатиков на британский флаг порвали бы к чертям собачим, — мальчишка продолжал бубнить, медленно идя к стае, которая услышав этот монолог ухмылялась словам Стилински.       Подойдя к волкам и встав рядом с Питером, Стайлз устало вздохнул. Этот день немало потрепал ему нервы. Он окинул стаю усталым взглядом, замечая, что рядом с Питером стоит Дерек, а за ним располагаются все остальные. Неожиданно перед глазами Стилински потемнело, а в ушах зашумело и парень потерял сознание. Но упасть мальчишке на позволили две пары сильных рук тут же подхватив и прижав к себе. Увидев, что сын без сознания, Джон сразу бросился к нему, чем не мало удивил Михаила, не ожидавшего подобного от брата, ведь раньше Люцифер не отличался подобной мягкостью. Мужчина поспешил к сыну, который лежал у Хейлов на руках, присаживаясь рядом и осматривая его, он только покачал головой. — Вот глупый ребенок, израсходовал почти всю энергию. — В смысле? — не понимающе спросил Архангел брата. Вся Стая только внимательно слушала, а Дерек и Питер бережно и крепко прижимали к себе свою пару, как будто боясь, что мальчик исчезнет. — Мой мальчик очень светлый, — печальным голосом начал свой рассказ Джон, - Когда я познакомился с Клаудией, то понял, что от этой женщины я хочу ребенка. Тогда я путешествовал по Земле, узнавая, что за эти века изменилось, чего достигли букашки, что создал мой отец. Я увидел ее, когда она выходила из библиотеки. На улице была весна, на ней было надето легкое платье. Клаудия была прекрасна. Сначала я следил за ней, почему-то наивно пологая, что она меня не замечает, я же сам Сатана, — усмехнулся Джон, нежно глядя своего сына по длинному ёжику волос, — Она подошла на третий день слежки, и спросила какого черта я к ней пристал, а потом зарядила в меня каким-то сгустком энергии очень напоминающим энергетический шар. Как оказалось, она была друидом. Клаудия относилась ко мне настороженно, она сразу поняла, что я не человек и конечно не белый кролик. Как-то незаметно мы привыкли к друг другу, затем начали дружить, не замечая, что дружба давно стала крепкой любовью. Тогда она уже знала, кто я. Известие о беременности сделало меня самым счастливым, но я понимал, что ребенок родившийся у нас будет не простым человеком и даже не демоном, это мог быть только антихрист. Я боялся того, что мой сын будет просто монстром, —после этой реплики все с удивлением взирали на Люцифера, — И не смотрите так удивленно, я хотел именно ребенка, а не чудовище, которым антихрист и является, уничтожая все живое на своем пути. Мне уже не одна тысяча лет и Стайлз стал не первым моим наследником, у меня было еще двое детей, но мне пришлось уничтожить их. Один чуть не убил меня из-за трона, пытаясь добраться до власти, сосредоточенной в моих руках, а второй намеревался устроить апокалипсис, люто ненавидя людей и небеса. Если я и являюсь Сатаной, то это не значит, что я чудовище, которое хочет смерти всего живого на Земле. — А как же ваша ненависть к людям? — неуверенно спросил Скотт, поднимая взгляд на отца своего лучшего друга. — Я не ненавижу людей, скорее считаю их слабыми. Они завистливы, жадны и злы сильнее любого демона. А также падки на удовольствия, для достижения которых, порой готовы на любые действия. Со временем, правда, пришло осознание, что не все люди такие, — объяснил Джон. — Так что со Стайлзом? — взволновало спросил Дерек. — Стайлз родился прекрасным ребенком, рос очень добрым, храбрым и сильным мальчиком. Он всегда был для меня словно солнышко, чьи лучи не обжигали, не причиняли боль, а грели. Я был счастлив. Но случилось то, чего я не ожидал, чего в тайне боялся. Наш маленький уютный мир разрушился, когда Клаудия заболела, после чего ее забрала Смерть. Увы, я не мог вернуть ее к жизни, она просила, молила не вмешиваться, говорила о том, что так будет правильно. Я не посмел отказать любимой женщине, — было видно, что мужчине до сих пор больно об этом говорить, — Когда Стайлз узнал о смерти матери, то сказал, что ему не нужна сила, ведь даже она не может вернуть его маму. Тогда сын сам попросил меня запереть его силу, поставить печать, что будет сдерживать его истинную сущность. — Но сейчас Стайлз использовал силу? — уточнил Питер. — Стайлз не мог оставить своих друзей умирать, поэтому как только в городе начали происходить все эти события, он начал понемногу пользоваться силой, что бы защитить Стаю. Из-за этого печать начала слабеть, но вместе с ней слабеть стал и мой мальчик. Печать невозможно снять, необходимо подождать, когда Стайлзу исполниться восемнадцать, тогда он окончательно освободиться и сможет в полную силу использовать свои способности, — закончил объяснять Люц. — Почему он назвал себя Сатаниэль? — спросила Эрика, все заинтересовано посмотрели на шерифа, даже ангелы, что внимательно слушали весь рассказ. — Это его настоящее имя, — пожал плечами Джон, но увидев непонимание на лицах присутствующих, тяжело вздохнул и принялся объяснять, — Дело в том, что Стайлз в детстве больше напоминал девочку, правда сейчас этого не заметно из-за того что он коротко стрижется. Клаудия сократила его имя и все чаще называла его Эль или Эли, он жутко смущался, а когда какой-то мальчишка обозвал его девчонкой, то придумал себе новое имя, перестав отзываться на старое. С этого момента имя Стайлз плотно вошло в нашу жизнь.       Надолго в помещении воцарилась тишина. После рассказ все молча сидели и просто переваривали информацию, которую только что услышали из первых уст. А поразмышлять было о чем. Тишину прервал Михаил: — Нас срочно вызывают, но мы еще встретимся, брат, — холодно сказал он, после чего три ангела просто исчезли, а следом за ними и архангел, в последний раз взглянув в глаза Люцифера.       Питер подхватил бессознательного мальчишку на руки, переглядываясь с Альфой, ведя с ним мысленный диалог, после чего Дерек кивнул, направляясь к своей машине. Дядя со Стайлзом на руках поспешил за ним, аккуратно прижимая пару к себе. Джон вместе со Стаей пошли за ними, рассаживаясь по машинам, благо автомобилей хватило. Несколько минут спустя машины рванули следом за отъезжающим автомобилем Хейла, стараясь поскорее покинуть это проклятое место. — Дерек, куда мы едем? — спросил Айзек, сидя рядом с Джоном и Скоттом. — К Дитону, — коротко кинул Альфа, внимательно смотря на дорогу, а краем глаза на бессознательного мальчика на руках Питера.       Дорога до клиники проходила в полнейшей тишине. Никто не проронил ни слова. Волнение захлестывало. Джон лихорадочно крутил в руках монетку, подаренную покойной женой, которую мужчина всегда носил с собой. Так сказать, на удачу. Волчата, переживавшие за своего всегда такого яркого и живого друга, нервно ерзали на сидение машины. Сдерживаться становилось все труднее. Горький привкус беспокойства, витающий в воздухе, никак не способствует усмирению инстинктов. Дерек все сильнее сжимает руль своей любимой машины, когти так и норовят появиться, а глаза поменять свой цвет на насыщенно красный. Спокойствие приносит неожиданное прикосновение Питера, и Дерек ему безумно благодарен, не хотелось бы сейчас потерять контроль.       Дорога заняла где-то минут двадцать. За это время Стайлз так и не приходит в себя, он словно крепко спит. Казалось стоит прикоснуться, потормошить и Стилински распахнет свои глаза, но прикосновение не пробудило мальчишку, он все также находился без сознания. Подъехав к зданию, в котором располагалась ветеринарная клиника, Дерек резко ударил по тормозам, и тут же выскочил наружу, помогая Питеру вытащить мальчишку из салона. У двери их уже ждал Дитон: — Скорее заносите его внутрь, — раздавал распоряжение темнокожий мужчина, скрываясь за дверьми клиники.       Волки тут же беспрекословно подчинились. За ними последовали и остальные, ворвавшись в клинику всем скопом. Хейлы уже были там. Алан что-то искал в длинном ряду разных баночек с необъяснимым содержимым, иногда не очень приятно пахнущим для волка, но совершенно не различимым для человека. Отыскав необходимое, Дитон повернулся к волкам, окидывая всех присутствующих внимательным взглядом. — Кладите его на стол, — смотря на Хейлов, сказал мужчина, и тут же обратился к остальным, — А вы подождете снаружи. Джон, вы можете остаться.       Волки тут же поспешили выйти, не желая мешать друиду. Даже Скотт не стал противится, беспокоясь за лучшего друга. Питер осторожно опустил Стайлза на металлический стол, обращаясь с ним, как с самым бесценным и дорогим существом, но не спешил покидать клинику, стоя неподалеку от Стилински рядом с Альфой. Весь он был напряжен, словно пружина, что не оставляло сомнений, Дерек тоже сильно переживал за парня. Осмотр, проведенный Дитоном, немного успокоил присутствующих. Предположение Джона подтвердилось и у Стайлза действительно было истощение. Единственно, что сейчас было нужно отдых и полноценный сон. Шериф и не сомневался, что сын проспит до завтрашнего вечера.       Пришел черед волчат, которые заметно повеселели после хорошей новости. Они весело подтрунивали друг над другом, собравшись в тесной комнатушке, где их подлатал Дитон. После чего Айзек, Бойд и Эрика отправились в Лофт, намереваясь отдохнуть после тяжелого и такого длинного дня, Скотт поспешил домой, чтобы успокоить наверняка волнующуюся за него мать, но клятвенно пообещал подкинуть домой Лидию и Эллисон. На что мисс Арджент мило заулыбалась, а Лидия лишь закатила глаза.       В клинике остались только Хейлы, которые наотрез отказались оставлять парня, чем вызвали понимающую улыбку друида, и Джон, поудобнее устраивающийся за столом в комнате отдыха возле дивана, на котором сейчас спал его мальчик. Дитон, убедившись, что все в порядке, направился в свой кабинет, чтобы немного поспать. До рассвета оставалось несколько часов, поэтому ехать домой смысла не было. А трем мужчинам оставалось только ждать пробуждения самого дорогого для них существа.