Вернуть твою улыбку(переписывается в новый фф)

      Мелкая морось. Небо затянуло серой пеленой туч. Ветер уже пах осенью, несмотря на самый разгар лета. Деревья ещё носили богатые одеяния, вода в озерах и реках была теплой в полуденный зной и о мертвой желтизне ничего не напоминало. Но это только для людей, не видящих духа природы.       Жители лесов чувствовали волнительное дуновение осени. Она лесным пожаром пожирала остатки лета за считанные дни, смывая краски нескончаемыми дождями. А за ней зима. Лютая и снежная. С крепкими морозами и впечатляющими пейзажами, долгосрочная и зачастую смертельная.       Вот и двуликие, дети природы или проклятые, принюхивались, чуя что-то волнительно-будоражащее в воздухе, что заставляло больше охотиться и искать место для зимовки, как делали многие оборотни, сбиваясь в стаи. Но были и те, кому комфортней было одному даже лютой зимней ночью…       Почти неслышные шаги. Мелкий камень и ветки не выдавали матерого хищника, следящего за своей добычей. Мужчина вышел на поляну, по-звериному тряся головой, избавляясь от мелкого сора из волос. Яростный вздох и презрительный, злой взгляд зеленых глаз в сторону нежелательного гостя. Низкий рык и оскал, так похожий на волчий. Ноздри яростно раздувались, стараясь уловить больше запахов. Он был недоволен. Его раздражение словно искрилось в воздухе, проступая заострившимися чертами хищника. Он неотрывно смотрел на сгорбленную фигуру, сидящую под дикой яблоней. И видя этого мальчишку, в волке просыпались чувства, которые он давно позабыл. Это бесило. Бесило до стиснутых в гневе зубов и низкого, звериного ворчания. Но Райгар не смел от этого отказаться, ещё не понимая, но догадываясь, опираясь на чувства и смутно понимая, что этот человеческий щенок как-то связан с ним. Этого не может быть… Ягари тряхнул головой, гоня эти мысли прочь. Стараясь заглушить монолог волка. — Замолкни, — хмуря брови, шипел мужчина. — Сгинь, животное!       Вспышка боли выбила слезы из глаз. Ягари сжал голову руками, смыкая челюсти до зубного скрежета. Дыхание перехватывало и вздохнуть получалось через раз. Не тебе мне приказывать, человек, — раздраженно щелкнул зубами волк. — Ты никто. И власти здесь не имеешь.       Боль сошла на нет, оставляя неприятное покалывание в висках. Частое дыхание сквозь сжатые зубы и мужчина смог выпрямиться, разжимая судорожно сжатые руки. — Тварь, — сплевывая вязкую, розоватую слюну, выдохнул он.       Мальчишка вздрогнул, когда чужая тень покрыла его, приобретая волчьи черты, и устремилась дальше, сжирая его собственный темный силуэт. Дарсия не обернулся, лишь слегка повернул голову. И он видел, как этот мужчина неотрывно смотрит на него тем же взглядом полного презрения, что и жители Нельска. — Вы меня тоже презираете… — тихо прошептал парень, отворачиваясь. — А чего ты ещё хотел? — вздергивая бровь, хрипло уточнил Ягари. — Ты пришел сдохнуть? Эта слабость ничтожного труса. — Вы ничего обо мне не знаете, — устало прошептал Дарсия, пряча лицо в коленях. — Ничего… — Мне и не нужно, — усмехнулся он. — Я вижу тебя насквозь! Жалкий и слабый щенок! Ничего не знающий о жизни и решивший подохнуть, как только столкнулся с проблемами! Избалованный и капризный ребенок, думающий, что уже повидал дерьмо этого мира, — рычал оборотень, хватая парня за грудки и приподнимая над землей, даже не замечая появившихся клыков. — Ты и настоящих проблем-то не видел! Что? Мамочка с папочкой поругали, и ты сразу решил, что сдохнуть лучший вариант?! — уже отшвырнув мальчишку, кричал он, сплюнув подле него. — Убирайся! Иначе ОН сам тебя прогонит. Своими методами.       Волчий взор пробивался наружу, и Ягари непроизвольно отступил на несколько шагов от парня. Чувствуя, как красная пелена застилает глаза, волосы на голове зашевелились от ужаса. Он поспешил в дом, надеясь, что вдали от парня сможет успокоиться.       Он был зол. Сущность вырывалась изнутри низким рычанием. Хотелось почувствовать вкус крови на языке и услышать мольбы своей жертвы. Желание было таким сладким, что мужчина невольно вздрогнул, пугаясь своих мыслей. — С-спокойно, — с запинкой произнес он, проводя ладонью по волосам. — Это не мои желания. Не мои. — Тихо бормотал он, прижимаясь к стене и стараясь глубже дышать. — Я не это животное. Я человек! И я не хочу убивать! Я человек! Вау, что я вижу! Никак жажда крови замучила? — лающим кашлем, пронеслось в голове. Райгар был доволен, чувствуя прелестный запах свежей древесины и отчаяния, окутывающие этого человеческого щенка, сидящего под деревом. — Или на тебя так действует присутствие этой сучки?Потерпи, скоро мы его попробуем, — уверил его волк. — А заодно и проверим. — Нет! Ты же не будешь?! — шокирующий вскрик и мужчина осел на пол. — Почему ты не сделал этого, когда я не мог видеть и чувствовать?! Почему?! Хотел посмотреть на твою реакцию, — черные губы растянулись в оскале, желтые глаза прищурены. — И она меня приятно радует. — Тварь! Какая же ты тварь… Может и тварь, но я часть тебя, как бы мне этого не хотелось, — раздраженно фыркнул волк. — И оу, посмотри сколько время-то!       Мужчину выгнуло, и он, не смог сдержать крик, вцепляясь в волосы. Кончики пальцев рук зудели, разрывая кожу прорастали черные, загнутые когти, доставляя ноющую боль. Неосторожные движения царапали кожу головы, оставляя неровные края с сочащейся кровью. Челюсть заныла и волчий ряд клыков вытеснил человеческие зубы, посыпавшиеся порванными бусами по деревянному полу. Глотка словно расширилась, а язык стал слишком толстый и неповоротливый, затрудняя дыхание. Вдохнуть не получалось. В голове начало гудеть и казалось, что он вновь слышит крики и мольбы о пощаде. Словно он вновь находится там и ничего не может сделать. Не может заставить себя прекратить рвать их на части.       Волк делал это специально. Заставлял тело проходить эмоциональную трансформацию, хотя прекрасно осознавал, что волчий лик можно приобрести только в полнолуние или… Или так, на что никогда ни он, ни человек не согласятся. Тот раз был единичным случаем добровольного согласия. Повторение не вызывало должной радости, что и бесило зверя каждый раз. Напрасно, — упиваясь своим превосходством, зло веселился волк. — Ты слаб. Как был сопливым щенком, так им и остался. За это тебя и выгнали из стаи! Кому нужен слабый, неуравновешенный заморыш? А ты именно им и являешься! — Райгар был зол, он рычал. Стараясь сделать побольнее хозяину тела, чтобы окончательно сломить его. Только вот он никак не хотел ломаться. —Ты меня бесишь! Я с нетерпением жду того мига, когда ты сдашься и разорвешь эту ничтожную людскую деревеньку, а после уже не сможешь вернуться!       Мужчина взвыл, падая на пол и вонзаясь черными когтями в половицы. Тело жгло огнем и хотелось содрать кожу. Но это бы не помогло. Он понимал, что обращается только сознание и волк вытаскивал воспоминания о той боли и внушал их ему. Но это понимание ничем ему не могло помочь. — Может мне и вправду сдаться? — последняя здравая мысль, посетившая его. Прежде чем разум окончательно заволокло кровавым пологом тьмы. Губы растянулись в самодовольном оскале, обнажая желтоватые клыки. — Так-то лучше, — низко рычал Райгар.

***

      Дарсия сдавленно вздохнул, резко подскакивая и инстинктивно делая несколько шагов назад, когда услышал крик. В глазах застыли непроизвольные слезы от слов мужчины. Было обидно. — С вам… — нерешительный шаг к хижине и неизвестный страх словно пережимает горло, не давая парню вздохнуть. На крыльце стоял ОН.       Аура опасности словно окутывала его. Глаза светились чистым золотом, а губы изломаны предвкушением и самодовольством. В каждом движении чувствовались повадки матерого хищника, умеющего управлять каждым мускулом своего тела.       Райгар неотрывно смотрел на парня. Крылья носа трепетали, стараясь уловить малейшие изменения. Шаг. И волк самодовольно усмехнулся, улавливая кислые нотки страха, исходящие от жертвы. — Мне казалось или кто-то бахвалился, утверждая, что не боится меня? — в несколько шагов преодолевая оставшееся расстояние, волк склонился над парнем.       Дарсия застыл, не смея пошевелиться от липкого панического ужаса, который словно окружал аурой мужчину. Кожей чувствовал чужое дыхание на своей шее.       Райгар вдыхал чудесный запах молодого юношеского тела, отдающий свежей древесиной и кровью. Проводил носом от основания шеи до впадины за ухом, наслаждаясь оцепенением своей жертвы. — Мой, — выдыхая куда-то в кромку волос парня и толкая его в грудь.       Неожиданное падение отозвалось волной острой боли в теле. Под руку попался камень и теперь его неровные края неприятно царапали ладонь Дарсии. Алый цвет его глаз в вечерних сумерках приобрел оттенок крови, чем вызвал судорожный вздох у волка, когда парень поднял взор полный обреченности на него. — Не надо, — без надежды прошептал Дарсия. — Прошу вас…       Волк облизнулся, опускаясь на влажную траву рядом со своей жертвой. Ладонь с черными когтями легла на молодую грудь, царапая и настойчиво заставляя лечь.       Парень всхлипнул, выполняя немой приказ. И отчаянно зажмурился, лишь надеясь, что все пройдет быстро. — Глаза открыл! — грозный рык, лишь отдаленно напоминающий человеческую речь. — Я хочу видеть твои глаза, цвета людской крови. Они напоминают мне те сладкие мгновения свободы от этого жалкого недоноска! Не смей отводить взор от меня!       Боль в передавленном горле и слезы от нехватки воздуха. Безуспешные попытки разжать железную хватку мужчины и непроизвольное подчинение. Хватка ослабла и Дарсия смог вздохнуть, но рука так и осталась на его горле, не сдавливая его, но уверенно держа.       Безрукавка была распахнута и мужчина жадно вылизывал его грудь, наслаждаясь вкусом кожи. Горячий язык оставлял обжигающие влажные дорожки, спускаясь все ниже и ниже.       Треск ткани. Одним рывком полотно штанов было разорвано, оголяя промежность вздрогнувшего парня. Язык прошелся лишь вскользь по вялому члену, опускаясь к сжатому колечку ануса.       Дарсия невольно застонал, чувствуя обжигающее дыхание. Не зная куда деть руки, он сильнее вцепился в руку мужчины. Райгар отстранился, облизывая влажные губы. Глухо зарычал, обнажая клыки, видя попытку свести колени вместе. — Не делай так, малец. Я редко кого подготавливаю, — недобрая улыбка и вонзившиеся когти в плоть парня. Волк подтянул его к себе. — А сразу ломать я тебя не намерен. Мы с тобой ещё поиграем. Ты же не против.       Завязки на штанах были разорваны, оголяя возбужденный член. И одним рывком Райгар вошел в тело парня, выбивая болезненный всхлип и паническое желание вырваться. Рука все так же была на его горле, фиксируя на одном месте.       Дарсия дернулся от резкого толчка, но лишь сильнее развел ноги, стараясь максимально расслабиться. Сказывался многолетний опыт работы шлюхой в Нельске. Член двигался внутри, доставляя жгучий дискомфорт. Темп был быстрый и по-звериному дикий, не позволяя подстроиться под оборотня, который, словно специально, менял угол проникновения, не давая своей жертве почувствовать хоть что-то приятное от совокупления.       Волк склонился над парнем, заглядывая в помутневшее бордо глаз. Сильнее сжал хватку на горле, с наслаждением следя за спазматическими и судорожными попытками вздохнуть. Хрип и булькающее чавканье рвались наружу, слюна стекала на руку оборотня. Глаза парня начали закатываться, даже не соображая, что на пике своего возбуждения, зверь вцепился в плечо клыками, отгрызая кусок плоти и пуская кровь.       Райгар прижался к парню, входя как можно глубже в тело и кончая в него. Вкус крови будоражил сознание, а вибрация от сдавленного горла жертвы под рукой добавляло остроты. Контроль чьей-то жизни. Не в новинку волку, но осознание, что под тобой Белый, кружило голову. — Столько лет, а ты была спрятана среди этих жалких людишек, — горечь огорчения неприятно осела где-то внутри. — Знаешь, я всегда хотел найти тебя и обрести покой. Столько веков я рыскал в твоих поисках, переходя из одного жалкого потомка в тело другого. Надеялся тебя найти. Но теперь… Теперь ты мне не нужна. Я привык. И отказываться от этой сладкой мести этим ничтожествам я не намерен, — рука на горле разжалась и Райгар рассматривал умиротворенное лицо парня, потерявшего сознание. Нежный бархат белой кожи, темные круги под впавшими глазами, белые ресницы и полные, чуть сероватые губы. — И знаешь, отказываться от этого человеческого ублюдка я тоже не намерен. И я вновь убью тебя, дорогая, — в притворно ласковом жесте слизывая слезу с щеки парня, нежно проворчал волк. — До встречи через неделю.       Золото в глазах потускнело, и мужчина пошатнулся, сдавленно охая и оседая на землю, почти сразу теряя сознание. Краем сознания подмечая, странное серебристое свечение. Тьма окутала сознание Ягари, пожирая мысли и мир вокруг. — Не… понимаю… И после наступила тьма