The man who sold the world

Последний аккорд... И зал разрывается криками и овациями. Все орут что-то, просят сыграть ещё, бросают цветы. Чёрт, к чему здесь цветы? Он приветливо улыбается. Нет, не так. Он старается выдавить из себя улыбку, машет им рукой. Да, вам нравится, когда он общается с вами. Нравится он сам. "Я чувствую себя так, словно 24 часа в день я оцениваюсь, играя в группе — это тяжелый труд, и сами по себе аплодисменты — это просто не стоит того, если тебе уже не нравится играть." Вы смотрите на своего кумира, свой идеал. А кем ещё может быть этот светловолосый молодой человек с голубыми глазами? Волосы небрежно растрёпаны, тонкие длинные пальцы, недавно игравшие на гитаре, теперь тянутся к вам. Вы можете коснуться их? Да, он позволит. Сегодня он позволит вам всё. Крики фанатов настолько сильны, что у него закладывает уши. Голова приятно кружится, когда он откидывает её назад и смеется. Эта улыбка... Она восхитительна, вы не можете оторвать взгляда. Мурашки по коже... Когда сцена начинает вращаться под ногами, он понимает, что пора уходить. Концерт закончен, и он оставляет вас. Еще мгновенье, одно лишь. Вы не хотите отпускать его. Нет, мысль о том, что он покинет сцену, пугает до дрожи. Сжираете глазами, без остатка. Он, слегка неустойчивой походкой приближается к кулисам. Снова машет рукой. Вы ловите его взгляд. Электрический разряд. Он посмотрел именно на вас. Уверены? Занавес. Быстро проходя мимо закулисных организаторов, он снимает гитару, аккуратно кладя её на стул. Сейчас не время, позаботится о ней позже. Не обращает внимания на крики позади. "Курт! Куда ты несёшься так?" — видимо, члены группы. "Крис, чёрт, все потом." В глазах все становится резче, краски сгущаются, все чувства обостряются. Почему все так орут? Он не хотел этого, неужели так сложно понять? Популярность, слава, зачем всё это? Ненависть подступает к горлу. Ненависть к ним, фанатам? Вряд ли. Ненависть к самому себе. "Я ненавижу себя за слабость." Открывает ручку двери. Не важно, что там, за ней. Лишь бы никого не было... Пару минут с самим собой. Подсобка. Как нельзя лучше. Достаёт из кармана шприц. Руки трясутся, в полумраке едва разбирает, хватит ли ещё на одну дозу. Хватит. И капли бы хватило... Пальцы не слушаются, в горле пересохло, и эта ноющая боль в желудке. Как же надоело. Игла входит в вену, протыкая её в сотый раз. Он закрывает глаза, вливая жизненно важный состав. Героин. Мать его, чёртов наркоман. По телу разливается приятная волна тепла и расслабления. Боль отступает, болезненное головокружение превращается в ни с чем несравнимый кайф. Эйфория. Он прислоняется к стене и медленно сползает вниз, отбрасывает шприц подальше в угол. Теперь все будет хорошо... Гастролирует месяц за месяцем. Без передышек. Они не работают, и поэтому могут себе позволить гастроли в любое время. Но это невыносимо выматывает. Семь месяцев. Семь месяцев ада. Курт не может терпеть эту боль в желудке, которая отступает лишь под дозой. Стать наркоманом ради пары мгновений без боли? Почему бы и нет. Наркотики — зло. Они вызывают привыкание, они разрушают вас изнутри. Даря кайф и наслаждение, взамен они берут воспоминания, чувства и приносят боль. Но его никогда это не останавливало. "...чертов героинщик, алкоголик, саморазрушитель..." Новый концерт. Они пьяны, или уже нет? Вроде, пьяны... Фанаты, снова они. Каждую ночь все повторяется. Он поет, разрывая голосовые связки. Он мог бы просто кричать, попадая в мелодию. К чему эти слова? Ведь они не имеют значения. "Слова — отстой. То есть, по-моему все уже сказано. Слова не так важны, как энергия, полученная из музыки, особенно живой." Живая музыка для него была всем. Задумайтесь, что вы чувствуете, находясь на концерте? Когда всё вокруг вас является одним целым организмом, живым организмом, который объединён сумасшедшей энергией. Толпа народа стремится к источнику этой энергии, к сердцу этого организма — к самим исполнителям. Ор и крики, жара и нехватка воздуха, падения и боль. И вы близко! Вы так близко от них! Пробиваетесь еще плотнее к ним, только бы коснуться, почувствовать эту энергию своим телом. Кто-то толкает, и микрофон врезается в худого музыканта, рассекая губу. Вы видите кровь? Да, но вас это не пугает. Все пролетает так быстро перед глазами, лишь замечаете расколотые грифы гитар и светящиеся яростью глаза. Им это нравится... Желание разрушать и причинять боль не кажется диким. Это привлекает. Он всецело поддерживает гомосексуализм, употребление наркотиков, экспериментирование, анти-угнетение. Желать смерти грязным гомофобам и расистам — это нормально, не так ли? "С любовью, Курт. Оставайся геем и вытирай свою задницу USA Today." Как вам это? Изменилось ли мнение о вашем кумире? Вы слушаете его песни, закрывая глаза и наслаждаясь хриплым голосом, вы заворожённо смотрите в его глубокие глаза, на красивые черты лица и худые пальцы. Но узнайте его получше. Узнайте всё о нём. О его проблемах детства, о тех чувствах, которые он испытывал во время развода родителей. Об обвинении его в изнасиловании девушки. О том, как он хотел покончить жизнь самоубийством, лежа на рельсах. Об эксцентричных взглядах на жизнь, о его любви к жене и дочери, о наркотической зависимости. Он всё ещё остается вашим кумиром? Идеалом? Кортни заходит в отель, обнаруживая его спящим на кровати. Подходит ближе, садится рядом, касаясь лба губами. Одна лишь мысль о передозировке вызывает болезненную дрожь. — Только проснись, прошу, — тихо шепчет, переплетая свои пальцы с его. Веки легонько дёргаются и он открывает глаза. Смотрит на девушку, улыбается едва заметной улыбкой. Он хочет многое сказать. Сказать о том, что любит. О том, что никто никогда ни за какими угрозами и уговорами не заставит его думать иначе. Она знает, все прекрасно понимая без слов. Ведь всё уже сказано... А сейчас он не в силах произнести ни слова, героин забирает возможность мыслить и говорить. Он просто закрывает глаза, сжимая её руку и погружается в поиски света. Больницы, отели, самолёты, неугасающая боль. Как же плохо, как же устал. Он не терпит сплетни, но больше всего он ненавидит насилие над его личными мыслями. Послать всех к чёрту! Нет сил больше терпеть... "И ещё раз я говорю: идите вы, хотя эта фраза полностью потеряла свой смысл, ПОШЛИ ВЫ!" Зависимость не позволяет уйти. Она держит. Мысль о возможности получить кайф навсегда поселится в вашей голове, если хоть раз вы коснётесь этой стороны жизни. Как коснулся и он. Как вам такой идеал? А может, вы могли бы допустить в себе мысль о самоубийстве? Хоть раз. "Надеюсь, что я умру до того, как превращусь в Пита Тауншенда. На этой стадии нашей, м-м-м, карьеры , до лечения выпадения волос и плохого кредита." Всё идет как обычно. Просто он устал. Устал терпеть все это. И даже мыслей уже никаких нет. Всего лишь в этот раз он примет чуть больше обычного. Намного больше... Зачем? Не знает. Слова закончились. Закончились на той записке. "В моей руке была сигарета, я думал, что это ручка". Смешивать наркотические средства не так уж и дурно. Лёгкие заполнены дымом марихуаны, а по венам течёт героин. Закрывает глаза, оседает на пол и качается вперед-назад. Мыслей нет, перед закрытыми веками проносятся сотни мелких светящихся огней. В прежние "кайфы" ему удавалось поймать лишь один, а теперь же десятки принадлежали ему. Тела не чувствует, пальцы немеют, стоит только сжать кулак и разжать... В руке — ствол ружья. Чувствует это, и не пугается. Зачем? Сейчас? Нужно ли? Ответы не приходят на ум. Лишь пустота. Запрокидывает голову. Расслабленными руками поднимает ствол, приставляя к ней... Овации, крики. Вы, срывая голос, подпеваете наизусть выученную песню. Не в силах оторвать взгляд от кумира. Вы знаете его. Теперь знаете о нём всё. Ваше мнение изменилось? Нет. Теперь вы полностью наполнены им. Он живёт в вашем сердце. Его история, его любовь, его убеждения и взгляды. И он по-прежнему ваш кумир? Безусловно.