Часть 1
20 августа 2015 г., 17:47
Фран проснулся от ощущения тепла на спине. Повозившись, он понял, что Скуало-тайчо не ушел к себе, а уснул с ним в одной постели. Мечник закинул ногу на талию лягушонка и обхватил его двумя руками, довольно сопя в шею. Фран постарался аккуратно выбраться из-под Скуало, но тот проснулся и мгновенно притянул иллюзиониста к себе, на одних инстинктах. После Скуало посмотрел сонными глазами на лягушонка и спросил:
- Вро-ой, Фран, ты куда?
- Скуа-ало-тайчо, я в душ, - ответил лягушонок.
- Ага, - Скуало кивнул и снова улегся, закрыв глаза.
Фран стоял под теплыми струями воды и все думал, как так получилось. Когда до этого дошло? Когда он стал игрушкой двух офицеров Варии?
Наверно, все началось, как только иллюзионист появился в Варии. Сначала на него никто почти не обратил внимания. Потом, когда мальчик проявил свой мерзкий характер, его стали терпеть. Потом привыкли, хотя его остроты все так же доводили всех Варийцев до остервенения.
Тетя Лусс и Скуало-тайчо даже стали хорошо относиться к мальчику. Доотносились...
Невинности его лишил капитан Варии. После, узнав об этом, его изнасиловал Бельфегор. Он аргументировал это тем, что просто не мог уступить "патлатому ушлепку" в том, чтобы трахнуть своего кохая-девственника. Фран решил, что безопаснее будет не говорить Принцу-Потрошителю, что он уже имеет довольно подробное представление о том, как занимаются любовью мужчины. Бельфегор, по сущности, видел только то, что Скуало целовал его, так? Значит, не факт, что они зашли дальше.
В итоге все были довольны... кроме Франа. Но его мнением никто не интересовался.
Мальчик взял губку, выдавил на нее немного геля и стал намыливать свое тело, скрипя зубами от неприятных ощущений в заднице. В голове было гулко и пусто, как всегда по утрам. Никаких тебе сомнений, мельтешений и мыслей по поводу работы. Это было вполне привычно и позволяло прокрутить в голове воспоминания, подумать о чем-то своем, или прикинуть модель поведения на сегодня.
Скуало вот был не таким. Он мог проснуться раньше, чем хотел, и валялся в кровати, притворяясь спящим, и обычно удерживал рядом с собой и молодого иллюзиониста, если ночевал вместе с ним. Зато ровно в восемь часов мечник вскакивал с оглушающим криком "Вро-ой!", кометой летел мыться, завтракать и по делам. Вечером он приходил в свою комнату и, если было настроение, после работы опять шел к Франу. Впрочем, мальчик иногда сам приходил к мечнику.
Бельфегор же не вставал до полудня, причем не притворялся, а на самом деле спал. И ему было начхать с высокой колокольни, что там делает Фран. Как только принц заканчивал трах с лягушонком, он переставал интересоваться им, кроме как для того, чтобы метнуть парочку стилетов или попытаться убить.
Фран мысленно продолжил сравнивать между собой двоих офицеров Варии. Скуало был более нежным и мог изредка позволить Франу побыть сверху, а вот Бельфегор любил боль - правда, он с лихвой возмещал ее наслаждением. Фран изредка приходил и к нему, но реже, чем к тайчо.
Как только Бельфегор в первый раз трахнул его, Скуало впервые же подрался с Белом - не вообще впервые, а именно из-за Франа. Никто из офицеров не хотел делиться своей игрушкой.
А тем временем Луссурия лечил порванную задницу и многочисленные порезы на теле лягушонка, который тихо - чтобы никто не видел, - плакал от боли и унижения. Скуало позже зашел к нему и приволок Бельфегора, потребовав, чтобы Фран выбрал, с кем хочет спать. Мальчик впервые не знал, что ответить и промямлил что-то невразумительное, что можно было принять за пожелание не спать ни с кем из них. Белая Акула и Принц-Потрошитель решили, что не стоит спрашивать его мнения, раз он не может четко его озвучить, и ушли снова выяснять отношения, а к Франу спустя неделю наведался Занзас.
Тот насмешливо поведал иллюзионисту, что хочет узнать, что такого в нем нашли его подчиненные и всласть поигрался над и так измученным телом лягушонка. Оставив его в покое где-то минут через сорок, босс Варии пожелал ему скорейшего выздоровления и ушел. И больше не появлялся в спальне Франа, не проявляя никакого интереса к иллюзионисту, кроме профессионального.
Вышло так, что Франа не трахнул только ленивый. Ну, в данном случае - Луссурия и Леви. Леви побрезговал, а Луссурия просто пожалел. Наверное. Фран до сих пор не был уверен в мотивах павлина. Тот ведь тоже запросто мог "попробовать" новенького...
Как следует намылив тело, Фран снял душ с держателя и стал смывать пену. Скоро тетя Лусс проснется и будет завтрак...
Узнав о том, что босс покусился на его любовника, Скуало закатил тому скандал, и был усмирен примерно тем же способом, что и Фран. Бельфегор увидел, какая участь постигла капитана Варии и решил, чтоб безопаснее будет сорвать злость на лягушонке. В результате Фран снова поселился в больничном крыле, только-только выйдя из него.
Однако постепенно все устаканилось. К Франу больше не проявляли активного интереса, так что Принц-Потрошитель и тайчо делили его между собой без проблем и взаимных обид. Ну, до тех пор, пока они не пересекались в своем стремлении заняться близостью с лягушонком. Впрочем, это происходило крайне редко. В общем, все все знали, и все всех устраивало.
Самого Франа, на самом деле, не так уж часто беспокоила эта ситуация. Но ему было до невыносимого противно, что его имеют два человека, словно шлюху безотказную какую-то.
Впрочем, лягушонок прекрасно понимал, что по силе он не противник обоим офицерам, и если Скуало еще может понять ясное и четкое "нет", пусть его придется повторить много раз подряд, чтобы мечник убедился, что мальчик не выделывается и не ломается, то Бельфегора сопротивление еще больше заводило. И в результате Фран пришел к выводу, что уж лучше он будет под покровительством тайчо, а не только игрушкой Принца-Потрошителя.
Скуало хотя бы защищает свою собственность от чужих, и не боится вступать из-за нее в схватку. Чего не скажешь о Бельфегоре, который вступал в бой, только если стопроцентно был уверен в том, что победит.
Закончив мыться, Фран вытерся насухо и прошел обратно в комнату. Скуало по-прежнему лежал на кровати, подтянув правую ногу высоко к груди и подложив руку под голову.
- Лягушонок, ты закончил? Вро-ой, иди сюда, - позвал его капитан, даже не поднимая головы. Фран молча повиновался, скользнув под одеяло к Скуало. Тот привычно обнял и подтянул к себе хрупкое тело, то ли согревая, то ли греясь самому.
Фран уже начал дремать, когда мечник вскочил с таким же насквозь привычным "Вро-ой!" и помчался умываться и одеваться. Поднявшись и нацепив на себя кое-какие шмотки, Фран направился вниз, завтракать. Скуало сбежал вниз через минуту.
***
Когда Фран направлялся на обед, его поймал Бельфегор. - Ши-ши-ши, лягушонок, вот ты где! - Принц довольно улыбнулся, после наклонился и поставил смачный засос у мальчика на шее. Тот проигнорировал это и вопросительно посмотрел на своего семпая: - Бел-семпа-ай, вам что-то нужно? - Бельфегор-сама хочет тебя, жаба, - довольно сообщил Бел, схватив Франа за руку и затаскивая к себе в комнату. Фран попытался оттолкнуть Бельфегора и проскользнуть у него под рукой, но Принц-Потрошитель легко подавил сопротивление, развернув иллюзиониста спиной к себе и прижав своим телом к стене. - Бел-семпа-ай, давайте попозже, а? - изображая вселенскую тоску и скуку, проговорил Фран. Бельфегор не ответил, только довольно зашишикал, приспуская свои штаны и штаны мальчика. Фран понял, что Принц настроен на быстрый перепих, и постарался расслабиться, когда слегка смазанные слюной пальцы коснулись его ануса, растягивая. Решив, что мальчик подготовлен достаточно, Бельфегор медленно вошел в него и, не услышав болезненного стона, - не девственник ведь, а когда тебя часто трахают, анус разрабатывается, - стал двигаться сразу в среднем темпе. Вскоре послышался первый легкий стон Принца. Фран отлип от стены и оперся руками, отставив зад. Бел одобрительно шлепнул его по ягодице, и теплая ладонь Принца-Потрошителя накрыла полувставший член лягушонка. Тот закусил губу. Бельфегор изменил угол и темп проникновения: теперь каждый раз, когда Принц входил, его член задевал простату, и, зная об этом, Бел специально толкался бедрами медленно и тягуче, заставляя иллюзиониста корчиться от наслаждения и стыда одновременно... - Нравится, лягушонок? - прошептал на ухо Франу Бельфегор. Тот всхлипнул и кивнул, подаваясь бедрами назад. Бел ускорил толчки, надрачивая лягушонку. Иллюзионист молчал, до боли закусывая губу, хотя Бел в голос стонал, не стесняясь никого и ничего. Наконец Принц кончил, а потом наскоро довел лягушонка, ускорив движения ладонью и поймав головкой своего члена внутри ануса лягушонка бугорок простаты, ритмично надавливая бедрами. Тот продержался еще несколько минут и кончил в руку Бельфегора. - Покорный лягушонок, - улыбнулся Бел, вытирая руку салфеткой, - Иди отсюда, Принц желает обедать...***
В другой раз Бельфегор поймал его после ужина, когда тайчо решил поцеловать Франа в пустом коридоре. Зашипев от злости, что его любимую игрушку нагло лапают в проходе, Бел одним рывком оторвал лягушонка от Скуало и мгновенно оставил без штанов. Вжикнув ширинкой и подхватив ноги Франа под колени, задирая ляжки вверх, Бельфегор резко и без подготовки вошел, причиняя жгучую боль не только этим, но еще и тем, что это происходило на глазах у Скуало-тайчо. Тот же невозмутимо наблюдал за тем, как Принц имеет всхлипывающего и вытирающего слезы лягушонка, прижимая того спиной к стене. Кажется, у мечника даже встал на эту картину. - Патлатый ублюдок, это моя лягушка-игрушка! - повернув голову, прошипел в сторону Скуало Бельфегор, - Ши-ши-ши! Фран зажмурился, пытаясь выдавить остатки слез из глаз. Бельфегор зарычал и кончил, вдалбливаясь в бедный анус Франа как сумасшедший. Скуало фыркнул и отвернулся, продолжая свой путь по коридору. Как будто его это ни капли не заботило. Бел скривил рот в раздражении, вышел из иллюзиониста и быстро привел себя в порядок. Развернувшись, он ушел к себе в комнату. Фран остался в коридоре в одиночестве. Всхлипывая, он кое-как натянул штаны и до вечера просидел в своей комнате, не рискуя переворачиваться на спину или садиться. Ночью к нему пришел тайчо. - Болит? - Фран лежал на животе, раздвинув ноги, а Скуало медленно ощупывал его анус изнутри двумя пальцами. Фран обернулся и кивнул. Тайчо пожевал губами, раздумывая над чем-то. - Ладно, - наконец решил он, - Сегодня можешь быть сверху. Бельфегор тебя больше не трогал? - Нет. А что, бре-езгуете, Скуало-та-айчо? - уколол капитана иллюзионист. Тот усмехнулся и промолчал. Фран сел на постели и полез целоваться. Сам он был не очень-то искушен в этом, да и Бельфегор больше времени уделял ласкам тела, а не поцелуям. А вот Скуало целоваться умел и любил, и охотно делился опытом с лягушонком. "Вот ведь", - подумал про себя Фран, - "Никак не могу перестать сравнивать их двоих. От одного не получишь того, что может дать другой, а хочется всего и сразу" Тем временем мужчина и мальчик улеглись на кровать, и Фран незаметно для себя оказался сверху. Он оторвался от губ Скуало и переместился на грудь мечника, лизнув походя его пару раз в шею. Теперь мальчик ласкал соски мечника, покусывая и посасывая напрягшиеся красные горошинки. - Ниже... - выдохнул тайчо, прикрывая глаза от удовольствия. Фран кивнул и стянул с бедер Скуало трусы, отбросив их в сторону. Наклонившись, лягушонок погладил ладонью серебристые мягкие волоски в паху, после коснулся губами головки вставшего члена. Прихватив немного губами, помассировал языком. Скуало одобрительно угукнул, подав бедра наверх, навстречу горячему влажному рту иллюзиониста. Фран снова лизнул головку и стал старательно сосать, одновременно играясь пальцами с яичками. Скуало из под полуприкрытых век наблюдал за тем, как ритмично двигается зеленоволосая голова мальчика, ощущал тепло и сильные движения языка на уздечке... Спустя несколько минут минета он кончил. - Ши-ши-ши... Вот чем занимается мой лягушонок, когда меня нет рядом! - раздался подозрительно знакомый голос рядом. Фран от испуга подскочил и обернулся. Скуало сел, скрестив ноги и с плохо скрываемым раздражением посмотрел на довольно шишикающего Бельфегора, который стоял у дверей и потирал свой напрягшийся член через брюки. - Бел, иди отсюда, - бросил Скуало, - Вро-ой, сегодня моя ночь! - Слушай, лягушонок, - Бельфегор подошел и присел на кровать, - Скажи, а ты часто сравниваешь нас между собой, ши-ши-ши? - Вро-ой, о чем это ты? - Скуало с интересом посмотрел сначала на иллюзиониста, потом на Бел-семпая. - Бел-семпа-ай, а вы не бои-итесь, что сравнение может оказаться не в ва-ашу пользу? - протянул Фран. - Ши-ши-ши, Принц не может быть хуже какой-то Акулы, поэтому не боюсь, - оскалился Потрошитель, - Эй, Скуало, у меня есть идея. Как насчет объединить наши сильные стороны, дабы ублажить этого привередливого лягушонка? - Вро-ой, это то, о чем я думаю, или мне показалось? - насмешливо спросил мечник. Он явно заинтересовался открывшейся перспективой. - Э-эй, Бел-семпа-ай, Скуало-тайчо-о, вот только не надо этого, хорошо-о? - Фран слегка отполз от офицеров, которые словно договорились о чем-то без слов и сейчас пожирали его взглядами хищников, загнавших свою добычу в угол. - Эй, лягушонок, - промурлыкал Бельфегор, - Разве ты сам не хочешь попробовать, а? - Нет, не хочу, - раздраженно повторил Фран, - Кончайте фигней страдать. Если не прекрати-ите, то я ухожу, - мальчик вскочил, позабыв о том, что они находились в его же комнате, но его в четыре руки со смехом подхватили и утянули обратно, уложив на кровать и придерживая, чтобы не вырывался. - Вро-ой, мелкий, не дергайся, - предупредил Скуало, - Хуже будет. - Эй, Скуало-тайчо, перестаньте! Отпустите! Я не хочу!!! - Фран вырывался, но его жалкие попытки были пресечены Принцом, который сел ему на ноги, и двумя сильными руками Скуало, придавившего хрупкие запястья мальчика к мягкому матрасу. Скуало сидел, широко расставив ноги, придерживая запястья полулежащего на спине и опирающегося о живот капитана Франа, а Бельфегор устроился у мальчика между ног, раздвинув их и закинув ляжки на свои бедра. Скуало наклонился и лизнул грудь лягушонка, подтянув его поближе, чтобы было удобнее. Бельфегор зашишикал и начал целовать живот Франа, медленно спускаясь ниже. - Э-эй, тайчо, Бел-семпа-ай... Не надо, пожалуйста-а!.. - Фран захлебнулся криком удовольствия, когда Бел принялся ласкать его член губами и руками. Да, в этом Потрошитель был мастером. - Вро-ой, все в порядке, мелкий, - успокоил его Скуало, - Ты получишь нереальное удовольствие. Офицеры принялись с двух сторон обрабатывать лягушонка, который все еще пытался сопротивляться, хотя и понимал, что это бесполезно. Бельфегор занялся плотью и анусом лягушонка, а Скуало ласкал соски и целовал иллюзиониста. Фран старался молчать и не показывать, что он уже почти готов сам умолять о том, чтобы его трахнули, но он не мог сопротивляться умелым ласкам двух мужчин. Вскоре легкие стоны почти безостановочно срывались с губ лягушонка, он подавал бедра навстречу рту Бельфегора, отвечал на поцелуи тайчо и шире открывался в ответ на прикосновения в области ануса. Страсть и удовольствие затуманили его сознание не хуже иллюзии, и мальчик уже не отвечал за себя, желая только продолжения. Бельфегор обвел пальцем колечко мышц, слегка надавил, проталкивая внутрь палец. - Вро-ой, Бел, возьми смазку! - ненадолго оторвавшись от поцелуя с Франом, бросил Скуало. Бел кивнул и подхватил тюбик с вязкой и холодной жидкостью внутри с одеяла. Он откатился куда-то далеко и пришлось его немного поискать. Выдавив себе на пальцы немного, Бел снова принялся толкать указательный в горячее и немного саднящее анальное кольцо Франа. Тот тихо всхлипывал, пытаясь движениями бедер избежать этих прикосновений. - Врой, мелкий, не плачь, - обратился к иллюзионисту Скуало, - Бел, ты как хочешь, а я буду первым. Видишь, Фран, не больно будет, - видимо, тайчо решил, что Фран плачет от боли. Но на самом деле Фран плакал не от боли, а от унижения. Ему просто невыносимо было думать о том, что его будут трахать два человека сразу. Это было для стеснительного и замкнутого лягушонка худшим извращением. Иллюзионист был зажат между двумя большими и охрененно горячими телами, чужие руки гладили и трогали, кажется, абсолютно везде, бесстыдно лаская в самых укромных местечках и прикасаясь там, куда и сам Фран лазить стеснялся. Но как же это было хорошо... Бел уже орудовал внутри Франа двумя пальцами. Изредка нажимая на заветную точку, он крутил рукой, раздвигал пальцы "ножницами" и старался как следует подготовить лягушонка к проникновению. Ведь если Принц сказал "ублажить", то надо именно "ублажить"! Приносить удовольствие тоже может быть интересно... Мельком бросив взгляд наверх, Бельфегор уже не сумел оторвать взор от открывшегося зрелища. Это было самое сумасшедшее видение, которое он видел когда-либо, и оно могло исчезнуть в любой момент. Скуало, наклонившись к Франу, нежно и старательно ласкал его шею и грудь, целуя и вылизывая соски. Но Бельфегора поразило не это, а вид лягушонка. Раскрасневшийся, с каким-то болезненным отчаянием на лице, с широко распахнутыми глазами, в которых застыл страх - и слезы унижения на лице... - Ох-х, лягушонок... - Бел словно опьянел от этого взгляда. В нем было все: и стыд, и обида, немного страха, и мольба, причин которой было не разобрать: то ли мальчик просил прекратить - то ли наоборот, продолжить... Но весь этот коктейль эмоций перекрывался возбуждением. И Принц просто не мог оставить своего кохая. Не сейчас, не когда он в таком положении... Резко переместившись наверх, Бел боднул головой Скуало и попытался тоже поцеловать иллюзиониста. Тот сжал губы и мотнул головой. Бел отстранился и горячо зашептал: - Ши-ши-ши, я хочу, хочу тебя, лягушонок... Дай мне поцеловать тебя, лягушка, пожалуйста, всего один поцелуй!.. - он сам не знал, что на него нашло. Чтобы Принц выпрашивал поцелуя у лягушки?! Бел снова приник к губам своего кохая, с восторгом чувствуя, как поддается, открывается под его напором лягушонок. Неумело шаря языком в чужом рту, Бел одновременно добавил безымянный к указательному и средним пальцам в анус Франа, начиная медленно трахать своего ученика таким образом. - Вро-ой, отвали, это мой конек, - оттолкнул его Скуало, - Занимайся своим делом. Бельфегор пьяно кивнул. Да, в такой обстановке он даже не хотел доставать свои стилеты и, как всегда, немного мучить лягушонка. Без этого было хорошо. Встретившись взглядом со Скуало, Бел понял, что у того на уме точно такие же мысли. Кивнув на невысказанный вопрос Белой Акулы, Бел сел на пятки, одновременно вынув пальцы из задницы Франа и потянув его на себя за плечи. Поставив мальчишку на четвереньки, Бел кинул в Скуало открытым тюбиком со смазкой. Пара капель попали на спину Франа, который вздрогнул от этого. - Поаккуратней нельзя, что ли? Вро-ой, - недовольно заметил мечник. Он тоже стал растягивать Франа, который ошалело и немного умоляюще глядел на своего семпая. Тот, как завороженный, смотрел на него и дрочил свой член, чувствуя себя на вершине блаженства под этим полным животного, стыдного возбуждения взглядом. - Я же знаю, что ты хочешь этого, лягушонок... - пробормотал Бел, касаясь пальцами левой руки подбородка мальчика. Тот мотнул головой, вырываясь. Скуало тем временем закончил с растяжкой и принялся смазывать свой член. Он никогда не жалел смазки, предпочитая, чтобы его любовник стонал не от боли, а от удовольствия. По мнению Белой Акулы, он должен быть лучшим во всем, в том числе и в сексе. И самым лучшим показателем того, что он отличный любовник, всегда были стоны его постельных партнеров. - Врой, Фран, расслабься, - Скуало подцепил пальцами несколько капель смазки со спины Франа и размазал их по коже вокруг его расслабленного ануса. Ухватив иллюзиониста за бедра, Скуало втолкнул головку члена, подождал немного, после плавно качнул бедрами и легко вошел внутрь, наполняя лягушонка собой сразу, полностью. - Вро-ой, какой же ты узкий! - выдохнул Скуало, начиная двигаться. От ощущений в паху у мечника просто сносило крышу. Он стал двигать бедрами резче и быстрее, позабыв о своем обещании лягушонку. Стоило только сосредоточиться на узкой жаркой дырочке, плотно обхватывающей его член, и все благоразумные мысли улетали, оставляя только похоть на пару с желанием вдалбливаться глубже и глубже в тесное пульсирующее отверстие. Бел быстро-быстро водил сжатой в кулак рукой по члену, пожирая глазами тихо скулящего под напором Скуало Франа. Запрокидывая голову и зажмуривая глаза, беловолосый капитан толкался бедрами вперед все быстрее и быстрее, от такого напора колени у Франа разъезжались в стороны и он все время валился на кровать. Но Скуало не давал ему упасть, вновь и вновь натягивая бедра мальчика на свой член. Бел ухватился одной рукой за плечо Франа, а другой взял его за подбородок. Дернув ладонью вниз, открыл рот мутно посмотревшего на него иллюзиониста и скользнул членом между соблазнительно припухших губ. Фран замычал, давясь, но покорно вобрал член глубже. Бел взвыл, когда шершавый и мокрый язык прошелся по головке, кончиком проникнув прямо в маленькую дырочку, из которой медленно, тягучими каплями вытекала смазка... Принц начал ритмично трахать Франа в рот короткими, неглубокими толчками. Они со Скуало никак не могли найти общий ритм, чтобы действовать в такт, и из-за этого лягушонка беспорядочно мотало между ними, он падал на давно смятые покрывала, пытался подняться, но тут наваливался Скуало, а после подавал бедра вперед Бельфегор... Наконец, они нашли нужный темп. Придерживая лягушонка с двух сторон на весу, офицеры поочередно натягивали не сопротивляющееся тело на себя. Они оба сгорали от страсти при виде этого тела, оба дрочили на него по вечерам, когда ненавистный соперник в то же время с удовольствием трахал всегда покорного и равнодушного лягушонка, и оба его любили. Хотя любовь что одного, что второго выражалась в слишком извращенной форме. Даже они сами не могли этого понять... Фран замычал. Было жарко, кожа ануса словно горела и мальчик с трудом впихнул под себя руку, на ощупь найдя свой член и стыдливо, но при этом жадно онанируя. Он чувствовал, что еще чуть-чуть, еще немного - и он сорвется, будет кричать, орать от удовольствия и просить, даже умолять, радостно подставляясь для ласк своих любовников. Напряжение в члене все нарастало, и от этого Фран сжимался, уже совсем не двигая языком вокруг члена Бельфегора - да это и не нужно было. Тот сам двигался, задавая такой темп, в котором было удобно ему и Скуало. Наконец предвкушение достигло крайней точки. Фран словно перешагнул за порог чего-то, и забился в экстазе, распахивая рот в беззвучном крике. Сперма толчками выплескивалась у него между пальцев. Член Бела выскользнул у него изо рта и Принц почти тут же кончил мальчику на лицо. Белое вязкое семя потекло у Франа по подбородку, по скулам, закапало на кровать... Скуало продержался немногим дольше. Он кончил Франу на спину, вытащив член за мгновение до разрядки. Рухнув на постель, мечник блаженно закрыл глаза; Фран, полностью обессиленный, возился на кровати, весь испачканный в семени, - своем и чужом, - а Бел сидел на пятках, тяжело дыша. "Да, это стоило того", - лениво подумал Принц. - Ненавижу... ненавижу... - с трудом проговорил Фран, поворачивая голову и плывущим взглядом смотря на развалившихся на постели офицеров, - Ненавижу!.. - всхлипнув, мальчик приподнялся на локтях и попытался сползти с кровати. - Слышал? - со смехом спросил Скуало у Бельфегора, - Ему не понравилось. - Ши-ши-ши, в душ его надо, - решил Бел, - И попытку номер два! - Вро-ой! - одобрительно воскликнул Скуало. Офицеры потащили Франа в душ, но в кабинку помещалось только два человека одновременно, и пока наемники спорили, кто будет "мыть" - а на самом деле трахать, - лягушонка, тот преспокойно вымылся сам. - Эй, Скуало, держи его! - Бельфегор заметил ускользнувшего обратно в комнату мальчишку. Мечник послушался и свалил Франа обратно на кровать. Тот с ненавистью посмотрел на своих насильников. Те снова забрались на кровать и растянули тело лягушонка между ними. Иллюзионист уже не сопротивлялся, прекрасно осознавая бесполезность данного занятия. - Вро-ой, Бел, отсоси ему! - приказал Скуало, - А потом и мной займешься... - Ши-ши-ши, пошел ты! - тем не менее Бельфегор снова принялся ласкать губами и языком возбужденную плоть лягушонка. Тот запрокинул голову так, чтобы член Скуало оказался прямо у него перед губами, и слегка лизнул. Белая Акула понял, что предлагает ему мальчик, и сел у него на груди, аккуратно наклоняясь и всовывая свой член в приоткрытый рот иллюзиониста. Двигаясь короткими толчками, чтобы Фран не задохнулся, Скуало застонал сквозь зубы от удовольствия. Глаза лягушонка были закрыты, он наслаждался умелыми ласками своего семпая, одновременно ублажая тайчо. Бельфегор быстро довел мальчика до оргазма, а вот Скуало все еще не кончил. Понаблюдав за этим, Принц-Потрошитель понял, что так можно долго возиться. - Эй, Акуленок! - Бел отодрал вошедшего во вкус мечника от своей лягушки и устроился у того между ног. - Вро-ой! Ты кого Акуленком назвал, сопля коронованная! - возмущение мечника быстро успокоил шустрый язык Принца, который уже игрался с членом Скуало. Бел то облизывал ствол, как мороженое, то засовывал головку глубоко за щеку, щекоча языком, а мог начать быстро и жестко отсасывать, резко и размашисто двигая головой, принимая член глубоко в горло. Фран наблюдал за этим зрелищем, кусая губы. Это оказалось настолько соблазнительно и эротично: минет от Бельфегора для Скуало. Но лягушонок не мог не съязвить, даже зная, что ему придется расплатиться за это: - Эй, Бел-семпа-ай, Скуало-тайчо-о, если у вас так хорошо получается, может, вы са-ами как-нибудь обойдетесь? - Вро-ой, что ты сказал? - угрожающе прошипел капитан Варии. Бел ничего не сказал, не отрываясь от своего занятия, но его эмоции можно было понять по мгновенно побледневшему лицу. Принц всегда бледнел, когда сильно злился. Скуало несколько раз прерывисто крикнул, кончая. Бел поводил языком во рту и сплюнул сперму на покрывало. - Эй, Бел-семпа-ай! - возмутился Фран, садясь, скрестив ноги, - Вы у себя в комнате плюйте, а у меня не надо! - Ши-ши-ши, жаба! - прошипел Бел, обхватывая иллюзиониста за плечи и прижимаясь всем телом, - Скуало, придержи-ка его сзади! Мечник с готовностью прижался к худому телу мальчика сзади, обжигая жаром своего тела. Фран вздрогнул, запоздало до него дошло, что офицеры могут попробовать войти в его анус одновременно. А это непременно его порвет. А даже если и нет, то это будет просто охрененно больно, больнее, наверное, чем издевательства Бельфегора в постели... - Эй, Бел-семпай, Скуало-тайчо, не надо! Пожалуйста! - Фран забился, вырываясь, но Принц и капитан сжали его с обоих сторон. Мальчик почувствовал два напряженных члена, один сзади, между ягодиц, другой спереди, прижатый к его собственному. - Вро-ой, Фран, тебе нравится, когда тебя имеют сразу два человека, а? - облизнувшись, спросил Скуало, начиная двигать бедрами, как будто трахая лягушонка. - Ши-ши-ши, конечно нравится, Скуало, о чем ты спрашиваешь? - зашишикал Бельфегор, - Вон как стоит, на пятерочку... Бел прижал свой член к члену Франа и стал надрачивать им обоим одновременно. Пальцы второй руки Принц поднес ко рту мальчика, который покорно открыл рот и стал обсасывать их, стараясь обильнее смочить слюной. - Хороший, старательный лягушонок! - довольно заметил Бел, вытащив пальцы и начиная растягивать Франа. Скуало ласкал соски и грудь лягушонка, обнимая его сзади. Мальчик тихонько стонал, легонько подергивая бедрами, в такт движению руки Бельфегора. - Скуало, я вхожу, - предупредил Бел капитана. Он приподнял бедра Франа и позволил кивнувшему Скуало приладить гордо стоящий член Принца к растянутой дырке лягушонка. Толкнувшись бедрами вперед, Бел с удовольствием насадил бедра мальчика на свой член до конца. - Вро-ой, я тоже хочу! - Скуало прижал свой член к заполненному анусу Франа. Тот вздрогнул и постарался соскочить с колен Бельфегора, но семпай не позволил ему это сделать, прижав к себе и обхватив руками за талию. - Надо постепенно, - осадил мечника Принц, - Попробуй сначала пальцами. Скуало кивнул и попробовал ввести указательный. Хоть и с трудом, но ему удалось это сделать. Фран пискнул, постаравшись расслабиться, но у него это плохо получалось. Края ануса словно пульсировали, сжимаясь-разжимаясь. У Франа было ощущение, что его во второй раз лишают девственности. Вскоре Скуало добавил второй палец, а затем и третий. Фран уткнулся лицом в плечо Бельфегора и тихо скулил. Анус горел, и ничего приятного в этом не было. Но тут все три пальца исчезли из его дырочки и даже жар тела, прижимающегося сзади пропал. А Бел стал медленно приподнимать и опускать будра лягушонка на свой член, трахая его размеренно и глубоко. Фран сжался, предчувствуя, что в него скоро начнет протискиваться второй член, но он ошибся. Скуало всего лишь отошел, чтобы взять из ящика письменного стола еще один тюбик смазки. Прохладные и скользкие пальцы вновь вернулись на свое место, продолжая растягивать анус лягушонка. Фран облегченно вздохнул. Теперь это было не так больно, а холодная и вязкая смазка ненадолго охладила его пылающее отверстие. Скуало ввел последний, четвертый палец - он вошел почти без труда. Бельфегор становился, и оба наемника несколько минут подождали, давая лягушонку привыкнуть. После мечник освободил основательно растянутый анус иллюзиониста и хорошенько смазал и дырку, и свой собственный член. Облизнувшись, он приставил головку ко входу. - Нет. Нет, Скуало-тайчо-о, пожалуйста, не надо... - горячечно зашептал Фран, по щекам у него снова покатились слезы. Бельфегор зашишикал и наклонил голову, ласково касаясь своим языком щек мальчика, слизывая соленую влагу. - Вро-ой, не бойся, тебе понравится, - Скуало обхватил Франа за плечи и слегка надавил бедрами, проталкивая головку. Мальчик застонал, пытаясь расслабиться, чтобы не причинять себе лишней боли. Медленно, крайне медленно и осторожно Скуало продвигался глубже. Он не хотел, чтобы лягушонок сильно страдал. Но все же мечник добился, чего хотел: его член был полностью в анусе Франа, так же, как и член Бельфегора. Это было охренительно. Наполненность внутри, которая грозила разорвать его, но при этом такая... томительная, кружащая голову только одним осознаванием этого... Фран почувствовал, что боль начинает ослабевать, по мере того, как анус привыкал. - Нравится, лягушонок? - прошептал Бельфегор, насколько мог нежно целуя того в губы. Его язык проник в рот мальчика, собственнически лаская, но у Принца не слишком-то хорошо получалось. Офицеры Варии пока что не двигались, давая Франу привыкнуть. Если подумать, они могли бы кончить даже так, настолько узким теперь стало отверстие иллюзиониста. Еще бы, ведь теперь они были там вдвоем, и их членам было тесновато внутри лягушонка... - Давай по-очереди, - сказал Скуало и сделал небольшой толчок, после него внутрь Франа толкнулся Бельфегор, потом снова Скуало... Лягушонок тихо застонал, против воли такая абсолютная заполненность становилась немного приятной. И с каждым осторожным толчком становилось все приятнее и приятнее... Фран старался не сжиматься, потому что тогда становилось больно, но ему ведь почти ничего не приходилось делать: наемники и сами справлялись. Воздуха не хватало, лягушонок буквально задыхался от нахлынувших ощущений. Это было слишком для него, стеснительного и замкнутого, хотя офицеры регулярно его "развращали". Он снова застонал, стараясь не напрягаться, и встал на коленях. Бельфегор удивленно зашишикал, но позволил мальчику самостоятельно приподниматься и опускаться, задавая темп. Скуало тоже был не против, так что Фран вскоре вполне самостоятельно удовлетворял и себя, и обоих партнеров. Лягушонок крепко ухватил плечи своего семпая, и стал двигаться немного быстрее, хотя он по-прежнему двигался медленнее среднего ритма. Но быстро двигаться было и не нужно, ведь ощущения и так были настолько острыми, что крышу сносило у всех троих. Скуало зарычал и дернул бедрами вверх, кончая. Только сосредоточившись на мыслях о том, как трутся друг о друга его член и член Бела, об узкой дырочке Франа, что так плотно обхватывает их обоих, мечник получил вожделенный оргазм. Бел продержался чуть дольше, кончив одновременно со своим кохаем. Фран в последний момент ускорился еще больше, став глубоко насаживаться на оба члена и закричал, содрогаясь, словно в припадке. Этот оргазм был даже болезненным, но все равно таким приятным... Удовольствие смешивалось с болью, а сознание улетало куда-то далеко за грань реальности... - Ши-ши-ши, лягушонок, а ты не хотел, - чуть отдышавшись, довольно прошипел Бел. Фран скорчился на постели и не ответил. Он уже спал, не выдержав такого насыщенного сексуального марафона. - Вро-ой, Бел, спи давай, - махнул на него рукой Скуало, подгребая под себя лягушонка и вытирая его и себя простыней. Офицеры с двух сторон обняли лягушонка, автоматически прижавшегося спиной к семпаю и уткнувшегося в грудь тайчо, и вскоре в комнате не раздавалось никаких звуков, кроме сонного сопения. А через неделю к лягушонку вновь пришли оба офицера... им обоим захотелось ласки в одно и то же время, но теперь они знали выход из положения!
