На шаг позади от истины

Сознание медленно возвращалось, расшевеливая уставшие от постоянной натуги нервы. Они, словно тетива, были натянуты до сих пор, но сейчас ослабли, так как организм был измотан и требовал перезагрузки. Насильное усыпление только добавляло усталости во всем теле, после пробуждения оно казалось валовым и неподъемным, голова гудела, в области висков пульсировало. Хичиго кашлянул, силясь разлепить тяжелые веки, что удавалось не так просто. Но это постепенно получилось, и парень, щурясь от вновь потрескивающего костра, осмотрелся. Он находился в палатке, растянутой где-то у реки, так как был слышен ее перекатывающийся шум. Дождь все еще хлестал за пределами укрытия, в котором было если уж не тепло, то хотя бы достаточно для того, чтобы согреться и нормально просушить одежду. Костер приятно потрескивал, гудя и распространяя тепло вокруг себя. Хичиго ощущал, что его волосы почти высохли, но одежда на уставшем теле все еще неприятно липла к коже. Хотелось избавиться от нее, поменять на более сухую и просторную, и Хичиго вздохнул. Он обнаружил, что снова связан по рукам и ногам. - Ичиго,- это был голос Ишшина где-то за пределами палатки. - Отец, я сказал… - Это безумие, ты понимаешь? - А не безумие ли то, что… - он не договорил, так как мужчина заглянул в палатку и увидел, что Хичиго в сознании. - Потом поговорим,- Ишшин посмотрел на сына и вошел внутрь, снимая с себя дождевик и садясь у костра. Ичиго зашел следом, глянув на беглеца и отведя взгляд. Хичиго вскинул бровь, он не совсем понял этого взгляда больших карих глаз, но что-то было в нем такое. Рыжик сел недалеко от альбиноса, грея руки у костра, и Хичиго вдруг захотелось сделать так же, посидеть и вот так спокойно протянуть руки к огню, чувствуя, как приятно пощипывает кожу. Об этом парень мог только мечтать, поэтому положил голову на хвою и прикрыл глаза. Очевидно, пока он спал, ищейки соорудили укрытие, собрав в небольшом леске неподалеку хвою. Вопрос только в том, где все это время находилась палатка?.. В желудке неприятно заурчало, и оба сыщика, как по команде, повернулись к нему. Рыжик, смерив беглеца взглядом, вздохнул, посмотрев на отца. Тот внимательно всматривался в сына, затем в преступника, и, наконец, опустил глаза. - Это просто какое-то безумие…- с этими словами он поднялся и, взяв дождевик, вышел из палатки. Снаружи послышались тяжелые шаги, Ишшин отдалялся от укрытия. Ичиго, еще раз посмотрев на парня, потянулся за чем-то и подтащил к себе котелок. - Где вы взяли палатку?- спросил его Хичиго, еще раз осмотрев купол над собой. - Отец в вещевом мешке носил на спине,- ответил тот. О, вот оно как оказалось. А Хичиго и не замечал даже. Ичиго открыл котелок, и по палатке разнесся приятный запах вареной рыбы. Хичиго с упоением вдохнул этот аромат, чувствуя, что внутри него буквально все скручивается в узел. Рыжик взял маленькую ложку, пододвигаясь к беглецу и зачерпывая немного бульона в ложку. Он поднес ее ко рту, и Хичиго тут же приподнял голову, жадно заглотив ложку и забрав с нее все до последней капли. Ичиго вскинул бровь, но продолжил кормить альбиноса, который раз за разом глотал теплое варево. Казалось, что он даже не жевал попадающиеся кусочки рыбы. Было бесполезно спрашивать, где все это время находился котелок. Если Хичиго не заметил за спиной целой палатки, то нацепи Ишшин котелок себе на голову, альбинос бы не обратил внимания. Немного утолив голод беглеца, Ичиго отставил посуду в сторону, смотря на Широсаки. Тот облизывал губы после еды, смотря на костер. - Наелся?- грубо поинтересовался Ичиго, отсаживаясь от парня. - Не сдохну, пока вести будете,- Хичиго ухмыльнулся, переведя блестящий взгляд на рыжика. – Напоишь? В горле сохнет. Ичиго цокнул языком, но откупорил фляжку, поднося ее к губам Широсаки. Тот припал к горлышку, начав пить так, будто у него вот-вот отберут. Вода тонкой струйкой стекала у него в уголке губ, и Ичиго, сам того не осознавая, вытер подтек пальцами. Поняв, что делает, он отдернул руку и быстро закрыл фляжку. Хичиго смотрел на него, размеренно вдыхая его запах. Он успокаивал и ободрял, казалось, лечил измученные нервы. - Как скоро мы окажемся в Колонии?- произнес он, примерно зная ответ. - Дня четыре,- ответил ему парень. – Может пять. - Что там со мной будет?- Хичиго знал ответ и на этот вопрос тоже. - Тебя предадут суду. Скорее всего, будут пытать,- Ичиго сглотнул, отвернувшись. Хичиго прикрыл глаза, белые пушистые ресницы подрагивали, а губы приоткрылись. Он пережил однажды пытки, но терпеть это еще раз – нет, он этого не хочет. - А потом, очевидно, тебя казнят,- на этих словах голос рыжика дрогнул. Он замолчал, смотря на то, как играли языки горячего пламени. - Каким образом?- Хичиго так же смотрел на пляску костра. Ичиго повернулся к нему, всматриваясь в его лицо, но затем отвел взгляд. - Гаррота*,- только и ответил он, закусив губу. Широсаки лишь усмехнулся. Ну конечно, самая гадкая смерть, судьи ведь чуть ли не кончают от вида того, как задыхается приговоренный. По коже прошел озноб, и Хичиго чихнул от этого чувства, уже мечтая о том, чтобы заползти в костер и лежать в нем. Его плеча коснулась теплая рука, Хичиго поднял взгляд вверх, увидев, что его трогает рыжик. - Ты совсем мокрый,- он нахмурил брови. – Мы тебя не доведем, если ты заболеешь. - И что ты предлагаешь? Хмыкнув, Ичиго перевернул альбиноса на спину, делая это грубо, но в то же время в его глазах отчетливо читалась тревога, даже если он ее старательно скрывал, кусая губы. Тонкие омежьи пальцы коснулись замка на корсете, потянув его вниз. Предательский румянец раскрасил щеки Ичиго, но альбинос сейчас предпочитал не язвить, а наблюдать за тем, как Ичиго справлялся со своим смущением, скрывая его за маской безразличия. Когда замок был расстегнут, за ним следом расстегнулись три пуговицы на груди. Широсаки продолжал смотреть на парня, поэтому почти не заметил, как тот прошептал «сядь». Он повиновался этой полупросьбе-полуприказу, сев спиной к парню и чувствуя, как его нежные ладони скользнули по спине, соприкасаясь с бледной кожей, под которой перекатывались мышцы. Альбинос замлел, прикрыв глаза и немного подняв голову. Он чувствовал каждое прикосновение, отдававшееся приятным покалыванием по всему телу. Ощущал слабое дыхание на своей спине, будто оно шло вдоль позвонков вниз, вызывая табун мурашек и буквально начиная сводить с ума. Именно поэтому Хичиго, открыв глаза, вопросительно уставился на Ичиго, как тот повесил рубашку над костром, чтобы та просушилась. При этом руки остались связными за спиной. Когда рыжий вообще успел?? По телу сразу прошелся озноб, когда до него дошло тепло, приятно согревая кожу. Хичиго зажмурился, млея, как почувствовал, что с него собираются снять ботинки. От этого он вдруг шикнул, так как была потревожена нога. - Что?- Ичиго посмотрел на альбиноса, убрав руки от шнурков. - Нога. Болит,- Хичиго выдохнул. Пульсирующая боль снова вернулась, неприятно бередя старые раны. Ичиго таки расшнуровал ботинки, кратко поинтересовавшись, какая нога болит, а когда Хичиго указал ему, то предельно осторожно стащил с ноги обувь, осматривая незамысловатую повязку. Тонкие пальцы быстро развязали веревочный шнурок, стягивающий старую повязку, размотав ту и видя посиневшую гематому. - Дурак ты, все передавил,- Ичиго цокнул языком, беря повязки и выбегая на улицу. Его не было несколько минут, и Хичиго невольно выглянул, насколько это было возможно. Услышав звуки быстрых шагов, он сел обратно, увидев промокшего Ичиго, благо, тот еще и не снимал с себя дождевик. Парень развесил мокрые повязки над костром, чтобы они прогрелись. Сам же сел у ног беглеца, что-то постоянно пережевывая. Ни слова не говоря, он развязал ноги парня и стянул с него мокрые брюки, взглядом задержавшись на достоинстве альфы. Оно по размерам было совершенно не детским, даже в опавшем состоянии вызывало восхищение. Ичиго стыдливо отвел взгляд, поняв, что откровенно пялится на член парня. Хичиго ухмыльнулся, шикнув, когда Ичиго долез до второй повязки под коленом. По убийственному взгляду омеги было понятно, что он готов был прибить непутевого, но что-то во рту мешало ему все высказать. Отложив пропитанные кровью повязки с раны в сторону, Ичиго вывалил-таки на ладони изо рта пережеванную траву мутно-зеленого цвета. - Что это?- Хичиго вскинул бровь, смотря на кашицу в ладони рыжика. Тот молча откупорил крышку фляжки, которую он до этого достал из кармана, и вылил немного ее содержимого на рану. Ее сразу же сильно и резко защипало, а Хичиго дернулся, зашипев. - Никогда не знаешь, что ждет тебя впереди,- между тем ответил ищейка, как ни в чем не бывало прикладывая кашицу к ране. – Приходится знать травы, чтобы не сдохнуть в дороге,- он достал из другого кармана похожий на платок лоскут, разрывая его и начав перематывать рану под коленом. – Вот ты натирался той травой в поле, чтобы приглушить запах,- он потуже затянул повязку, пощупав лоскуты над костром, чувствуя, что они быстро высыхают. – Но ты, конечно же, не знал, что сок этой травы вытягивает из организма влагу и силы. Закончив говорить, он вышел из палатки, и не успел Хичиго прохлопать глазами, приходя в себя от своего идиотизма, как парень вернулся вновь, снова жуя. Он положил больную опухшую в стопе ногу к себе на колено, не обращая внимания на шипение Хичиго. Осмотрев повреждения, он пришел к выводу, что кость на месте, но опухоль держится от того, что ноге ни разу не дали покоя, к тому же беглец ее перетянул. Ичиго вылил остатки из фляжки на стопу, начав осторожно ее растирать, Хичиго сквозь боль чувствовал, как разливается по ноге тепло, которого так не хватало долгое время. Растерев повреждения, Ичиго разложил кашицу изо рта по опухоли и дотянулся до просохших лоскутов, потянув их на себя. Ловко перебинтовав ногу, он положил ее на землю, затем снял с себя дождевик. Широсаки удивленно поднял брови, наблюдая за тем, как рыжик расстегнул плащ и снял его, укрыв им альбиноса. Тот смог только охнуть от внешнего вида омеги. Теперь был четко виден каждый изгиб его тела. Хичиго никогда не видел такой красоты, и ему безумно хотелось обнять этого хрупкого парнишку, припасть к его губам и поглаживать идеальное утонченное тело в своих объятьях. Ичиго встал, повесив брюки парня рядом с рубашкой, закинув кровавые лоскуты в костер. - Время позднее, ты поспи пока,- голос Ичиго звучал, как музыка для ушей, тем более после того, как Хичиго увидел, каким на самом деле является его омега. В нос ударил его запах, Хичиго даже показалось, что тот усилился по непонятным причинам. Он закрыл глаза, перевернувшись на бок и чувствуя тепло от нагретого чужим телом плаща. Дрова потрескивали, и Хичиго, спустя некоторое время, мерно засопел. Ичиго, вычищая скопившуюся из-за погони грязь под ногтями походным ножом, отложил его в сторону, теперь смотря на бледного парня. И откуда такие только берутся? Уголки губ парня дрогнули, рыжик наблюдал за тем, как мило спит его альфа. Каким безмятежным он кажется во сне, ничего его не тревожит, ни о чем не думает, лишь сопит и видит, наверняка, приятный сон. Рука сама потянулась, и пальцы дотронулись до платиновых волос, поглаживая на удивление мягкую прядь. Запах молока и меда приятно окутывал парня, Ичиго ощущал тепло по всему телу, в области живота и паха. Что-то должно было случиться, вот только что… Ладонь непроизвольно скользнула по бледной щеке, поглаживая ее и убирая прилипшую прядь со скулы. Хичиго подергивал уголком губ, но его сон был так глубок, что он не просыпался, не чувствовал прикосновений, и Ичиго был рад этому, продолжая дотрагиваться до своего альфы, с которым у него не могло быть будущего. Хичиго же, проснувшийся, как только пальцы коснулись его волос, изо всех сил старался выдавать себя за спящего, чтобы не раскрыть себя и не застонать, потому что член от приятных и желанных поглаживаний уже встал колом. Благо, плащ на нем это скрывал. Ишшин вернулся в палатку спустя несколько часов. Он удивленно посмотрел на раздетого спящего альбиноса, вещи которого сохли над костром, а сам он был накрыт плащом Ичиго. Рыжик же спал здесь же, находясь в непозволительной близости от преступника. Ишшин уже понял то, что произошло между этими двоими и кем они друг другу приходятся. Не хотелось подвергать сына риску и опасности, но ему давно за двадцать, и взрослый ум был вправе решать сам. Тяжело вздохнув, Ишшин расположился недалеко от парней, закрывая глаза. Выждав еще около часа, Хичиго открыл глаза. Он согрелся и чувствовал в себе вновь приходящие силы. Оглядевшись, он увидел спящих около него сыщиков. Ичиго лежал совсем рядом, тихо сопя себе в руку, а Ишшин, нахмурившись и приоткрыв рот, сидел немного поодаль. Осмотревшись, альбинос заметил в нескольких сантиметрах от себя лежащий нож, видимо, Ичиго положил его туда, когда чистил ногти. Тихо, стараясь не шуметь, Хичиго сел, обнажая себя и осторожно подбираясь к ножу. Дотянувшись до него, он взял его и перерезал веревки на руках. Нога почти не болела, что говорило об одном – Ичиго прекрасный знаток трав. Судя по размеру повязки, даже опухоль спала. Быстро и тихо одевшись, Хичиго обул стоящие около костра берцы, обернувшись. Он посмотрел на Ичиго, кротко и едва заметно улыбнувшись. Немного поразмыслив, он развернулся, подняв плащ и укрыв им рыжика, провел пальцами по огненным волосам. Но нужно было идти, и альбинос это понимал. Он выглянул на улицу, увидев, что дождь уже прекратился. Еще раз посмотрев на парня, беглый преступник выскользнул из палатки, чуть прихрамывая и скрываясь во мраке. Ичиго, так и не сумев уснуть, просто лежал, слыша, как собирается альбинос, как укрывает его, как дотрагивается до него… Сердце сжалось от того, что сейчас он уйдет, и Ичиго, конечно же, не пойдет по его следу, отпустив. - Ты понимаешь, что больше не увидишь его?- Ичиго открыл глаза, посмотрев на своего отца, который, скрестив руки на груди, осматривал сына. Ичиго только слабо кивнул, кладя голову обратно и тяжело вздыхая.